Герой поневоле

      — Я очень надеюсь, что из этого не получится чего-то плохого, — нервно кусая внутреннюю часть щеки, переминалась с ноги на ногу Шимура, неуверенно протягивая сворю руку раскрытой ладонью вверх. Её выделяющаяся желтая перчатка была снята еще до прихода Мидории. Женщина не знала зачем это сделала, ведь форма её нынешнего существования игнорировала такие тонкости, как одежда.       С того самого момента как парень проник… Коснулся её «я» своим естеством прошло всего ничего, да и на первый взгляд подобное никак не отразилось на женщине, но ком незаметных изменений копился, пока не достиг таких размеров, которые не заметить было невозможно.       Что бы не сделал Мидория в тот момент, когда его рука погрузилась в её тело, невольно зачерпнув какого-то «нечта», это отразилось на его навыках уж слишком положительно. Момент активации её причуды будто бы натянул несуществующую между ними струну, передавая по ней саму «идею» Шимуры Наны.       Невольно подаренный толчок мог стать тем камушком, что сбросит на парня лавину инстинктивного понимания используемой силы. Так почему бы им всем не бросить этот самый «камушек», вручая последнему пользователю причуды пульт управления способностям? Почему бы не наподдать газу в его тренировках?       Пальцы Мидории коснулись её ладони, сжимая ту крепко, но без дискомфорта. Его опущенные веки подрагивали, брови были нахмурены. Девушка не могла до конца понять, что именно он пытается сделать, но предполагала, что старается достучаться до той части своей причуды, в которой была заключена память о прожитой жизни одного из владельцев. А конкретно та часть причуды, что вмещала в себя силу полета.       Прочие пользователи с затаенным дыханием наблюдали за происходящим, не смея мешать, ведь даже представить не могли, чем может обернуться ошибка. Внутри они желали того, чтобы их частички помогли ему как можно быстрее обучиться новым силам, ведь тогда последний обладатель Одного за всех сможет дать отпор Все за одного, и, в идеале, вовсе победить древнее зло.       Нана не долго стояла столбом. Закрыв глаза, женщина попыталась сосредоточиться на Мидории, на том месте, где их руки касались друг друга. Тепло его грубой кожи, сила, прикладываемая пальцами, едва заметные сокращения мышц фаланг. Чем дольше она концентрировалась, тем больше информации получала. Сначала это были тактильные сигналы, но со временем она стала ощущать нечто большее — тонкий ручеек… чего-то, тек от неё в Изуку. Она не видела его, не ощущала, лишь знала, что он есть. Ни тело, ни дух не могли коснуться той связи, только разум мог ощутить её. Нечто текло сквозь всё и ничто, подобно звуку соловьиной терли или ветру в поле. Непонятное, неуловимое.       — Эхо, — беззвучно прошептали её губы первую ассоциацию, пришедшую на ум. Пальцы женщины сжали руку Изуку в ответ.       Сознание… Нет. Воля той, кто когда-то был Шимурой Наной всколыхнулась, утекая сквозь связь прямиков в разум и душу Мидории. Она не была душой или сознанием, нашедшим покой в причуде. Понимание этого пришло инстинктивно, стоило ей увидеть ту связь, что крепким канатом держала её и Изуку на привязи друг друга.       Один за всех не являлся чем-то божественно мистическим, не вмещал в себе «таму» (душу), не даровал отсрочку от смерти. Они — прошлые пользователи — не были теми, кем были при жизни. Нет. Все было намного проще и сложнее одновременно. Нет душ, заключенных в передающейся силе. Все они давно мертвы. А разговаривают с Мидорией лишь тени прошлого, голоса давно ушедшего — посмертная воля предыдущих поколений, весь смысл существования которой был банален до болезненного зуда.       Нана поняла это, не могла не понять. Её веки разомкнулись, давая возможность сине-серым глазам разглядеть лицо того, кого они когда-то считали идеальным преемником. Но судьба-злодейка смешала все карты. И идеальный владелец Одного за всех исчез, унося с собой в небытие то будущее, которым все они грезили.       Старое лицо. Новое наполнение. Новый человек, иной взгляд на жизнь, смириться с которым они были вынуждены, ведь так было нужно. Ведь иного выбора не было.       Они — лишь тени прошлого, не те, кто должен строить будущее, и как бы прошлые пользователи не относились к новому Мидории, их переживания не имели никакого веса.       Их дело хранить и оберегать свои знания, дабы передать те новому поколению. К сожалению или счастью, контактировать таким образом они смогли лишь с Изуку.       Нана ощущала пустоту, что заполняла её естество, медленно, но верно пожирая то, что осталось от женщины. Судорожно вздохнув, ей оставалось лишь принять реальность такой, какая она есть и отдать все что у неё было. Ради будущего, кем бы оно ни строилось. Нана Шимура лишь посмертное эхо, последняя воля умершей когда-то давно женщины, сгусток воспоминаний и навыков, нужные лишь для того, чтобы быть переданными. И она принимала эту судьбу, ведь на что-то большее была не способна.       Ей нужно лишь отдаться течению связи, уплыть мыслями в разум Изуку и раствориться в нем, отдавая всё, без остатка. Каждую мысль, каждое воспоминание, желания и мечты, но самое главное — Волю.       Дышать ей было не нужно, но она вдохнула для собственного успокоения. Пусть это и было лишь иллюзией. Мысли утекали через связь, оставляя после себя лишь пустоту и обреченность. Разум и душа Изуку Мидории делали с ней то, что и хотела причуда.       Но миг, и тяга пропала. Шимура удивленно распахнула глаза. Пустота больше не расширялась, частички того, что составляли её естество — мысли, мечты и желания — больше не исчезали в Мидории.       — Ч-что… Почему ты прекратил? — Хрипло спросила Нана, только сейчас поняв, насколько была напряжена до этого. — Ты должен закончить… Возьми ещё. Возьми всё!       Пусть пальцы парня и разжались, сама женщина не отпускала его, стараясь вновь погрузиться в «медитацию», дабы уже самой начать процесс поглощения. Но, видимо, без желания самого Мидории, отдать насильно часть себя она не сможет.       — Ты сама знаешь почему я остановился, — с тихим рыком вырвал руку из хватки бывшей героини Изуку. Он отшатнулся от неё, бросая взгляд на недоумевающих прошлых пользователей. — Я не хочу твоей смерти… Окончательной. Так что мне хватит того, что я уже получил.       — Я не умру, — нахмурилась Шимура, цель её существования была так близка. Еще чуть-чуть и её посмертная воля стала бы частью Мидории. — Мы не можем умереть. — Взгляд парня стал растерянно-недоуменным. — Просто…       Она замялась, стараясь обличить в слова все то, что ощутила ранее. И, к своему сожалению, не смогла найти ни в японском, ни в английском языках ничего, что в полной мере могло объяснить произошедшее. Эти чувства, этот процесс, все это и даже больше, выходили за рамки понимания людей. Тут не поможет ни наука, ни эзотерика, лишь чувственный опыт, основанный на образах и эмоциях.       — Я стану частью тебя, — это объяснение лучше всего могло пояснить происходящий процесс. — Мои… — Она закусила губу, именно сейчас окончательно поняв, что именно пытается донести.       — Тем более, — отмахнулся от неё парень. Для него произнесенного короткого предложения хватило с лихвой, чтобы оттолкнуть от завершения их своеобразного слияния. — Это… — Он вздохнул, массируя виски, будто бы в голове нарастала мигрень. — Я видел это. Видел тебя. Обрывки твоих воспоминаний, волны эмоций, — он тряхнул головой. — Не могу отрицать действенность произошедшего, теперь-то я понимаю, как правильно использовать твою силу, но завершить начатое…       Изуку вздохнул. Вместе с пониманием прошли совершенно новые чувства, которые он раньше никогда не испытывал. Эйфория от обретения силы быстро сменилась страхом, ведь передавшая частички себя Нана отдавала и свои мечты, стремления и чаяния. Они проникали в его разум, становясь его неотъемлемой частью, дополняли тот, словно детали многомерного пазла или свежеобразованные нейроны в сером веществе.       Меняли его. Мягко. Нежно. Ненавязчиво. Но меняли.       Это…       — Не бойся, — теплый голос Шимуры вывел его из раздумий. Мидория отшатнулся от протянутой ему руки. Аккуратные, тонкие пальцы женщины хотели коснуться его плеча, вселить уверенность. Но вышло все с точностью наоборот.       — Нет. Нихрена подобного, — твердо заявил подросток. — Я не буду этого делать.       — Но без этого ты не получишь всего моего опыта и навыков, — продолжала мягко настаивать Нана. — Пойми, так нужно. Мы лишь…       — Это ты пойми, — отбросил руку женщины парень, смотря на Шимуру с раздражением и толикой страха. — Уже того, что я получил хватило, чтобы в моей голове появились несвойственные мне мысли! Я не буду брать больше, чем нужно!       — Но…       — Я не хочу потерять себя, идиотка!       Раздражение Мидории росло. Оно крепло вместе с гневом, что обжигающими волнами прокатывался по сознанию мертвеца, подобно цунами сметая все преграды, мысли. С трудом, но ему удалось взять себя в руки.       — Может вы объясните уже, что происходит? — Нахмурив брови и скрестив руки на груди спросил второй пользователь, он же — Кудо. — Что вы сделали и почему ты так сильно упираешься?       — Спроси эту суицидницу, — раздраженно фыркнул парень, задумчиво смотря себе под ноги.       — Я… Еще в первую нашу встречу, когда рука Мидории коснулась меня…       — Когда он в тебя проник? — Елейным тоном перебил Дайгоро Банджо, он же — пятый.       — Заткнись, — если бы взглядом можно было убить, то уже давно мертвый пользователь причуды «Черный хлыст» растворился бы в небытии. — Тогда он неосознанно получил частичку меня. Моих способностей и каплю воспоминаний.       — Кажется я начинаю понимать, почему Мидория так отреагировал. — Йоичи Шигараки — первый — смерил Изуку странным взглядом, увидев который невозможно было понять, о чем тот думает.       — А я нет! — Хмыкнул Банджо.       — Так вот, — продолжила женщина. — Взяв от меня «кусочек», он стал инстинктивно понимать работу моей причуды. И было бы логично, попробуй он взять еще и получи больше «понимания». Понимаешь, к чему я веду?       — Если это работает именно так, — монотонно протянул второй, он же — Кудо, — то получается, что он… поглощает? Ассимилирует тебя? Твой опыт и память?       — Именно! — Широко улыбнулась Нана, увидев искры понимания на лицах товарищей. — Если он полностью осознает всех нас, то без труда возьмет под контроль каждую причуду! Он без проблем станет сильнее себя нынешнего на порядки!       — Что в нынешней ситуации нам только на руку, — закончил Кудо. — Но что будет с нами?       — А тут самое интересное, — миг и веселость Шимуры сменяется хмуростью. — Вы должны понять, что причуда не сохранила наши души, — судя по напряженным лицам присутствующих, они думали в этом же направлении. — Когда я передавала «себя» Изуку, — переход на имя был показателен. — Я осознала, чем являюсь. Чем все мы являемся.       — И чем же, — бросил самый крикливый и эмоциональный (хотя сейчас он проявлял эмоции не так сильно, как привык) из присутствующих — Банджо.       — Мы — сгутски воспоминаний и эмоций, сохраненные в крови прошлых владельцев. Мы — лишь тени себя прошлых, помнящие слишком много о своей жизни. Мы — воля себя живых, собранная и рафинированная причудой. И наше предназначение — передача этой воли следующим пользователям.       — Но почему это стало возможным только сейчас, а не, скажем, при жизни Брюса или Эна? — Спросил четвертый — Хикаге.       — Возможно скопилось мало «воли», а может причуда не развилась достаточно сильно, — пожала плечами Нана, — в конце концов осознать себя в полной мере мы смогли только тогда, когда Тоши передал силу Изуку.       — А что станет с нами, если он получит все, что мы можем дать? — Подал голос Йоичи.       — Может мы станем частью Изуку, может исчезнем с концами, — все так же легко рассуждала Шимура, словно говорила о погоде. — Мы уже мертвы. Давно. Для нас вряд ли что-то кардинально поменяется.       Пыталась ли она этими словами убедить себя или других, женщина не знала. Пусть принять происходящее было относительно просто, вот только червячок нет-нет да грызнёт нутро.       — Я предлагаю…       — А меня вы, блять, спросить не забыли?       Молчащий до этого, явно о чем-то размышляющий Изуку перебил Шимуру. Его тон был относительно спокоен, в нем все еще проскакивало раздражение.       — Думаешь мне нужна ваша «воля»? Нихрена подобного. Оставьте свои надежды себе, мне нужна лишь ваша сила, доступ к которой я получу, зачерпнув немного больше, чем в первый раз с Шимурой.       — Но!..       — Никаких «но», седьмая. Я не хочу страдать от ваших воспоминаний и эмоций, получить в нагрузку желания и надежды. Вы — мертвы, ваша задача выполнена, сила была передана. Да, я сделаю то, что должно, помогу героям сразиться с Все за одного и его ручной Лигой-пубертатных-подростков-которых-никто-не-понимает. Но сделаю я это находясь в своем уме, без жужжания над ухом ваших желаний.       — Изуку, послушай, это не то, о чем ты ду…       — Шимура, — поморщился парень.       — Послушай её, Мидория, — вступился за подругу Йоичи.       — Я сказал — нет и всё. — Отрезал мертвец. — Никаких «но», «если» и «возможно». От вас мне нужно лишь одно. Ни больше, ни меньше. Оставьте мой разум таким, каким он должен быть. До сих пор в голове мельтешат эмоции седьмой. Сколько отчаяния и самобичевания… Боже.       Парня передернуло.       — А теперь, если в не против, мы продолжим, — Изуку протянул руку в сторону Хикаге, желая получить побыстрее расширенный доступ к причуде предчувствия опасности.       Пользователи неуверенно переглянулись между собой. Они может и не до конца понимали, что именно хотела донести до них Нана, воодушевленная «удачной» передачей «опыта», но слова Мидории пропустить мимо ушей было невозможно.       Могли ли они воспротивиться желанию парня, пойти на поводу Шимуры или сделать все по-своему? Хикаге Шиномори медленно протянул руку девятому пользователю. Может быть, но, в конце концов, они здесь для того, чтобы наставлять будущих пользователей, помогать им на пути становления героем.       Есть ли у них выбор в принципе?