Варим суп. Братик, мы же договорились, что вегетарианцы!

      На кухне сидели двое. Брат и сестра. Ирина, которой недавно исполнилось шестнадцать, и Виталий, который был старше сестры на пять лет. Сегодня родителей не было дома, поэтому готовка на обед и ужин предназначалась им. На одной плите стояла кастрюля с водой, а на другой — сковорода с жарящимися овощами. Вопреки всем договорённостям и уговорам, Ира не смогла отговорить Витю от добавления в суп свежего мяса. — Братик… — стонала Ирочка от удовольствия, с трудом произнося слова. — Мы же договорились, что вегетарианцы… — Прости, дорогая, не могу сдержаться, — говорил брат, принося удовольствие любимой сестрёнке.       Блондинистые волосы, подстриженные под плечи, тряслись от каждого движения Виталия. Зелёные глаза не могли оторваться от возбуждённого лица брата. Ира хотела этого в точности так же, как и он. Да, запретные отношения, но кого это волнует? Ведь нет никого роднее и ближе, чем брат и сестра. Нет ничего лучше, чем эта любовь. Они любили друг друга до такой степени, что хотели съесть. Девушка не сдержалась и погладила по длинным сальным волосам Витю. Очень уж ей нравился этот красивый худощавый брюнет. — Пожалуйста, будь нежнее, ах… — прикусила нижнюю губу Ирина. — Ты делаешь это слишком больно… — Ну и как мне делать это безболезненно? — спросил парень, продолжая орудовать ножом по-прежнему. — Не знаю, как-нибудь не так резко.       Витя отрезал по маленькому кусочку с ноги Ирины, складывая каждый в небольшой таз рядом с ней. Половины голени спереди уже не было, вместо этого здесь зияло сочащееся кровью мясо. Виталя уже добрался до кости, когда решил, что на сегодня мяса для супа хватит. — Всё, я закончил, — удовлетворённо произнёс брат и поднялся с колен. — Не могу дождаться, когда суп приготовится.       Взяв тазик, он отнёс его к раковине и тщательно промыл под водой. Затем кинул в кастрюлю с водой поджаренные овощи, а на сковороду опрокинул мясо Иринки. Добавил подсолнечное масло. Только спустя время заметил, что сестра не издаёт ни звука. Обернувшись, он увидел, что она до сих пор сидит на стуле и сильно нервничает. — Что случилось, милая? — Братик, я… Я не чувствую свою ногу. Стопа вообще не двигается… — Понятное дело, я ведь отрезал тебе сухожилия. Без них ты не сможешь ходить. Только не говори, что не была готова к последствиям. Мы знали о них, но пошли на это, потому что любим друг друга. Не переживай, твоя правая нога целая и невредимая. А это уже счастье, я не прав? — Мы сошли с ума, — не разделила девушка радости Витали. — Но первый это начал именно ты. Мы же все эти годы ели только фрукты и овощи, что на тебя нашло? — Мне больше не хватает растительной пищи. И не хватает ни плотской, ни сексуальной любви. Я хочу тебя съесть. Поглотить без остатка. Потому что только так мы станем единым целым. Согласись, только так… — Братик… — умилилась словами Виталия сестра. — Хорошо. Если ты не заставишь меня долго страдать… Съешь меня до конца. — С радостью, — улыбнулся братец и приблизился к ней. — Твоё мясо самое вкусное, я уверен. Хоть и не ел никакого другого до этого.       Виталий вновь опустился на колени и принялся вгрызаться в ногу любимой сестры. Теперь ему не нужен был нож, чтобы съесть её. Сырое мясо ничем не хуже приготовленного, особенно когда это родной для тебя человек. Ирина больше не пыталась сдерживать крики. Крики боли и вожделения. Но вот в какой-то момент сознание стало её покидать. Она поняла, что конец близок. — Братец, я умираю… — тихо сказала она. — Я потеряла слишком много крови. Не сдерживай себя… съешь меня… — Не переживай, дорогая, ты будешь переварена до последней косточки, — подмигнул Витя. — Счастливой смерти, я люблю тебя. — И я тебя… — это были последние слова сестры, после чего она обмякла на стуле и больше не двигалась.       Виталя продолжал пожирать тело Ирины. На это ушла уйма времени, суп уже успел приготовиться. Наступило время ужина, и даже тогда на кухне продолжалось тихое жуткое чавканье среди полнейшей почти гробовой тишины. Когда же от тела осталось лишь туловище без ног, головы и рук, Витя обнажился, чтобы последний раз осеменить мёртвую сестрёночку. Налившимся от крови членом он вошёл в труднодоступное лоно, однако совершил только пару-тройку фрикций. От перевозбуждения он кончил быстро. — Вот чёрт!.. — Виталий понимал, что это значило.       Быстро вытащив пенис из узкой щели, брат взял нож и распотрошил брюшную область тела, которое уже нельзя было назвать родной сестрой. Он успел вовремя: матка только-только начала становиться шире. Она расширялась со стремительной скоростью. Десять ударов ножом сделали своё дело. Зародыш был убит ещё на начальном этапе. Вздохнув с облегчением, Витёк съел и его, затем продолжив с Ириной.       Вкуснее мяса и правда было не найти на всём белом свете.

***

      Поздним вечером родители вернулись домой. На вопросы о том, куда пропала сестра, брат отвечал, что она в гостях у подруги. Конечно, к их приходу на кухне была идеальная чистота. В глубоких тарелках дымился разогретый суп. Семья ужинала за одним столом, и отец с матерью очень хвалили брата за то, какой вкусный суп он приготовил с сестрой. Разве что удивлялись, что он был невегетарианским, ведь убеждения своих детей им были хорошо известны.       Только на следующий день они начнут беспокоиться об Ирине, но никогда не узнают, что в тот момент поглощали её последние остатки.       Ну а горячо любимый ей некогда братик останется вегетарианцем на всю оставшуюся жизнь, будучи самым счастливым человеком на Земле.       Ведь они наконец стали единым целым.