Ночь ужасов

***

Антон бежал по школьному коридору, зажимая уши руками и зажмуривая глаза. Настойчивый голос пытался ворваться в голову, крики о помощи заглушали все окружающие звуки. Вокруг не было ни души, с улицы не шёл свет, а лампочки переставали гореть. Голос Полины отчётливо звучал в ушах, мыслях, мешал думать и приводил к незнанию, что делать дальше. Антон впервые сталкивается с подобным. Антону страшно. Антон забегает в первый попавшийся класс и закрывает дверь. Голос не может проникнуть сюда. Он появляется только в открытых пространствах. Здесь он в относительной безопасности. Здесь нет Полины и её слёз. Всё спокойно. В конце класса сидит девочка. Немного сгорбившись, она склонила голову к парте и, кажется, что-то рисовала. Её белокурые волосы спадали на парту и мешали, поэтому она постоянно убирала их назад. Прихода Антона она не услышала, продолжив рисовать как ни в чём не бывало, или же просто не обратила внимания. Антон смог спокойно выдохнуть, отдышавшись и направился к этой девочке. Её очки сползли на кончик носа, но учитывая положение, в котором она рисовала, ей это не мешало. Петров дотронулся до её плеча, чтобы привлечь внимание и девочка резко подняла голову. Значит, всё-таки не услышала. — Привет! Как тебя зовут? — девочка лучезарно улыбалась, демонстрируя ровные зубы. Чем-то они с Антоном были похожи: одна форма очков, один цвет волос, форма бровей совпадала и нос похож. Как будто были родственниками. Она была похожа на Олю, только в более взрослой версии. — Антон. Антон Петров. А тебя? Почему ты всё ещё сидишь тут? Уроки уже закончились. — он попытался выдавить из себя подобие улыбки, но получилось слишком натянуто. Она бы в жизни не поверила, что он правда так улыбается. — Приятно познакомиться, Антон, меня зовут Соня Кузнецова. А ты почему ещё не ушёл? — имя Антону было незнакомо, а ещё смутило то, что на вопрос она не ответила. — Я первый спросил. — А ты почему ещё не ушёл? — повторила Соня. Это насторожило сильнее и пытаться больше Антон не стал. Но стоит соврать, а не говорить всю правду сразу. — Я как раз собирался. У меня... только урок закончился. Сюда зашёл учителя найти, нужно было... — Антон застопорился и потупил взгляд, пытаясь придумать отмазку, — Нужно было передать кого сегодня в школе не было! Да. Меня попросили составить список. — девочка не выглядела так, как будто верит в ту брехню, которую Антон пытался нести. Приличия ради она кивнула и уткнулась обратно в свой рисунок, перестав обращаться на него внимания. Это разозлило Антона: он так выделывался ради этой девчонки, а ей всё равно?! — Что рисуешь? И ты не ответила на мой вопрос. Из какого ты класса? — порция новых вопросов прошла мимо ушей Сони, ведь после них она собрала свои карандаши, используемые для рисования, оставила листок с рисунком на столе и засобиралась к выходу. Антон рисунок рассматривать не стал, просто взял и запихнул его к себе в рюкзак, чтобы посмотреть потом. Взглянул на выход, возле которого стояла Соня и о чём-то думала, после чего развернулась к Антону и вновь улыбнулась. — Проводишь меня до дома?

***

Отказывать Антон не стал, по пути всё заваливая её вопросами. Она отвечала через раз и то очень уклончиво, оставляя ощущение недосказанности. Из того, что Антон выяснил, так это то, что она учится в восьмом классе их школы и живёт почти рядом с лесом. Вот только это оказалось ложью: они уже несколько минут шли по лесу и выхода из него не виднелось. Вдалеке откуда-то шёл дым, но он не распространялся на деревья, значит, это не было пожаром. Возможно, печь? Соня в руках держала свой рюкзак, с головы сползала шапка, открывая уши. Рядом с ней было спокойно, голос в голове не шумел. Это радовало и пугало одновременно, ведь с Полиной в таком случае могло что-то случится, из-за чего её голос больше не тревожил разум Антона. Какого чёрта он вообще его слышал тоже оставалось загадкой, которую следовало ещё разгадать. Но он обязательно докопается до правды. Антон и Соня подошли к её дому. Как и оказалось, дым шёл из дымохода старого дома, ветхого и полуразваленного. На досках прорастал мох, плесень покрыла дверь и уже, кажется, пробралась внутрь дома. Запах шёл отвратительный, как будто в доме хранили трупы, уже разлагающиеся. Антона затошнило и к горлу начала подниматься рвота. Ещё немного и... — Спасибо, что проводил, Антоша. Я пойду домой, меня дедушка ждёт. Доброй ночи. На улице смеркалось, солнце уже почти зашло за горизонт и выходила луна. По этой темени добираться до дома будет ещё сложнее. Антон ещё раз взглянул на дом новой знакомой: отчего-то он был ему знаком. Ну точно! Он был очень похож на дом Полины, только стоял в лесу и был в более плохом состоянии. Соня уже открывала дверь, когда Антон окликнул её. — Сонь, ты случайно не знаешь девочку Полину Морозову? — он решил уточнить свою догадку, отходя немного от дома. Запах принуждал выблевать всё, что он за сегодня ел. Кузнецова на вопрос улыбнулась и помотала головой, таки заходя в дом. А Антон поспешил убраться оттуда, пока ещё помнил дорогу. Дома Антон позвонил Роме. Всё-таки, они были друзьями и рассказать о странной девочке, живущей в доме из моха и плесени, было обязательной миссией. Рому как будто не удивило то, какие люди учатся с ними в одной школе. Он знал многих ребят из старших классов, про неё тоже слышал и не самые хорошие сплетни. Катя постаралась, всё про неё расплела, когда ещё не случилось с ней того горя. И появился у Ромы план тогда, в ту злополучную ночь...

***

Время подходило к трём часам ночи. Антон, Рома и Бяша шли по лесу, пока первый пытался вспомнить дорогу. Дом, заинтересовавший всех, находился в глуби леса, а сугробы мешали пройти. Предостерегали будто, кричали "не ходи", "не двигайся". Засасывали в себя. Наконец на горизонте появился дом. В темноте он выглядел ещё страшнее, шёл снег, а освещения никакого. Ощутив знакомый запах, Антон понял, что пришли они именно туда. Предупредив ребят о таком нюансе, они стали дышать медленнее, чтобы не чувствовать мертвечину. Подобравшись ко входу, Антон увидел плесень. Она вся заполнила дверь. В окнах рядом с дверью ничего не было видно, слишком темно. Но, кажется, в глубине дома горел свет, совсем крохотный, будто это была маленькая свечка. Рома тем временем думал, как выломать дверь, но оказалось всё намного проще: она была не заперта. Отворив её, парни по очереди начали заходить в дом. Жуткая темень взывала к себе, ветер с улицы завывал и призывал остановиться. Не делать того, о чём потом пожалеют. Быстро закрыв дверь, они постарались бесшумно пройти внутрь дома. В доме было три условных комнаты - кухня, гостиная и какая-то комната, скрытая за дверью. Парни разделились, Бяша отправился исследовать кухню, Рома пошуршал в гостиную, а Антону выбора не оставили и отправился он в эту закрытую дверь. Чуть приоткрыв её, он увидел тот самый свет, который видел в окне. Всё та же тусклая свечка освещала всю комнату, хоть и была совсем маленькой. В центре комнаты он увидел какую-то длинную деревянную балку, поставленную вертикально. К ней было что-то привязано, но чтобы разглядеть, Антону пришлось открыть дверь целиком. Перед ним предстала Полина, привязанная к этой балке. Из её глаз лились слёзы, а во рту был вставлен кляп. Вот, почему он не слышал её криков. Над телом висел топор, топорище которого находилось за приделами балки, а лезвие чуть не касалось головы Полины. Топор был крепко привязан верёвкой, конструкция которой уходила вниз. Верёвку держал дедушка Полины, Харитон. Он сидел в своём кресле и мирно смотрел на огонь свечи, не думая в этот момент ни о чём. Полина подняла взгляд на вошедшего гостя. Глаза её расширились, в них читалась надежда на спасение, но... Слева от происходящего стояла кровать, на которой сидела Соня. В её руках была камера, снимающая Полину. Её фирменная улыбка была на лице, ситуация её только веселила. — Проходи, Антоша, не стесняйся. Ты ведь не хочешь стать следующим участником нашей вечеринки? Твои друзья, я уверена, тоже не хотят, позови их сюда, будь добр. — Антон застыл на несколько секунд, не зная, что делать дальше. Выбора не было, он позвал Рому и Бяшу. Подошедшие друзья не знали, что и сказать, покорно прошли в комнату и... Сверху на них упала рыболовная сеть. Паника охватила ребят, у них не получалось выбраться. Они стали слушать Соню и попутно думали, как освободиться. В руках Сони была жизнь Полины. — Пора раскрыть все карты. На самом деле я мертва. — ещё одно шоковое заявление от Сони. Антон пытался сопоставить факты и придумать, что делать дальше, но на ум не приходило ничего. Где же все его мысли..? — Ты не можешь быть мертва, — выдвинул предположение Антон. Даже в этом он был не уверен. — Тебя видели в школе, мы тебя сейчас видим. Ты врёшь. — кое-как соединив мысли, Антон сказал это, чуть помедлив. — И, к слову, по вашей причине, — продолжала Соня, не обращая внимания на слова Антона, — потому что именно ТЫ, Антон, полез туда, куда не надо. Ты направился к зверям! — Соня почти кричала на последних словах. Огонь дёрнулся и чуть не потух. Ещё немного и они останутся совсем без света. — Я была одной из них. Это была я прошлым зайчиком! Ты занял моё место. Звери были смыслом моей жизни! — её голос сорвался на крик и раздался по всему дому. В её отчаянном крике было сожаление, злоба и желание мести. Соединивши всё воедино, она собиралась мстить. — Но я не виноват! Они сами пришли ко мне! — доказывал Антон, поглядывая на Полину. В её взгляде была видна горечь и смирение с дальнейшей судьбой. Антон надеялся успеть помочь ей. — Они убили меня и всю мою семью! Как ты думаешь, из-за кого? Потому что встретили тебя! Ты, мелкий засранец, испортил мою жизнь! И за это я заберу то, что было дорого тебе. Я убью её! — Стой! — Рома крикнул первый. Кажется, даже громче, чем кричала Соня. Полина для него имела огромное значение. Он не мог потерять её прямо сейчас. — Не делай этого, одумайся! Местью ты ничего не добьёшься! — Это будет справедливо. Меня можно назвать обычным озлобленным духом. Я желаю мести и я сделаю то, что планировала. Вы видите меня лишь потому, что моя душа не может успокоиться. Поэтому мне пришлось заморочиться так сильно. Всё, хватит болтовни, я не хочу разводить здесь лишний спектакль, мы и так задерживаемся. Харитон! — дедушка вдруг поднял глаза со свечи. В глазах читалось спокойствие, ему будто было абсолютно всё равно, что сейчас он буквально убивает свою внучку. Единственного близкого человека. Соня подошла ближе к балке и встала напротив Полины. Вынула из её рта кляп и позволила высказаться. Последние слова были мольбой отпустить её. Лезвие топора натянули повыше, чтобы удар прошёлся сильнее. Внутри Антона была паника. Сердце колотилось как бешеное, мысли путались, очки запотели от волнения. Всё тело дрожало, руки не могли помочь выбраться из сети. Бяша пытался привести его в чувства. Рома замер, глаза расширились в ужасе. — Антон! Я... Я люблю тебя! — вырвалось из уст Полины перед тем, как Харитон резко отпустил верёвку. Топор пробил голову Морозовой. Время замедлилось, сердце участило удары. Перед глазами всё начало плыть. Поднялось давление и Антон перестал соображать, что происходит. Держался, чтобы не отключиться. Везде кровь. На стенах. На полу. На балке. На одежде Полины. Везде её кровь. Соня смеялась. Ненормальная. Харитон натягивал верёвку и раз за разом опускал её. Бил топором свою внучку. У него не осталось никого. Он самостоятельно убил её. Хруст черепа раздался на всю комнату, от чего шум в ушах усилился. Антон слышал только этот звук. Как её череп ломается. Как его дробит топор. Как... Рядом послышался вскрик и слёзы. Рома не выдержал. На Роминых глазах убили человека, которым он дорожил сильнее всего на свете. Он был готов принять её любой, но она не принимала его. Она любила Антона и он был готов смириться с этим. Забыть о них двоих. Но сейчас... Соня сняла топор с верёвки и вонзила его в бездыханное тело, прежде именуемое Полиной Морозовой. Это больше была не она. Её лицо было раздроблено. Глазное яблоко чуть не выпало. Антона затошнило. Голова кружилась, перед глазами стояла та картина. Он только что потерял того, кто был для него опорой. Желанием жить. Он потерял... Всё?

***

— Почему... Почему вы это сделали? Дедушка Харитон... — Антон задавал ему этот вопрос уже который раз. Соня вынесла тело Полины из комнаты и выкинула в сугробы. Оно больше не нужно. Мальчиков она освободила, помогла подняться и оставила их в комнате один на один с Харитоном. Антон впервые называл его так: раньше всё кликал его стариком, когда говорил с Полиной. А теперь... — Почему вы молчите? Почему вы это сделали? Она же... Вы её... Зачем? — на вопросы Харитон не отвечал. Молчал, глядя на свечу. А потом поднял взгляд на Антона, Рому и Бяшу. И задул её.

***

Дома Антон вспомнил про рисунок. Заглянул в рюкзак и вытащил из него амулет, подаренный Полиной. Он служил связью между ними, он слышал её благодаря ему. Потому что он был при нём. А сейчас ему это стало не нужно. Достав рисунок Сони, он разглядел в нём произошедшую ситуацию. Была нарисована палка, к которой привязан человек. Было похоже на Полину. Рядом стояла кровать, где лежала камера, на которую Соня снимала, а с другой стороны сидел Харитон. Всё с той же свечой. Если бы Антон рассмотрел рисунок раньше, он бы мог это предотвратить. Ведь... Мог же?