Забота

      Эва поднимается в комнату Ливия, неся в руках поднос с едой.              Она специально встала пораньше, чтобы приготовить завтрак. Хоть и готовила на всех, но старалась только для него.              Она тихонько приоткрывает дверь, чтобы не разбудить Ливия, но обнаруживает его сидящим за столом. Он вздрагивает и поворачивается к ней. Покрасневшие глаза, обгоревшие свечи и исписанные свитки выдают его с головой: не спал всю ночь. Он устало проводит рукой по лицу, будто пытается стереть разбитость, и слабо улыбается.              — Доброе утро, — звучит как вопрос, как будто он не до конца уверен, что ночь уже прошла.              Эва укоризненно качает головой и подходит ближе. Ливий машинально расчищает место для подноса, и в нос бьет потрясающий аромат. В груди растекается тепло от того, что она позаботилась о нем. Она ставит еду перед ним, а сама упирается бедром в стол, смотря на мужчину.              — Ты всю ночь работал.              — Ругаться будешь? — его мягкая улыбка обезоруживает.              Эва осторожно присаживается к нему на колени, и сильные руки сразу обвивают ее талию, прижимая ближе. Она запускает пальцы в его волосы, нежно перебирая локоны.              — Не буду. Просто волнуюсь. Совсем себя не бережешь, надрываешься. Больно смотреть, как мучаешь себя.              Удивление сменяется безграничной нежностью от осознания ее слов. Кто последний раз так переживал за него? И переживал ли вообще? Он крепко обнимает ее, глубоко вдыхая ставший уже родным запах.              — Спасибо, — тихо шепчет ей на ухо.              Эва невесомо целует его в щеку, и тянется за лепешкой, отрывая кусочек и обмакивая ее в мед. Запоздало накрывает досада: следовало положить еды побольше и посытнее. Она подносит кусочек ко рту Ливия, который не может сдержать улыбки. Он игриво подцепляет его зубами, вбирая весь, и сразу же приникает губами к ее, подслащивая поцелуй оставшимся на губах медом. Она заливисто смеется, пока он покрывает ее щеки короткими легкими поцелуями. Вскакивает с его колен и смотрит с напускной строгостью.              — Ешь. Пока не поешь — никаких поцелуев, — тонкий пальчик упирается в широкую грудь, показывая серьезность намерений.              — Ты убиваешь меня своей жестокостью, бессердечная женщина, — картинно хватается за сердце Ливий, не переставая улыбаться.              Он возвращается к еде, а Эва усаживается на кровать, пожимая ноги и упираясь подбородком в колени. Она наблюдает за ним, ощущая невероятное удовлетворение от того, что он принял ее заботу, что ему сейчас станет хоть немного лучше.              Ливий поднимается со стула, расправившись с едой, и болезненно стонет. Затекшие мышцы ноют и отдаются неприятной пульсацией. Он падает на кровать рядом с Эвой. Сытный завтрак, забота Эвы и ее близость нагоняют спокойствие и сонливость, но боль в мышцах не дает до конца расслабиться, раздражающе портя момент.              Эва, будто почувствовав, ласково оглаживает его спину и надавливает на напряженные плечи. Сладкая боль разливается по телу, и вздох облегчения срывается с мужских губ. Она аккуратно разминает его плечи, переходя на шею. Ливий полностью ложится на живот, подставляясь под ее ласку. Она двигается медленно, неуверенно, боясь причинить боль. У него щемит сердце от каждого ее касания, наполненного трепетом и любовью. Даже в массаже она беспокоится о нем.              Эва неспешно спускается вниз по спине, массируя каждый сантиметр любимого тела. Тщательно разминает поясницу, пока мышцы не становятся мягче под ее пальцами. Она проходится последними широкими движениями по всей спине и легко касается губами его плеча.              Разморенный, почти уснувший от долгой приятной ласки Ливий открывает глаза, вспомнив кое-что и быстро переворачивается, отмечая, что вся боль ушла. Он обнимает и притягивает к себе Эву.              — Мне обещали поцелуи. Я условия выполнил. Милая госпожа довольна? — мурлычет Ливий.              — Да, — улыбается она.              — Тогда…       Он тянется к ней, приподнимаясь на локтях, и сминает ее губы своими в тягучем поцелуе. Язык аккуратно проскальзывает в ее рот, лаская нежными движениями. Он невесомо обводит ее губы, пощипывает и оттягивает, слегка посасывая. Вкладывает в каждый миг ответную любовь. Ливий сплетает их языки и чуть сжимает ладонью ее талию, сдерживая нарастающее желание.              Эва чувствует бедром, как его член стремительно твердеет от возбуждающей близости. Они прижимается к нему, и Ливий тихонько стонет в поцелуй от приятных ощущений.              — Не дразни, любимая.              Она мягко давит ему в плечо, заставляя полностью лечь на спину, и укладывает голову ему на грудь. Пряча глаза от смущения, скользит ладонью вниз и аккуратно сжимает его член через ткань, слыша прерывистый вздох. Ливий прижимается губами к ее голове и осторожно накрывает ее ладонь своей, давая возможность отступить. Эва невесомо касается губами его груди, оставляя поцелуи и спускаясь ниже. Она поглаживает напряженную плоть, и Ливий крепче сжимает ладонь, показывая, как ему больше нравится. Мышцы живота подрагивают от удовольствия, когда Эва стягивает с него одежду, обдавая кожу горячим дыханием.       Рукой она уже смелее обхватывает обнаженный член, плотным кольцом пальцев проводя сверху вниз. Она оттягивает бархатистую кожу, выбивая стоны. Член дергается в ее руке от каждого движения. На головке выступает капелька смазки, маня попробовать ее на вкус.              Эва опускает вторую руку на мускулистые бедра, чувствуя, как его мышцы напряжены. Она припадает губами к основанию члена и поднимается поцелуями выше, одновременно оглаживая нежными движениями его ноги. Эва осторожно накрывает головку губами и нежно посасывает ее, стараясь доставить больше удовольствия. Первое касание влажного языка срывает с его губ тихий выдох. Ливий откидывает голову на подушку, прикрывая глаза от блаженства. Неопытные движения любимой женщины лишь сильнее распаляют его.              Эва наблюдает за ним, чувствуя, как его удовольствие передается ей. Она смелеет и опускает голову ниже, вбирая больше. Тяжелый член давит на язык и упирается в горло. Она отстраняется, медленно выпуская головку изо рта, и тут же вновь обхватывает ее губами. Юркий язычок быстро скользит по гладкой плоти, размазывая смазку и слюну. Она ищет самые чувствительные места, лаская каждый миллиметр. С нажимом проводит языком по всей длине и погружает член во влажное тепло рта. Она двигается, стараясь с каждым разом вобрать чуть больше.              Она втягивает щеки, и Ливий прикусывает костяшки, приглушая рвущиеся наружу прерывистые стоны. Второй рукой он зарывается в ее волосы, перехватывая главенство. Он слегка направляет, помогая насадиться глубже. Дыхание становится чаще, и живот напрягается от приближения оргазма.              — Ara… Эва, я близко…              Эва не отстраняется, ускоряя темп. Она старается вобрать больше и быстрее ласкает языком. Он неосознанно подается бедрами вперед, и с губ срывается хриплый стон. Его рука сильнее стискивает ее волосы, не давая отстраниться. Эва покорно продолжает двигаться, ощущая, как он пульсирует на ее языке. Проглатывает сперму, чувствуя непривычный, слегка горьковатый, но не противный привкус. Она выпускает член изо рта и медленными ласковыми поцелуями поднимается наверх, покрывая ими живот и грудь, пока Ливий восстанавливает дыхание.              Сильные руки подтягивают ее выше, обхватив за плечи, и он впивается в ее губы, подминая под себя.              — Так, значит, заботишься обо мне? — между поцелуями спрашивает он.              — Не понравилось? — в голосе на секунду мелькают панические нотки.              — Очень понравилось, — шепчет Ливий, покрывая ее шею влажными поцелуями.              Он начинает спускаться ниже, переходя на ключицы и приближаясь к груди. Его руки нежно гладят желанное тело в ответной ласке.              — Ливий… — Эва останавливает его мягким касанием.              — Что-то не так? — взволнованно спрашивает он, сразу отрываясь.              — Нет, все хорошо, — успокаивает она и сразу тише добавляет. –Просто не сейчас.              — Я хочу сделать тебе тоже приятно, — он нависает сверху, опираясь на локти, и трется носом о ее щеку.              — Знаю, — Эва перебирает мягкие пряди волос и сладко целует, а после строго щурится. — Но сейчас я больше хочу, чтобы ты поспал.              Ливий тут же расплывается в ехидной ухмылке.              — О-о-о, какая грозная госпожа, — он подпирает голову кулаком, умилительно смотря на Эву сверху и улыбаясь, — хочешь, чтоб был послушным?              — Как будто будешь, — не сдержав ответной улыбки, закатывает глаза она.              — Могу, если ты того пожелаешь, — раздается над ухом мурчащий смех, — но если меня так каждый раз будут укладывать, то точно теперь сам ложиться не буду.       — Ливий! — Эва краснеет от смущения и прячет лицо у него в груди, легонько ударяя по плечу. Она тихо бухтит, вызывая еще больше мужского смеха. — Ни стыда, ни совести.       Он поднимает ее взгляд на себя и покрывает легкими поцелуями горящие щеки.              — Боги, ты лучшая женщина на свете, — яркая улыбка сменяется на нежную, он мягко оглаживает скулу и тихо, почти интимно добавляет, смотря в глаза, — я так тебя люблю, счастье мое.              — Я тебя тоже очень люблю, — вторит ему Эва шепотом.              Он опускается на кровать и обхватывает ее со спины, накрывая обоих тонким одеялом. Крепче прижимает к себе, зарываясь носом в волосы. Эва сворачивается у него под боком и обнимает его руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони. Крепкое мужское тело закрывает ее сзади, даря тепло и спокойствие. Ливий, умиротворенный, быстро проваливается в крепкий сон.              Впервые за долгое время его не мучают кошмары.