Рождественское чудо

      Зимой Амарилл всегда ходила в перчатках. Во-первых, из-за уличных представлений, когда она по просьбе Даррена показывала маленьким детям фокусы. Увы, те не могли посещать её шоу. Или у их родителей не имелось такого количества денег, чтобы позволить себе билет, или же некому было их сводить. Во-вторых, Амарилл считала глупостью носить варежки. Выглядело весьма нелепо. Ничего толком не возьмёшь в руки, так наверняка что-то ещё выскользнет из них. И врядли они согреют.       Правда и в перчатках ей становилось не очень-то комфортно. Пальцы — а особенно их подушечки — леденели до такой степени, что Амарилл едва ли могла пошевелить ими. Даже карманы пальто не помогали, не говоря уже про горячее дыхание или стаканчик свежего кофе. А после прогулок ей приходилось пользоваться кремом для рук, ибо кожу сушило. Однако о варежках она и слышать ничего не хотела. Лучше уж страдать, нежели выглядеть глупо, по-детски.       Однажды её вызвала Шедди, на серьёзный разговор. Амарилл остановилась у дверей кабинета и некоторое время не двигалась. Смотрела в окно, за которым вовсю бушевала метель. Сердце отчего сильно билось, а некогда холодные ладони вспотели. Хотя чего бояться? Всё же хорошо. Да, Шедди отличалась высокомерием и суровостью, однако при детях — особенно из её приюта — вела себя совершенно по-другому. Амарилл глубоко вздохнула и зашла в кабинет.       — Амарилл, рада видеть тебя, — с радостью поприветствовала её Шедди, сверкнув двумя танзанитами. — Даррен рассказал, что у тебя мёрзнут руки, а варежки надевать ты не хочешь. Почему?       — Ах, это... — с неловкостью прошептала Амарилл, — Мне просто... стыдно. Обычно их носят маленькие дети, а не взрослые девушки.       — Нет ничего постыдного в том, чтобы беречь здоровье, — проговорила Шедди, прищурив глаза. — Обрати внимание на того же Даррена: идя на улицу, он выглядит как капуста из-за многочисленных слоёв одежды. Но здоров как бык.       Шедди встала из-за стола, взяла что-то с дубовой полки и подошла к ней. Она приказала протянуть руки, Амарилл тотчас исполнила её приказ. Проблем не хотелось. Ладони тут же очутились в тёплых рукавицах серого цвета. Шедди мягко улыбнулась, любуясь собственным творением, и поцеловала сначала тыльную сторону рук Амарилл, а позже её макушку. Та раскраснелась, то ли от стыда, то ли от неловкости.       — Здоровье своих драгоценных звёздочек я ставлю превыше всего, — сказала Шедди, приняв обычную строгость, — и если кто-то, по твоему мнению, будет смеяться или шутить — немедленно скажи мне. Я разберусь с этим.       Амарилл кротко кивнула и, стараясь скорее избавиться от румянца, мотнула головой. Дабы скрыть волнение и не смешить видом Шедди, она бросила взгляд на варежки. Аккуратная вязка, красивый рисунок и не бросающийся в глаза цвет — всё так подходило её стилю. У неё возникло большое желание надеть их завтра, когда она и Даррен собирались проходить по лавочкам в поисках подарков для братьев и сестёр. В груди неожиданно стало так тепло, так жарко, что никакой холод, казалось, больше не грозил.       

      Быть может, дело в том, что эти варежки вязали с любовью?