Classroom of the Elite: Лекарство от скуки

      Очередной день, очередной подъём в половине шестого утра. Мой организм уже адаптировался к такому режиму, чему я несказанно рад.       Иногда мне приходится ложиться неприятно поздно, но для таких случаев у меня есть другой подход — я высчитываю время до пробуждения. Учёные доказали, что идеальное время человеческого сна должно быть кратно полутора часам, то есть это может быть сон длиной три часа, четыре с половиной, шесть и так далее. Указывалось, что такой цикл позволяет просыпаться во время фазы быстрого сна, то есть в тот момент, когда мозг находится в полу-бодрствующем состоянии. Иными словами, мы не выдергиваем мозг из глубокого сна, из медленной фазы. Однако длина фазы быстрого сна не очень велика — всего около пятнадцати-двадцати минут. Для каждого человека этот параметр индивидуален.       Такой способ универсален и позволяет человеку не ощущать недосып даже при экстремально малом времени сна. Ты можешь поспать полтора часа, но ощущать себя бодрее, чем если бы ты спал пять часов.       Как и ожидалось, пробуждение прошло легко. Сегодня я спал семь с половиной часов, что идеально укладывается в мою норму.       Сегодня особенный день. Девятнадцатое июня — день моего рождения. Было бы славно получить поздравления прямо с пробуждением, но… Не судьба, полагаю.       Поднявшись с кровати, я стал изучать содержимое своего стола, в очередной раз проверив наличие каждого компонента, таких как записи Сакуры, к примеру. Конечно, там были и другие, более интересные вещи, купленные мной в неприметном магазинчике в самом конце торгового центра Кеяки.       Сегодня я наконец собираюсь исполнить свой план в отношении Кушиды. Я основательно подготовился к этому дню, изучил все статьи на сайте средней школы Рицумейкан, собрал всю возможную информацию о прошлом Кушиды Кикё. Помимо этого у меня есть и другие средства для того, чтобы подвести ее к пропасти.       И все же, я не собираюсь сталкивать ее в эту пропасть. Напротив, мне жизненно необходимо сохранить Кушиду на своей стороне. Если она действительно так ненавидит Хорикиту, то мне нужна причина. Очевидно, что простого холодного отношения недостаточно для такой ненависти, даже большей, чем в сторону таких извращенцев, как Ямаучи, Миямото и Хондо.       Говоря об этих троих, я рад что Ике потихоньку избавился от их общества, сохранив только частичные контакты с Ямаучи. Я думаю, что это значительный прогресс, учитывая, что прошел всего лишь месяц с того момента, когда Ике решил измениться.       Честно говоря, Миямото и Хондо хотя бы не так сильно провалились на том, самом первом тесте еще в апреле. Ямаучи же, мало того, что провалился там, так еще и с готовыми ответами стал худшим.       Человек — ходячее олицетворение убожества.       Полагаю, надо будет разыграть его отрицательные характеристики, стравив его классу Рьюена. Жестоко, но это единственное применение, которое я для него вижу.       Я вышел на улицу, чтобы, как и всегда, устроить получасовую пробежку. Однако сегодня у меня другая цель: вчера я заметил какой-то стадион невдалеке от моего маршрута. Надо заглянуть, посмотреть.       Абсолютно все улицы были безлюдны. Очень непривычное зрелище… Было бы для того, кто в первый раз встаёт так рано.       Я добрался до стадиона примерно за десять минут. Ожидаемо, это была территория Юки, которая прямо сейчас спрыгивала с турника. — Ты наконец пришел, Юшо! С днём рождения! — Спасибо. Тебя тоже. Ждала меня? — улыбнулся я. — Ага, с самого первого дня, если говорить откровенно. Но ты не очень-то торопился, хе-хе. — Извини, был немного занят. Руководить классом отбросов, знаешь ли, гораздо сложнее, чем твоим — дружным и сплочённым. — Хе-хе, и то правда. Однако я бы на твоем месте не сгребала всех под одну гребёнку. Есть такие неизвестные переменные, от которых ты и не знаешь, чего ожидать. — таинственно намекнула Юки на что-то. — Ты говоришь о Коенджи? Знаешь ли, я подумываю над способом склонить его на свою сторону. Это кажется не самой тяжелой задачей. Он ведь ценит свою свободу, так? Значит, надо поставить его свободу под угрозу, а затем заставить работать на меня, пока я буду — формально — угрозы отражать. Но отражать я буду сам себя. Понимаешь? — Хе-хе-хе! Замечтально, Юшо! Высокого ты мнения о Коенджи-куне! — саркастично захохотала Юки. — Не буду тебе мешать, но не слишком увлекайся. Не недооценивай этого парня. Твой план расписан так, словно действия Коенджи-куна подчиняются какой-то логике. Однако тебе лучше меня известно, что за каждым его движением лежит лишь его желание и… Полное отсутствие логики. Он может отказаться от сотрудничества, просто потому что он не захочет. — Можешь не продолжать. Я буду действовать так, как считаю нужным. — холодно заметил я. — Хе-хе, что верно то верно. Но я говорила не о Коенджи-куне с самого начала. — А о ком же? — я впервые за весь разговор напрягся. — Это для тебя, пока что, останется загадкой, Юшо! Может, спросишь у кого-нибудь? — Кого? — не понял я. — Ну знаешь… — потянулась она. — Есть тут один семпай… Тренируется вместе со мной. Я ему немного и болтаю о делах нашей параллели. — Что за семпай? — Хе-хе, братик ревнует, как мило! — захихикала Юки. — Ответь нормально, Юки. Ты знаешь, что я не это имел в виду. — показательно закатил я глаза. — Ну хорошо… Этот человек один из самых известных учеников этой школы на данный момент. — Хорикита-сенпай? — Слишком. — Кирюин-сенпай? — Горячо. — Нагумо, что ли? — Абсолютно верно! Всего три попытки для столь очевидного вопроса! — Ну хорошо. И где он? — поинтересовался я, не обращая внимания на ее сарказм. — Ждет, пока мы поговорим… — Эй, Нагумо-сенпай! Ты где? Стесняешься меня, что ли? — крикнул я на весь стадион. — Дурак! — засмеялась Юки.       Со скамеек спустился подтянутый парень со светлыми волосами. Судя по его виду, он был весьма уверен в себе, и, кажется, вполне обоснованно. — Ну-ну, Цунени, не стоит проявлять такое неуважение к вице-президенту студенческого совета. — с деланым недовольством проговорил Нагумо, подходя ко мне. — Рад познакомиться с тобой. Как ты уже знаешь, меня зовут Мияби Нагумо. А тебя, как я знаю — Юширо Цунени. — Да. Я брат-близнец Юки. А вы двое давно знакомы? — Да, ещё с первого дня после ее поступления. Я занимался тут каждый день уже год. — И вас тут всего двое бывает? — поинтересовался я. — У-у-у… Всё-таки ревнуешь? — лениво поинтересовалась Юки.       Нагумо посмотрел на меня со вздохом. Видимо, он уже привык к ее поведению. Извиняться все равно, правда, не стал бы. Потерпит. — Э-хе, отвечая на твой вопрос, у нас тут еще часто бывает Хорикита-сенпай. Но в этом году он изменил своей привычке и теперь ходит на другой стадион. — А что же ты за ним не пошел? Я слышал, что ты горишь желанием бросить вызов Хориките-сенпаю. — Хотел рассмотреть своих дорогих кохаев получше. — обворожительно улыбнулся Нагумо. — Кстати, Цунени, твоя сестра вот уже отказалась, но я предложу это и тебе. Не хочешь вступить в студенческий совет? — Интересное предложение. Почему ты думаешь, что я достоин? — Я приниму любого, у кого есть желание, когда стану президентом. — прищурился Нагумо. — Но я уверен, что в тебе те же самые невероятные гены, что и у твоей сестры. Поэтому ты достоин. Хорикита-сенпай очень интересуется всего лишь тремя кохаями, и два из них — из изначального класса D. Школа в этом году сделала твой класс сильнее, Цунени. — Честно говоря, боюсь представить, насколько плох класс D в твоей параллели. Какова ваша расстановка сил на данный момент? Можешь не отвечать, если не хочешь. — Почему бы и не ответить? Сейчас мой класс, бывший В, лидирует с 1450 баллами. Класс Кириямы Икуто отстает от нас на 580 баллов, то есть имеет в активе 870 баллов. Класс С идет с 340 баллами. А класс D замыкает гонку, имея на счету всего лишь 110 очков. Разве не смешно? — Если сравнивать это с нашей параллелью, то гонка, по сути, почти окончена. — Погоди-ка, Цунени. Так ты знаешь? — он повернулся к Юки. — Думаю, догадался. Где-то и я сама намекала. — пожала плечами она. — Вы говорите о каких-то неизвестных экзаменах, проверяющих наши особые способности? — Именно. В этой школе их называют «специальными экзаменами». Вообще-то я, как твой семпай, рассказывать вам это не должен. Но раз уж ты до всего догадался, думаю, что я могу и рассказать. — Расскажи, что из себя представляют специальные экзамены. — попросил я. — А от меня слушать не хотел! — вставила Юки.       Мы с Нагумо посмотрели друг на друга и синхронно вздохнули.       Кажется, так зарождается мужская дружба. — Эй, вы! Оба два! Совсем что ли совесть потеряли! Не сметь ко мне так относиться! — завопила Юки. — Ладно, давай просто игнорировать ее. Так что с моим вопросом, Нагумо? — давясь от смеха спросил я. — Ну… Черт! Аха-ха-ха! — не удержался Нагумо. — АХАХАХАХАА! — прорвало и меня вслед за ним.       Обезьяний рефлекс, боже… Один засмеялся, другой за ним.       Юки на нас смотрит с таким лицом, что, кажется, сейчас бить будет. — Сестренка, пожалей! Слишком смешно было, только не бей! — сквозь смех как-то. умолял я. — Я подумаю. Посмотрю на ваше дальнейшее поведение. — Ха-ха, так вот. — взял себя в руки Нагумо. — Специальные экзамены проводят примерно один-два раза в семестр. Эти экзамены проверяют весь спектр ваших навыков: академические могут и вовсе не пригодится, и тогда могут блистать даже те ученики, которых все заклеймили бесполезными. На каких-то экзаменах даже класс D может быть сильнее класса А. Но, тут все, конечно, зависит от умелого руководства и мотивации. — Я понял, Нагумо. Я, пожалуй, пойду, а то мне будет больно… А про студенческий совет я подумаю. — Удачи, Цунени. — протянул мне руку Нагумо. — Можешь и по имени, Нагумо. — Тогда и ты тоже, Юширо. — До свидания, Мияби. — улыбнулся я. — И тебе хорошего дня, Юки! — Ага, удачно разобраться! — пожелала она мне.       Это она о Кушиде? Ее уровень всезнайства меня пугает…       Пока я потихоньку прогуливался в школу, меня окликнула Мацушита. — Хэ-э-эй, Юширо-ку-ун! — приветливо помахала она рукой. — Доброе утро, Чиаки. Ты что-то рано сегодня. — улыбнулся я. — Захотела с тобой прогуляться, поговорить… Нельзя? — с притворной обидой спросила она. — Можно. Как будто бы я был в состоянии тебя остановить. — вздохнул я. — Ха-ха, абсолютно верно, Юшо-кун! Хотя я и уверена, что ты меня обманываешь. Итак, для начала, я хотела узнать, нашел ли ты девушку помимо меня? — Зависит от того, как ты на это смотришь. — покачал я головой. — Выкладывай, а я уж точно разберусь. — Ну, смотри. Для начала, я сходил в ресторан с Сакурой. Это считается за свидание? — Вы обсуждали что-то помимо деловых вопросов? — мгновенно спросила Мацушита. — Обсуждали. То, что я не разбираюсь в кухне. Она рассказала мне об основных блюдах. Кроме того, мы съели какие-то невероятные пирожные. — Тогда, думаю, с натяжечкой, стоит зачесть. — сложила она руки на груди. — Мне этому радоваться или нет? — Погоди. Сперва натяжечка.       Мои щеки в этот же момент были растянуты в разные стороны. Правую вверх, левую вниз. — Ого, какая у тебя кожа эластичная. — захихикала она. — Стараюсь. Все ради тебя. — Ну, ты скажешь, Юшо-кун! — А вдруг я правду говорю? Ты же не знаешь! — А у тебя вот что-то сегодня подозрительно хорошее настроение! Что у тебя сегодня с утра пораньше случилось, выкладывай! Ты переспал с лидером класса В? — Чего? — чуть не закашлялся я. — Эххх, видимо, я не права. Но попытка была хорошая. — с грустью произнесла Мацушита. — Хорошая — слабо сказано. Слишком хорошая, чтобы я ее от тебя услышал. — Так это правда? — Чиаки… — вздохнул я. — Что?! Я вижу, что у тебя такое хорошее настроение рано утром, естественно, у меня будут вопросы! — Ну хорошо, хорошо. Я действительно встретил Юки с утра. — неохотно сознался я. — Я знала! — Мы тренировались на стадионе. — Всю малину испортил, Юшо-кун… — опечалилась она. — Я специально. Но у меня для тебя есть еще одна хорошая новость. — Слушаю. — Я навел хорошие контакты с важной шишкой из студенческого совета. По совместительству учеником класса 2-А, Мияби Нагумо. — Отличная новость! Теперь ты будешь лоббировать свои интересы в студенческом совете? — Знаешь… Я подумываю вступить. — опроверг ее я. — Ого. А он тебя пригласил? — Да. Я думаю, что Хорикита-сенпай не будет против. Я вполне уверен в том, что я один из лучших учеников нашей параллели, если не самый лучший. — От скромности ты не умрёшь, дурачок. — Я знаю. Нет ничего глупее, чем умереть от скромности. Я рационально оцениваю свои возможности. — важно заявил я.       Чиаки замолчала, и мы вместе посмотрели на ярко цветущие деревья. Я краем глаза заметил, что ее щеки слегка порозовели. — Ой, да ну тебя! Зато слушай, я узнала что Сацуки-сан нравится Ике-кун! — Правда? Я, честно говоря, рад за Ике. — Я и не сомневалась, что ты так ответишь. Он же твой подопечный, не так ли? — хитро улыбнулась Мацушита. — Ты права. Я считаю, что у Ике есть потенциал встать в ряды лучших учеников класса. — Честно говоря, я все еще в этом не уверена. Вернее, не до конца. Но раз уж ты так настаиваешь, то, пожалуй, я поверю тебе… — Спасибо, Чиаки. — бездушно ответил я на ее поддразнивания. — Эй, почему такой серьёзный тон! Еще и так внезапно! — надулась Мацушита — Потому что это лучший ответ на твои выходки. — Мои выходки? Ты называешь мое отношение к тебе выходкой? — Прекрати, Чиаки, умоляю. Я сдаюсь, сдаюсь. — поднял я руки и рассмеялся. — Ла-а-адненько, прощаю. Но! С тебя вкусняшка вечером! — Хорошо, но, скорее всего, сегодня не получится. Завтра. — Намек поняла! Ну тогда, хотя бы завтра! — Завтра, конечно…       Интересно, знает ли она вообще, когда у меня день рождения…       Раньше я его праздновал только с сестрой, не более…       Мне очень хотелось, чтобы кто-то помнил об этом дне помимо Юки. — Юшо! Не грустить! Быстро улыбку вернули! — А?! Ты чего так кричишь? — Тише, тише, дурачок!       Кто из нас тут ещё громкость создаёт… — Сегодня вечером… Приходи ко мне в комнату, когда все закончишь. — улыбнулась она. — Зачем? Есть какая-то причина? — Я уверена, что ты знаешь эту причину! — еще больше расплылась она в благосклонной улыбке. — Тогда назови. Вдруг я глупый? Ты же не знаешь этого, так? — Да не-е-е, ты определённо умный! Ладно, хорошо, скажу сейчас! С днем рождения, Юширо! — Ого… Спасибо, Чиаки. — с теплом ответил я. — Сегодня вечером буду тебе подарок дарить! И — скажу по секрету — не я одна! — Вау… Я думал, ты одна только вспомнишь об этом… — Юширо, ты глупый, всё-таки, хе-хе. Все помнят, каждый из твоих друзей. Но мы условились поздравлять тебя сегодня вечером, а я любезно согласилась предоставить свою комнату!       Прямо-таки камень с души… Мне очень приятно осознавать, что одноклассники вспомнили про мой день рождения.       За такими разговорами мы и дошли до школы. Сегодняшний вечер может быть неспокойным, но я уверен, что совладаю с этим диким зверем.       Совладав, наконец, с эмоциями, я достал свой телефон и нашёл контакт Кушиды. — Кушида, привет. Извини, не могла бы ты пройтись сегодня со мной после школы? — Вроде достаточно нейтрально… — пробормотал я.       Через пару секунд телефон завибрировал у меня в руке, означая ответ Кушиды. — Конечно, Цунени-кун!       За этим последовал милый стикер с медвежонком. Отлично, согласие зверя… (ого, как символично…) получено.       Теперь осталось дождаться конца уроков и исполнение плана можно будет считать начатым.       Кое-как, но я дождался окончания уроков. Чабашира-сенсей закончила бормотать свою скучную историю Японии и отпустила нас по домам. — Кикё-чан, пойдем домой вместе? — поинтересовались Нишимура и Ичихаши. — Извините, сегодня не получится! — поклонилась она с извинениями. — Меня уже пригласил Цунени-кун! — А… Вот оно как. Понятно, удачной прогулки, Кикё-чан! — Э… Спасибо, хи-хи! — улыбнулась она Ичихаши.       Интересно, прямо сейчас она желает смерти только Ичихаши, или обеим?.. — Пойдем, Цунени-кун! — схватила она меня под руку. — Ага. Пойдем, прогуляемся, Кушида.       Класс посмотрел… Соответственно тому, каким тоном я это произнёс. Думаю, вышло достаточно смешно.       Как только мы вышли из здания, Кушида повернулась в мою сторону с надутым лицом. — Цунени-кун, можешь перестать смеяться над девочками? Мы же не на свидание идём! — Извини, но, по-моему, было очень смешно и мило. — Нет, правда! Цунени-кун, прекрати! — Ладно, ладно. На самом деле мы и в правду не идем на свидание. Но мы все равно направляемся в мою комнату. Мне нужно решить с тобой кое-какое важное дело, касающееся всего класса. — Вот как… Поняла. А что это за дело? — Извини, но, думаю, это не стоит обсуждать на улице. — Ты так думаешь? Нас ведь даже никто не слушает! — И все равно. Никогда не знаешь, откуда тебя могут подслушивать. Может быть так, что Хашимото ведет нас от самой школы. — Эхе-хе, тогда, ты пожалуй, прав. — покачала она головой.       Мы прошли в тишине буквально десять секунд, но я уже почувствовал, что диалог был как-то… Упущен. Надо теперь придумать новую тему для разговора… — Слушай, а почему ты пригласил только меня? Почему не позвал Хирату-куна и Хорикиту-сан? — Тогда уж стоило созывать всю высшую комиссию. Но я уверен, что мы справимся и вдвоем. — Мгм. — кинула она. — Спасибо за доверие, Цунени-кун. — Всегда пожалуйста. — протянул я.       Мы начали общаться на темы, отвлечённые от дел класса. Кто куда ходил, с кем, когда, зачем, и так далее. Кушида знала страшно много. Поэтому с ней и никогда не бывает скучно.       Наконец, мы добрались до общежития и поднялись на лифте на четвёртый этаж. Я повернул ключ в комнату 411 и пригласил Кушиду войти. — Ты ведь впервые у меня? — поинтересовался я. — Да… А у тебя довольно чисто… — с восхищением протянула Кушида. — Предлагать пить не буду, не обессудь. Сейчас нету ни кофе, ни чая, ни какао. — соврал я. — Ничего страшного, Цунени-кун! Я и не хотела, не переживай! — Ладно. Садись, куда захочешь.       Кушида уселась ко мне на кровать, а я — на стул рядом со столом.       Теперь мы один на один против друг друга. Через час я либо навсегда потеряю контроль над этой девушкой… Либо она станет ко мне ближе, чем когда-либо раньше.