Жизнь мечты, которую он не просил

Без него мир теряет краски, а эта тихая гавань кажется уж слишком тихой. Зачем ему это всё, если даже солнце сияет теперь не так ярко, будто только улыбка блондина освещает весь мир.

Освещала. Томас не может осознать, что всё вправду. Этот мир: тихий, спокойный, без тех опасных приключений, что сопровождали их довольно долгое время. Неужели всё закончилось? Эти радостные лица тому доказательство. Только вот Томаса единственного не видно среди остальных. С началом новой жизни он будто исчез. Никто не знал, где тот пропадал целыми днями, а возвращался поздней ночью ибо ранним утром, молча. Это волновало, но даже если и успевали застать его где-то с расспросами, Том ловко увиливал и с улыбкой добавлял, что всё хорошо. Если бы так. И вот он вновь идёт в дальнюю часть острова, своё излюбленное пристанище. Томми любил смотреть на звезды, потому что он любил. Любил искать и соединять созвездия, думать о том, каким же образом это всё появилось, потому что это любил делать он. Самое излюбленное «Томми», но только с его уст, стало таким ненавистным сейчас. Потому что его больше нет. Ньюта больше нет. Он прочёл письмо, но лучше бы то осталось где-то там, среди руин, заражённых и трупов. Томас не может это вынести, не хочет верить, не хочет понимать и думать. Он просто хочет обратно, в ту опасность, в тот омут глаз из которых, даже выучив весь лабиринт наизусть, специально не захотел бы выбираться. Ньют единственный, кто не давал ему опускать руки. Тот кто всегда шёл за ним, даже чуть ли не на верную смерть — это всё был он. — Этот придурок должен был быть здесь, — шепчет Томас в темноту предстоящей ночи. Последние недели он только и лелеет надежду вернуться в то мгновение и дать Ньюту вонзить нож ему в грудную клетку. Начали всё это вместе, закончить тоже должны были, почему он не сдержал обещания. Почему убил себя так быстро, не задумываясь, с таким спокойным лицом. Умер у него в руках. Голова кругом от этих воспоминаний, а сны, будто заевшая пластинка, повторяют этот момент вновь и вновь. Он хочет его увидеть, но не во сне, не это воспоминание, не видеть сотый раз его смерть. Томас устал жалеть, что оказался иммунным вместо него. Почему умер Ньют, почему не он. Ради него брюнет готов отказаться от жизни, но уже слишком поздно. Где-то там тело его друга растерзали в клочья, а он сейчас сидит в безопасности и радуется жизни. Какая радость тут теперь, если его нет рядом? Почему Томас не может выкинуть из головы этого парня, с каждым днём лишь больше погружается в вязь грёз. Те строчки не выходят из головы:

«Ты получишь всё, что так хотел. Жизнь как в мечте, Томми, то чего мы так желали, она твоя. Уверен ты сможешь, ведь ты сильный и всегда им будешь. Будущее теперь в твоих руках и я знаю, что ты сделаешь правильное решение, как и всегда.»

Ньют, ты просто чёртов эгоист, раз решил, что то о чём мы вместе мечтали станет приносить радость только мне одному. Нет больше мечты, потому что нет тебя. Какой от этого смысл, если я не смог уберечь тебя? — Всё вышло, мы здесь, — со слезами говорил Томми, сжимая письмо в тот вечер. Мы здесь, но без тебя. Он не подвёл ожидания друга, но никак не свои. Томас хотел спасти всех, он должен был спасти всех. Особенно его. — Ты был готов пойти за мной куда угодно, но оставил в такой важный момент, — устало проговаривает парень, проваливаясь в сон. *** Томас проснулся намного позже, чем обычно, что уже потрепало его с самого утра. Придется увидится со всеми, не любил он этих встреч, особенно сейчас. Желания нет совсем, а будет ли когда-то? Сложно сказать. Пробираясь через заросли он уже мысленно пытался выстроить самый безопасный маршрут, чтобы обойтись без лишних вопросов и уйти со спокойной душой обратно. Жаль, что не всё случается как хотелось бы, ведь по дороге встретилась Бренда. — Что случилось? Почему ты нас избегаешь? — пыталась достучаться до него, но всё тщетно. Парень шёл дальше, сорвав с грядки немного овощей в свой рюкзак, не обращая внимания на эту надоедливую муху, что раздражала с каждой минутой всё больше. Она не плохая, просто он сейчас не особо хотел видеть их всех. Всех, кто видел его смерть. — Томми, да что с тобой, — начала было она, как вдруг Томас остановился. — Замолчи, — спокойно ответил он, всё также находившись в одном положении. — Эй, — только Бренда потянула руку, чтобы дотронуться до его плеча как её оттолкнули. Грубо, бесцеремонно, так как мог только он. Ему было всё равно, кто перед ним, ведь это не играло никакой роли сейчас. Так как играло то, как она его назвала. Девушка отлетела и оказалась на земле. Взгляд темных глаз устремился на неё, высказывая всю свою ненависть без слов в этот момент. Таким Томаса не видел никто. Другие ребята быстро спохватились и подбежали к ней, чтобы помочь подняться, а парень ушёл спустя пару минут, не обронив ни слова больше. Казалось всё позади. Успокоившись, он уже спокойно направлялся обратно, но его остановили. — Томас, подожди. Минхо.. Вот с кем он не говорил с того дня. Он не хотел попадаться к нему на глаза, потому что знал — это станет концом. Концом его молчанию. Томми не выдержал, ведь Минхо был с Ньютом с самого начала, он знал его, знал его. — Ньют написал, что я получу «жизнь как в мечте», но я не просил этого. Не просил этой жизни, — задыхается в своих словах Томас, ведь не может произнести продолжение фразы, что так желает вырваться наружу: «без него». Так они и просидели в его убежище весь день, с разговорами о Ньюте и слезами Томми. Он безумно устал держать это в себе. Как хорошо, что Минхо поймет. Поймет его, поймет, что ему тяжело и с сожалением посмотрит, без всех этих глупых слов успокоения. — Я никогда не чувствовал себя таким одиноким, Минхо. А ведь это правда. С отсутствием того сияющего парня что-то пропало внутри, будто это очень важная часть механизма, без которой ему самому не жить. Томас не прекращал прокручивать каждый момент, каждое мгновенье с Ньютом. Взгляд, улыбка, его силуэт — всё это въелось в память. Въелось также, как нож, что вонзился по самую рукоять в его сердце. Его последний вздох и эти глаза, что ещё так много хотели сказать, но уже не могли. Он не боялся умирать, больше всего он боялся оставить его. В то время как Томас был готов подставиться под этот нож сам, лишь бы позволить выиграть ещё пару минут, чтобы не потерять его. Лишь Минхо молча мог сделать выводы с этой ситуации и понять, что эти двое были обречены. Томас не признавал, но думаю порой задумывался о том, что они с Ньютом были чем-то большим, чем просто «друзья». Только этому не было суждено — им было не суждено. *** Желание, загаданное той звёздной ночью, уже никогда не сбудется. «Быть рядом с тобой всегда.» Зачем Ньют, мой глупый Ньютти..