Принятие себя и другого

      Гермиона проснулась в своей уютной, но немного захламленной квартире. Свет зимнего утра пробивался сквозь плотные шторы, наполняя комнату мягким, приглушённым светом. Она потянулась, зевая, и её взгляд упал на пушистого рыжего кота — книзла по имени Рубик, который растянулся на кресле и лениво наблюдал за хозяйкой. — Доброе утро, соня, — пробормотала она, подходя к нему. Рубик неохотно потянулся, а затем с достоинством выпрыгнул на пол, ожидая свою миску. На кухне Гермиона наполнила его миску кормом и взяла себе чашку крепкого чая. Рубик принялся есть с аппетитом, а Гермиона села за стол, машинально глядя в окно. Мысли вновь вернулись к тому, что её всё больше тяготило. Работа в Министерстве магии, которую она когда-то считала своей мечтой, теперь превратилась в нескончаемую череду бюрократии и рутинных задач. — Это не та жизнь, которую я представляла себе, — тихо произнесла она, отпивая горячий чай. Вспомнились школьные годы, наполненные опасностями и великими свершениями. Тогда она чувствовала, что делает что-то важное. А сейчас? Будни в Министерстве казались бессмысленными. "Может, я ошиблась, выбрав этот путь?" — мелькнуло у неё в голове. Рубик, закончив завтракать, запрыгнул ей на колени и тихо замурлыкал, словно пытаясь её успокоить. Гермиона погладила его мягкую шерсть и улыбнулась. — Ты хоть немного умеешь поднимать настроение, — сказала она и нежно убрала его на диван. Допив чай она пошла в ванную. Гермиона стояла перед зеркалом в ванной, машинально убирая с лица выбившиеся пряди. На полке рядом с раковиной стоял флакон с антидепрессантами, которые прописал ей маггловский врач. Она не сразу решилась обратиться за помощью к маггловской медицине, но в мире магии таких проблем не обсуждали. — Как бы я хотела, чтобы все было проще, — тихо сказала она, проглотив таблетку и запив её водой. Вернувшись в гостиную, она заметила, как Рубик потянулся на диване и снова устроился клубком, излучая спокойствие. Гермиона вздохнула, глядя на него, и мысленно уговаривала себя, что всё наладится. Перед уходом она остановилась у двери и достала палочку. Легким движением она призвала своего патронуса — серебристую выдру, которая появилась из тонкой дымки света и замерла перед ней, внимательно глядя. — Передай Гарри, что у меня всё хорошо, — сказала она, вложив в патронуса ложное, но убедительное ощущение спокойствия. Выдра кивнула и, прыгнув через стену, исчезла. Гермиона знала, что Гарри будет волноваться, но сейчас ей не хотелось делиться своими переживаниями. Он и так заботился о своей семье и работе, и она не хотела быть ещё одной причиной для его беспокойства. — Всё хорошо, — повторила она себе, как мантру, прежде чем открыть дверь и выйти в шумный, серый Лондон. Она направилась к Министерству, скрывая за безупречным фасадом внутренних демонов. Но где-то в глубине души она надеялась, что Гарри, как всегда, почувствует, что не всё так просто, и протянет ей руку, как это было много раз раньше.       Гермиона торопливо шла по длинному коридору Министерства магии, стараясь стряхнуть с себя остатки утреннего беспокойства. Она подошла к своему кабинету, готовая начать рабочий день, но остановилась, заметив знакомую фигуру. Северус Снейп стоял у её двери, скрестив руки на груди. Его длинный чёрный плащ касался пола, придавая ему ещё более мрачный и внушительный вид. Его холодный взгляд мгновенно обратился к Гермионе, и на губах мелькнула едва заметная усмешка. — Грейнджер, — протянул он с привычной язвительностью, — снова спешишь спасти магический мир? Или сегодня ограничишься исправлением запятых в отчётах? Гермиона почувствовала, как внутри всё напрягается, но она усилием воли заставила себя улыбнуться. — Доброе утро, мистер Снейп, — ответила она ровным голосом. — Надеюсь, вы не стояли здесь весь день в ожидании возможности блеснуть своим сарказмом. — Конечно нет, — бросил он, слегка приподняв подбородок. — Но поверь, наблюдать за тобой — уже достаточно занимательное занятие. Он развернулся с грацией хищника, и его плащ развеялся за ним, словно подчёркивая драматичность момента. Снейп не удостоил её больше ни слова и скользнул по коридору к своему кабинету, оставляя после себя ощущение лёгкого раздражения. Гермиона закрыла глаза и шумно выдохнула. "Он всегда знает, как испортить утро" , подумала она, открывая дверь своего кабинета. Зайдя внутрь, она поставила сумку на стол и ненадолго задержалась в кресле, пытаясь вернуть себе спокойствие. — Просто игнорируй его, — пробормотала она себе под нос. — У него это врождённое. Её взгляд упал на кипу документов на столе, и она глубоко вдохнула. Рабочий день начался, а Снейп со своими язвительными комментариями остался за дверью. Она никогда не могла точно объяснить, почему Снейп вызывал у нее столько противоречивых чувств. Он не раздражал ее в привычном смысле, но его язвительные комментарии и холодный взгляд будто пронизывали насквозь. Его слова, как невидимые стрелы, цеплялись за каждую уязвимость, которой она даже не подозревала. С одной стороны, она понимала: в этом человеке было что-то большее, чем суровость и вечная насмешка. Временами она ловила в его глазах отблески чего-то настоящего, почти ранимого. Возможно, это и было причиной, почему он не вызывал у нее злости, несмотря на резкие фразы. Но это не меняло факта — каждый его укол оставлял след в ее душе, как будто он раз за разом поднимал зеркало, отражающее все ее недостатки. Ее моральное истощение было неизбежным. После его уроков она чувствовала себя опустошенной, будто безликой тенью себя самой. Она не могла игнорировать его слова, потому что за ними стояла какая-то истина, пусть и обрамленная в сарказм. Однако, несмотря на все это, в глубине души она уважала его. Снейп не старался понравиться, не играл роль. Он был суров, но правдив. А его слова, как бы больно они ни ранили, заставляли ее задуматься. Может быть, именно поэтому он оставался для нее загадкой, которую она никогда не хотела бы разгадать до конца.       Розалин, подруга и секретарь Гермионы, постучала в дверь её кабинета. Услышав разрешение, она открыла её и вошла, держа в руках чашку свежезаваренного кофе. — Привет, Гермиона! Я принесла тебе кофе, — сказала она, ставя чашку на стол. — Ты не могла бы сделать перерыв? Этот кофе для тебя. Гермиона подняла глаза от своих записей и улыбнулась. — О, Розалин, спасибо! Ты всегда знаешь, что мне нужно. — Она взяла чашку и сделала глоток, наслаждаясь ароматом. — Ты всегда на высоте. Розалин усмехнулась, но затем ее лицо стало немного серьезнее. — У меня есть еще одно сообщение для тебя, — сказала она, доставая из кармана небольшой конверт. — Это от Снейпа. Он ждет тебя в своем кабинете. Говорит, что это связано с вашим проектом. Гермиона нахмурилась и приняла конверт. — Снейп? — Она задумалась. — Почему он не сказал этого лично? Обычно он не отправляет такие сообщения. Розалин пожала плечами. — Наверное, у него свои причины. Но ты знаешь, что касается проекта, он всегда серьезен. Думаю, он хочет обсудить детали. Гермиона кивнула, все еще не совсем понимая, что может быть за встреча. — Ладно, похоже, мне нужно туда пойти. У нас с ним есть важный проект, и я не могу его проигнорировать. Розалин с любопытством посмотрела на подругу. — Ну что ж, удачи! Не переживай, всё будет хорошо. Ты же знаешь, как с ним работать. Гермиона поставила чашку на стол и встала. — Спасибо, Розалин. Я постараюсь. Надеюсь, это не будет ничего слишком странного. Гермиона закрыла дверь за собой , а Розалин, осталась в кабинете, почувствовав, что настал момент для небольшого отдыха. Она уселась за стол, начала небрежно перелистывать бумаги и улыбнулась, представляя, что могла бы обсудить с Гермионой.       Гермиона шла по длинным коридорам Министерства магии, направляясь к кабинету Снейпа. В её голове буря мыслей, но её шаги звучали тихо, словно сама атмосфера этого места требовала тишины. Министрия магии, с её строгими правилами и беспокойными сотрудниками, всегда ощущалась немного давящей. А кабинет Снейпа был в самом сердце этого огромного здания — в одном из самых высоких этажей, где магия переплеталась с бюрократией. Что ему нужно? Почему он отправил мне это сообщение? — думала Гермиона, идя по пустому коридору. Она вспомнила, как он выглядел на последних встречах: всегда сдержанный, холодный и отстранённый. Она могла бы понять, если бы он был таким с кем-то другим, но с ней всегда было что-то... иное. Всё время его пристальный взгляд заставлял её чувствовать себя как под прицелом. Он был непреклонным, строгим, но Гермиона знала, что за этой холодностью скрывается нечто большее. Проект... — снова прокручивала она в голове. За последние несколько месяцев они с Снейпом работали над исследованием, связанным с созданием универсального зелья для восстановления магических сил . Это был важный проект для Министерства, но почему теперь он захотел встретиться с ней в такой срочной форме? Почему всё это было так важно? Что, если я сделала ошибку? Что, если я не заметила чего-то важного? — напряжённо думала Гермиона. Она всегда тщательно относилась к своей работе, но с профессором Снейпом всё было иначе. Он не был человеком, который бы хвалил или поощрял, его оценки всегда были строгими. Иногда Гермиона чувствовала, что его отношение к ней — это своего рода испытание. А может, это не просто проект? Может, он что-то хочет узнать, что я не замечаю? — её разум не давал покоя. С каждым шагом Гермиона становилась всё более нервной. Её встреча с Снейпом всегда была чем-то напряжённым, и даже в Министерстве, полном магов, с ним было особенно тяжело взаимодействовать. Наконец, она подошла к кабинету профессора. Гермиона выдохнула и постучала. Через несколько секунд раздался его привычный, холодный голос. — Войти. Она вошла, стараясь скрыть своё волнение. Снейп сидел за своим столом, поглощённый бумагами. Его взгляд, как всегда, был строгим, но она заметила, что в его глазах был какой-то странный блеск, словно он что-то предчувствовал. Гермиона почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Вскоре, когда дверь снова открылась, она увидела свою подругу, возвращающуюся после встречи с Снейпом. Гермиона выглядела немного взволнованной. Когда Гермиона вошла в кабинет профессора Снейпа, она уже чувствовала, что встреча будет не такой, как все предыдущие. Снейп сидел за своим столом, внимательно изучая несколько свитков и отчётов. Его лицо было холодным и сосредоточенным, но в глазах было нечто, что Гермиона не могла точно понять. — Садись, — произнес он безэмоционально, не поднимая головы. Гермиона села напротив, чувствуя, как её нервы начинают натягиваться как струна. Она не была уверена, что ожидать от этой встречи, но напряжение в воздухе было ощутимым. Она знала, что Снейп никогда не приглашал её к себе просто так, а его холодная манера общения всегда скрывала под собой нечто более серьёзное. Он поднял взгляд, и его острые глаза встретились с её. — Я тщательно проверил твои расчёты, Гермиона, — начал он, не скрывая недовольства. — И я должен сказать, что ты допустила несколько серьёзных ошибок. Слова Снейпа звучали как гром среди ясного неба. Гермиона почувствовала, как холод сковывает её тело. Она пыталась вспомнить все детали работы, но паника начинала нарастать. — Какие ошибки? — спросила она с нотками тревоги в голосе. — Я всё проверяла несколько раз, я была уверена, что всё правильно. Снейп бросил на неё взгляд, полный недовольства. — Ты не учла несколько важных факторов, — продолжал он, не делая пауз. — Этот проект требует гораздо большей точности. Ты не проверила некоторые из магических формул на прочность, а также упустила важный момент, который может повлиять на результат. Гермиона почувствовала, как её сердце застучало быстрее. Она была уверена, что всё сделала правильно, но теперь, услышав это от Снейпа, все её сомнения стали реальностью. Ошибки в таком проекте могли иметь ужасные последствия, и она начала понимать, что на этот раз она действительно могла что-то упустить. — Я... я не понимаю, как это могло случиться, — сказала Гермиона, чувствуя, как её голос становится слабым. — Я всегда так внимательно проверяю все данные. Снейп посмотрел на неё с холодной настороженностью. — Твоя внимательность не была достаточной, Гермиона. Ты всё делала слишком поспешно, полагаясь на свою уверенность, а не на точность. В работе над такими проектами нельзя позволять себе такие ошибки. Её гордость за свою работу была разрушена этим разочарованием. Гермиона старалась сохранить спокойствие, но в глубине души она ощущала стыд. — Я исправлю это. Я обязательно переделаю расчёты и проверю всё ещё раз, — сказала она с решимостью. — Я не допущу, чтобы проект провалился. Снейп хмуро кивнул, но его выражение лица не изменилось. — Я надеюсь на это, — ответил он, но в его голосе прозвучал холод, который заставил Гермиону ощутить, как тяжело будет вернуть его доверие. — У тебя есть ещё время, но если ты не исправишь эти ошибки вовремя, последствия будут серьёзными. Помни об этом. Гермиона, пытаясь восстановить своё спокойствие, медленно вышла из кабинета Снейпа и направилась к своему рабочему столу. Она была полна решимости исправить все ошибки, которые он указал, но мысли о том, что её работа всё-таки не была безупречной, не отпускали её. Но её шаги замедлились, когда она услышала знакомый голос, который снова раздался за её спиной. — Гермиона, — раздался холодный, почти язвительный голос профессора Снейпа, — ты так торопишься уйти? Гермиона остановилась, её сердце забилось быстрее. Она медленно повернулась и увидела, как Снейп выходит из своего кабинета, с саркастической улыбкой на губах. — Я думала, что вам больше не нужно моего присутствия, мистер Снейп, — сказала она, стараясь держать себя в руках. Снейп не ответил сразу. Он подошёл ближе, его глаза были полны того самого холодного презрения, которое она так хорошо знала. — Тебе нравится быть уверенной в своих силах, не правда ли? — произнёс он, не скрывая ехидства в голосе. — Приятно осознавать, что ты умна и многого добилась. Но, как я вижу, ты не так безупречна, как тебе хотелось бы думать. Гермиона почувствовала, как её лицо заливается краской. Он всегда умел поразить своими словесными выпадами, и она не могла не ощутить всю тяжесть его слов. — Я понимаю, что совершила ошибки, — сказала она сдержанно, — и я собираюсь их исправить. Снейп подошёл ещё ближе, теперь его взгляд был настолько ледяным, что Гермиона едва сдерживала дрожь. — Ты слишком торопишься с исправлением. Это твоё главное слабое место, Гермиона. Ты всегда спешишь быть идеальной, забывая, что на ошибках учатся, — сказал он, почти презрительно. — Ты боишься, что покажешь свою уязвимость. Это делает тебя ещё более жалкой. Её челюсть слегка напряглась, но Гермиона не позволила себе ответить гневом. Вместо этого она сосредоточилась на своём дыхании, пытаясь оставаться спокойной. — Мне не нужно ваше одобрение, мистер Снейп, — ответила она, чувствуя, как её голос становится твёрже. — Я знаю, что могу сделать всё правильно. И исправлю все ошибки. Снейп шагнул вперёд, его голос стал ещё более холодным и насмешливым. — Ты уверена, что справишься? Или ты снова будешь прятаться за своей гордостью, как всегда? Ты, кажется, не в состоянии признать, что и твоя "безупречность" имеет свои пределы. Я думал, что ты это уже осознала, но, видимо, нет. Гермиона вздохнула, но глаза её оставались твёрдыми и решительными. — Я не собираюсь оправдываться перед вами, — сказала она, сделав шаг назад. — Если вам так нужно, я это сделаю по-своему. Я сделаю всё правильно. И покажу вам, что могу. Снейп оставил её с этим. Его язвительная улыбка исчезла, но взгляд оставался таким же оценивающим. — Ну что ж, посмотрим, Гермиона. У тебя есть шанс показать, что ты действительно можешь. Но помни — если ты ошибешься снова, твоя "уверенность" тебя погубит. Ты слишком полагаешься на свою гордость. Гермиона, ощутив, как её нервы начинают напрягаться, почувствовала, что в этот раз она не может просто молчать. Слова Снейпа были такими едкими, что её терпение начало иссякать. Она сделала шаг вперёд, встречая его взгляд с решимостью. — Вы правы в одном, мистер, — начала она, её голос был ровным, но в нём звучала скрытая ярость. — Я слишком много полагаюсь на свою гордость. Но не потому, что я не признаю свои ошибки, а потому что я знаю, что способна на большее. Вы правы в том, что я не идеальна, но, в отличие от вас, я умею учиться на своих ошибках, а не прятать их под маской высокомерия. Снейп замер на мгновение, но его лицо осталось таким же холодным и непроницаемым. — Ах, вот как? — сказал он, на губах снова появилось то самое насмешливое выражение. — Ты думаешь, что можешь давать мне уроки, Гермиона? Ты, с твоей самоуверенностью и постоянными попытками доказать всем свою правоту? Ты действительно не понимаешь, что такая уверенность — это просто маска, чтобы скрыть свою настоящую уязвимость? Гермиона, не отводя взгляда, продолжила. — Я не собираюсь прятать свою уязвимость, мистер Снейп. Я её принимаю. И если это вас так раздражает, это ваше право. Но не думайте, что я буду сидеть в углу и позволять вам унижать меня, как вам угодно. Я могу и буду исправлять свои ошибки. И вам, возможно, стоит перестать пытаться учить меня быть менее уверенной в себе, потому что это не имеет смысла. Снейп, услышав такую решимость в её голосе, на мгновение прищурил глаза. Казалось, он был удивлён её ответом. Но его реакция была столь же холодной, как и прежде. — Ты действительно считаешь, что твоя "уверенность" тебя спасёт? — спросил он, с сарказмом. — Я не могу ждать, когда ты на самом деле поймёшь, что уверенность — это не всегда то, что ты думаешь. Иногда это просто тупая самоуверенность, которая приведёт к твоему провалу. — И ваш сарказм тоже не поможет мне в этом. — ответила Гермиона, её голос становился всё твёрже. — Я не собираюсь позволять вашим словам диктовать, как мне работать. Я сделаю это по-своему, и если ошибусь снова — я исправлю. Это мой путь. Снейп снова шагнул к ней, его взгляд становился всё более пронизывающим. — Ты слишком много говоришь о том, что будешь делать, Гермиона. Слова не решают, решает результат. И если ты ошибёшься снова, мне не будет никакого удовольствия наблюдать, как ты расплачиваешься за свои недостатки. Гермиона не отступила. Она стояла перед ним с твёрдостью, которую сама не ожидала от себя. В её глазах горел огонь, но не страх. — Я согласна с вами в одном, мистер Снейп , — сказала она спокойно. — Результат важен. Но я не боюсь ошибок. Я боюсь только того, что останусь в вашем восприятии всегда "недостаточно хорошей". И это — не мой путь. Вы, наверное, хотите, чтобы я оставалась в вашем идеальном мире, где нет места ошибкам, но я не собираюсь этого делать. Снейп на мгновение замолчал. Его взгляд был глубоким и проницательным, но на этот раз он не дал ни одного ответа. Он не привык, чтобы кто-то мог так открыто и уверенно ответить ему. Гермиона развернулась, готовая уйти, но внезапно почувствовала, как её тело стало напряжённым, а дыхание — сбивчивым. Стресс, накопившийся за последние минуты, наконец дал о себе знать. Она почувствовала, как её руки начинают дрожать, а грудная клетка сжимается, словно не хватает воздуха. Она пыталась сосредоточиться на каждом шаге, но её ноги становились ватными, а мысли — смазанными. Снейп, заметив изменение в её поведении, нахмурился. Его острый взгляд зафиксировался на Гермионе, и он сделал шаг в её сторону, но в этот момент она резко развернулась и поспешно направилась к выходу. — Гермиона? — его голос прозвучал почти как приказ, но она не обратила внимания. В её голове всё кружилось, и она не могла больше держать себя в руках. Её дыхание становилось всё более быстрым и поверхностным. Каждое её движение ощущалось как борьба с собственным телом. Снейп, с его острым взглядом и обычно хладнокровным поведением, заметил её беспокойство. Он мог бы спросить, что с ней, но его гордость и привычка не вмешиваться в чужие дела остановили его. Но Гермиона уже не могла больше контролировать себя. В панике она направилась в ближайший туалет, её шаги становились неуверенными, а тело — тяжёлым. Пытаясь выровнять дыхание, она вошла в одну из кабинок и закрыла за собой дверь, на мгновение прислонившись к стене. Гермиона чувствовала, как волнение охватывает её, и её разум заполнили хаотичные мысли, обострённые эмоциями. Её грудь поднималась и опускалась от неровного дыхания, руки всё сильнее дрожали. Она пыталась успокоиться, но слова Снейпа, его взгляд, его язвительность не выходили из головы. Всё, что он сказал, накладывалось на её переживания, и она не могла перестать думать о том, как он её воспринимает. Прошло несколько минут, прежде чем она смогла немного успокоиться. Гермиона вытирала слёзы, которые она не заметила, как пустила, и старалась собраться с мыслями. Она понимала, что не может позволить своим эмоциям взять верх, что должна вернуться и продолжить работать. Но сейчас, в этот момент, ей нужно было немного времени, чтобы восстановиться. Гермиона глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Каждый вдох был словно шаг к восстановлению контроля над собой. Она закрыла глаза и несколько раз прошептала себе: «Ты справишься. Просто успокойся.» Постепенно паника начала отступать, и её дыхание выровнялось. Она открыла глаза, вытерла остатки слёз с лица и вышла из туалета. Проходя по коридору, Гермиона чувствовала, как её ноги снова становятся уверенными. Она старалась не думать о случившемся, но мысли о Снейпе и его словах не покидали её. «Всё будет в порядке», — она повторяла себе, шагая к своему кабинету.       Когда она вошла в кабинет, её взгляд сразу же остановился на подруге, которая сидела за столом, явно чего-то ожидая. Розалин подняла голову, и её лицо сразу же стало настороженным, заметив, что Гермиона выглядит немного усталой. — Гермиона, что с тобой? Ты ведь выглядишь как-то... — начала она, но тут же остановилась, заметив, как Гермиона пытается собрать себя в руках. Гермиона, покачав головой, улыбнулась, хотя эта улыбка была не совсем искренней. — Всё в порядке, Розалин. Просто немного утомила встреча, — сказала она, стараясь казаться спокойной. — Ну что, как прошла встреча? — Розалин не могла удержаться от любопытства, поднимая брови и чуть наклоняясь вперед. Гермиона села на стул и вздохнула. — Он... он не совсем доволен моей работой, — призналась она, открывая глаза и глядя на подругу. — И, видимо, я немного переборщила с уверенностью в себе. Я не ожидала, что он так жестко укажет на мои ошибки. Розалин тихо засмеялась, подставив ладонь к подбородку. — Серьезно? Ну, ты-то знаешь, какой у него характер. Он всегда такой загадочный и немногословный. Но ты права, Гермиона, его взгляды всегда бывают такими... необычными. Наверное, он просто не может принять, что ты умнее всех остальных, и поэтому пытается сохранить свою власть. Гермиона улыбнулась, но всё ещё не была уверена в своих ощущениях. — Ты знаешь, Розалин, иногда мне кажется, что Снейп и правда считает меня конкуренцией. И не только по проекту, а вообще. Но я все равно его уважаю, несмотря на все эти странности. Розалин подмигнула, взяв еще один глоток кофе. — О, я понимаю тебя. Ты всегда была такой честной, Гермиона. Но если честно, я думаю, что Снейп мог бы просто сказать, что ему нужно. Иногда мне кажется, что он слишком любит держать всех в напряжении. Гермиона посмотрела на неё с улыбкой. — Ты не знаешь, что он замышляет, Розалин. Иногда мне кажется, что он играет с нами, как с пешками на шахматной доске. Но ладно, что ж, это его стиль. Розалин с интересом наклонилась вперед. — А ты не думаешь, что он может быть в тебя влюблен? Ты ведь всегда такая умная, всегда на высоте. Он не может этого не замечать. Гермиона вскочила, слегка смутившись. — О, нет, Розалин! Ты что? Профессор Снейп — это Снейп! Я не могу даже представить такое. Это просто абсурд! Розалин засмеялась, видя реакцию подруги. — Ладно-ладно, я не имела в виду ничего серьезного. Просто иногда я думаю, что он может проявлять больше внимания, чем кажется. Он же не так уж и скрытен, когда это ему нужно. Гермиона покраснела и попыталась сменить тему. — В любом случае, наш проект... Надеюсь, он не будет продолжать так держать нас в напряжении. Я просто хочу, чтобы всё наконец завершилось. Розалин, видя, что подруга начинает нервничать, решила успокоить её. — Ну, раз ты с ним справляешься, Гермиона, это уже многое значит. А насчет его взглядов — просто игнорируй их, не трать время на эти глупости. Ты знаешь, что ты на высоте. Гермиона благодарно улыбнулась. — Спасибо, Розалин. Ты всегда знаешь, как меня развеселить.       К вечеру Гермиона всё же смогла завершить работу над проектом, несмотря на внутреннее напряжение и усталость, которое оставила встреча с Снейпом. Все её усилия были направлены на то, чтобы исправить ошибки и довести расчёты до идеала, но каждая минута, каждый новый шаг в работе казались ей всё более тяжёлыми. Мысли о том, что она не оправдала ожиданий, не оставляли её, и на каждый шаг, который она делала, нависала тень сомнений. Когда рабочий день подошёл к концу, Гермиона почувствовала, как её силы иссякли. Она не могла больше думать о проекте. Внутри неё бушевал шторм эмоций, и она знала, что необходимо просто уйти и хотя бы на несколько часов забыть обо всём. Она собрала свои вещи и, отключив магический экран в кабинете, вышла из министерства. Ноги шли тяжело, как будто они не хотели двигаться. Она едва удерживалась на ногах, и только мысль о том, что ей нужно просто вернуться в свою квартиру, была единственным мотиватором. Когда она оказалась дома, Гермиона сняла обувь и, не раздеваясь, упала на диван. В её голове было слишком много мыслей, слишком много переживаний. Она уже не могла больше справляться с этим сама. Её нервное состояние, безжалостная критика Снейпа и чувство, что она не оправдала своих ожиданий, затмевали всё остальное. Взгляд Гермионы упал на стол, где лежали таблетки — антидепрессанты. Она взяла упаковку и посмотрела на неё с сомнением. В этот момент ей не хотелось думать о последствиях. Она чувствовала, как будто её жизни не хватает ярких красок, а только бесконечный поток работы и ожиданий. Гермиона взяла несколько таблеток и запила их водой, не раздумывая. Она знала, что это не решит проблему, но хотя бы на несколько часов поможет заглушить этот шум в голове. Погружённая в свои мысли, она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Никто не знал о её борьбе. Она не могла открыться никому, не могла рассказать о том, как тяжело ей быть всегда на высоте, как тяжело носить этот груз ожиданий. Она продолжала бороться, но с каждым днём всё больше ощущала, что теряет себя. Её мысли снова и снова возвращались к Снейпу и его словам. Она чувствовала, что его холодная оценка задела её больше, чем она хотела признать. И это было не только из-за проекта. Она переживала не столько из-за работы, сколько из-за того, что снова почувствовала себя недостаточной. Время пролетало незаметно, и Гермиона не сразу поняла, как долго она уже сидит в этой тишине, пытаясь забыться. Только когда звуки её собственного дыхания стали слишком громкими, она открыла глаза и с трудом встала с дивана. Она ещё не была готова вернуться к реальности, но, возможно, она должна была найти способ справляться с этим — найти силы, чтобы продолжить, несмотря на всё.