Карие глаза

Смена начиналась с широких окон, детских голосов, или не детских. С палящего солнца, чьи лучи грели так, что казалось что после пары минут есть с полсотни процентов вероятности посмуглеть. Автобус подъезжал к летнему лагерю. Артём, плотно надев огромные наушники, наслаждался музыкой. Он, то прикрыв глаза, то рассматривая улицу отсиживал свои ноги. Зад уже квадратный, хотелось пройтись по улице, побегать. Следующей мыслью был вопрос, будут ли какие-нибудь спортивные кружки. В любом случае, как и раньше каждое утро в половину седьмого утра он будет бегать по ближней территории. И неважно спят нормальные люди или не спят. Если нормальные люди спят, то Артёма можно назвать ненормальным. Ему слишком всё равно, чтобы заботишься что у других в головах. Через некоторое время, он не успел очнуться, как быстро пролетело время, автобус остановился. Водитель сказал что-то о том чтобы ребята неспешно собирали свои вещи и по очереди выходили из салона. Артём решил, что дождётся своей очереди и только тогда возьмёт свою спортивную сумку. Лагерь окружал забор, довольно высокий. Длинные арматурины, негде были скреплены вместе и образовывали клетку. – Доброе утро, ребята! – широко улыбаясь, воскликнула девушка. Благодаря красному галстуку, Артём понял что это вожатая. – Проходите на площадь, сейчас будет распределение по отрядам. Это девушка не прекращала улыбаться даже когда делала замечания детям. Она просто грозилась пальцем, улыбаясь указывала на их промах. Через 10 минут, когда чемоданы были оставлены на улице возле лавочек, на площади собралась огромная толпа людей. Расфасовщик, что вышел на сцену, объявлял категории возрастов. Тобишь начальные классы, четвёртый- шестой, седьмой-девятый и старшаки. Начали объявлять правила лагеря, где они вывешены, конкурс с победителем к концу лагерной смены, ближние мероприятия, объявили что есть таблица, которая висит там же с правилами и расписанием, где прописаны все лагерные кружки, на которые можно записаться. Артём старался внимательно слушать, но иногда музыка всё-таки забирала его внимание. И только через 20 минут монотонного говорения, отряды отправили по корпусам. Артём не обращал внимания ни на что и ни на кого кроме музыки, шагая вдоль дороги, с огромной сумкой перекинутой через плечо. Неподалёку болтали ребята. Рядом щебетали девчонки. Одна очень громко визжала о каком-то вожатом, перекрикивая музыку в ушах. Зайдя в здание, стало чуть прохладнее. Артём выбрал рандомную сторону, направляясь в правую, выбирая первую дверь справа. Он оглядел комнату, ничем не примечательная, просторная. Прямо напротив двери находится ванная. Справа и слева две спальни. Справа, три двухэтажные кровати, шкаф и несколько тумбочек, довольно широкое окно. Слева, две двухэтажных кровати, высокий шкаф, окно, тумбочки, синий пластмассовый стол и три стула. Он прошёл налево, оставив сумку, лёг на первый этаж кровати. На сколько хорошо помнит Артём, у него есть час на то чтобы разобрать вещи. Но учитывая масштаб привезённых им шмоток, ему хватит и 15 минут разбросать всё по шкафу. А пока он может отдохнуть от тягучей долгой поездки. Раскинувшись на кровати в полный рост, он закинул руки за голову, прикрыв глаза. Спина нещадно болела, кто придумал такие неудобные сиденья для детей. Артём не заметил как задремал, очнулся только тогда, когда хлопнула дверь. Он открыл глаза, заметив нескольких парней, что не прекращали поболтать. И замолчали только, когда заметили брюнета. – Привет. Не против если мы тут подселимся? – сказал один из парней, рассматривая Артёма. Прилепа снова закрыл глаза, махнув рукой, мол да. Он погрузился в сон.