Пьер Берже.Карл Лагерфельд.Ив Сен-Лоран. Психологический разбор.

Я же своей рукой сердце твое прикрою...

Можешь лететь и не бояться больше ничего.

Сердце твое двулико, сверху оно набито мягкой травой, а снизу каменное, каменное дно...

Замок из песка и тумана. Где-то в середине 70-х. Звонок журналистки издания Paris Match Бетти Катру. Журналистка: почему вы отказались от интервью? Это Пьер Берже вам запретил? Бетти: да, я не хочу расстраивать Пьера. Журналистка: но почему? Ведь вы друг Сен-Лорана.. Бетти: у Ива нет друзей. Пьер боится, что того, что я могу рассказать об Иве. (Пауза) Я их вещь... Первые десять лет пары считаются самыми счастливыми. Это и открытие дома моды, первый их совместный триумф, деньги, знаменитые, богатые друзья. Все это и правда выглядит как сказка. По большей части вся эта сказка, конечно, для Ива. Ведь именно он центр этой вселенной. Пьер это пока не совсем понимает. Не смотря на то что, по сути, он Сен-Лорана сопровождает, как часть его свиты, Пьер считает, что это «их» успех. Пара живёт вместе, наслаждается жизнью, путешествует. Опять же мы видим, что никак Пьер Ива в тот период не ограничивал. Более того у них открытые отношения, то есть у каждого есть ещё и другие партнёры. Впрочем, тут есть оговорка: можно встречаться с другими, но только не оставляя друг друга. То есть мы друг у друга на первом месте. И некоторое время это правило они соблюдают. Они официальная пара, они счастливы и они любят друг друга. По крайней мере так кажется со стороны. Все остальные могут лишь приближаться для развлечений. Часто они делят одного любовника на двоих. Но как каждый переживает это внутри? Я думаю, что Иву было прекрасно. В Пьере он никогда не сомневался. Не боялся, что тот его, вдруг, покинет, влюбившись или увлекшись другим. Приревнует по-настоящему он один раз — к Мэдисону. И не без оснований. И ревнующий Ив, Ив, который чувствует: у меня могут забрать мою вещь! — это то ещё зрелище! В интимных отношениях он проявляет всю жизнь такую же биполярность — от сумасшедшей, абсолютно маниакальной влюбленности, одержимости человеком до резкого равнодушия и прямого: ты мне надоел, уходи! Иной раз его любовники даже не успевали понять, что происходит. Ив просто захлопывал двери, оставляя человека задыхающимся от любви. Здесь нет возможности для настоящей привязанности. Что касается Пьера, то он собственник по натуре. Он тоже нарцисс и ему свойственна та же идеализация и обесценивание. Но не в такой мере и не до такой абсурдной степени, как у Ива. Базово он очень привязчив. Он созависим. Ему самому не хватает любви, так что перспектива с кем-нибудь делить Ива его не очень, думаю, вдохновляет. Что говорить, если он ревнует его даже к подругам? Например, все к той же Бетти Катру, которая мало того что забирает на себя внимание Ива, так его провоцирует его на всякие непотребные приключения. Так что я не думаю, что Пьера все это устраивало. Бернар ему не изменял. Бернар как раз был тем человеком, который, хоть будучи таким же капризным ребенком, время от времени спокойной ставил Пьера «на стул» и рукоплескал ему. Потому что любил. Да, Пьеру Берже, хоть он это никогда не признает, тоже хочется чтобы его поносили на ручках. Но Пьер не собирается проявлять ретрограда. Он всегда небрежно будет твердить, что любовники Ива его не волнуют. Лукавить, конечно. Думаю, ревновал Ива он постоянно. Эти годы период расцвета Сен-Лорана, как модельера. Самые знаковые коллекции были созданы именно тогда. Так же было когда-то с Бернаром Бюффе, которого Пьер в первые годы их жизни так вдохновлял, наполняя эмоциями, своей страстностью, сексуальностью, энергией. Пьер по сути своей аккумулятор. Он проводник. Он много потребляет, но переработав, выдает энергию в чистом виде. Деньги, проекты. Так что ещё раз, он никакой не паразит. Его беда в том, что его самого в этом процессе ничего надолго не наполняет. Все проходит и выливается вовне, оставляя его вечно голодным и неудовлетворенным. Ему бы научиться поменьше всем отдавать и проявлять к себе больше заботы, но Пьер этого не умеет и доводит себя до состояния опустошения, чтобы потом словно нищий нападать и практически вырывает еду у людей. Что до Ива, то он вещь в себе. Ему не нужен другой человек, чтобы ощущать свою наполненность и полноценность. Он есть ядро, он сущность всего. Правда его сущность постоянно ищет на кого опереться, на кого возложить все бренности бытия...но он же гений. А гению это простительно. Гения, который отдает столько миру ни у кого язык не поворачивается назвать паразитом. Даже если все люди вокруг него должны быть заняты исключительно обслуживанием его потребностей. При этом ему даже не нужно требовать этого вслух. Так выходит само собой и об этом говорили все их друзья. Мы всё-таки стараемся быть объективными. С Пьером Берже жить, конечно же, именно жить, нелегко. Как он сам пишет в письмах, их роли с Ивом распределились один раз и до конца. Пьер с Ивом всегда только родитель. Сен-Лоран с Пьером только дитя. Исключение — работа. Почему у них там никогда не возникало конфликта? Да потому что там оба были во взрослых ролях. Партнёров по бизнесу. Это, кстати, редкий феномен. Там они смогли это все разделить. Пьер умеет сочетать обе родительской роли: он может быть ласковым, утешающим и заботливым, а может требовательным, резким и критикующим. И по мере того как Ив из забавного, шаловливого, творческого и послушного на вид малыша превращается к неуправляемого, бешеного ребенка, Пьер из хорошего папочки становится злым. И эта его часть будет с Ивом только крепнуть в дальнейшем. Пьер пишет, что Иву не нравилась его требовательность, его где-то местами занудство. Конечно, ведь в этом плане Пьер превращается с людьми в свою мать. Те кто знали Кристину все отмечали, что она — это Пьер в женском обличии. Эту же роль он будет играть потом на работе в их модном доме. Грозный и страшный, раздающий указания и кричавший на всех Пьер Берже. Мы часто ведём себя как наши родители в худшем их проявлении, даже этого не замечая. Любопытно, что Пьер не был таким изначально по молодости. В начале его восхождения его вспоминают как энергичного, несколько шумного, задиристого, везде сующего свой нос, местами надоедливого, но очень дельного, ответственного, очень умного и здравомыслящего молодого человека, который умел «не повышая голоса добиваться от людей подчинения». Он будет меняться. И меняться не в лучшую сторону. Время идёт и мы приближаемся к началу 70-х. Давайте посмотрим, к чему тут герои пришли. Вот Пьер, этот базово недолюбленный, недоубаюканный ребенок, жаждущий обожания и внимания. И вот он вынужден почти 24/7 находится рядом и с Ивом и на работе в родительской роли. Заботится, управлять, отдавать. Иву не нужен рядом испуганный, уставший, расстроенный Пьер. Он никогда не жалел его. Никогда. Принимая благосклонно заботу и нежность, он отстранялся если сам Пьер чего-то хотел. Как любой нормальный живой человек в отношениях с любимым. Мы все хотим чтобы иногда нас утешили и о нас позаботились. И Пьер не является исключением. Иногда с друзьями он может позволить себе быть хотя бы просто «взрослым», на равных. Но и то не всегда, потому что окружение Ива, его друзья и подруги это по большей части такой шебутной балаган из детей, требующих развлечений. Он оказывается в обстоятельствах, в которых не может расслабиться. В психологическом плане, он как та обалдевшая мать семейства, которая вечно бегает между работой, кастрюлями, тряпками, стараясь ещё уважить мужа и трёх детей. Его собственная мать была такой и именно так его воспитала. Как сама всю жизнь и жила. И надо иметь такую изначально сильнейшую нервную систему, как у Пьера, чтобы столько времени, годами, вот это все вывозить. Впрочем, Пьер Берже однажды психологически все же сломается. Так и слышится мне недовольный голос Ива: «Пьер сломался, несите другого!» А другого такого же, как Пьер Берже нет... Можно сказать, что он сам виноват. Сам поставил так Ива и ничего не просил. Разбаловал. Повесил на шею. Но я думаю дело не в этом. Ив Сен-Лоран был со всеми таким. Не только с Пьером, но и с друзьями. Ему нечего было давать, даже если бы Пьер прямо об этом просил. Он просто был эмоционально пустым. И в глубине души Пьер понимал это. И старался принять. «За 8 лет рядом с Пьером я получила больше чем за 30 лет с Ивом. У Пьера была щедрая, солнечная сторона. Он был тем, кто успокаивал, защищал. Ничто не заставляло Сен-Лорана страдать. Это был кусок мрамора. Что касается Пьера, то его заставляло страдать все вокруг. Мы никогда не видели чтобы он действительно был счастливым.» Эти слова скажет Бетти Катру спустя год после смерти Пьера. Подчеркнув, что Пьер всю жизнь ее ненавидел и ревновал к Иву, она так же добавит в другом интервью: «Когда Ива не стало, мы очень сблизились с Пьером. И я поняла, что он на самом деле был очень добрым. Ив же был монстром.» Она вообще из всех выживших в клане будет высказываться в отношении Ива жёстче всего. Ещё раз подчеркну: Ив одинаково себя вел СО ВСЕМИ. Он был известен своим язвительным чувством юмора, которое безжалостно направлял на родных и друзей. И постоянно на Пьера. А куда все это било на самом деле? Да, именно в ту самую, хрупкую, детскую, уязвимую часть. Которая и до этого была задавлена и забита, а тут ей просто заткнули кляпом рот и пнули ногой куда-то подальше. Это не может кончиться хорошо. Пьер мог быть отвратителен. Он мог унизить и оскорбить. Иногда он откровенно хамил людям. Он мог кричать, ругаться и возмущаться. В худшие годы он вообще делал такие ужасные вещи, о которых можно думать лишь с содроганием. Но он всегда с большой теплотой, вниманием и заботой относился к своим близким людям. Нарцисс в нем сосуществовал со здоровой частью, способной любить. Если прочитать его письма к Иву, то становится очевидно, что Пьер был тем человеком, который чувства Ива постоянно боялся задеть. Он молчал в ответ на публичные порой оскорбления. Он проглатывал все обиды. Да, он сливал их потом на ни в чем не повинных людей, но в отношении тех, кого Пьер любит, он деликатен. Чувства для него в принципе не пустой звук. Он не очень умеет управлять ими, но он от природы, по своей сути, очень эмпатичный и чувствительный человек. Человек неравнодушный. Он много унижает, но он выбирает в жертвы, как он считает, недостойных людей. Я не хочу сказать что это оправдывает его поведение. Он не был добрым для всех. И вот это расщепление на злого и доброго Пьера, как точно подметила в комментариях дорогая читательница, свойство многих великих людей. Не помню, кому принадлежит эта интересная фраза: «Люди, не имеющие недостатков, как правило имеют так же мало достоинств». А отношении Пьера это было именно так. Огромные достоинства и огромные недостатки. А что же с Ивом? А тут совсем другая картина. Ив, его внутренний ребенок сияет. Ив на вершине. Он наполнен, он грандиозен. Он обожаем. Достаточно посмотреть на фото тех лет. Как Ив роскошен в 60-х и начале 70-х! В кадрах он всегда в центре. Пьер где-то с боку. И хотя он многих снимках он ещё улыбается, можно увидеть, что чем дальше, тем больше взгляд его затухает. И мы наконец-то приходим к тому, к чему должны были прийти неизбежно: Пьер начинает ощущать дискомфорт. Отношения Ива и Пьера начали портится ещё до появления Жака. В начале 70-х Пьер чувствует все нарастающее неудовлетворение. Он начинает требовать больше внимания. И судя по всему в ответ слышит «отстань». Дело в том, что Ив его не понимает. Чувства других людей, как мы знаем, его не задевают, а раздражают. Он получил с помощью Пьера все, что хотел. Он блистает. У него есть деньги, есть свита. Есть всеобщее обожание и внимание. Пьер ему, в общем-то больше не особенно нужен. Тем более Пьер уставший, требовательный, который уже не с такой интенсивностью его восхваляет. Ну ладно, не та радикально. Не то чтобы Пьер Иву прямо не нужен. Ив был человеком очень умным и прекрасно понимал, какую ценность тот представляет. Ив его и правда ценил. Но не любил. И дело не в Пьере. Ив в принципе не был способен на глубокие чувства. Из всех людей, кто был с Сен-Лораном Пьер добился и так больше всего. Вот все что мог Ив Пьеру дать: доверие, уважение( не всегда), возможность обладать и нести себя, как трофейную жену, он ему предоставил. Ну не умел Ив Сен-Лоран любить. Не был на это способен. Он позволил Пьеру быть рядом и любить себя и довольно с него. Ну а Пьер, естественно, все больше на все обижается. Подавленные потребности дают о себе знать. Что он делает: устраивает скандалы и, видимо пытаясь заставить Ива ревновать, ему изменяет. Ну как изменяет. Он начинает использовать других, чтобы получить то, что не получает. Так, например, в 73 году друзьям пары запоминается эпизод с Хельмутом Бергером, с которым у Пьера возникает любовная связь. Бергер — красавец, восходящая звезда экрана. Он кстати сыграет спустя годы Сен-Лорана в фильме Бонелло. И он внешне Ива даже чем-то напоминает. Так вот Бергер безумно влюбляется в Пьера и этого не скрывает. Происходит сцена, когда Ив, видимо уязвленный, даже демонстративно один уезжает с вечеринки без Пьера. Бергер тогда произносит фразу, которая многое раскрывает: «ты любишь Ива, зачем ты тратишь на меня свое время?» Иными словами, он задает Пьеру этот вопрос: неужели ты меня просто используешь? Да, использует, возможно даже этого не осознавая. Он просто тянется к тому, кто готов ему что-то дарить. Ведь если он совсем опустеет, ему нечего будет отдавать Сен-Лорану. Несправедливо? Нехорошо? Вероятно. Пьер будет и дальше поступать так с людьми и чем дальше, тем высасывая их все сильнее. Падение в бездну. Творческий кризис. Конец великой любви. В чем трагедия всех великих творцов? Их жизнь —это по сути бесконечная дорога Сизифа. Любой творческий человек понимает о чем это. Благословение и проклятье. Ты долго и упорно поднимаешься на вершину, чтобы задержавшись на ней на минуту, упасть с нее вниз. И начать вновь свой путь восхождения. Каждый творец — это нарцисс. В этом нет преступления. Но все же вот этот процесс от грандиозности до упадка проходит по-разному у разных людей. Судьба такого человека будет зависеть от того, что его окружает. От его личных стратегий, нервной системы, ценностей и убеждений. Давайте посмотрим, что тут представляет собой Ив Сен-Лоран. В начале 70-х он в зените своей славы. Он реализовал свой потенциал. И вот, очутившись на этой вершине, он уже ощущает, что земля начинает шататься под ним. Конечно, это внутреннее переживание. Его болезнь изначальна была глубока. Но ситуацию усугубляют и внешние факторы. Вот с одной стороны общественное давление: ещё! Гениальнее! Давай нам! Мы хотим! — кричит ему мир. Это огромный стресс и давление. Он король моды, он сам поставил себя на этот пьедестал и с него спрашивают соответственно. С другой стороны тот же Пьер, который все более требовательно хмурит брови. «Дай мне! Где же мое? Я заслужил! Отдавай мне!» И это нормально. Вот только Ив не понимает: в смысле Пьер заслужил? Что он от него хочет? Он ведь дал ему главное — он дал ему себя! Он позволил собой обладать! Он его официальный любовник и директор его модного дома. В смысле, Пьеру этого мало!? Как пример испортившиеся отношений и отчуждения то, что пара разъезжаются у себя в квартире не просто по разным спальням, а по двум этажам. И хотя на людях и перед друзьями они всё ещё изображают благополучие, оставшись друг с другом наедине они постоянно скандалят. А скандалить Пьер, как мы знаем, умеет. Кажется невероятным, как из пары, где родитель ласкает ребенка и говорит: «мое солнышко, я сварил тебе твой любимый супчик!» они превращаются в пару, где первый второму кричит: «жри это чертов суп, я тебе щас на голову надену кастрюлю!» Но именно это и происходит. Такими и станут их отношения в итоге. С той лишь разницей, что Ива в конце ничего уже трогать не будет, а Пьер до последнего из-за каждой их ссоры страдал. Я представляю, что в этот период Ив ощущает себя глубинно вновь как вот этот ребенок, запуганный одноклассниками в лицее. Они тянут к нему свои руки, они готовы его разорвать. Ему страшно. Он паникует. Он склоняется и смотрит в бездну под ним. Он уже знает, что ему предстоит пасть. И вот из этой бездны раздается сладостный голос: иди сюда, здесь хорошо... Ив встречает Жака де Башера. И он именно тот, кого он так ждал. Он — его бездна. Его дно и разрушение. В которое Ив сбежит от всего. В том числе и от Пьера. Про эту историю я уже писала в главе про Лагерфельда и поэтому не буду на ней останавливаться. Конечно, между Ивом и Жаком не было никакой великой любви. Но Иву нужен был повод, чтобы скатиться. Как признавался сам Пьер, если бы не Жак, то был бы кто-то другой. Это было уже неизбежно. Конечно, Пьер не может не понимать личной ответственности. Ведь это он так Ива раздул. Он вознёс к солнцу эту райскую птицу и оно спалило ее. Конечно Пьер этого не хотел. Он хотел лишь любви и быть счастлив. Но вот появляется Жак и в их с Ивом жизни начинается этот кошмар. Что делает Пьер? Он делает то, что считает своим долгом: он ползет за Ивом следом в эту бездну, чтобы спасти его. Почему мне так жалко его? Потому что Пьер, базово наименее нарциссичный из всех участников этой истории, чувствительный от природы, ранимый, попадает под этот перекрестный огонь. Спасти Ива, их дом моды и это под градом сыплющихся под ногами камней. Он в шоке от того, что происходит. То, как поступает с ним тогда Ив, на мой взгляд, нельзя назвать иначе, как чем - то совершенно бессовестным. Он его унижает публично. Он даже не пытается скрыть свой роман с Жаком. Более того, встречая друзей, он с весёлым раздражением рассказывает, как надоел ему Пьер, как хорошо ему быть отдельно. Что тот «мучитель», «тюремщик», и что он решил покончить со всем. И добавляет, рассказывая за обедом, как тот плакал по телефону, когда он все это ему сообщил. И это лишь один из эпизодов. Ив не понимает, что делает близкому человеку так больно. Что такие вещи, тем более публично, делать нельзя даже если этот человек тебя раздражает, бесит и тебе надоел. Но Ив в силу своей личностной организации этого просто не понимает. Мне кажется, он даже не имеет представления о том, как жесток. Ив Сен-Лоран испытывал в глобальном смысле лишь следующий спектр эмоций: одержимость и грандиозный восторг в период мании. Отчаянье, страдание и страх(такое же грандиозное) в период депрессии. Желание, стремление ( я хочу это!) и ярость и злость ( если мне это не дали). И он всегда был таким. Просто проявления болезни сделали эти черты с годами более выраженными. Друг пары ещё в 60-е годы, Таде Клоссовски, в будущем муж Лулу де ля Фалез, музы Ива, вспоминал свои впечатление об Иве, говоря, что с ним всегда было трудно. Иву не нравилось ничего и никто. Практически все вызывало в нем скуку в периоды когда он не был в психозе. Итак, Пьер в тот момент это все терпит, делая вид что не замечает жалостливые взгляды друзей. Его страдание удвоено: Ив не просто ему изменяет и его отвергает. Он себя на его глазах убивает. Кажется во всем мире есть единственный человек, который по-настоящему понимает, что он чувствует. Тот, чьими костями точно так же хрустит Сен-Лоран. Мы знаем имя этого человека. Что же он делает? Он отворачивается и уходит. Пьер остаётся один. На глубинном уровне его встреча с Ивом мне напоминает встречу двух детей. Маленький мальчик, доверчивый и жаждущий любви тянется к маленькой девочке. И вот она его обнимает и вдруг достает нож и с садизмом наносит удар один за другим. И этот ребенок, потрясенный, падает, истекая кровью. Мы знаем все эту девочку. Ив всю жизнь ее рисовал. Гадкая Лулу. Его альтер-эго. Девочка-садистка, комикс о которой Ив нарисовал ещё в 50-х. Я не хочу сказать, что Ив был по натуре садист. У него не было цели заставить страдать Пьера. Он просто не способен сочувствовать. Он равнодушен. Пьер для него в этот момент скорее досадное препятствие, ведь он летит в бездну и упивается, разбиваясь о камни. Этот мир, люди в нем его уже мало интересуют. Есть лишь его обрушенная грандиозность и его мир. Расставание с Жаком в итоге ничего не меняет. В 1976 Сен-Лоран создаёт свою последнюю выдающуюся «Русскую» коллекцию. Он не из тех гениев, которые будут, понурив голову, спускаться с горы вниз. Нет, Ив из тех, кто бросаются в пропасть с вершины. Что остаётся во всем этом Пьеру? Либо погибнуть с ним вместе либо мутировать, выживая. И мы знаем, что к счастью для себя, но к несчастью, наверное, для других Пьер Берже никогда не был капитулянтом. И он выживает. Но не все так просто. Не умеющий и не понимающий, как жить без любви, которая уже лежит рядом мертвой, он отказывается осознавать ее гибель и с ней смиряться. Даже если ему, подобно доктору Франкенштейну придется собрать ее вновь из кусков чужой и собственной плоти, превратившись в грабителя могил. И пропустить ток через этого двухголового монстра. Ив Сен-Лоран умер. Да здравствует монстр Сен-Лоран и Берже. Можно сказать, что на нашем аттракционе все это время мы ехали как на прогулке по лесу. Сначала любуясь красивыми видами, но постепенно заезжая все глубже в лес. И вот мы поднялись на рельсах уже на вершину... И вот теперь приготовьтесь: нас ждёт резкий спуск на полной скорости вниз. Или, как выразился один из знакомых Ива и Пьера: «в 77 году чета Сен-Лоран и Берже начинает схождение в ад».