New Year's gift.

31 декабря. Канун Нового года. В мрачном зимнем небе, словно драгоценные звёзды, кружатся снежинки, медленно опускаясь на пушистые слои сугробов. Каждый сотрудник компании «Laplace» торопился преобразить свой кабинет к этому удивительному празднику. Одни развешивали сверкающую мишуру и яркие гирлянды в светлых коридорах центра, другие докучали коллегам новогодними опросами. Но среди них были и такие, как Мэдисон, которые, казалось, полностью игнорировали магию этого момента. Им хотелось запереться в своём кабинете, уединиться и не покидать его до безмятежного утра первого января. На каждое поздравление от коллег они лишь недовольно закатывали глаза, мысленно отправляя собеседника куда подальше. А Регулус, занимающаяся теми самыми новогодними опросами, оказалась объектом их немалого раздражения. В слегка приглушённом свете своего кабинета, среди хаоса на столе, сидели Мэдисон. Несмотря на официальный выходной, предоставленный на новогодние праздники, они продолжали работу. Монотонные задачи казались куда более привлекательными, чем назойливый новогодний шум. Вдруг лёгкий, ритмичный стук в металлическую дверь заставил их вздрогнуть. С губ беловласого сорвался нервный вздох, сквозь сжатые зубы они прорычали: «Войдите». Через мгновение дверь медленно открылась, и в проёме появился хорошо знакомый силуэт. — Ну и на кой чёрт ты сюда пришёл? — произнесли они с прежней долей недовольства. — Мне не хотелось, чтобы мой дорогой друг провел праздник в полном одиночестве, — с улыбкой отозвался седовласый нарушитель покоя, подходя к столу. Уперевшись руками в поверхность стола, он продолжал с той же доброй усмешкой: — Что-то ты совсем не веселый, коллега. Хихикнув, парень положил ладонь на светлую макушку возмущенного собеседника, слегка растрепав их волосы. На данный поступок своего друга Мэдисон недовольно прорычали и схватили того за худощавое запястье. — Я тебе сейчас руку откушу, придурок. Не успел гость ухмыльнуться, как вдруг почувствовал, что его довольно резко потянули за руку и слегка вонзили острые зубы в плоть. Х почти сразу же нахмурился, слегка прошипев от неприятного ощущения. — Ну вот, теперь я заражусь бешенством, — язвительно пробормотал он, выдавливая на лице улыбку, только теперь она не казалась такой дружелюбной. — Ты вообще страх потерял? — Ладно-ладно, прости! — с губ вырвался мелодичный смешок. Осторожно одернув руку, он слегка потер место укуса. — Кстати, не мог бы ты помочь мне с одним делом? — Нет, не мог бы. — прервал его собеседник. — Я даже не успел закончить! Не мог бы ты сходить со мной за украшениями в кладовку? Хочу немного приукрасить свой кабинет. – Тем более нет, — настаивали они. — Разве ты не можешь справиться с этим сам? Собирать какие-то громоздкие и бесполезные машины из всего, что попадётся под руку, ты можешь, а вот повесить пару гирлянд - это уже непосильный труд? –Ну, пожалуйста…? Я надеялся, что смогу провести хотя бы немного времени с тобой, — произнес жалобно юноша, слегка надув свои щеки. Его глаза смотрели так умоляюще, черт побери этого X! Каждый раз, когда он обращается к Мэдисону с таким милым лицом, отказать было просто невозможно. Разочарованно вздохнув, словно признавая своё поражение, они через длительную паузу ответили: — О Господи… Ладно, так уж и быть! Я могу просто пойти с тобой, но не думай, что собираюсь помогать тебе в украшении. С этим, я уверен, ты справишься и сам. На лице младшего мелькнула победная улыбка. Он нежно схватил партнера за запястья и помог ему встать. Вместе они покинули кабинет, и, идя по коридорам, они молча изучали труды своих коллег: на стенах и потолках горделиво свисали разнообразные украшения, а в углах уютно разместились миниатюрные елочки, создавая атмосферу праздника. Всё вокруг было обильно украшено, даже старые, поломанные капельницы, небрежно оставленные у палаты и, по какой-то причине, никем не выброшенные, были заботливо обмотаны яркой мишурой. Наконец, подойдя к двери небольшого склада, заваленного всевозможным хламом, X медленно открыл скрипящую дверь, еле-еле поддающуюся усилиям. Благодаря свету, пробивавшемуся из коридора, он смог разглядеть контуры помещения. Перед ним раскинулись ряды стеллажей, заваленных коробками, множества тряпок, устаревшего оборудования, старой мебели и прочих предметов, которые когда-то, возможно, принадлежали кому-то, но теперь бездействовали, ожидая своего часа. Войдя внутрь, разноглазый осторожно нащупал выключатель на стене рядом с дверью. Щелчок — и лампы с легким мерцанием ожили. Свет оказался тусклым, словно лампы здесь не менялись долгие годы, и в ближайшее время это точно не планировалось. Теперь стало возможно рассмотреть каждую полку и коробку с их содержимым. Мэдисон чуть скривили лицо, оценивая запыленное помещение, но все же с неохотой шагнули вперед и приблизился к Х. Вместе они начали неспеша бродить среди высоких стеллажей, пытаясь отыскать нужную коробку, но их поиски внезапно прервались: дверь в кабинет с глухим хлопком захлопнулась. Оба мгновенно метнулись к двери. Пару раз потянув за ручку, они поняли, что дверь, кажется, заперта. — Что за хуйня? — воскликнул янтарноглазый, его голос полон негодования и легкой паники. X лишь равнодушно хмыкнул, снова потянув за ручку, на его лице было спокойствие, словно он был совершенно не тронут этой абсурдной ситуацией. — Странно… Неужели замок сломался? Если так, боюсь, что мы надолго застряли здесь. — На мгновение на его лице появилось самодовольное выражение. Он вздохнул и направился к одному из старых, пыльных диванов. Устало опустившись на него, тот уставился в белый, местами потрескавшийся потолок. МедПо несколько раз дёрнули за ручку двери, но вскоре они лишь еще раз убедились, что это бесполезно. — Черт возьми, ты собираешься просто сидеть здесь?! Может, все-таки поможешь мне?! Я не хочу провести всю свою короткую и драгоценную жизнь в этой мерзкой каморке! — Успокойся, мой дорогой коллега. Скоро кто-то заметит наше отсутствие и придёт на помощь. Что касается помощи тебе… Ты же сам отказался помогать мне с украшениями тогда, так что теперь и я откажусь. — Х, блять, очень смешно! — В порыве ярости Мэдисон из всей силы пнули дверь, но это принесло только неприятную боль в ноге и никакого результата. — Боюсь, это не поможет. Лаплас обеспечил прочность каждой двери в этом здании. Слова седовласого только разозлили их ещё больше. Раздражённо фыркнув, они подошли к дивану, на котором устроился Х, и сели рядом, недовольно скрестив руки. — У меня есть предложение, после которого я открою эту дверь, — произнес X с лукавой улыбкой, аккуратно положив руку на плечо коллеги. — Ты мне отсосешь… — Но не успел он закончить, как раздался оглушительный хлопок, и жгучая боль пронзила щёку младшего. — А не много ли ты хочешь, буковка? — прошипел ученый, скривив лицо от гнева. — Эй, а почему бы и нет? Тебе жалко? — бурчал парень в ответ. — С чего бы мне… — Но их слова были прерваны. Губы серовласого встретились с губами Мэдисона. Первые мгновения они пребывали в растерянности, однако вскоре, неохотно, ответили на поцелуй. Когда беловласый почувствовал язык инженера, стремящегося проникнуть в его рот, они неожиданно схватили того за плечи и грубо оттолкнули. Лицо Х выражало недоумение и разочарование. — Ты долбаеб.— прошептал янтарноглазый дрожащим от напряжения голосом. — Ну, смотри, мое дело предложить… Если хочешь просидеть здесь до утра, то, пожалуйста. — Ладно, хорошо! Боже, за какие грехи ты мне на голову свалился?.. Рука осторожно легла на ширинку шорт X, но, кажется, они не сильно торопились расстёгивать её. Их пальцы спустились чуть ниже, так, чтобы конечность находилась прямо между ног разноглазого. Юноша смотрел за этой сценой, чувствуя, как жар мигом накрывает его тело, дыхание становилось все тяжелее и тяжелее, а губы скривились в ухмылке, но сразу после с них сорвался вздох, ведь Мэдисон грубо сжал его промежность через ткань шорт. Некоторое время беловласый продолжал дразнить его, пока младший не выдержал и сам не потянул руку что бы расстегнуть эту долбанную ширинку и сбросить эти болезненно давящие шорты и белье, но "мучитель" остановил его руку, схватившись за запястье. Они сами потянулись к ширинке что бы медленно расстегнуть ее и стянуть шорты до колен. Теперь они массировали и сжимали его член через ткань боксеров, от чего с губ Х сорвался неконтролируемо громкий стон. Взор янтарных глаз устремился на партнера, внимательно рассматривая каждое изменение и реакцию на его лице, было забавно видеть такого самоуверенного и дерзкого юношу таким раскрасневшимся и запыхавшимся. Биолог осторожно стянул свою медицинскую перчатку, обнажая длинные, бледные, и почему-то всегда холодные пальцы. Коснувшись края белья X, они осторожно просунули пальцы под него. Такой резкий контраст с горячей кожей и холодных пальцев заставил младшего снова сорваться на громкий вздох. Наконец-то это тесное белье было благополучно снято и откинуто на пол вместе с шортами. Ладонь осторожно обхватила разгоряченную и перевозбужденную плоть снова создавая этот чертов контраст температур. Беловласый приблизился ближе к органу, окутывая его горячим дыханием, а после осторожно обхватил головку губами. Сидящий на диване с протяжным мычанием откинул голову назад и зажмурил глаза, рука инстинктивно легла на белую макушку, а пальцы запутались в пушистой шевелюре. Восстановив дыхание, он приоткрыл свои двухцветные глаза и опустил взгляд на Мэдисона. Их руки легли на бедра X, осторожно раздвигая ноги. Прикрыв глаза, они начали посасывать чувствительный кончик, активно лаская его языком. О боже. Это было прекрасно. X пришлось прикусить губу, чтобы сдержать постыдные вздохи. Через пару мгновений беловласый отстранился от кончика и начал водить языком по длине, от самого основания до розовой головки. Во время всего этого процесса они не сводили взгляд с лица X, продолжая наблюдать за каждым изменением на лице. Вновь отстранившись, Мэдисон приблизили свой рот к внутренней стороне чужого бедра, позволяя себе слегка укусить нежную плоть, оставить заметный и немного болящий след. Парень совершенно не возражал, но все же ему пришлось сильнее закусить губу чтобы не прошипеть от боли. Они уж было вернулись к прежнему делу – продолжили ласкать языком возбужденный орган, но процесс прервал хриплый голос X. — Подожди... Ты можешь лечь? Сначала старший отстранился, бросая на парня недоверчивый взгляд, но потом все же подчинился просьбе, спиной ложась на пыльный диван. Теперь уже X приступил к снятию одежды с партнера. Повозившись пару секунд с костюмом, он наконец смог снять его и отбросить к другой одежде. Разноцветный взгляд тут же метнулся к паховой области Мэдисона... Там было пусто, никаких половых признаков. Волшебные янтары глядели на X с небольшой интригой и предвкушением о том, что же их пассия собирается сделать. Дырок для полового соития у них не было, тогда что же задумал этот идиот? Серовласый обхватил чужие ноги, сжав их вместе и приподнимая. Член прижался к узкой щели между худых ног Мэдисона. Медленными движениями X расположил свой орган между бедер светловолосого, а после начал неспеша двигаться. Старший прикрыл глаза, выдавливая из своих уст довольное мычание. На протяжении нескольких минут разноглазый продолжал двигаться меж бедер своего драгоценного партнера, создавая приятное трение. Наконец, с протяжным стоном X достиг пика, излив свое семя на плоский живот арканиста под собой; тот же в свою очередь недовольно нахмурился. — Мог бы и предупредить. — Прости... Увлёкся. — на лице парня сразу же засияла счастливая улыбка. Опустив ноги старшего, он встал, с собственными все еще дрожащими конечностями, потянулся за ближайшим чистым рулоном бумаги, с целью помочь Мэдисону вытереть белую жидкость с живота. Спустя неопределенное, но явно краткое количество минут, каждый из них уже стоял в одежде. Губы успели лишь разомкнуться, в несчастной попытке что-то сказать, но всему помехой Х, одаривший возлюбленного "завершительным" поцелуем в лоб. — Спасибо. — Почти промурчал седовласый. — ...Не за что, придурок. Один щелчок пальцами – дверь также резко открылась, только того яркого света в коридоре уже не было. Неужели уже наступило ночное время... Значит, сегодня 1 января? Ну и ну. Похоже, этот год им посчастливилось встретить очень весело... Они поспешили покинуть помещение и направились в свои общежития, по пути болтая о всем, что только приходило в голову. По итогу они просрали новогоднюю ночь, а X так и не украсил свой кабинет, ну лошары крч. Мммм... дорожка мефа....