Хитрость и Любовь

Он встал и развернулся ко мне лицом. Я сильно ударилась, поэтому продолжила сидеть. Я не могла понять его поведение: что тогда было ночью? Неужели мне это приснилось? — Не делай так больше! Я не знаю, на что ты рассчитываешь, но хочу тебе уяснить: между нами ничего не может быть! Ты не в моем вкусе! — какая же я дура! Наверное, все-таки приснилось. Как же глупо было подойти и обнять человека, которого знаю второй день. Да ещё и влюбиться! — Мы здесь, чтобы тебя не нашли раньше времени. Когда я буду готов, я уничтожу всех твоих врагов, и ты будешь свободна! Ясно тебе? — Зачем ты мне помогаешь тогда? Ты мог бы поступить как твой отец... — Он мне не отец! — закричал он. — Я не мог поступить как Один, потому что цели у нас с тобой одни, и ты мне поможешь! Ты будешь мне нужна до тех пор, пока война не закончится. С сегодняшнего дня ты будешь обучаться магии и слушаться меня. Тебе ясно? Сейчас он выглядел как озлобленный мальчик. Я чувствовала себя двояко: с одной стороны хотелось его обнять, с другой — швырнуть в него что-нибудь. Но лучше было уйти подальше и выпустить эту боль. — Да, зачем так орать? Я не буду к тебе лезть, с этого дня... Никогда! — я встала и направилась в лес, надеясь, что он не пойдет за мной. — Куда ты направилась? — услышала я и повернулась. — Я со вчерашнего дня совсем не ела. Вчера я видела здесь ягоды и хочу их перекусить! — его большие зелёно-голубые глаза стали размером с монеты. Вот не могла придумать что-нибудь другое? Он теперь думает, что я ненормальная... — Ты слепая, что ли? Какие ягоды? Не видишь стол? Не видишь мясо? У тебя с обаянием как? Запахи не чувствуешь? Сядь, ешь, и нечего разгуливать по лесу в поисках подозрительных ягод! — Я не слепая! Я не буду твое мясо! Ешь его сам! — я гордо подняла голову, хмыкнула и удалилась в лес. — Дьяволица! — что? Какая ещё дьяволица? Он что-то попутал. Я ангел, Зевс меня так называл! — Йотун! — крикнула я в ответ. Я уже не думала, что это его обидит. Меня значит можно обижать? — Оставайся голодной, но это тебя не спасет от тренировок! — ой, какой грозный... Но я уже не могла в себе держать, слёзы полились рекой. Нужно было согласиться на брак с Кунцитом, всё лучше, чем остаться старой девой и безответно любить этого великана... Да и великаном его трудно назвать. У нас на Венере рыцари были куда больше этого отмороженного. Вот кем он себя возомнил? Богом? Да он даже не родной сын Одина... Рогатый, отмороженный олень, вот кто он! Успокоившись, я насобирала ягод, похожих на землянику, в большой листок. Походив ещё немного, я обнаружила гнездо прямо на земле. Решив, что его все равно раздавят, я забрала его с собой. Очень хотелось есть, но принципиально не буду есть то, что Локи приготовил. Вернувшись, я застала Локи за трапезой. Так хотелось поесть нормально, тем более, он ещё это так с аппетитом уплетает. — Разорила чьё-то гнездо? — с ухмылкой спросил он. — По крайней мере не убивала несчастное животное! Где можно пожарить? — Ты видишь тут кастрюли и сковородки? — А как ты мясо приготовил? — На палках и костре. — я растерялась. Он же умеет колдовать? Почему не воспользовался магией? Даже я немного умею. Правда, не до масштабов, чтобы наколдовать вещи. — Наколдуй мне сковороду! — попросила я. — Я тебе что, колдун что ли? — удивился он и продолжил свою трапезу, да ещё так аппетитно, что у меня чуть слюна не выпала из губ. — Ну я не знаю, как у вас там ведьм колдовать называется! — я думала, он меня сейчас убьет за это. Импровизированная вилка из его рук моментально упала из его рук. — Я Локи из Асгарда, Бог хитрости. — Бог? Да ну... Я не помню, чтобы Лафей сделался Богом... Король он был, когда его убили. — Ты Локи из Йотунхейма. Асгардцем ты стал, когда твой отец украл тебя у Лафея! И ты вовсе не Бог, король, может быть, но не Бог! — Что? — ему что, опять не дорассказали, кто он? — Ой! Я опять проболталась? — удивилась я. Ну я думала, что он вчера ушёл решать этот вопрос с Одином. Он бросил трапезу, встал со стола и ушел. — Ты куда? Локи! — спросила я, но он даже не ответил. Язык мой — враг мой. Ну вот зачем я снова и снова давлю на больную мозоль? Ему и так не сладко, а тут я ещё масло подливаю. Я села за стол и попробовала его мясо. Сухое, но есть можно. Я так голодна была, что съела всё мясо. — Даже ему ничего не оставила! — Ну ничего, поймает ещё. Он мужчина! Пусть добывает еду, а я, женщина, буду её есть. Убрав со стола, я села на большой камень, где утром сидел Локи. Заметив книгу, я взяла её почитать — что-то о магии. "О, теория, как раз то, что мне нужно!" Довольно долго его не было, я уже прочитала половину книги, и мне не терпелось попрактиковаться. Я встала и попробовала одно заклинание, но ничего не получалось. Потом начала волноваться, а вдруг он бросил меня здесь одну? Куда он ушёл? Я не могла успокоиться, бросил меня тут одну, а вдруг меня какой-нибудь крокодил съест? А водятся ли вообще здесь земные животные? Вот на Венере много земных зверей. Чтобы избавиться от лишних мыслей, я продолжила читать книгу, и вот когда я была уже ближе к концу, объявился Локи. — Ты в моей сумке лазила? — услышала я обвинение и возмутилась. — Нет, она лежала тут на булыжнике. Я не имею такой привычки лазить по чужим вещам, — обиженно ответила я. — Ты так и не ела? Прости, я сейчас... — Я съела всё твоё мясо, прости, я тебе не оставила. Впрочем, оно было совсем не вкусное! Но я была так голодна... — вот опять, я не выдержала и съязвила ему. — Ничего, я схожу, кого-нибудь поймаю, покрупнее, — он развернулся и ушёл обратно в лес. А заниматься мы сегодня вообще будем? И как это будет? Как при тренировке с мячом? Я вообще не представляю этого. Закончив читать, я так захотела искупаться. Ну, конечно, два дня не мыться, может, от меня воняет? Я принюхалась, но пахло как обычно, может, я не чувствую, а вот Локи поэтому меня отталкивает? Я встала и начала прислушиваться к шуму. Где-то недалеко слышался водопад, значит, можно помыться. Я пошла на шум и действительно за деревьями прятался красивый водопад. Я оглянулась вокруг и сняла своё платье и нижнее бельё, чтобы войти в воду. Ну тут всё равно только я и Локи, и звери. Локи ещё долго будет охотиться, да и навряд ли меня будет искать. Вода была тёплая, солнце светило прямо на меня. Я закрыла глаза, слушая пение птиц, и оказалась в сказке. Мне никогда не было так спокойно на душе, как сейчас. Я вспомнила песню, которую мама мне напевала однажды: Ветер дует, дождь идёт — Все невзгоды смоет. Встречу я свою любовь, Скоро, очень скоро. Я открыла глаза, и передо мной стоял Локи. — Извращенец! — закричала я, пытаясь прикрыться руками. А он просто смотрел на меня и... Он меня поцеловал... Я начала сопротивляться. Что это вообще такое? То не подходи, то целует? Но он прижал меня к себе ещё сильнее. Я чувствовала каждую его клеточку, живот снова разболелся. Он схватил мои ноги и приблизил меня ещё ближе, от чего я почувствовала его... Он целовал так жадно, что я не могла удержаться. Сердце колотилось с бешеной скоростью, воздуха почти не хватало, но он откинул меня от себя так грубо, что я едва успела понять, что происходит. Он смотрел на меня как хищник, готовый съесть свою жертву. Я думала, вот сейчас продолжит, но он отпустил меня... Бросил... Унизил... Зачем он это делает? Может, мстит за то, что я проболталась? За что мне это всё? Я вылезла из воды и в панике начала натягивать на себя одежду. Я не хотела возвращаться, хотя понимала, что он — единственный человек, который может научить меня магии, и единственный человек, который у меня есть. Сев на землю, я обняла колени и громко расплакалась. Из весёлой девочки я превратилась в плаксу всего за три дня. Всё это давило на меня с такой силой, навалилось и я не могла больше нести это. Я откинулась назад и увидела, как всё вокруг окутало зелёным туманом. Меня это напугало, но я не двинулась с места — сидела в ступоре. Вдруг боль стала ещё сильнее, как будто этот туман был чьей-то болью... Я сидела у водопада, пока боль не поутихла, но чувство незавершённости осталось. Мне хотелось высказать ему всё, и в то же время я хотела, чтобы он меня полюбил. Когда я решила идти обратно на поляну, туман уже рассеялся. Я шла медленно, не желая возвращаться. Чувствовала себя униженной и разбитой. Когда я подошла к поляне, решила, что не буду показывать свои настоящие чувства. Он специально заводит меня, а потом смотрит, как я страдаю. Ну и не подарю ему такого удовольствия… Он сидел у костра, на палках жарил мясо, как и утром. Я стояла так минут пять, любовалась им. Хоть он и был худой с волосами до плеч, он выглядел очень мужественно. У него сильные, мускулистые руки — не как у нас в народе говорят, «две палки». На Венере очень мало мускулистых мужчин. В основном все какие-то женоподобные. Только рыцари имели что-то отдалённо похожее на такое телосложение. Я могла долго стоять и смотреть на него, сравнивая всех мужчин вселенной с этим Йотуном. — Почему всё вокруг стало зелёным? — наконец нарушила я тишину. — Это моя магия! Она зелёного цвета... — Хм, вроде у Йотунов магия замораживающая, голубого цвета, — удивилась я. — Да, я стал синим, когда взял Ларец в руки. — Тот самый? Который твой отец забрал вместе с тобой? — Он мне не отец! — Отец, он воспитал тебя и по-своему любил! — Любил? Я был для него трофеем, который можно использовать в политических целях! — У меня вообще отца не было! Я его не помню, мне стерли о нём память! А у тебя был отец, хоть и такой! — Садись, ешь. После трапезы пойдём учиться магии, — сказал он, положив палку с мясом на деревянную кору и подавая её мне. — Расскажи о моём отце, всё что знаешь! — попросила я. Я рассказала ему всё, что знаю, а он нет. — Нет! — ответил он. — Это не моя обязанность, тебе не я должен это рассказывать. — Но у меня нет никого, кроме тебя! — слёзы снова подступили к глазам, и я сжала палку с мясом в руке. Ногти впились в ладонь. — Только ты можешь мне рассказать! — У тебя есть мать, и отец тоже есть. Я не вправе раскрывать чужую тайну, — сказал он, а я растерялась. Мой отец пропал, когда я была маленькой, а мать умерла недавно, когда захватили мой дом! — Моя мать… — Твоя мать жива! Но её где-то прячут... Или она прячется. Хеймдалль видит всех — живых и мёртвых. Твою мать он не может увидеть, но если бы она была мертва, Хеймдалль сразу бы это заметил. Твой отец тоже жив! Всё… — он замолчал, и я увидела в его глазах эту боль… Туман был его болью… Во время трапезы мы сидели в гробовой тишине. Нам не было что сказать друг другу. С одной стороны, я была очень рада, что моя мать жива, но с другой — мне было больно за Локи. Он совсем один... Да, пока у него есть я, но когда закончится эта война, мы разойдёмся… Он так сказал... После трапезы Локи повел меня на какое-то поле. Видимо, там мы будем тренироваться. — Покажи, что ты умеешь, — сказал он. Я провела рукой, и вот я уже в другой одежде с новой прической. — А что, юбки ещё короче, не было? — его взгляд, словно хищник, снова скользнул по мне. — Это сейлорфуку! — гордо ответила я. — Переоденься, в таком виде я тебя учить не буду! — его голос стал хриплым, он продолжал смотреть на меня, и тот же взгляд возвращался. Мне сразу пришла идея: я его помучаю за всё унижение. Он хочет меня, но не любит. Ну вот и я ему отомщу! — Ни за что! Мне в этом удобно! — вздернула я голову вверх. Он закипал от злости, и это приносило мне какое-то странное наслаждение. — Ты обещала меня слушаться! — не сдавался он. Я посмотрела на него, прикусив нижнюю губу, и сделала невинное лицо, насколько смогла. — Обещала слушаться во всём? Или слушаться того, что касается моей учебы? — усмехнулась я. Ну, Локи, держись, игра началась! — Так значит? Хм, — он взмахнул рукой, и я... Я стала мужчиной? — Как насчёт Тора? — Ты что сделал? Преврати меня обратно, Колдун! — он засмеялся, а мне было совсем не смешно. — Тор с девчачьим голосом, забавно, — он смеялся ещё громче, а я уже пожалела, что не послушалась его. — Теперь так будет всегда, если не научишься прилично одеваться! — он украдкой взглянул на меня. — КХМ, начнём, пожалуй! Расслабься и закрой глаза. — Как тут расслабиться в таком виде? — возмутилась я. — Верни моё тело обратно! — Ты хочешь научиться магии? Или так и будешь строить из себя капризную девочку?