Половины

Бэзил очнулся в жутком месте. Была чернота, были двери. Всё пространство вокруг будто пялилось на него, давило своим немым присутствием. Он заходил в некоторые угольные двери, но это не казалось правильным решением. Пространства в них были ужасными, даже смотреть в их глубь было больно. Все создания в них ни на что не были похожи, и говорили всегда одни и те же реплики, причём слова их только ещё больше вгоняли мальчика в ужас. Бэзил решил больше не входить в двери. Он уселся на очерченный белым контуром пол. Может быть, ему хотелось думать, что контур спасёт его от демонов? Слёзы начали катиться по розовым щекам. Ему не хотелось впадать в истерику, но Бэзил ничего не мог с собой поделать. Ему было обидно, страшно и ужасно одиноко. Он даже не помнил, как сюда попал! Всё Чёрное пространство услышало вой и всхлипы жалкого цветастого создания. Неожиданно в контур зашла тёмная фигура, на которой выбивались только светящиеся резкие глаза. Она протянула Бэзилу коробку бумажных платков, и собиралась уходить, туда, за горизонт черноты. -Подожди! – Бэзил вскочил, и своим сломанным от плача голосом попытался воззвать к фигуре. -Где я? Кто ты? Что происходит? -Не стоило мне всё-таки к тебе подходить…- сказал некто. -Ну пожалуйста! Я не хочу оставаться здесь один! Помоги, пожалуйста! – умолял Бэзил, окропляя Чёрное пространство своими слезами. -Какие же знакомые слова… Наверное, потому что ты всё-таки похож на него, хоть и дешёвая копия. Ты можешь звать меня Незнакомец, хоть мы знаем друг друга намного лучше, чем все здесь. Бэзил совсем не понимал, о чём он говорил. «Дешёвая копия»? «Он»? Они знакомы? Но он был безумно рад тому, кто не желает ему зла и с кем он может быть рядом. -Так где мы? -Там, где я родился, а ты встретишь свой конец. -Что? Конец? – лицо Бэзила исказилось страхом, брови сломались, смущая идеальную кожу морщинами. Незнакомец промолчал. -Почему здесь все говорят одно и тоже? Мне это не нравится… - Бэзил отвёл взгляд, всё ещё шмыгая носом, хоть глаза и перестали быть затоплены слезами. -Потому что важны лишь двое. -О ком это речь?.. -Те двое, кто сломали свою жизнь общим грехом. -Ты всегда так разговариваешь…почему?.. Ты меня ненавидишь? Мне страшно, а единственный здесь вменяемый…человек это ты, и ты говоришь то, что пугает меня ещё больше! Почему мир так жесток…- на Бэзила было больно смотреть, он весь трясся, венок на его голове начал рассыпаться лепестками отчаяния. Незнакомец неожиданно повернулся лицом к Бэзилу. Его пронзающий взгляд впился в мальчика. Он приложил свою руку к его лицу и произнёс: -Так вот значит каким он тебе нравится, Санни? Мягким, эмоциональным, беззащитным? Тонкая натура, такой слабый, он бы не мог сделать ничего плохого, верно ведь? – Незнакомец аккуратно касался Бэзила, но его голос звучал напряжённо. Внезапно он оторвал ладонь от мальчика. Бэзил не мог понять, о чём говорит фигура, однако прикосновение его рук всё ещё эхом отдавалось на его засоленных щеках. Оно было…таким болезненно знакомым…будто эти руки были не чужие, а его собственные… Незнакомец поднял голову наверх, приложил руки к своей груди, и, будто бы выражая своё недовольство самому Богу, закричал: -А вот таким ты его видеть не желаешь? Конечно, такой аккуратный, нежный, такой хороший человек не мог бы сделать что-то такое ужасное, да? Вот только он мог, ещё как мог! И я это докажу, сколько бы раз мне не приходилось обводить тебя вокруг пальца, чёрно-белый ты чёрт! Глаза его сузились. -А заодно выведу и тебя отсюда…мой лучший друг. Незнакомец растворился в пространстве. В конце концов у него была задача.