Госпожа Прокурор

Что делают в первую очередь, когда видят положительный результат на тестах? Конечно же идут к доктору, потому что нужно получить подтверждение беременности, если это не ошибка или шутка вселенной, и все тесты не решили подшутить над ней.              Внутри Аси вверх поднимался целый вихрь разных эмоций, целая вереница разбегающихся мыслей. От огромной радости, её кидало в жутчайший тошнотворный страха. Руки дрожали, сердце собиралось покинуть тело, а душа, то опускалась к тяпкам, то поднималась к небу. Ноги становясь ватными, подкашивались. Аси умывалась несколько раз холодной водой, пытаясь хоть немножко привести себя в чувства. Свои эмоции распознать у неё не получалось, слишком всё сумбурно скакало внутри. До её сознания ещё не доходил факт наличия новой жизни у неё внутри. Записавшись к доктору, девушка металась по квартире от стенки до стенки, пытаясь собрать все разбросанные мысли в одну стопку. Она не видела Алаза больше семи недель, почему так поздно поняла, что внутри неё зарождается жизнь? Как она упустила даты женских дней? Как могло так получиться? Почему она не обратила внимание на первые признаки беременности, которые как ей казалось, изучила досконально месяцами ранее. Это нужно же было так сильно впасть в апатию, чтобы не заметить задержку. Ночь перед первым приемом врача девушка практически не спала, испытывая раздирающее волнение. Радоваться или нет, она пока не понимала, просто ждала вердикта доктора, безумно нервничая. - Вы беременны, поздравляю, предполагаемый срок около восьми недель! Слова доктора, словно лучи солнечного света ласкали слух Аси. От обрушившегося на неё приступа счастья, переполняя девушку изнутри, у девушки полились слезы за секунду. - Вам нужно сдать несколько анализов и сделать УЗИ, тогда мы узнаем точный срок беременности, запишитесь на ближайшую дату, и я вас жду со всеми результатами, - мило улыбалась доктор, - Будем ставить вас на учёт. Выйдя из клиники и сидя уже в машине, у Аси перед глазами всё плыло от пелены слез и внутреннено волнения, она держала руку на животе и смеялась сквозь. Не смотря на сильнейшую слабость и токсикоз, девушка чувствовала себя счастливо, но в ту же секунду ей было очень страшно. В голове вереницей сразу поднялись миллион вопросов, над которыми ей ещё предстояло подумать. Когда она в своё время в своей голове планировала втайне от Алаза забеременеть и уехать, ей казалось, всё так понятно и просто. Но как только она столкнулась с реалиями сложившейся ситуации, ее охватила паника, и в голове всплыли такие вопросы, о которых она никогда раньше не задумывалась. Сможет ли она одна воспитать ребенка без чьей-либо поддержки, ведь родители точно не поймут и никогда не простят. А, Алаз? Это самое сложное. С одной стороны ей безумно хочется позвонить ему и сообщить, что её мечта сбылась и она ждет ребенка от самого лучшего мужчины в мире. С другой стороны, так страшно узнать, что ему это ребенок не нужен. Кто её сможет научить материнству, кому она сможет задать свои вопросы по беременности? Будет ли она хорошей мамой? А если Алаз откажется от них, что она скажет ребенку, когда тот спросит, где же папа? Сможет ли она заменить двух родителей? Стоит ли Алазу знать правду? Хотя наверняка, он когда-нибудь узнает и поэтому наверное, он имеет право узнать это от неё, а дальше пусть решит сам… наверное? А если он решит сойтись с ней из-за жалости или беременности? Но не смотря на беспокоящие её вопросы и тревоги, которых с каждой минутой становилось всё больше и больше, она не на секунду не жалела, что так получилось. Осознавая, что ребенок зародился в ней в самые счастливые дни её жизни и от самого лучшего мужчины, которому она будет до конца жизни благодарна за это чудо внутри неё. Теперь у неё есть частичка огромнейшей любви. По крайней мере с её стороны. Уже несколько недель Алаз безостановочно пил, осознанно погружая себя в небытие, заглушая режущую боль от кровоточащей сердечной раны. Он был разбит настолько, что терял смысл для дальнейшего благополучного существования. Как собрать себя, он не понимал, и единственное решение, что у него возникало, это тушить боль и заливать пустоту алкоголем, пытаясь хоть как-то её облегчить. Но чем пьяней он становился, тем сильнее возникало желание найти её и спросить за всю боль. За что она с ним так поступила? За что убила? Не ранила, именно убила. В его душе было пусто, пусто настолько, что терялись краски жизни. Не помогали ни уговоры и угрозы матери, ни поддержка сестры, ни риски лишиться работы. Всё было пустое и неважное. Только её глаза имели значение, что постоянно стояли перед ним. Но ведь у неё были влюбленные глаза, он не мог ошибаться. Ведь не мог же? Ведь Аси не умела же играть или притворяться. Всегда честная, откровенная, читаемая. Она сказала ему самые желанные им слова, её глаза подтвердили их. Её тактильность, ласка и забота, говорили громче любых слов. Как, как так получилось, что она всё это вырвала и забрала? Как, один человек может так сильно разрушить другого? Ненаходя ответы на свои же вопросы, Алаз продолжал тонуть в алкоголе дома на полу, не считая количества бутылок вокруг, не имея ни малейшего желания приходить в сознание и возвращаться в ту реальность, где её больше нет. Неизвестно через сколько дней, открыв глаза от ярких солнечных лучей, которые играли на его заросшем лице, Алаз сел на диван, уложив голову на руки, отперевшись ими о колени. - Нужно брать себя в руки, - прошептал он, - Хотя зачем? Весь день он пытался вернуть себя к подобию жизни. Приняв душ, убрав мусор и бутылки, а дальше что? Работа? Сколько он её не посещал? Он сбился какой сегодня день, сколько дней прошло с того дня, как он услышал её голос, что так больно засел в памяти, бесконечно прокручиваясь, как заезжанная пластинка. Стоя на балконе, выпуская дым в пустоту, наблюдая за людьми внизу, которые живут свою жизнь, улыбаются, разговаривают, радуются теплым весенним дням. Как это, когда ты искренне улыбаешься, как это, когда ты думаешь, что тебя любят. Как это? Он не забыл, но вспоминать было, слишком больно. В дверь настырно звонили и игнорировать навязчивый звук было невозможно. Нехотя Алаз открыл дверь, и в квартиру практически влетели мать и сестра. - Алаз, ты почему трубку не берёшь? – кричала Неслихан, осмотревшись и понимая, что мужчина начал приходить в себя, - Я с самого утра тебе безрезультатно набираю. - Ну вот, я жив, - расставил руки в сторону, - С балкона прыгать не собираюсь, продолжу существовать, так что всё нормально, - пошел он к кофемашине, чтоб заварить крепкий напиток. - Алаз, - слегка робко произнесла женщина, переглядываясь с Чаглой, - Мы нашли Аси. - Мне плевать, - отрешенно ответил мужчина, не отрывая глаз от струйки черной жидкости, что наполняла чашку. - Как это? – недоумевала Чагла, - Ты не спишь ночами, выискивая её, потом напиваешься в стельку, чтоб сказать, что тебе плевать? Если плевать, то почему ты не продолжил жить свою обычную жизнь, а? - Да, потому что мне больно Чагла, блять, больно!!! – поднимал голос адвокат, впиваясь в неё глазами, - Вот тут жжёт, болит и выгорает, - тыкал себе в грудь, - Пока я тут сдыхаю, она там у брата пироженки просит, у неё всё заебись. Это просто я лох, поверил, доверился… - Она беременная, - перебила Неслихан. Минутная пауза. Словно зависшая кинопленка. Слова мамютери заставили Алаза застыть. - Что? – опешил мужчина. - Она на днях была у доктора, примерный срок семь-восемь недель. Так что я тебя поздравляю. Она сегодня идёт на своё первое УЗИ к двенадцати. Можешь составить ей компанию. Снова душная пауза. А глазах Алаза мир завис на мгновенье. - Зачем? Она бросила меня, я ей не нужен, - отрешенно перевел он растерянный взгляд от матери. - Ей может и не нужен, а вот своему ребёнку очень нужен. Чтобы она не говорила ты имеешь права быть рядом, и принимать участие в воспитании, - пыталась улыбнуться Несли, - Или ты считаешь, что это может быть не твой ребенок? - Нет, не считаю, уверен, что мой, - пытаясь высчитать дату их последней встречи, но знать бы какое сегодня число и день. И вообще, сколько он пьет? – Хотя, я уже ни в чём не уверен, - прохрипел мужчина, от непонятных эмоций, что вспыхнули в нём, что-то похоже на смесь злости, ярости и дикой обиды, вперемешку с таким сладким теплом и страхом. - Ты дурак?! – не выдержала сестра, - Соберись придурок, ты скоро станешь отцом, съезди к ней, поговори! - Она не хочет меня видеть… - Да плевать!!! – бесилась Чагла, - Когда тебя такое останавливало? Это твой ребенок, твой, я уверена в Аси, да и судя хотя бы по сроку, она возможно сама недавно узнала, просто съезди и поговори. Тебя никто не заставляет сходиться с ней, или жениться, но я хочу быть тетей. Хотя бы ради меня, - психовала сестра. - Вот сама и поезжай, а мне похуй!! - Не ври! – поднимала голос Неслихан, - Да возьми ты себя в руки, ты давно не маленький мальчик! Мне что учить тебя нужно? Хватит! У меня есть только адрес больницы, поедешь к назначенному времени, встретишься с ней и поговоришь, ясно? Просто поговори. - Если бы она хотела, чтоб я был отцом этому ребенку, то нашла бы способ мне сообщить, - злился мужчина. - Может она и собиралась, - психовала Чагла, - Просто мы её опередили. Вот найди её и спроси. - Как ты узнала адрес? – обратился он к матери. Алазу так туго доходило, всё что он слышал, словно он ещё в пьяном бреду. - Я дала запросы во все больницы Турции, мне пришел ответ из этой. Аси не успела поменять страховку. Она Аси Айдын. Так и нашли, - уже спокойным тоном проговорила мать, - Алаз, тебя никто не заставляет жениться на ней, но прошу, поговорите, решите всё, не ради себя, ради ребенка, он ни в чем не виноват. Когда женщины покинули квартиру, Алаз молча смотрел на часы. С одной стороны ему до одури хотелось увидеть её, с другой, было страшно от боли, которую он испытает при её виде. Зажмурив до боли глаза, Алаз откинулся на спинку дивана. Сейчас в нем боролись разум, сердце и страх. Дитчайший страх увидеть её и страх своей реакции на это. Посмотрев на часы, 8:53. До Шиле ехать примерно час, приём на двенадцать. Он точно успеет. Больше не раздумывая ни секунды, переодевшись, он вышел на парковку. Будь, что будет. Ощущая тёплые солнечнее весенние лучи, он глубоко вдохнул свежий воздух в легкие, словно набираясь смелости сесть в машину и поехать к НЕЙ. Дорога была мучительно долгой, и слишком быстрой одновременно. Чем ближе он подъезжал к больнице, тем сильнее в нём поднималась непонятная тревога, волнение, злость и обида. Всё вперемешку. Он боялся не сдержаться и обидеть её и также сильно боялся своего животного желания прикоснуться к ней. Увидеть её и никогда не видеть, было одинаково страшно. Прибыв к указанной клинике, Алаз припарковался перед входом, осматривая все стоящие на парковке машины. На какой машине ездит Аси он не знал, ведь свою старую она оставила в Стамбуле на платной стоянке, которую Алаз очень быстро нашел, в отличии от её хозяйки. Через стекло солнышко достаточно жарило, он стал близко к выходу, чтобы не пропустить её. 11:43. Белый внедорожник припарковался близко к входу, практически напротив машины Алаза, и он увидел через стекло за рулем до адской боли, знакомый профиль. Сердце замерло, затем начало отбивать хаотично чечётку, к глазам подступила жидкость, скручивая и выжимая внутренности до противной тошноты. Дверь открылась и из машины вышла ОНА. Чертовски красивая, нежная, родная. Тело сковало, руки перестали слушаться, горло пересохло, живот втянуло куда-то глубоко во внутрь. Воздуха в лёгких катастрофически не хватало. Девушка открыла заднюю дверь, взяв какие-то папки, поправив непослушные волосы за ухо, проверяя документы, захлопнула дверь и нажав кнопку , поставила машину на сигнализацию. Уверенно шагая, скрылась в здании. Несколько минут Алаз не мог прийти в себя. Его словно парализовало. Он забыл как дышать. Обида к ней куда-то испарилась, всё что хотелось, сжать её в своих объятиях, прочувствовать её тепло, её дыхание, её запах. Он и сам не помнит, как оказался на нужном ему этаже. Очутившись в коридоре, он издалека увидел знакомый силуэт, сидевший , напротив нужного ей кабинета, изучая какие-то бумаги. Её лицо было расслабленное, нежное, красивое. Она вся была слишком красивая, хоть и нервничала, что выдавало её тело. Девушка часто дергала ногами, перестукивала ногтями по папкам, судорожно посматривая на часы. За несколько шагов он присел через два кресла от неё. Аси с трепетом ждала посещения кабинета УЗИ. Она так волновалась, что её тело непроизвольно дрожало. Больше всего ей хотелось, чтоб глядя в монитор, её за руку держал отец этого ребенка, что живёт внутри. Отвлекая себя от мыслей и волнения, девушка читала направления врача, вчитываясь в буквы, смысл которых не пыталась понять. Мимо неё по коридору постоянно шастали люди, не обращая на окружающих внимание, брюнетка сидела и отвлекала себя чтением непонятных букв, посматривая на минуты на часах опасаясь пропустить нужное время. Разгоняя волнение, Аси на секунду замерла, почувствовав до боли знакомый запах парфюма. Такой, что проникал куда-то очень глубоко в желудок, кружа мысли, погружая в нежные воспоминания. Аси непроизвольно слегка дернулась от нахлынувшей ностальгии. И в ту же секунду голос… Голос, который отбился где-то глубоко-глубоко в сознании и перекрыл воздух к легким, заставляя сердце на секунду остановить свой ритм. - А мне, решила не сообщать? Тело Аси моментально закаменело и она затаив дыхание не могла оторвать взгляд от точки перед собой, которая начала раздваиваться от волнения. Боковым зрением, девушка понимала, что рядом с ней кто-то сидит. Ей словно перекрыли кислород, заставили сердце не биться, не дышать. Она медленно, очень неуверенно повернула голову в его сторону. ОН. ОН рядом, ОН здесь, и это не галлюцинация. Глаза брюнетки мгновенно защипали, накатываемая волна откуда-то из глубины души, застряла в горле. Его глаза с огромной обидой и злостью смотрели прямо ей в душу, даже глубже. Слов не было, она не могла произнести ни писка. Словно никогда и не умела разговаривать. Девушка просто смотрела, с болью, с радостью, с тоской. Он такой красивый. Такой родной. - Удивлена? – закивал он головой, - Я тоже…. Я тоже…. - Что ты тут делаешь? – еле прохрипела в ответ, словно у нее ангина. - Приехал посмотреть в твоё лицо! – пауза, словно набираясь смелости, не мог оторваться от растерянного взгляда девушки, - Как ты могла Аси, как ты могла так с нами поступить? - волна обиды, словно цунами накрывала его, покрывая глаза прозрачной жидкостью. В секунду потеряв контроль, он схватил девушку за руку и практически силой потянул по коридору, и затолкав в туалет, замкнув за собой дверь. - Как ты могла Аси с нами так поступить?! – не мог сдержать он эмоций, хотя обещал себе быть спокойным, - Что я тебе сделал такого, что ты решила меня уничтожить? – его голос дрожал, боль исходила от каждой произнесенной буквы, он стоял слишком близко, буквально в метре от неё.       Девушка прислонилась спиной к стене, крепко сжимая папку с документами в руках, ощущая пробивающий её тело озноб. - Я? – дрожала девушка видя его, но не от страха, это была странная реакция её тела, оно словно хотело зарыться в его объятия, - Это я так поступила? Ты хотел меня выкинуть из своей жизни, как шавку безродную, я просто не дала тебе такой возможности! – чувствуя подступающие слезы, продолжала дрожать собеседница. - Что? Что ты несешь?! Что ты несешь??!! – не верил в услышанное Алаз, - Кто в твою голову вдолбил такой бред? Кто?! - Никто!!! Я сама всё слышала! Я всё слышала, - уже не сдерживая слезы от обиды, кричала девушка. - Что ты слышала? Что ты, блять, слышала??!!! – не мог взять себя в руки адвокат, смотря в испуганное лицо напротив. - Я слышала, - поднимала ещё сильнее голос Аси, - Как ты искал мне квартиру по дальше от себя, что б не пересекаться с тобой! Алаз застыл на секунду. - Что? – тише переспросил он, словно до него не доходили её слова, - Что, блять? - То что слышал! – кричала та, - Я слышала, что ты хотел избавиться от меня, ты уехал, а потом должен был меня выселить! - Аси, - не верил мужчина в услышанное, - Да…как… да блять… да …., СУКА!!! – с горечью проорал мужчина, - Почему ты не спросила с меня за свои предположения?!!! Не устроила скандал, не высказалась? Почему ты приняла решение, наказывая нас двоих? - переведя выпученные от злости глаза, на живот, - Нас троих? - А чтобы ты мне ответил? – чувствуя, как слезы растекаются по её лицу, и голос слишком дрожит, - Что я ослышалась? Что я неправильно поняла? - Именно!!! – громко сказал мужчина, не боясь быть услышанным хоть всей больнице - Именно, не правильно поняла! Именно!!! Как тебе вообще в голову пришли такие мысли? А? – не понимал мужчина. - Не кричи на меня! – пыталась защищаться девушка. - Я не могу не кричать! Не могу! – осознание того, что она заставила умирать обоих из-за своих фантазий, страшно злила, - Я чуть с ума не сошел, чуть не умер, когда ты исчезла, ты просто взяла и испарилась, ты обо мне подумала? Хоть на секунду? - скрестив три пальца, тыкал перед ней мужчина, сжимая их до боли. - Я оставила записку, - в истерике кричала Аси. - Какую к хуям записку??? Хуиску, блять, ты почему не спросила? Ты почему повелась на свою фантазию??? Ты лишила нас всего, что было, просто из-за фантазии??? - Это не фантазия, я слышала, - уже в голос ревела девушка, медленно осознавая, что она могла ошибиться, - Ты никогда не говорил мне о своих чувствах, никогда не говорил!!! Кто я для тебя? Что для тебя значу? Я не знала, что думать. Ты молчал, последние дни постоянно молчал, что-то планировал, потом этот разговор…. - Как ты могла так подумать? – не верил своим ушам мужчина, - Разве ты не видела? Ничего не замечала? – хриплым дрожащим голосом продолжал Алаз, - Я каждый день растворялся в тебе, не стесняясь, показывал и обнажал свою душу перед тобой. Ты вошла в мою жизнь и заполнила её полностью, а потом нагло отобрала у меня это всё. Вырвала с корнем, ничего не оставив, - уже тише говорил мужчина с полным отчаяньем в голосе, под громкие всхлипы девушки, - Как ты не видела, что ты стала для меня моим личным вечерним штилем после рабочих штормов, ты была для меня успокоением, моим упоением, разве ты этого не видела? – слезы застилали глаза обоих. - Не видела, как я тонул в тебе каждую секунду, что ты была рядом? Но ты лишила меня покоя, заставив меня скитаться словно плот в бушующем море, пытающийся выжить. Я умирал Аси, всё это время умирал, - не сдерживая подступившие слезы, продолжал он, - Медленно, страшно и больно, ничего не понимая, умирал. А всё из-за чего? – с болью смотрел на рыдающую перед ним девушку, - Из-за твоих страхов и бурной фантазии? Я не верю Аси. Не верю. Что это причина убить нас, - уже практически шептал Алаз. - Раз это не то, что я поняла, тогда что? – всё ещё пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, чтоб оправдать себя. - Я искал нам новое жилье, новый дом или квартиру, - уже более спокойно говорил мужчина, не испытывая эмоций, кроме разочарования, - Я хотел сделать тебе предложение, всё подготавливал к нему и хотел переехать подальше от нашего района, - голос его предательски дрожал, - Что б тебе было комфортно гулять по городу, не встречая неприятных знакомых, - он отвернулся от лица Аси и отправился на выход, - А ты… ты всё разрушила… оставила руины… если б ты спросила, устроила скандал, побила…. всё могло быть совсем по-другому. Мне жаль Аси…жаль…, - мужчина вышел из комнаты, не имея сил, справится с правдой, с которой столкнулся, испытывая сильнейшее отчаянье.        Девушка задыхаясь от слез сползла по стене вниз, не имея возможности собрать себя, закрыв лицо руками, осознавая свою глупость. Она ревела не имея сил простить себя, не понимая, как сможет простить он. Успокоить поток слёз она не могла, как и не могла справиться со своими эмоциями, что удавкой сдавливали горло, погружая сознание в мрак. Слабо слыша, как кто-то бьёт её по щекам, понимая, что она потеряла сознание, девушка села при помощи медсестры, и тут же продолжила хлюпать носом, не имея ни единого шанса успокоиться. В таком состоянии ей явно нечего делать у доктора, поэтому девушка в сопровождении медсестры вышла из больницы. Сев на руль, она обхватила его руками, положив на них голову, заливаясь слезами. Дверь её машины резко открылась и в проёме появился Алаз. - Пересядь на пассажирское сиденье, ты не в состоянии вести машину, - злобно прошипел мужчина. - Тебя не касается, - прохрипела девушка, скорее защищаясь его тона. - Касается! Касается блять!!! Это безопасность моего ребенка, поэтому касается, - поднимал голос мужчина, - Пересядь сказал! - Да пошел ты! Сперва научись разговаривать! – кричала девушка от отчаянья. - Это ты мне говоришь?! – бесился адвокат, - Это мне нужно научиться разговаривать?!!! – орал на всю парковку от злости. - Иди нахуй Алаз Сойсалан! – с психом захлопнула двери, сразу заблокировав их, продолжила горько навзрыд реветь. Она понимала, что вести машину действительно будет сложно, ведь за слезами она ничего не видит. Поэтому пытаясь взять себя в руки, ради ребенка, девушка, сделав пару глотков воды и глубоко дыша, потихоньку выехала с парковки и направилась в сторону дома. Хорошо, что ехать всего минут пятнадцать. Алаз последовал за ней, с целью убедиться, что она благополучно доберётся к дому и с ней в дороге ничего не произойдет. Не спуская глаз с её машины всю дорогу, Алаз отметил, что девушка была очень аккуратна на рулём, за что он мысленно её похвалил. Убедившись, что Аси благополучно добралась к дому и зашла в подъезд, мужчина подождав пару минут отправился в ближайшую гостиницу. В Стамбул ехать не было сил, да и нормально поговорить всё же было нужно. Сегодня было слишком много разных эмоций. Но по крайней мере он понял причину. Ему легче не стало после того, как он её узнал, но стало понятнее. Он винил её в том, что она поддалась своим страхам, винил, что не поговорила, не раскрылась, хотя он спрашивал. Винил себя, что сразу не открылся ей, что ждал какой-то особый случай, который так и не случился. Ему было больно за них обоих. Что они оба умирали, ОБА, он уверен. Бесконечно винил себя, что не мог так долго найти, не догадался, где искать. Всю ночь Алаз не спал, проведя практически всё время на балконе всматриваясь в тёмную ровную гладь морского полотна освещаемую лунной дорожкой. Много думал, очень много думал. Добравшись к дому, Аси зайдя в квартиру, сразу же рухнула на кровать, давая волю эмоциям. Она хотела захлебнуться слезами, лишь бы не испытывать этого странного чувства вины, стыда и обиды на себя. Она убила его любовь к себе просто тем, что послушалась своих страхов, что повелась на свою гордость, что испугавшись услышать ответ, решила не задавать вопрос. Она могла всего этого избежать, если бы просто спросила. Просто спросила. Но ведь она за него всё решила. За них троих всё решила. Теперь она злилась на себя, за свой поступок, за свою трусость. Но если б она была уверена, что он любит, если б была полностью уверена, то ничего этого не было бы. Хотя она же видела, она же чувствовала его любовь, почему ей в голову пришел именно такой исход услышанного, почему? Страхи. Ее страхи и комплексы управляли ей, словно марионеткой. И что теперь? Что теперь будет с ними с Алазом? Куда он делся, увидит ли она еще его хоть раз в жизни? В его глазах было столько боли, что он наверное больше никогда не захочет её увидеть и будет прав. От подобных мыслей у Аси снова наворачивались слезы. Заварив себе ромашковый чай с мелиссой, девушка вышла на балкон. Теплый апрель, окутывал её приятным воздухом. Девушка стояла и пыталась успокоить себя, придумывая, как спокойно поговорить с отцом её ребенка, чтоб просто понять, что он на самом деле чувствует, если отбросить обиду. Любит ли ещё? Перезаписавшись на другой день на УЗИ, Аси пришла к назначенному времени, постоянно оборачиваясь, выискивая глазами Алаза, безнадежно и волнительно надеясь, что он придет. Два дня прошло с их встречи. Два безумно долгих дня. Она каждую минуту ждала, что он появится, попробует поговорить, позвонить, выяснить. Её смелости на это не хватало. Ведь если он любил, не может же так быстро разлюбить? Она же не смогла. Совсем не смогла. Не забывая его ни единой секунды. Брюнетка стояла перед кабинетам, отчаянно всматриваясь в людей. «Ну же Алаз, пожалуйста, ты же как-то выяснил прошлый раз, когда у меня приём, ну давай и в этот раз», не теряла надежду девушка. - Госпожа Аси, - послышалось с открывшейся двери, - Прошу проходите, - пригласила приятная девушка её в кабинет Аси подняла глаза в коридор перед тем, как скрыться в кабинете и перед ней, словно черт из табакерки, появился Алаз. Внутри девушки всё затрепетало, по телу забегала мелкая дрожь, словно она замёрзла, но при этом её бросило в жар. «Пришёл» пронеслось в голове. Алаз не поздоровавшись, просто молча, зашёл с ней в кабинет, сев рядом с кушеткой, на которую уложили Аси, чтоб было отлично видно монитор. Доктор обнажила её ещё плоский живот, размазывая по нему гель. Алаз глядя на её обнаженный участок кожи, почувствовал прилив непонятной нежности, ему так захотелось прикоснуться к нему губами, до такой степени, что он ощущал мелкие колики на них, и поджав их перевел глаза на ещё пустой экран. Аси очень волновалась, ведь сейчас она увидит того, кто поселился в ней, и пусть ещё с размер горошинки, но всё же, уже её ребенок. Женщина в белом халате водила датчиком по животу, безмолвно что-то там отмечала, сосредоточенно глядя на экран. От её молчания обоим молодым людям стало не по себе. Аси перевела с экрана испуганные глаза на Алаза, нервно сжимая руками свою кофту. - Доктор ну же, - не выдерживал напряжения Алаз, и ощущая волнение Аси - Что-то не так? - Почему, вы так решили? – продолжала водить по животу женщина, - Наберитесь терпения, - достаточно спокойным тоном ответила паре. - Всё же хорошо? – переспросила Аси, бегая глазами то на затылок доктора, то на монитор, то на Алаза. Мужчина видел испуганные глаза Аси и дрожащие руки, и неосознанно, схватил её за кисти, крепко сжав ладонь. - Всё хорошо, - наконец-то произнесла женщина, - Вот видите, эти два пятна, - молодые люди пытались всеми силами рассмотреть хоть что-то на плавающем экране, - Так вот эти пятна и есть ваши дети. - Дети?!! – хором спросили молодые люди. - Да дети, у вас два плода, - абсолютно спокойно ответила доктор, - Срок восемь с половиной недель, развитие в норме, сердцебиение слушать будем? – перевела она глаза на пациентку, увидев синхронный соглашенный кивок обоих, включила звук. Услышав сквозь шум, частые удары сердечного ритма, Аси мгновенно разревелась навзрыд всматриваясь в монитор на бегающие зубцы, что плыли перед глазами от вытекающих слёз. Крепко сжимая своими двумя руками руку Алаза, который также роняя слезы, вслушивался в звук сердец их малышей. От нахлынувших эмоций, Алаз прикоснулся к виску девушки своим лбом и мочил её волосы своими слезами от незнакомых до этой секунды эмоций и чувств. - Аси, - шептал он ей в волосы, - Аси… Закончив процедуру, доктор положила на живот Аси салфетки, чтоб та вытерла гель, но Аси не успела даже поднять руку, как вытирать живот ей стал Алаз, аккуратно, нежно. Брюнетка наблюдала за ним, а он не смотрел ей в глаза, лишь проходясь по её животу салфеткой, слегка прикасаясь кончиками пальцев её тела, рассыпая мурашки по коже обоих. Ему так хотелось почувствовать её нежную кожу, прикоснутся, хотя бы слегка, ощутить под своими пальцами её тепло. Он медленно и аккуратно вытирал гель кусочками специальной ткани, дотрагиваясь своими пальцами рисуя рисунки на её животе, вызывая приятные мурашки по телу девушки от его прикосновений. Зачем Аси наблюдала, боясь даже дышать, что б он не останавливался. Выйдя из кабинета врача, Аси кинулась на шею Алаза, крепко смыкая руки у него за плечами, зарываясь в его шею лицом. Он на её удивление ответил на объятия, также крепко вжимая её в себя, пытаясь насладится её запахом, её нужностью, вспомнить её прикосновения. Это было жизненно необходимо им обоим. Как глоток воды , как свежий воздух. Несколько минут они молча стояли не шевелясь, слившись в объятия. Алаз первый мягко отстранился. - Спасибо, - прошептала девушка, со слезами на глазах, смотря на него с надеждой, как провинившийся котёнок, - Спасибо, что был рядом, для меня это очень важно. - Аси, послушай, - аккуратно снимал он её руки со своей шеи, - Это и мои дети, поэтому я беру на себя полностью ответственность, и все обязанности за них. Но это не означает, что мы будем вместе. Я больше не смогу пройти тот ад, в котором я был эти недели. Я просто стану отцом нашим детям, и не больше. Прости, - развернулся и не оборачиваясь, пошагал прочь с этажа. К глазам Аси начали подступать слезы. - Ну это мы ещё посмотрим Алаз Сойсалан! Как потеряла, так и верну! – забивая на память его номер в свой телефон. Слегка улыбаясь сквозь слезы, девушка отправилась к своей машине, понимая, что он тоже очень сильно скучает, она это чувствует.