Сборник сокджинера

— Что скажешь насчет того высокого парня в красном? — Носатого? Да он же тебе выколет глаз, если полезет целоваться! — Хм… А тот? — кивает в сторону человека Сокджин. — Ничего вроде. Пальто красивое черное у него. — Да, и ботинки нечищенные лет сто, — морщится Тэхен. — И то верно, не заметил сразу. А вон, вон, — тычет пальцем Сокджин в проезжающего на велосипеде парня. — Будем вместе на велике кататься, это романтично. — Джини, на улице минус двадцать, а ты легко подхватываешь простуду, никаких покатушек, — заботливо вторит Тэхен и поправляет немного сползший рукав худи Сокджина, чтобы не смел оголять так быстро мерзнущее тело друга. — И вообще, давай уже пить кофе, а то остынет. — Эх, давай, — Сокджин разочарованно переводит взгляд на кружку и, наконец, пробует на вкус любимый кофе в любимой кофейне. — Аж настроение немного поднялось и не так сильно хочется сброситься с крыши, — шутит, но Тэхен все равно беспокоится. — Ну ты чего, Джини, найдем мы тебе любовь всей жизни, не волнуйся, — заправляет отросшую челку друга за ухо и одаривает подбадривающей улыбкой. «Какой же он добрый и красивый», — думает Сокджин. — Эх, и почему ему не нравятся парни, — он думает, что продолжает думать, но на самом деле случайно озвучивает свою мысль вслух. — Ой, — прикрывает рот ладонью и ошарашенно смотрит на Тэхена, который перестал жевать десерт и уставился в ответ. — Кому не нравятся? Мне? — пытается одновременно говорить и жевать, очаровательно, по мнению Сокджина, сдерживая во рту кусочки торта. — Очень даже нравятся! Вот ты, например, нравишься мне уже целый год. — А почему ты тогда так настойчиво пытаешься найти мне кого-нибудь? — не веря своим ушам, с подозрением спрашивает Сокджин. — Ну, типа, ты же хочешь, чтобы тебя любили, а если это не могу быть я, то пускай будет другой счастливчик, лишь бы тебе было хорошо, — Тэхен дожевывает и пялится на свои руки, перебирая пальцами салфетку, отчего-то больше не зная, что еще он может сказать. — Ты мне тоже нравишься, Тэхен. Неожиданно кто-то начинает аккуратно теребить Сокджина за плечо. — Джини, — слышится будто издалека, — проснись, ты чего? Переучился? — Тэхен хихикает и придвигает поближе к другу кружку с кофе. — Попей, может, станет полегче. Сокджин окончательно просыпается и не может поверить, что этот важный во всех смыслах разговор оказался лишь фантазией его уставшего от экзаменов мозга. — Ох, спасибо, Тэтэ. — Заботься о себе, Джини, тебе нужно больше отдыхать, — улыбается Тэхен и поправляет немного сползший рукав худи Сокджина, чтобы не смел оголять так быстро мерзнущее тело друга. — «Если бы только позволил мне позаботиться о себе, но это лишь мои дурацкие мечты», — остается неозвученной фраза, которая могла бы сделать обоих счастливыми.