Быть может все не так плохо?

От светлых стен отражается противный писк. Экран компьютера выдает множество цифр, которые были непонятны рядовому зрителю, и лишь владелец лаборатории понимал их значение. Черт возьми, учёный так долго работал над этим всем, что иногда даже забывал ради чего он делал всю эту невозможную работу. В памяти, структурированной настолько, что она вызывала ужас даже у своего владельца, всплывают воспоминания долгой, до ужаса долгой, жизни. Неизвестный голос, представляемый Джоном прекрасной девушкой, завлекал. Завлекал в чужую, совсем неизвестную реальность, заставлял работать, изобретать то, чего в теории и существовать не должно, быть первооткрывателем там, куда никто разумный не сунется. Когда в голове всплывает смерть сестры междумирец хмурится, отправляя воспоминания обратно в темные коридоры подсознания. Не это должно его волновать в такой момент. Да он же свершил невозможное! Рассчитал чертово сближение реальности, которая нужна ему, со своей! Иногда Харрису казалось, что судьба злодейка издевается над ним, всю жизнь подкидывая что-нибудь, что обязательно будет хуже предыдущего подарка. Сначала отбирает у парня соулмейта, лишая его снов, дарует чертову Вспышку, после лишает сестры, а параллельно со всем этим закидывает что-то совсем необъяснимое, заставляя искать. Искать пути, словно ищейку, оставляя Дейви наедине с путанностями мироздания. Ученый едва касается пальцами рамки Схождения. Энергия приятно резонирует с его Вспышкой, отправляя табун мурашек по его телу. Возможно это ощущение можно сравнить с оргазмом, Джон не берется судить о таком без тщательных исследований с кучей подопотных. Да и провести такое было бы до ужаса сложно, понадобилась бы куча мироходцев, да что там, междумирцев! А это уже точно было бы сложно устроить. Его пальцы почти проваливаются в рамку Схождения. В мыслях проносятся чертыхания, это не должно было случиться так быстро. Зов междумирца заставляет его подрагивать не то от ощущений, не то от предвкушения скорой встречи. В руках оказывается маска. Его маска, серая, почти черная, обвитая оранжевыми узорами приятно греет пальцы, словно заземляя. В мыслях лишь проносится: «Пора». Он не находит нужным снимать очки со своего лица, просто надевает артефакт. Он скрывает, защищает от внешнего мира, заставляет раствориться в энергии собственной Вспышки. Глазницы зажигаются светло-оранжевым, почти белым, светом, портал искрится, зажигаясь этим удивительным и таким манящим сиянием. Портал в Незер, да даже в Край не идет ни в какое сравнение с этим! —Пора, – он говорит это для себя, в чертовом подвале дома Саймона нет ни единой души. Было гениальной идеей спрятать Схождение под этим особняком. Джон Дейви Харрис уходит из своей реальности не оглядываясь. Протягивает руку к свету Схождения, а после смело шагает в пустоту. Мимо проносятся миры, посещаемые им ранее и отдающие воспоминаниями пройденных приключений. Он видит Алотерру, видит Даливарику, да даже скопление С-137, но все они остаются в прошлом, его ждет нечто великое и манящее. Яркий свет, он даже не до конца успевает продумать свое появление, ужасное упущение с его стороны. Говорит что-то про ношение очков под маской, двигается до ужаса энергично, привлекая внимание всех у другой стороны Схождения. Ах, Миср, жалкий Миср на изучение которого он потратил огромное количество времени, даже книгу написал, а его глупая копия не удосужилась прочитать ее. Харрис мог бы принять это оскорблением на свой счёт. В его голове уже строится план того, как он заставит свое альтер-эго прочитать книжку от корки до корки, но вдруг все смолкает. Смолкает слишком стремительно и ужасно для его великого мозга. Джон не может услышать ни единой мысли в своей голове. Карие глаза наконец нашли его, угрюмо стоящего совсем недалеко от пьедестала с маской, почти идентичной маске Джона, за одним лишь отличием в цвете. Кажется именно в этот момент мир Харриса и перевернутся с ног на голову, и он чудом не прекратил свое «сольное выступление». И всё-таки судьба та ещё злодейка. Видать эта дева, мило смеясь, решила окончательно сломать мир бедного учёного, даровав ему в соулмейты его же самого из другой реальности. Браво! Джон бы расплакался от этой несправедливости, если бы мог. В голове невольно всплывают мечтания Саши о родственных душах, как же это наверное здорово и прекрасно иметь такого человека. Человека, что был бы рядом с тобой несмотря ни на что, который принимал бы тебя любым. Человека, который любил тебя. Он правда пытается отвлечь себя разбиванием этих несчастных парадоксов, что от его прикосновений разлетались на мелкие осколки, а после вовсе исчезали. Он читает им лекцию о парадоксах из своей головы, надеясь переключить центр внимания на что-то более приземлённое. Да чёрт возьми, он до сих пор чувствует этот изучающий взгляд обладателя фиолетовой маски! Что он окончательно пропал Джон осознает когда приглашает Лололошку на танец. Просто пропал, прижимая эту ничего не осознающую и непомнящую тушку ближе. Харрис испытывает слишком противоречивые чувства. Он рад найденной родственной душе, но черт возьми так обижен на судьбу злодейку за такую подлость! Дейви ведет этот танец, наблюдая за совсем уж потерянной мордашкой, идентичной его. То как брови Лололошки хмурятся кажется Джону смешным и даже немного милым. Совсем уж он глупенький, прям как только что вылупившийся птенец, и не мудрено, учитывая каких идиотов в окружении Лололошки он увидел. Последний шаг. –Мы еще увидимся, ты только дождись меня, красотка, – он заправляет чужую, выбившуюся прядь за ухо, – будь добр, не разрушь мою реальность. Легкий взмах рукой и его альтер-эго исчезает в пучине портала, пролетая все его миры. Теряя память об этой невероятной встрече. Возможно Джон даже слегка грустит от того, что он продолжает следовать своему плану. Он чувствует это эгоистичное желание оставить Лололошку здесь, рядом с собой, изучить его, узнать поближе, помочь вспомнить все, что этот невозможный мироходец потерял в своих бесчисленных путешествиях. Они еще обязательно встретятся, думает Харрис, поворачиваясь лицом к этим глупым созданиям, которым лишь по чистой случайности дозволили наблюдать за воссоединением этих необычных родственных душ. Дейви дежурно улыбается, исчезая из лап Джодаха в вспышке золотых искр, ему нужно заняться кое-чем более важным, чем бесполезная болтовня с этим напыщенным павлином. Стоит признать, что Джодах в его реальности будет немного поприятнее своей версии отсюда. Или это его субъективное мнение? Кто знает. Они ещё встретятся, Джон пообещал ему, а Джон Дейви Харрис никогда не лжет.