Любовь и Долг

Когда Нёвиллет был ещё молод, наивен и не знал, чего от него ожидают как от наследного принца королевства Фонтейн, он с нетерпением ждал того дня, когда выйдет замуж. Он представлял себе, как будет наполнен любовью и счастьем, когда начнёт свою жизнь с тем, кого он ценит больше всего. Но вот он стал взрослым, и этот день настал. Вместо того чтобы испытывать радость, он было чувствовал лишь тревогу и страх. Для дворян, как он, выбор супруга был не привилегией, а обязанностью. Его отец, король, уже несколько лет назад развеял его юношеские грёзы, заявив, что брак будет заключён с тем, кто достоин звания супруга наследного принца и отца будущих детей, потомков драконьей крови. Нёвиллет даже не видел своего жениха. А ведь через час они должны были стать супругами. Он не знал, каким был этот человек, не знал, как он выглядит. Всё, что он знал, это то, что тот был старше его на несколько лет, а его имя и титул: герцог Ризли, генерал армии Фонтейна и недавно назначенный лорд Меропида. Часть души принца мечтала о побеге, уцепившись за последние крупицы юношеских иллюзий о любви. Но он быстро подавил эту мысль. Ему предстояло исполнить свой долг перед королевством несмотря ни на что. Единственное, на что он осмеливался надеяться, — что герцог Ризли не окажется жестоким человеком. Тихий стук в дверь парадной гостиной, где Нёвиллет ждал того, чтобы его провели к алтарю, вырвал его из раздумий. Подняв взгляд, он увидел, как дверь отворилась, впуская его дядю Сциллу. Едва заметная улыбка тронула губы принца — дядя всегда был его утешением. Сцилла и Нёвиллет были во многом похожи внешне: у обоих в жилах текла драконья кровь. Серебристые волосы, синие ринофоры и лиловые глаза с узкими зрачками. Но важнее всего было то, что Сцилла всегда относился к племяннику как к сыну. Именно ему Нёвиллет доверял свои самые сокровенные мысли. Дядя был облачён в торжественные одеяния, как и полагалось на свадьбе. Сам Нёвиллет был одет в длинные бело-золотые одежды, усыпанные рубинами, а его волосы были аккуратно заплетены и украшены дожделотосами. Слуги постарались, чтобы он выглядел безупречно, когда будет передан своему мужу. Сцилла подошёл к Нёвиллету, который сидел в мягком кресле у раскрытого окна, из которого открывался вид на далёкий океан. Он мягко сжал плечо Нёвиллета, словно пытаясь передать тепло и поддержку — Ты выглядишь великолепно, дорогой племянник. Нервничаешь? — мягко спросил он. Нёвиллет сжал руку дяди, подняв на него взгляд. — Очень. Как Вы прошли через это? Сцилла тоже пережил подобное. Его выдали за лорда Ремурии, Рема, и с тех пор он жил в его владениях. Нёвиллет тогда был совсем юн, и его глубоко опечалило, что он больше не мог видеть дядю, когда ему захочется. По крайней мере, Сцилла часто навещал дворец, настолько часто, насколько это было возможно. К счастью, Нёвиллету не суждено было покинуть родной дом, как его дяде. Поскольку он должен был унаследовать трон после смерти отца, Нёвиллет проходил строгую подготовку в стенах дворца, чтобы быть готовым к своей будущей роли. Герцог Ризли, напротив, должен был оставить свою жизнь позади, чтобы переселиться во дворец и стать принцем-консортом. — Я был напуган так же, как и ты, — тихо сказал Сцилла, отводя непослушную прядь с лица Нёвиллета. — Я тоже не знал Рема до свадьбы. Но он оказался самым добрым человеком, и я счастлив с ним. Надеюсь, герцог Ризли будет так же бережно относиться к тебе. Нёвиллет с трудом сглотнул, кивая. — Ты видел его? Сцилла кивнул и заправил прядь волос за его ухо. — Да. Он уже ждёт тебя у алтаря. Он очень красив. Нёвиллет вздохнул. — Это не главное, — признался наследный принц. Он больше всего переживал о том, как его жених будет к нему относиться, каким человеком он окажется. Нёвиллет надеялся, что сможет полюбить герцога, а не провести всю жизнь в страданиях рядом с ним. Сцилла мягко обхватил лицо Невиллетта и наклонился, чтобы нежно поцеловать его в лоб. — Я знаю. Я горжусь тобой, Невиллет, за то, что ты выполняешь свои обязанности. Я знаю, что это нелегко, — прошептал мужчина, отстраняясь и задумчиво глядя на него. Нёвиллет заметил беспокойство, отразившееся на лице дяди. Но прежде чем он успел что-либо ответить, дверь снова открылась, и в комнату вошёл его отец. На его увядающем лице застыло нейтральное выражение, не выдающее никаких чувств. Лишь голос прозвучал спокойно, но твёрдо: — Пора, мой сын. Нёвиллет смиренно вздохнул. Сцилла приободряюще улыбнулся, отступив, чтобы позволить Нёвиллету подняться. Тот с трудом проглотил комок в горле, взял отцовскую руку и позволил ему проводить себя к алтарю. Между ними не было сказано ни слова, когда они шли к месту, где должна была состояться церемония. Их отношения оставались напряжёнными последние несколько лет, с тех пор как умерла мать Нёвиллета. Он так и не смог до конца простить отца за то, что тот не был рядом с ней в её последние минуты. Однако Нёвиллет не позволял мыслям о матери задерживаться надолго — это всегда приносило лишь боль. А сейчас ему и без того хватало забот. Вскоре они достигли часовни, и тихий гул голосов в зале стих при их появлении. Нёвиллет не смотрел на гостей, собравшихся на церемонию; всё его внимание было сосредоточено только на его женихе. Сцилла не обманул. Герцог Ризли был очень красивым мужчиной. Он был высок, а его четко очерченные мышцы просвечивали даже через черные и серебряные одежды, которые он носил. Его короткие волосы, поседевшие на висках, были зачесаны назад, привлекая внимание к его ярким, ледяным глазам. Шрам тянулся под его правым глазом, а ещё три страшных рубца виднелись из-под воротника. Герцог Ризли тепло улыбнулся, когда их взгляды встретились, и сердце Нёвиллета пропустило удар. Их глаза не отрывались друг от друга, пока Нёвиллет шел к алтарю. Улыбка Ризли становилась всё более нежной, когда его глаза скользили по лицу Нёвиллета. Тот тоже не мог оторвать взгляда от лица своего жениха, когда священник начал церемонию. Сердце наследного принца билось в груди как птица в клетке, но он почувствовал себя немного спокойнее, видя, как нежно и почтительно Ризли смотрит на него. Он знал, что первое впечатление может быть обманчивым, и его жених может оказаться жестоким человеком, но в этот момент его надежда вновь расцвела. Церемония пролетела как в тумане. Они обменялись клятвами, затем свершился обмен кольцами. Руки Ризли были удивительно нежными, когда он надевал обручальное кольцо на палец Нёвиллета. — Теперь можете поцеловать своего мужа и скрепить этот союз, — закончил священник. Нёвиллет почувствовал, как его сердце бешено стучит в груди, когда Ризли подошёл ближе и осторожно положил свои руки на его шею. Он не знал, чего ожидать от этого поцелуя, но когда их губы встретились, его тело отозвалось на этот нежный и трогательный жест. Это был его первый поцелуй. Нёвиллет не знал, чего ожидать, но точно не того тёплого чувства, которое наполнило его, или того трепета в животе. Когда Ризли отстранился, внимание Нёвиллета было настолько сосредоточено на ослепительной улыбке его мужа, что он едва заметил аплодисменты гостей, ставших свидетелями свадьбы наследного принца. Нёвиллет не успел даже поговорить с Ризли, так как их сразу окружили гости, поздравляя их. И на протяжении всей ночи, наполненной весельем, ему не удавалось побыть с Ризли наедине, так как они постоянно были окружены гостями. И с каждым часом веселья, тревога Нёвиллета возвращалась, но по другой причине. Он знал, что от него ожидается, когда они уйдут в свои покои. Нёвиллет был ещё невинен, и перспектива ночи с незнакомцем пугала его. Никакие нежные улыбки и держание за руки не могли развеять этот страх. Но это был его долг. Как потомок драконьей крови и наследный принц, он был обязан подарить королевству наследника. Каким бы нервным и неподготовленным он ни был, Невиллет должен был выполнить свой долг. Этот момент в конце концов настал. Почти полночь, и большинство гостей уже были пьяны, заснули или ушли. Король бросил многозначительный взгляд на молодоженов, и Ризли понял его, вставая и предлагая Нёвиллету свою руку с ободряющей улыбкой. — Пойдем, любимый. Ночь уже поздняя. Нам следует удалиться в наши покои, — мягко сказал принц-консорт. Нёвиллет чувствовал оцепенение, когда поднялся и взял своего мужа под руку. Они вместе вышли из обеденного зала, и Нёвиллет остро чувствовал все взгляды, устремлённые на них, пока они направлялись к выходу. Единственным, с кем Нёвиллет встретился взглядом, был его дядя Сцилла. Тот сидел рядом со своим супругом Ремом, который был поглощён разговором с другим гостем. Улыбка Сциллы была печальной, исполненной лёгкой грусти, а его губы беззвучно шепнули слова, которые Нёвиллет с лёгкостью прочёл. Будь смелым. Всё будет хорошо. Нёвиллет нервно кивнул. Он справится. Он попытался успокоить своё бешеное сердце, ведя Ризли по тихим коридорам дворца к его покоям. К их покоям. Как только они вошли в комнату, тревога Нёвиллета возросла до небес. Он направился к туалетному столику и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Принц услышал, как за ними тихо закрылась дверь, впервые оставив их одних. Нёвиллет начал снимать с себя украшения дрожащими пальцами. Он украдкой взглянул на Ризли, наблюдавшего за ним у двери. — Пожалуйста, чувствуй себя как дома, — сказал Нёвиллет, надеясь, что его голос звучит спокойно, но он услышал в нем дрожь. Нёвиллет снова сосредоточился на своём столике, распуская косу, позволяя волосам струиться по спине волнами. Когда он поднял глаза к зеркалу, то увидел, как Ризли приближается к нему. Нёвиллет напрягся, едва переводя дыхание. Руки принца-консорта легли ему на плечи, и их взгляды встретились в зеркале. — Ты кажешься нервным, — заметил Ризли. Теперь это было невозможно скрыть. Нёвиллет тихо ответил, заканчивая снимать украшения: — Полагаю, да. Следующий вопрос Ризли заставил Нёвиллета покраснеть. — Ты… девственник? Нёвиллет не мог заставить себя посмотреть в глаза своему мужу, поворачиваясь к нему лицом. Его руки начали дрожать ещё сильнее, когда они стали расстёгивать внешний слой одежды, и та медленно спадала на пол вокруг его ног. — Да. Это было бы неприлично и позорно, если бы я не сохранил себя для своего мужа, — признался Нёвиллет тихо. Это не было тем, о чём он сожалел, но он бы хотел отдать свою невинность мужчине, которого любил. Хотя Ризли до сих пор был с ним нежным и был, безусловно, привлекательным, Нёвиллет не испытывал к нему чувств. Как он мог любить его, если они только что встретились? Нёвиллет продолжил расстёгивать пояс, который удерживал оставшиеся части его одежды, но пара сильных рук внезапно накрыла его собственную, останавливая его движения. — Стой, — сказал Ризли мягко. Нёвиллет встретился взглядом с супругом и нахмурился. — Скажите, мой лорд, вы находите во мне какие-то недостатки? — Ризли. Пожалуйста, называй меня Ризли, — сказал принц-консорт с нежной улыбкой. Нёвиллетт медленно кивнул. Его руки были заключённые в бережные ладони, и Ризли поднял их, чтобы благоговейно поцеловать костяшки пальцев. — И нет, совсем наоборот. Ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо видел, и мне очень повезло называть тебя моим мужем. Нёвиллет был озадачен. Если Ризли находил его привлекательным, то почему же он не брал то, что принадлежало ему по праву? Тихий вздох сорвался с его губ, когда тёплая, покрытая мозолями рука мягко коснулась его щеки, а большой палец нежно провёл по скуле. — Но я не возьму тебя против воли. Я не лишу тебя невинности, пока ты сам не пожелаешь этого, — сказал Ризли с уверенностью. Нёвиллет не мог поверить тому, что слышал. Такое он никак не представлял, размышляя о своей брачной ночи. Хотя облегчение от осознания того, что Ризли оказался не грубым и не жестоким человеком, переполняло его, Нёвиллет всё же колебался принять его предложение по одной причине. — Но это мой долг как твоего мужа. От меня ожидают, что я произведу наследника, — мягко возразил Нёвиллет. Кроме того, он видел это в глазах Ризли: как страсть скрывается под его нежностью. Ризли был по-настоящему бескорыстен, отказываясь от того, чего он хотел — чего он был вправе ожидать — ради комфорта Нёвиллета. Принц-консорт нежно заправил прядь серебристых волос за заострённое ухо Нёвиллета, и тот вздрогнул, когда грубые пальцы коснулись его нежной кожи. — Может быть, но кто сказал, что это нужно делать именно сегодня? Я завоюю твоё сердце и твою постель, Нёвиллет, — пообещал Ризли, прошептав это с яростной решимостью. Нёвиллет переполнился благодарностью к Ризли за его бескорыстие и заботу. Он вдруг подумал, что с течением времени он может действительно влюбиться в этого человека. Ризли наклонился, чтобы мягко поцеловать Нёвиллет в щеку, а потом полностью отстранился, начав снимать свои собственные украшения. Теперь, когда вопрос о сексе на эту ночь был снят, Нёвиллет почувствовал, как его напряжение немного спадает, а нервозность дня постепенно исчезает. По крайней мере, пока его не осенило внезапное осознание. Он быстро выразил свою обеспокоенность, сгорая от стыда за то, что собирался сказать: — Я тронут твоей заботой, правда. Но… мне говорили, что в первый раз должна быть кровь.Слуги сразу поймут, что ничего не было, если не найдут крови на простынях. Король будет недоволен. Он мог быть его отцом, но король не делал исключений для Нёвиллета. Последний был обязан выполнить свой долг, как и любой другой подданный Фонтейна. Ризли застыл, сбрасывая верхний слой своей мантии. Его лицо было задумчивым какое-то время, а потом сменилось на решительное. — У меня есть идея, — сказал он. Он снял верхние одежды, небрежно перекинув их через спинку кресла, и направился к большой кровати, стоявшей в центре комнаты. Нёвиллет последовал за ним, с любопытством наблюдая, как его муж откидывает покрывало. Нёвиллет отшатнулся, когда Ризли схватил нож, который был спрятан в его правом ботинке. Прежде чем он успел понять, что Ризли собирается сделать с ножом, он в ужасе ахнул, когда его муж аккуратно порезал ладонь левой руки. Ризли сжал кулак над простынями, позволяя каплям крови упасть и запачкать белую ткань. Он отступил назад, лишь убедившись, что на простынях осталось достаточно крови. Повернувшись к Нёвиллету, он улыбнулся, прижимая раненую руку к груди. — Вот. Теперь никто ничего не заподозрит. Нёвиллет быстро достал носовой платок из прикроватной тумбочки. Подойдя к Ризли, он осторожно взял его раненую руку и разжал мозолистые пальцы. Нёвиллет покачал головой, прижимая платок к ране, чтобы остановить кровотечение. — Ты такой безрассудный, — тихо упрекнул он. Нёвиллет взглянул на кровь, проступившую на простынях. Надо было признать, что Ризли придумал хорошую уловку. Никто бы не смог догадаться, что эта кровь — не след его лишения невинности этой ночью. — Это ерунда, не переживай. У меня были более серьёзные раны, — успокоил его Ризли. Нёвиллет поднял глаза и встретился с глазами мужа. Он смотрел на него с такой нежностью, что сердце принца вновь ёкнуло. — Ты серьёзно? Ты будешь ждать, пока я буду готов? — спросил Нёвиллет с недоумением. — Да. Я дал обет уважать и почитать тебя как моего супруга. И это начинается с этого, — ответил Ризли. Нёвиллет был в восторге от того, что у него такой понимающий муж. Он поклялся себе, что сделает всё, чтобы отблагодарить его, показать свою безмерную признательность. — Спасибо тебе, Ризли, — прошептал Нёвиллет, прежде чем наклониться и поцеловать его в щеку. Когда он отстранился, Ризли выглядел смущённым. Он потер заднюю часть шеи, словно стыдясь. — Не стоит благодарить меня. Ты, наверное, устал. Ложись в постель, а я буду спать на софе, — предложил Ризли. Нёвиллет забрал свой запятнанный платок, облегчённо увидев, что кровотечение почти прекратилось. Ризли не порезал слишком глубоко, но рану нужно было продезинфицировать и перевязать перед сном. К счастью, Нёвиллет всегда держал в своих покоях необходимые средства первой помощи, так как он не любил беспокоить слуг по поводу мелких ран. Он ответил Ризли, роясь в тумбочке, чтобы достать антисептик и бинты. — Чепуха. Постель достаточно большая для нас обоих. Ризли зашипел, когда Нёвиллет нанес дезинфицирующее средство на рану, но остался неподвижен, позволяя Нёвиллету делать, как ему угодно. — Ты уверен? Я правда не возражаю, — спросил Ризли. — Совершенно. Кроме того, если ты будешь спать на кресле, слуги могут найти тебя там утром, и это вызовет вопросы, — объяснил Нёвиллет, перевязывая руку Ризли. Когда он поднял взгляд, чтобы встретиться с глазами Ризли, в них плескались такая доброта и тепло, что Нёвиллету было легко поверить его обещанию чтить его границы. Он не испытывал никаких сомнений, разделяя с ним одну постель. — Хорошо, — с мягким смешком произнёс Ризли. Нёвиллет улыбнулся, и в этот момент ощутил, как сильно надеется, что сможет полюбить этого самоотверженного человека.

· • —– ٠ ✤ ٠ —– • ·

Шли месяцы, Нёвиллет и Ризли сблизились. Это было настолько медленное и естественное развитие, что Нёвиллет даже не осознал, насколько сильно изменились их отношения. Вначале наследный принц был более сдержан в общении с мужем, но чем больше времени они проводили вместе, тем больше он открывался ему, как и Ризли в ответ. Когда Ризли не был в отъезде по делам как генерал и лорд Меропид, а Нёвиллету удавалось немного отдохнуть от своих обязанностей, они часто проводили время вместе. Они гуляли по рынкам города, общаясь с жителями; ездили верхом по огромным садам дворца; гуляли по побережью, ощущая тёплый песок под ногами; тренировались в фехтовании и стрельбе из лука; часами беседовали в уединённых местах, подальше от любопытных взглядов и ушей… Нёвиллет искренне наслаждался обществом своего мужа. Ризли был не только добрым и самоотверженным, но и умел находить радость в самых простых мелочах, обладая легким, беззаботным характером. У него было озорное чувство юмора, и он часто с удовольствием подшучивал над Нёвиллетом, неизменно заставляя наследного принца краснеть от смущения. И Ризли сдержал своё слово. Хотя они спали в одной постели, он ни разу не пытался нарушить границу, которую они установили в ночь их свадьбы. Ризли по большей части воздерживался от прикосновений к Нёвиллету. Он целовал лишь его щеки и руки, с таким благоговением и нежностью, что это неизменно приводило наследного принца в смущение. Последний был тронут тем уважением и терпением, которое проявлял к нему муж. Неожиданно Нёвиллет заметил, как быстро он начал тосковать по поцелуям на губах. Видя, как Ризли твёрдо придерживается его границ, Нёвиллет был тем, кто инициировал их второй поцелуй во время прогулки под луной по саду. Ризли был удивлен, но охотно ответил на поцелуй, окутав Нёвиллета теплыми объятиями. С того вечера Ризли больше не отказывался целовать Нёвиллета в губы, когда ему хотелось этого. Сердце принца каждый раз наполнялось теплом после их нежных поцелуев, а губы немного покалывало. Прошло уже четыре месяца с их свадьбы, а их брак так и не был завершен. Пока еще было рано для того, чтобы окружающие задавались вопросом, почему наследный принц до сих пор не ждет ребенка, и Нёвиллет не ощущал давления, чтобы вступить в близость с мужем. И все же... в последнее время он все чаще ловил себя на мысли, что все ближе к тому, чтобы этого захотеть. Он не мог отрицать, что Ризли привлекал его — это было ясно с самого начала. А теперь Нёвиллет начал осознавать, что, возможно, испытывает к нему чувства. Его сердце тосковало эти две недели, пока Ризли был в отъезде по делам в Меропид. Нёвиллет скучал по мужу сильнее, чем он думал. К счастью, последние несколько дней Сцилла навещал его вместе со своими маленькими близнецами, и Нёвиллет был рад видеть дядю и кузенов, а также благодарен за то, что их присутствие отвлекало его от тоски в сердце. Нёвиллет смотрел на Местора и Азая, которые играли в прятки в садах недалеко от матери, наблюдавшей за ними с заботой. Два шестилетних мальчика весело смеялись, их смех смешивался с пением птиц в этот тёплый летний утренний день. Нёвиллет, задумчиво грызя печенье, был поглощён мыслями о своём муже. Голос Сциллы вернул его в реальность. — Ты выглядишь задумчивым, мой дорогой племянник. Всё в порядке? — спросил он с беспокойством. Нёвиллет перевёл взгляд на дядю и покачал головой. — Не беспокойтесь, дядя Сцилла. Я просто… скучаю по Ризли, — тихо признался он. Сцилла задумчиво хмыкнул и сделал глоток чая. — Вот как? Я слышал, вы проводите много времени вместе, особенно в последнее время, — небрежно заметил он. От одних воспоминаний о прекрасных моментах, проведённых с Ризли, на лице Нёвиллета расцвела улыбка. — Да, это так, — ответил он. — И как он к тебе относится? — спросил Сцилла, в его голосе любопытство смешивалось с лёгким оттенком беспокойства. — Очень хорошо. Ризли — замечательный человек. Он очень внимателен и добр. Я был приятно удивлён, насколько бережно он ко мне относится, — ответил наследный принц, чувствуя, как сердце сбивается с ритма при этих словах. Ох, как же он скучал по нему... Сцилла тихо рассмеялся, и на его лице появилась едва сдерживаемая улыбка. Нёвиллет нахмурился, недоумевая, что же так развеселило его дядю. — Что? Сцилла наклонился ближе и игриво ущипнул племянника за щёку. — Ты звучишь так, будто влюблён, Нёвиллет. Ах, любовь тебе к лицу, — мягко пошутил он. Сердце Нёвиллета пропустило удар. — Любовь? Я… я признаю, что ещё не дал имени тому, что чувствую к Ризли. Называть это любовью… стоит ли? — вздохнул он. Он никогда раньше не был влюблён; у него не было ничего, с чем можно было бы сравнить свои чувства к Ризли. Возможно, Сцилла прав, но как он мог это понять? Сцилла уже собирался что-то сказать, когда послышались шаги. Они оба повернулись к источнику звука как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ризли появляется из-за высокой живой изгороди. На лице Ризли засияла яркая улыбка, стоило ему заметить Нёвиллета, сидящего за небольшим столиком с чаем и угощениями. — Нёвиллет! Вот ты где! Нёвиллет тут же встал и направился к мужу навстречу. — Ризли! Я не знал, что ты вернёшься сегодня! Какой приятный сюрприз! — воскликнул наследный принц, его голос был полон неподдельной радости. Ризли, совершенно не обращая внимания на их аудиторию в лице явно развеселённого Сциллы, обвил сильными руками талию Нёвиллета и притянул его к себе, чтобы подарить ему нежный поцелуй. — Я скучал по тебе, любовь моя, — прошептал Ризли, когда их губы разомкнулись. Щёки Нёвиллета вспыхнули, смущённые тем, что его поцеловали прямо на глазах у дяди, особенно после их недавнего разговора. Он тихо ответил: — Я тоже скучал по тебе. Ризли был вне себя от радости, услышав эти слова. Он с любовью поцеловал щёку Нёвиллета, прежде чем отпустить его и подойти к Сцилле. Склонившись, он почтительно поцеловал руку старшего мужчины. — Дядя Сцилла. Какое удовольствие видеть вас сегодня. Рад, что вы составили моему супругу компанию, — тепло произнёс Ризли. — Удовольствие взаимно, Ризли. Было отрадно услышать, что ты хорошо обращаешься с моим племянником, — с лёгкой улыбкой ответил Сцилла. Нёвиллет откинулся в кресле, наблюдая за обменом любезностями между двумя самыми близкими его сердцу людьми. Он был искренне рад, что они так хорошо ладят. — Иного я бы и представить не мог. А где малыши? — спросил Ризли, отпуская руку Сциллы и оглядываясь по сторонам. Искать долго не пришлось. Местор и Азай уже заметили его и с радостными возгласами бросились к Ризли: — Ризли!! Они налетели на его ноги с такой силой, что принц-консорт едва не потерял равновесие. Но он только рассмеялся, быстро подхватывая близнецов на руки — по одному на каждую. — Вот так встреча! Вы так выросли за эти несколько месяцев! — воскликнул Ризли, сияя от радости. На следующий день после свадьбы Ризли и Нёвиллет провели время с Сциллой, Ремом и их близнецами. Мальчики мгновенно привязались к Ризли, и почти весь день они играли вместе. Муж Нёвиллета с удивительной лёгкостью находил общий язык с детьми, и позже, наедине с супругом, признался, что мечтает однажды завести собственную семью. Наблюдая за ним сейчас, когда он играл с близнецами в саду, Нёвиллет был уверен: Ризли станет прекрасным отцом их будущим детям. Тёплая улыбка коснулась его губ, когда он видел, как Ризли опустил мальчиков на землю и тут же принялся весело гоняться за ними по зелёной лужайке. Нёвиллет почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Повернув голову, он заметил Сциллу, который смотрел на него с мягкой улыбкой. — Ты говорил, что не уверен в своих чувствах, — начал дядя. — Но всё, что я могу тебе сказать, мой дорогой племянник, это то, что ты смотришь на Ризли так же, как я смотрю на моего Рема, — сказал Сцилла с озорным блеском в своих лавандовых глазах. Сердце Нёвиллета учащённо забилось в груди. Он вновь посмотрел на Ризли как раз в тот момент, когда его муж, с теплотой и нежностью, взглянул на него. То тепло, что разливалось по жилам, заставило Нёвиллета поверить: дядя, должно быть, прав. Если не любовь, то что ещё это могло быть?

· • —– ٠ ✤ ٠ —– •·

— Ты готов ко сну, любовь моя? Или хочешь немного почитать? — спросил Ризли, входя в их личные покои поздним вечером. Сердце Нёвиллета бешено стучало в груди, пока он сидел у своего туалетного столика. — Сегодня я думал о кое-чем другом, — сказал он, освобождая волосы из сложной прически. Он удалился в их покои чуть раньше Ризли, сославшись на усталость, но это было неправдой. Ему просто нужно было время, чтобы подготовиться к тому, что он задумал. Решение было принято, но это не спасало его от волнения, которое буквально сковывало всё тело. Нёвиллет поднялся со своего места и подошёл к Ризли, который стоял спиной к нему, бросая жилет на спинку кресла. — Да? Что ты... — начал Ризли, но его голос оборвался, когда он повернулся к Нёвиллету и увидел, как тот развязал пояс, удерживающий его лёгкий халат. Шёлковая ткань соскользнула с тела Нёвиллета, собравшись у его ног, оставив его совершенно обнажённым перед взглядом мужа. Это был первый раз, когда Нёвиллет предстал полностью нагим перед Ризли. Он чувствовал себя неловко и напряжённо, едва сдерживаясь, чтобы не прикрыться руками, пока горячий взгляд Ризли медленно скользил по каждому сантиметру его тела. Их глаза встретились, и Ризли нерешительно сделал шаг вперёд. — Любимый? — тихо спросил он, в голосе звучали одновременно желание и надежда. Нёвиллет преодолел последнее расстояние, разделявшее их, и положил руки на грудь мужа. Он наклонился ближе, пока их губы не коснулись друг друга. — Люби меня, Ризли. Я готов, — прошептал он. Руки Ризли слегка дрожали, когда он медленно провел ими вверх по рукам Нёвиллета, по плечам, оставляя за собой дорожку мурашек, и остановился на его шее с обеих сторон. — Ты уверен? Я готов ждать столько, сколько тебе нужно, — произнес Ризли, хотя его взгляд невольно скользнул вниз, к губам Нёвиллета. — Уверен. Я хочу тебя, — ответил Нёвиллет, и в его голосе звучало желание. Несмотря на волнение перед тем, что ему предстояло потерять свою невинность, он хотел испытать эту близость именно с Ризли, с мужчиной, которого любил. Он доверял ему своё сердце и тело. Ризли больше не стал задавать вопросов. Он жадно, но невероятно нежно поцеловал Нёвиллета. Принц чувствовал, как сильно его муж желает его — в этом были и жаркий напор губ, и мягкость рук, осторожно обрамляющих его лицо. Нёвиллет с таким же пылом отвечал на поцелуй, его руки торопливо потянулись к рубашке мужа, освобождая её из-под плотно сидящих брюк. Затем он принялся расшнуровывать их, движимый желанием почувствовать себя менее уязвимым, когда не будет единственным обнажённым. Руки Ризли скользили по телу любимого, оставляя за собой манящую дрожь, пока он не разорвал их поцелуй, чтобы сбросить рубашку. Его губы тут же прижались к шее Нёвиллета, покрывая нежную кожу горячими поцелуями и лёгкими укусами. Принц тихо ахнул, его пальцы замерли на шнуровке брюк мужа, но вскоре он справился с застёжкой и стянул с Ризли мешающую одежду вместе с бельём. Прежде чем успел украдкой взглянуть на обнажённое тело мужа, Нёвиллет неожиданно оказался на руках. Он вскрикнул от неожиданности и крепко обхватил Ризли, пока тот переносил его к постели и осторожно укладывал на мягкие простыни. С горящими щеками Нёвиллет наблюдал, как Ризли медленно подползает к нему, устраиваясь между разведённых ног. Господи, Ризли был огромен. Сердце Нёвиллета сжалось от волнения. Сможет ли он принять его полностью? Ризли прижался к Нёвиллету, позволяя почувствовать, как сильно он его желает, как сильно его тело откликается. Он оставил нежный поцелуй на губах мужа. — Ты так прекрасен, мой любимый. Я так долго мечтал об этом моменте, — прошептал он голосом полным страсти. Нёвиллет обвил руками плечи Ризли и прижал их лбы друг к другу. Он нервно сглотнул. — Я тоже этого хочу, но прошу прощения за свою неуверенность. Я… не знаю, что делать. Я… Ризли прервал его смущённое бормотание, прижав палец к его губам. — Позволь мне всё сделать. Всё, чего я желаю, — это чтобы ты расслабился и просто чувствовал. И, что самое важное, чтобы ты сказал мне, если захочешь, чтобы я остановился, — попросил он с тёплой, обнадёживающей улыбкой. Нёвиллет кивнул и откинулся на шёлковые простыни. Ризли вновь поцеловал его, а затем позволил своим губам и рукам мягко и медленно блуждать по всему телу любимого. Он не спешил, обожествляя каждую черту, оставляя след своей любви в нежных поцелуях и ласковых прикосновениях. Нёвиллет полностью отдался этим ощущениям, позволяя им разжечь внутри себя пожар, позволяя им вырывать из него тихие стоны и сдавленные вздохи, пока его тело горело. Нёвиллет крепче прижался к Ризли, его желание всё сильнее переполняло его, пока Ризли искусно, шаг за шагом, не разобрал его на части. Всё оборвалось, когда его ловкий язык нашёл свой путь между его бедер, лаская неизведанные глубины. Первый оргазм был внезапным и сокрушительным. Его мышцы напряглись, спина выгнулась дугой, а из уст вырвался сломленный крик имени Ризли, когда волна за волной наслаждение захлестнуло его. Ризли продолжал дарить Нёвиллету удовольствие, наслаждаясь этим моментом, словно утоляя древнюю жажду. Нёвиллет не успел прийти в себя, как его муж вновь и вновь касался самых чувствительных мест, заставляя его стонать и извиваться на простынях. Ризли не позволял ему отдохнуть, поглощая каждую секунду его сладких откликов, одновременно мягко готовя его тело своими пальцами и языком. Нёвиллет уже потерял счёт, сколько раз его тело пронзало острое наслаждение. Каждый раз оно захватывало его полностью, подчиняя его воле Ризли. Когда его муж, наконец, отстранился, проведя языком по блестящим от их близости губам, Нёвиллет ощутил прилив смущения. К этому моменту Ризли подготовил его тремя пальцами, осторожно растягивая и приучая к прикосновениям. Когда Ризли убрал свои пальцы, Нёвиллет тихо застонал от пустоты, но его быстро успокоил нежный поцелуй мужа. — Ты не передумал, любимый? — спросил Ризли, его взгляд был полон мягкости и заботы. Нёвиллет покачал головой, дыхание его было прерывистым. — Нет. Я хочу почувствовать тебя. Пожалуйста. Ризли улыбнулся, коснувшись губами его лба. — Хорошо. Я войду. Сначала будет немного больно, но я обещаю, что потом ты почувствуешь наслаждение. Останови меня, если понадобится. Нёвиллет нервно кивнул и глубоко вдохнул, разводя ноги чуть шире. Его пальцы вцепились в спину Ризли, когда он почувствовал, как его муж начал осторожно входить, растягивая его своим телом. Ризли смотрел в глаза Нёвиллету, поддерживая его своим теплым взглядом, когда тот почувствовал резкую боль, а затем странное ощущение — его тело растягивалось и наполнялось. Нёвиллет с трудом заставил себя расслабиться, позволяя Ризли проникать все глубже, пока тот не наткнулся на преграду. Нёвиллет знал, что это такое. Его девственность. Это будет больно. Ризли тихо извинился, и, приложив чуть больше усилий, он преодолел это препятствие. Вспышка боли заставила Нёвиллета зажать рот в шее мужа, чтобы сдержать болезненный стон. Его ногти вонзились в спину Ризли, оставляя глубокие следы. Ризли не подал виду, что ему больно, и, остановившись, начал успокаивать Нёвиллета, нежно перебирая его волосы и шепча слова поддержки. Дыхание Нёвиллета было прерывистым и тяжелым, но он сосредоточился на ласках мужа, стараясь отвлечься от боли. Со временем острая боль сменилась тупой, более терпимой. Нёвиллет тихо сказал, что Ризли может двигаться. Ризли коснулся его губ мягким поцелуем, крепко прижимая его к себе, и начал медленно двигать бедрами, внимательно следя за реакцией Нёвиллета. Сначала было немного неудобно, но это быстро сменилось чем-то новым, когда движения Ризли коснулись глубинного места внутри него, вызывая тихий стон удовольствия. Воодушевленный тихими стонами, Ризли двигался с большей уверенностью, но сохранял медленный и нежный ритм, явно ставя комфорт Нёвиллета превыше собственного удовольствия. Нёвиллет прижался к нему, обвивая ноги вокруг талии мужа, и начал двигать бедрами в такт его движениям, встречая каждый толчок. Ризли шептал ему слова похвалы и любви, рассказывая, как хорошо он себя чувствует и как сильно любит Нёвиллета. Его голос был низким и успокаивающим, словно обволакивал мягким одеялом. Нёвиллет никогда не думал, что может испытать такое удовольствие, что можно чувствовать себя настолько любимым в чьих-то руках. Слёзы счастья защипали уголки его глаз, и когда они скатились по щекам, Ризли был рядом, чтобы нежно поцеловать их, убирая любые следы. — Ты в порядке? — с хрипотцой спросил Ризли, его лицо, покрытое потом, светилось искренней заботой. Нёвиллет коснулся лица мужа, притянул его ближе и поцеловал взахлёб, небрежно и страстно. — Да. Я люблю тебя, — сломленным шёпотом произнес он эти три слова впервые. В этот момент Нёвиллет не сомневался в своих чувствах, как и в том, что Ризли отвечает ему взаимностью, так бережно и нежно отдавая всего себя в этом акте любви. Когда их губы разомкнулись, глаза Ризли были полны слёз. Муж, казалось, был потрясён признанием Нёвиллета. Ризли нежно взял руку Нёвиллета, поцеловал его ладонь с трепетом, словно это было что-то священное, и сплел их пальцы, прижав их руки к матрасу рядом с головой своего мужа. Они целовались нежно, но страстно, пока Ризли продолжал своё медленное, но неумолимое движение. Их стоны сливались в единый ритм, теряясь между поцелуями. Нёвиллет чувствовал, как его тело всё ближе подходило к краю наслаждения, и заметил, как Ризли дрожит над ним, его движения становились всё менее слаженными. Именно в момент сладкого признания от Ризли, сопровождаемого ещё одним точным касанием чувствительного места внутри, Нёвиллет достиг вершины своего удовольствия. Его пронзительный крик экстаза был заглушён обжигающим поцелуем, и он затрепетал под волной наслаждения, чувствуя, как его тело сжимается вокруг Ризли. Тот издал громкий стон, излившись глубоко внутри Нёвиллета. Нёвиллет ощутил тёплую волну, наполняющую его изнутри, и его затуманенный разум на миг задумался — возможно ли, что они только что зачали ребёнка? Но вместо страха это принесло ему чувство надежды и волнения. Ризли, осторожный, как всегда, перевернул их на бок, обняв Нёвиллета и не давая ему оказаться под тяжестью своего тела. Они лежали в мягких объятиях, их дыхание постепенно успокаивалось, а Нёвиллет прижался ухом к груди мужа, слушая медленно замирающее биение его сердца. Он чувствовал себя счастливым и умиротворённым. Внутри него разливалось тепло, а расслабление постепенно убаюкивало его. Нёвиллет тихо заурчал от удовольствия, пока Ризли осыпал его лёгкими поцелуями в висок и лоб, а его рука нежно скользила по серебристым волосам мужа. После их близости не было никакой напыщенной романтики, никаких драматических откровений. Только простое, блаженное чувство удовлетворения — ощущение, что он именно там, где и должен быть, тесно связанный с мужчиной, которого любит. Той ночью сны Нёвиллета были самыми сладкими. В них звучал тёплый смех Ризли и звонкий, счастливый смех младенца.

· • —–٠ ✤ ٠ —– •·

Два месяца спустя Нёвиллет с нескрываемой гордостью и восхищением наблюдал за своим мужем, который тренировал новобранцев на тренировочной площадке. Как же он был красив в движении — ловкий, грациозный, с лёгкостью парирующий и уклоняющийся от атак сразу четырёх противников. На его лице играла озорная улыбка, пока он с энтузиазмом объяснял тонкости фехтования. Каждый раз, сбивая одного из новобранцев с ног, Ризли громко приказывал им подняться, указывая на их ошибки и давая советы. Нёвиллет обожал наблюдать за своим мужем в такие моменты. Это было его естественное состояние, в котором он выглядел таким же счастливым, как и в те часы, когда находился рядом с Нёвиллетом. Ризли однажды сказал, что у него в жизни две великие любви: Нёвиллет и искусство боя. Нёвиллет был доволен тем, что мог оставаться там, где стоял, у самого края тренировочной площадки, и просто смотреть, пока Ризли не закончит с этими новобранцами. Ризли знал о его присутствии — их взгляды однажды пересеклись, и Нёвиллет был уверен, что, как только тренировка подойдёт к концу, муж сразу же подойдёт к нему. Хорошо, потому что у Нёвиллета было кое-что, о чём нужно было сообщить Ризли, и ждать до вечера он не мог. Прошло почти полчаса, прежде чем Ризли распустил новобранцев. Те покидали тренировочный круг, хромая и потирая ушибы, а Ризли тут же направился к Нёвиллету. Он крепко обнял его, заключив в тёплые объятия, и нежно поцеловал. Нёвиллет тихо рассмеялся, положив руки на грудь мужа. — Это было впечатляющее зрелище, дорогой, — произнёс он с улыбкой. — Благодарю, я всегда стараюсь тебя удивить, — весело ответил Ризли и снова поцеловал Нёвиллета, не обращая внимания на то, что они всё ещё находились на тренировочной площадке на глазах у других. Ризли бережно коснулся его щеки и, сменив тон на более серьёзный, спросил: — Ты был у врача сегодня утром, любовь? Что он сказал? Нёвиллет последние несколько недель чувствовал себя неважно, но, так как ничего серьёзного — всего лишь непривычная усталость и утренние приступы тошноты — он не замечал, решил, что это пройдёт само. Только под давлением Ризли он наконец уступил и этим утром посетил врача. То, что он услышал, до сих пор не укладывалось у него в голове. — Он подтвердил, что моему здоровью ничего не угрожает, — спокойно сказал Нёвиллет. Ризли нахмурился. — Но твоя усталость, твои приступы тошноты… Нёвиллет широко улыбнулся и тихо прошептал: — Я ношу ребёнка. Ты станешь отцом. Ризли застыл, его глаза расширились от изумления. Он молчал так долго, что Нёвиллет начал волноваться. Что, если… он передумал? — Ризли? — неуверенно позвал Нёвиллет, поднимая руку, чтобы коснуться щеки любимого и привлечь его внимание. Ризли вдруг крепко обнял Нёвиллета, так сильно, что у того перехватило дыхание. Он прижался лицом к его шее, и вскоре Нёвиллет почувствовал что-то влажное на своей коже. Ризли плакал. — Спасибо тебе, любимый. Спасибо за этот дар, — прошептал он дрожащим голосом. Нёвиллет тепло улыбнулся и обнял мужа в ответ. Его сердце переполнялось счастьем при мысли о создании семьи с самым дорогим сердцу человеком. — Пожалуйста, мой дорогой, — прошептал он, и в тот момент дал себе обещание: он будет самым лучшим мужем и родителем, каким только сможет быть.