Восьмиклассник?

Монотонный гул учителя усыпляет похлеще всех снотворных препаратов вместе взятых, особенно если география стоит первым уроком. Женщина довольно взрослая, настолько, что можно подумать: "как она еще работает, а не нянчит правнуков?". Но вопрос быстро отпадал когда узнаешь что она бесплодна вовсе. И правильно, нехуй разводиться таким.. Тяжелый выдох и недовольный соп вырвался из темноволосого мальчишки, который уловил себя на этих странных мыслях. С каких пор его вообще стали волновать какие то бабки, которые постоянно стараются сделать годовую как можно хуже? Ну и бред!  Скарамучча все еще не понимал как должен вытянуть хотя бы трояк у этой ведьмы, это ведь невозможно!  Он совсем не глупый мальчик, язык подвешен, глазки блестят как самый драгоценный кристалл, а на вид он тот еще очаровашка. Почему хотя бы за эти три пункта не влепить десятку?  Повернув голову в другую сторону из нутра души Скарамуччи вырвался тяжелый вздох. Урок тянулся невыносимо долго, кажется, что даже птицы замедлили свой полет, но гадкий язык противной учительницы плел только быстрее.  Что б ее. Хотелось поскорее увидеть на часах заветные пятнадцать минут и наконец-то пойти на следующий урок, которым кстати была физкультура, а ей Скарамучча совсем не занимался. Урок отдыха это хорошо, но с другой стороны так они проходят быстро и ему скорее нужно возвращаться домой. Хотя домом это не назовешь. Так, местечко что бы не сдохнуть от холода как бездомная шавка.  От собственной иронии на обветренных тонких губах натянулась нервная ухмылка. Ни у кого не идеально, вот и ему не повезло с родителями. Если так, конечно, можно сказать. Долгожданный звонок наконец-то прозвенел, отпуская несчастных восьмиклассников на передышку вплоть до следующего урока. Все мигом выбежали из кабинета, поскорее лишая себя возможности лицезреть спившуюся рожу географицы. Скарамучча же лениво накинул шлейку рюкзака на одно плечо и медленно вышел из класса. Спешить некуда, до следующего урока еще целых пятнадцать минут, а пока можно сходить в столовую и наконец поесть. Живот урчал еще с того момента как нога темноволосого переступила порог этого чертового заведения. Теперь время вкусно покушать пришло.  Голубые глаза метнулись в сторону буфета, около которого уже стоял целый рой из голодных школьников желающих поскорее набить свои животы съедобной пищей.  Слегка нахмурившись брюнет растолкнул мелких, сразу становясь к буфетчице лицом.       – Сок и пиццу, – хмыкнул парнишка кидая нужную сумму в лоток для денег.  В бок его начал биться какой то шкет, возмущаясь тем, почему это он прошел без очереди, но глянув на того сразу бы стало понятно – это Тевкр. Значит и его рыжий брат где-то неподалеку.       – А что ты мне сделаешь, м? – слегка дразнясь спросил голубоглазый, наклоняясь чуть ниже к ребенку, который стоял все с таким же недовольным выражением лица, – братика своего позовешь? Не успел по насмехаться, как уже на плечо брюнета ложится довольно-таки увесистая рука того самого "братика".        – Не дразни ребенка, Скар, – спокойно, даже с капелькой смешинки говорит Тарталья. Видимо его забавит то, как малой пытается усмирить бандита, хотя что не говори, рыжий за братьев встанет горой. Никто и не посмеет обидеть.  Темноволосый даже глазом не повел. Он молча выпрямился и легким движением сбросил чужую руку с плеча, попутно недовольно закатив глаза и забирав свою еду у буфетчицы. Хотелось поскорее набить желудок чем-то съестным и наконец не чувствовать этот противный, разъедающий стенки желудка голод.  В сторону с ним отошел и Тарталья, он весело поздоровался с темноволосым попивая свой яблочный сок. Скарамучча поскорее откусил пиццу, запивая тем же соком под гул школьников собравшихся в столовой. Только после того как тело почувствовало долгожданное облегчение юноша снизошел и одарил своим взглядом товарища рядом. Тот как ни в чем не бывало пил напиток и даже не ожидал легкого удара локтем в бок.        – Ну и где ты пропадал? Только не говори что заболел, никогда не поверю в эту брешь,– хмыкает темноволосый тяжело выдыхая. Не дожидаясь ответа парень прошел к выходу из столовой. За ним в шаг пустился Аякс, драматично рассказывая о том, как же сильно у него болело горло. Невозможно слушать такую чепуху, особенно зная, что даже радиация не подкосит этого актера. Потому на все выдумки он лишь ухмыляется. Ну и дурень, как же отлично чешет языком.       –Ты мне совсем не веришь что ли? – хнычет он, вытирая придуманную слезу со щеки.        – Не обессудь, но мозги у меня еще остались, – хмыкает брюнет открывая двери туалета.  Проходя в помещение шаги останавливаются у зеркала, одиноко висевшего на стене. В отражении показалось худощавое лицо с небольшими мешками под глазами. Тонкие обветренные губы всегда трескались стоило им изобразить подобие улыбки. Рукой парень взлохматил темные со странным оттенком волосы, но даже после этого они остались опрятными на вид.  Вздохнув взгляд пал на Тарталью стоящего рядом, он так же отражался в зеркале. Напротив Скарамуччи он не был таким худощавым, скорее наоборот. Чайлд был довольно крупным, высоким, у него яркие волосы, задорный взгляд и веселая улыбка. Характер покладистый, пусть и не без своих минусов, но он оказался мечтой всех девчонок параллели. Да и не только параллели, девушки постарше тоже положили глаз на такого парня. И никто не знал что рыжий уже влюблен, никто не знал как он смотрит на свою избранницу, как он косячит и запинается на самых легких словах. Никто не знает. Кроме Скарамуччи.  К сожалению именно ему было суждено стать тем самым плечом для влюбленных соплей. Это дико раздражало. Почему нельзя просто подойти к ней и сказать: "Люмин, ты мне нравишься, давай встречаться?". Никогда он не поймет таких нюней, никогда ведь не влюблялся, да и не собирается как то. Смотря на Тарталью, так вообще не хочется влюбляться..он ведет себя как полный идиот. Влюбленный идиот. Пройдя чуть дальше к кабинкам туалета из кармана джинс Скара вытащил электронку. Тут же приложил ее к губам, сделал вдох, наполняя легкие сладким, расслабляющим дымом. Мятная.  Безумно нравится этот вкус, мало того что приятный..так и отделаться жвачкой легко. Брюнет не любит приторно-сладкие вкусы вообще чего либо. Он не любит яркие цвета, не любит громкие помещения, пугается резких звуков. Что же тогда он любит? Тяжелый вопрос. Наверное, подойдя бы кто и спросив об этом, Скарамучча бы не думая послал наглеца к чертям. Сам ведь не знает, но знает, что ему комфортно быть одному. Довольно странно для подростка, не так ли?       – Опять ты эту гадость сосешь? У кого уже ее спиздил? – с легким негодованием спрашивает Тарталья, уже успевший понять, что собеседник не заинтересован во всех его радужных соплях.  Этот человек знает темноволосого лучше всех. Они уже давно знакомы и за все это время не было ни разу такой ситуации, что бы Скарамучча ему ныл о чем то таком простом, как это делает Чайльд. Парень всегда был сдержанным. Он не многословен, не тактилен, тронуть - получить серьезный ушиб. Один раз он так вывихнул руку рыжему, после того, как тот полез обниматься. После этого случая на касания друга он реагирует спокойно. Позволяет, но на лице всегда виднеется негодование.        – А тебе Тевкр, вижу, еще не рассказал ,– губы трогает хитрая ухмылочка, а взгляд скользнул на нахмурившегося Тарталью, – не ссы, он не занимается таким, – делая еще один вдох признается он. Решил не пугать рыжика. Сегодня. Настроение паршивое.       – Хочешь сказать что это его одноклассников? – указав пальцем на одноразку в ответ он получил кивок и еще больше начал не довольствовать, – говорил же ему что общаться с этой шпаной не стоит. Вышли парни из туалета быстро, ведь уже начинался урок. Тарталья побежал на свой, а Скарамучча неспеша пошагал в библиотеку. Только беда. Даже там брюнету не дали спокойствия, заставляя таскать никому ненужные стопки пыльных учебников. Чтоб их. День прошел быстро, как и следующий. Возвращаться домой было неприятно. Одноразка быстро закончилась, теперь его нервы не туманил никакой дымок, а это значит, что парень сейчас максимально раздражен всем на свете. День сурка очень выматывал и злил, а когда его остановили, отчитывая за опоздание на первый урок он не выдержал.  Нахамить завучу – самое хуевое что он мог сделать тогда. Глаза женщины стоило видеть, кажется ей еще не приходилось слышать все то дерьмо, которое она каждый день выливает на школьников теперь на себе. Она вся покраснела от негодования, начала орать так сильно, кажется вся школа тогда слышала имя виновника этого торжества.  По итогу первые три урока Скара провел у директора. Прочитал весь устав школы, все правила, писал объяснительную, ну а закончилось все самым "любимым". Теперь каждое чертово мероприятие брюнет должен посещать. Будь то какая то всратая викторина, а что еще хуже – ссыкливые выступления первоклашек. Последнее кажется длится вечно и вместо положенных 6 часов в школе он сидит целых 9. Лучше не придумаешь. Стоя в этот раз на линейке, вместе со всеми классами школы парень нервно тупал ногой. Задолбали все мероприятия, хочется закрыться одному в квартире как минимум на месяц. Если бы только не мешающее обстоятельство в виде матери так бы и сделал. Хотя, наверное он мог бы позволить себе немного наглости и на пару дней остаться, отдохнуть от школы не мешало. Скользнув глазами по группам классов темноволосый искал рыжую макушку. Очень хотелось курить. Нервы сдавали, а это плохо.  От нервов Скарамучча кусал щеку продолжая искать рыжего, и, наконец найдя его, не стыдясь прошел мимо всех прямиком к Аяксу.  Под руку мальчишку схватили уже несколько учителей, но даже не смотря на это он подошел к другу нервно прося у того жвачку. Если сейчас он не возьмет что то пожевать, то унесут его уже на качалках. Такая необходимость в куреве убивает. Определенно нужно завязывать с этим. Тарталья в своей благородной руке протянул целую пачку жвачки, которая сейчас казалась не простой резинкой в голубых глазах друга.  Слегка подрагивающими руками тот взял сразу три штучки и закинул их в рот начиная быстро жевать. Хотелось поскорее избавиться от этого ужасного ощущения ломки, оно уходило, но не так быстро как хотелось бы.  Нервно сжимая пальцы Скарамучча все больше отдается той мысли, что завтра никуда не пойдет. Никакая школа его не достанет из мягкой кровати и ничего не заставит выйти из теплого укрытия прямо на холодную улицу.  Ежась от представленных мурашек парень совсем не замечает как директор начала говорить речи. Никому не было интересно уже в который раз слушать про правила безопасности, про опасность наркотиков и тому подобное. Хотя про наркотики парень готов поспорить. Лучше бы он принимал тяжелые вещества, а не ходил в это заведение самого сатаны прячущегося в обличии говорящей женщины у микрофона.  Рядом слышались смешки по поводу кого то. Они расползались тихим и медленным гулом в голове темноволосого, невзначай он услышал фразу: "ну и чудак". Не хотелось обращать на это внимания, но любопытство взяло вверх. Скарамучча не видел ничего интересного до того момента как не присмотрелся чуть получше. Вот он тот самый объект всеобщего интереса. Идет с фотоаппаратом в руках и спотыкается, неловко почухивая свой затылок, небрежно запутываясь пальцами в разлохмаченных пепельных волосах. Во первых он фотограф, а во вторых, сегодня у них фотосессия. Пиздец всем. Пиздец Скарамучче.