С новым Счастьем

— Не хочешь выпить глинтвейна, Половинчатый? — На пороге дома стоял бывший одногруппник и когда-то соперник. Черное длинное пальто с оранжевым шарфом на удивление смотрелось довольно симпатично. — Дай мне пять минут, — Шото пропустил неожиданного гостя в дом, а сам ушел в комнату, чтобы переодеться. Бакуго принял предложение и спокойно зашел в коридор. Когда Тодороки ушел из поля зрения, Кацуки осторожно осматривал пространство. Обычная квартира среднестатистического работяги. Никаких животных, растений и чего-то необычного. Как мог увидеть Динамит из коридора, планировка была почти такая же, как и у него. В коридоре стоял один шкаф, видимо с верхними вещами, небольшой комод и мягкий пуфик. На комоде стояла вонючка баночка с ароматом то ли корицы, то ли кофе, а может и все вместе, а также рамка с фотографией, где были они вдвоем и Киришима с Ашидо и Ураракой. Бакуго сразу вспомнил, когда они делали это фото. Конкурс, на который его заставили идти Айзава и сам Тодороки. Этому Половинчатому чуду было сложно отказать, особенно Кацуки с его азартом в спорах и соревнованиях, особенно на желание… Пока красные глаза рассматривали фото, Шото успел собраться и выйти обратно к коридору. Он также надел пальто и накинул красно-белый шарф. Заметив, как Кацуки залип на фотографию, хозяин квартиры легонько улыбнулся и слегка толкнул гостя в плечо. — Куда пойдем то? — Переводя внимание гостя от фотографии на себя, спросил Тодороки. Бакуго, увидев даже такую легкую улыбку, усмехнулся и лишь кивнул в сторону выхода. Намек был понят, и парни вышли из дома. Они пошли через парк, который был недалеко от дома, и в нем практически не было людей. В небольшом ларечке, где были всякие новогодние напитки, Динамит взял им обоим глинтвейн, и парни прошли в глубь парка, где сели на пустую лавочку. — С чего вдруг такое предложение? — Всё же решил спросить Тодороки, смотря на собеседника, — И почему так резко? А вдруг бы меня дома не было? — Как много вопросов, Тодо, — Кацуки смотрел в гетерохромные глаза с некой нежностью, как показалось Шото, тем более после такого непривычного «прозвища», но Бакуго не дал ему долго думать, решив всё же ответить, повернув голову и облакотившись на спинку скамьи, — Ты должен мне желание, Половинчатый, считай-это оно, — Бакуго усмехнулся и повернул голову, смотря Шото прям в «душу». — Погулять с тобой по парку? — Гетерохром приподнял одну бровь, еле заметно смущаясь от своих же мыслей, — Что-то типа встречи одногруппников? — Что-то типа свидания, — На этих словах, Тодороки подавился напитком, ведь его мысли подтвердили, — Аккуратнее, идиот. Бакуго тут же достал из сумки влажные салфетки и протянул их Шото, который уже немного извазюкал пальто. Тот же в свою очередь благодарно кивнул, всё ещё пытаясь откашляться. Когда горло Тодороки всё же успокоилось, он аккуратно снова взял свой стакан и жадно залил сухость во рту, при этом обжигая язык. Динамит, уходивший до этого куда-то, стоял сейчас рядом с ним и протягивал бутылку воды. Гетерохром поднял голову вверх и заметил улыбку на вечно серьезном лице, сияющие глаза, от данной картинки захотелось смеяться, и лёгкий смешок вырвался наружу. Кацуки же недоуменно смотрел на «Половинчатого», опять нахмурив брови. — Ты че ржешь, полудурок? — А куда же делось твое «Тодо»? — Как ехидный кот, промурлыкал Тодороки, которого позабавила такая перемена настроения взрывного одногруппника. Они давно не виделись и встреча эта была неожиданной, но желанной, особенно учитывая то, как эта встреча преподносилась со стороны блондина, — Ты почти не поменялся, Динамит, — Специальный укол, зная, как Бакуго это не нравится это прозвище. — Не называй меня так, — Яркие огни красных глаз плясали загадочный танец, — От остальных — я привык, но не от тебя. — Хорошо, — Шото не стал уточнять почему, догадываясь. И парни пошли гулять по парку, разговаривая о том, как проходили последние пару лет с их выпуска. Вспоминая всё: от первой встречи до защиты диплома. Как в первый же день они поругались, как Бакуго оттаскивал в другой конец кабинета Киришима, как Шото стоял неподвижно и лишь укоризненно смотрет вслед. Как они подрались уже через неделю, как после этого у Кацуки появилось прозвище, а Тодороки стал самым «холодным» в группе. Как первый раз Айзава-сенсей заставил их двоих (как представителей группы) участвовать в какой-то херне (по мнению Бакуго, конечно же), и что они чуть не проебали из-за ссоры. Как стали взрослеть и ругаться чуть меньше. Как первый раз пошли компанией в караоке и оба напились в зюзю, а потом слушали упреки от Эйджиро с Каминари, что они слишком тяжелые, чтобы тащить их в общежитие. Как на следующее утро проснулись в обнимочку, потому что те два придурка решили, что это смешно. Как оба потом получили от Кацуки, а Тодороки старался незаметно уйти, но все же получил подзатыльник. Как потом хихикали Ашидо и Урарака, показывая их «милую» фотографию (Бакуго после сохранил ее и даже держал на заставке телефона некоторое время). Кацуки вспомнил после подозрительно тихое недовольство Половинчатого, но Тодо так и не признался почему (уж слишком это смущает).

***

— Не хочешь поесть? — Спросил Кацуки, указывая на уже пустые стаканы от глинтвейна. — А что ты предлагаешь? — Улыбка не сползала с лица Шото всю прогулку, а Бакуго незаметно наблюдал за ним и сам радовался, в душе конечно же. — Есть здесь недалеко одна кафешка. Как относишься к удону? — С усмешкой спрашивает Кацуки, вспоминая их разговор в институте. — Спокойной, с недавних пор, — Тодороки испытал приятное чувство ностальгии, когда задумался о последней их встрече с Тоей, — Надо будет заскочить к нему, — неосознанно произносит он в слух. — К брату? — Динамит догадывается, ведь помнит сложные взаимоотношения старшего и младшего, — Вы с ним… Помирились? — Можно и так сказать, есть еще много чего недосказанного, но сейчас он проходит сеансы с психологом, так что… — Замявшись, не зная как выразить свои мысли правильно, Шото остановился. Он почему-то боится поднять взгляд на Бакуго в этот момент, но тот легко берет холодную руку гетерохрома в свою. — Тодо, если тебя что-то тревожит… Ты можешь обсудить со мной… Если захочешь, конечно, — как-то по-особенному говорит Кацуки, не требуя от Тодороки рассказа целиком и полностью, и Шото это понимает, уже смотря в красные огни. Он кивает и нехотя убирает свою руку из чужой. — Спасибо. — Не благодари. — Пойдем? — В руке все еще отдает нежностью и теплом, к которому хочется тянутся. Его слегка пихают в плечо, улыбка служит ответом, и они направляются в сторону кафе.

***

После этого дня их встречи стали происходить чаще, а после вообще превратились в каждонедельную обязанность (или желание чаще видеться). Бакуго каждый раз забирал Тодороки из дома и они ездили в разные места города, а иногда и за его пределы. Близился новый год. Настроение Шото особо не менялось, но Кацуки замечал, что тот грустнеет, хоть и пытается не показывать этого. В одно такое воскресенье, пока гетерохром смотрел в окно, не задумываясь о том куда его везут, Динамит решил действовать. — Тодо, — мягко и нежно, привлекая внимание собеседника, — Что-то случилось? Ты вторую неделю сам не свой, — Бакуго не давил, лишь хотел узнать, что тревожит его друга (а друга ли?). — Я не знаю… — сомнения одолевали, хотя Шото знал, что может доверится своему давнему одногруппнику, — Это первый новый год, когда все будут отмечать отдельно. Мама с Отцом, хоть они долго не могли решиться на это, Фуюми со своей семьей, Нацу с девушкой, Тойя не видит смысла вообще, а я и не знаю, как провести выходные. Это сложно, кому-то навязываться тоже не хочу. — Ты сегодня необычайно болтлив, — Бакуго усмехнулся, на секунду отвлекнувшись от дороги, посмотрел на парня на пассажирском сиденье, — Я хочу съездить на курорт на этот новый год. Родители улетели в Англию на месяц, так что у них встретить не получится, Киришима предлагал к нему на тусовку прийти, но ты знаешь, как я к этому отношусь, так что решил поехать в горы, уже домик даже снял, а встречать одному как-то не хочется, — плавно намекая на проведение выходных вместе, Кацуки чуть-чуть напрягся, — Если хочешь… Можешь поехать со мной. На лыжах покатаемся, перед камином посидим, фильмы там какие-либо. Тодороки сидел и смотрел на собеседника горящими глазами, он ожидал какого-нибудь совета, но вот предложения провести выходные вместе — никак. Однако желание, которое Шото подавлял в себе последние несколько недель о более частых встречах с Бакуго, теперь подавить не смог. — Конечно хочу, — неожиданно даже для себя чуть выкрикнул гетерохром. Динамита такая реакция позабавила и обрадовала. Дальше до пляжа они ехали уже обсуждая поездку, которая должна состояться уже на следующей неделе.

***

— Бакуго, что мне взять с собой? — тревожный голос Тодороки раздался из динамика, как только Кацуки взял телефон, — Термос? Спальный мешок? Одеяло?! — Хорошее настроение и только. Тодо, там все будет, мы не в такую глушь едем, — Динамит попытался успокоить нервы гетерохрома, но это не помогло. — Ты уверен? А вдруг медведи? — Успокойся, нет там никактх медведей. Возьми только зубную щетку, теплую кофту и ботинки. Остальное я возьму на себя, — Кацуки усмехнулся в трубку, слушая как его собеседник шебуршится в вещах, — Это все-таки я тебя пригласил, мне и заниматся этой суматохой. От тебя требуется только отдыхать, — услышав вдох с той стороны, Бакуго решил перебить Тодороки, — И даже не смей спорить, я всё сказал. Прежде чем Шото что-то ответил повисла минутная тишина, а после недовольное согласие. После этого Бакуго отключился, а половинка тяжело вздохнул, не понимая откуда в Кацуки столько сил.

***

Ехали они уже часов пять, три из которых Тодороки проспал. По словам Кацуки им осталось где-то полтора часа, чему Шото обрадовался, ведь, честно, пятая точка уже затекала и хотелось поскорее размяться или лечь в мягкую кровать. Половину времени парни просто слушали музыку или же играли в слова. Разговаривать особо было не о чем, или же они так думали, да и гетерохром не особо хотел отвлекать Бакуго от дороги. Смотря в окно, Тодороки не заметил как за ним время от времени посматривал Динамит. Спустя полчаса Кацуки решил заехать на заправку, хотелось в туалет и чего-нибудь сладкого, да и бензин в машине стоило бы пополнить. — Тебе взять что-нибудь? — Выходя из машины, спрашивает он. — Капучино, если будет, — Отвечает гетерохром, так же выходя из машины, чтобы размяться. Бакуго, не долго думая, заправляет авто и идет в ларек для оплаты и за вкусняшками, Шото же решает просто подождать владельца машины в ней. Спать больше не хотелось и, думая о том, чем занять себя оставшийся путь, Тодороки незаметно для себя перешел на мысли о Кацуки, о его доброте, голосе, губах. Осознав в какую сторону плывут его фантазии, Шото немного покраснел и прикрыл лицо руками, откидываясь на спинку кресла. Динамит же пришел в самый неожиданный момент. — Устал? Не волнуйся, немного осталось, — Он сел на водительское сиденье, протягивая Тодороки стаканчик с кофе и упаковку фисташек. На вопросительный взгляд ответил, — Подумал, что ты захочешь пожевать чего-нибудь, так что взял нам еще по круассану. — Спасибо, — Единственное, что смог ответить Половинка. Дальше дорога прошла практически незаметно. Бакуго рассказывал, какие планы заготовил им на выходные, что есть на базе отдыха и спорил, что сноуборд лучше, чем лыжи. А Шото же просто внимательно слушал собеседника, желая уловить его спокойный тон каждой фиброй своей души. Когда они стали подъезжать к небольшому склону, Кацуки заметно выдохнул — они доехали. Заселились в маленький, но уютный домик. Из коридора они вышли сразу в кухню-гостиную, где к новому году стояла украшенная елка, диван, маленький телевизор висел напротив, а также большие панорамные окна вместо стены и выход на веранду с зоной, где можно посидеть и пожарить шашлыки. Ванна и туалет находились практически рядом с главным выходом, а из гостиной можно было попасть в комнату с двумя раздельными кроватями и тумбочками. Тодороки убедился, что в доме и правда есть практически всё о чем он беспокоился и, разложив вещи, устроился на мягком диване. Бакуго же в это время зажег камин, от чего в домике стало ещё уютнее. Они сидели рядом, решив посмотреть фильм, так как был уже вечер и идти куда-то после долгой поездки не хотелось. — Новый год уже завтра, — Сказал Шото, когда фильм закончился. — Ага, — Задумчиво протянул Бакуго, положив голову на плечо Тодо, — Может перекусим и спать? Гетерохром на такое действие никак не отреагировал физически, но в мыслях ликовал от теплых прикосновений. Он кивнул на предложение Кацуки, но более делать ничего не хотел, уж слишком ему нравилось сидеть так. Однако Динамит встал с дивана и достал из холодильника два йогурта, протянул их Шото, поставил чайник и достал ложки из ящика. Ночь наступала.

***

— Тодо, новый год уже вот-вот наступит, где ты возишься, — Кацуки разливал только что сваренный глинтвейн по кружкам, чистил мандарины и ждал пока из комнаты выйдет Половинка. — Уже готов, — Шото вышел с коробкой, упакованной в бумагу с принтом в виде кучи котиков — подарок. — Давай после 12? — Поняв, что это такое, предложил Бакуго. Тодороки кивнул. Они сели за стол. Обсуждали, что будут делать днем, как часы пробили полночь. Тодороки хотел было что-то сказать, но не успел. Кацуки протянул руку к его лицу, взял за шею и притянул к себе, целуя прямо в губы. Тепло растеклось по телу Шото, а руки сами обняли блондина за шею. — С новым годом, — Произнес Динамит, отстранившись. — С новым Счастьем, — Улыбаясь ответил Половинка. Они смеялись, радовались и обнимались, не обращая внимания на звонки и сообщения телефонов. Так новый год приобрел для них новую радость и период в их жизни.

***

«Твой взрыв навечно» — гласила надпись на подаренном Бакуго обручальном кольце спустя два года их отношений. «Твоя Половинка навсегда» — Такое же кольцо, только уже на другой руке.