Выживая с волками

— Мы возьмём дело, — кивает А Ин, и Мин Сок отправляет договор на печать. — Передайте ваши данные и контакты господину Ё для оформления документов. А Ин напряжённо следит, как клиентка неторопливо копается в безразмерной сумке, выискивая сначала очки, затем кошелёк, а затем и удостоверение личности. Подушечки его пальцев тихо и нервно стучат по подлокотнику кресла, в котором он сидит, и Лето не выдерживает: поднимается с лежанки, успокаивающе тычется носом в колени своего человека и подходит к Мин Соку, чтобы сесть близко-близко. Золотистые глаза оборотня смотрят строго, но в чём-то даже умоляюще, и Мин Сок недовольно вздыхает: — Да сижу я, сижу. Всё, чего он просит от своей ненормальной семьи — только нормированный график! Только право приходить на работу в девять и уходить в шесть, Мин Сок даже смирился с плавающим, а часто и вовсе отсутствующим обеденным перерывом! Встречает ли он хоть какую-то поддержку от этих троих? Не-а. Поэтому на часах семнадцать пятьдесят две, и очевидно никто не собирается позволить ему просто встать и уйти ровно через восемь минут. Он заполняет договор сам, потому что клиентка настолько нерасторопна, что будет ещё полчаса только ковыряться в собственных документах, а потом заново проговаривает условия оплаты и отдаёт ей на подпись. Клиентка многократно кивает, берёт ручку и замирает с ней над договором. А Ин за её спиной закрывает лицо рукой, Лето слегка прижимает уши к голове, наверняка явно ощущая запах раздражения, исходящие от Мин Сока, а Бэксан прихрапывает в своём углу. Вот же бесстыжая жопа! Дело, которое они берут, между прочим, в его вкусе! Никто кроме него не любит фотографировать измены и копаться в метафорическом грязном белье, однако именно эта волчья морда удрыхлась ещё в самом начале рассказа клиентки. — А что значит вот эта строчка? — подслеповато щурясь через очки, уточняет женщина как раз тогда, когда часы бьют шесть. Лето виновато жмётся к полу, А Ин нервно сжимает переносицу. Мин Сок игнорирует эту театральность и терпеливо разъясняет ей значение непонятных пунктов. Когда договор, наконец, подписан, время уверенно подходит к восьми. Дверь за клиенткой закрывается, и А Ин торопливо говорит: — Чего ты хочешь на ужин? Токпокки? Кажется, у нас ещё даже остался твой любимый сыр в ломтиках, я сейчас же пойду замешу тесто. Мин Сок отмахивается: — Я не настолько зол, чтобы задабривать меня едой. Лето вздыхает с таким осязаемым облегчением, что даже Бэксан просыпается. — Ну, ужин всё равно готовить надо, — неловко потирает затылок А Ин. — Разве ты не обещал, что займешься её делом, как только она подпишет договор? — Мин Сок не выключает компьютер, потому что тот может понадобиться, но аккуратно складывает все бумаги в ящики и запирает те на ключ. Свой экземпляр ключа, конечно, есть у каждого, но однажды они решили, что гораздо безопаснее прятать всё важное во избежание волчьих эксцессов. А Ин кривится: — Это было почти два часа назад. — К тому же, — поднимаясь с пола, добавляет Лето (неужели солнце уже село?), — она позвонила мужу и предупредила его о возвращении домой сразу, как вышла за дверь. Какой смысл сегодня пытаться поймать его на измене? Он кутается в плед, поднятый с собственной лежанки, а вот Бэксан как в мохнатом амплуа валялся кверху пузом, так и продолжает это делать, обратившись. Раньше Мин Сока смущало такое поведение до красной шеи, но теперь ему всё равно. Он просто уже смирился, что влюбился в это беспардонное чудовище, которое невозможно исправить. — Я пошёл в бассейн, а вы трое можете делать, что хотите, — кивает он сам себе. Бэксан тут же подскакивает с пола и накидывает на бёдра свой плед. — Мин Сок! Я хочу с тобой! — А тебе работать надо. Разве у вас не совещание? Бэксан смотрит на А Ина с надеждой, но тот ожидаемо кивает. Им всегда нужно распланировать работу, если появляется новый клиент. Особенно если в этот момент они действительно могут поговорить, а не просто слушать то, что предлагает единственный человек среди них. — Но я соскучился! — Только час, чудовище, дай мне час отдохнуть от этого стула, — Мин Сок чмокает Бэксана в нос и уходит прежде, чем тот успевает втянуть его в непотребства прямо на рабочем месте. Воздух на улице свежий, полный ароматов травы, поздних цветов и кофеен, которых нынче понастроили на каждом углу. Воткнув наушники и включив непритязательную попсу, Мин Сок наконец-то может просто расслабиться по пути в бассейн и ни о чём не думать. На самом деле из них действительно получилась отличная семья. Оборотни называют это стаей, А Ин — командой, но Мин Сок считает, что его слово точнее. Они совпадают в быту и работе, чудесно делят общую жилплощадь на четверых и по-настоящему могут друг на друга положиться, поэтому жить вместе вполне комфортно. По крайней мере теперь, когда они уже как следует друг к другу притёрлись. А Ин сова, Мин Сок жаворонок, и их оборотни быстро подстроились под их распорядки, словно всегда так и жили. В первые месяцы жизни вместе Бэксан ещё нервировал совиную часть семьи утренним лаем, но вскоре устал зализывать укусы от невыспавшегося Лето и притих. Они сделали качественную звукоизоляцию в своих спальнях и договорились не слишком бесчинствовать в общих комнатах, так что компромиссы, в целом, нашлись быстро. К идее открыть детективное агентство пришли, что неудивительно, собани. А Ин идею поддержал, а вот Мин Сок сразу сказал, что по кустам лазить не будет и от всякой опасной работы отказывается, спасибо большое. Но ему всё равно нашлось место. Потому что кто-то всё ещё должен следить за счетами из жкх, оформлять договоры, следить за сроками истечения лицензий и разрешительных документов, настраивать рекламы и поддерживать актуальность сайта. Кто-то должен вызывать и встречать клининг, сидеть очередюги в снабжающих организациях, и закупать кофе для клиентов. И это если не считать всего того миллиона дел, которые сваливаются на него во время расследований: что-то погуглить, кому-то позвонить, зарегаться на сомнительном сайте… Мин Сок на всё это не соглашался, но некоторые вещи не могут сделать те, у кого лапки. Так что он, по всеобщему признанию, самый незаменимый член детективного агентства «Волчий дом» (ещё бы они этого не признали, Мин Сок посмотрел бы на них, если бы взял отпуск, скажем, на неделю!). А Ин занимается непосредственно детективной работой, хотя очень не любит выслушивать клиентские горя, если это касается измен или страховых фирм. Впрочем, свою нелюбовь он не демонстрирует, всегда сдержан, вежлив и внимателен, как и его идеальный напарник Лето. Вообще вся стратегия привлечения клиентов в агентство держится на оборотнях: какой ещё детектив может похвастаться тем, что распутывать дела ему помогают идеально обученные звери? Конечно, детектив Маркус из агентства в трёх кварталах ближе к центру пытался скопировать фишку и открыть своё кото-детективное агенство, но быстро прогорел. Ещё бы, ведь его кошки-то не были наполовину людьми! Тем временем «Волчий дом» процветает: Бэксан светится на обложках брошюр, на визитках и на сайте, а Лето удалось уговорить только на сайт и один пост в Инстаграм, однако они оба так или иначе участвуют в беседах с людьми и расследованиях. Работа Бэксана чаще всего заключается в том, чтобы позволять нервным клиентам чесать его за ухом, кормить вкусняшками и говорить, что он очаровательный мальчик, в качестве успокоительного. Бэксан также работает идеальной ширмой для тех случаев, когда его коллеги незаконно проникают на частную территорию или в чьи-то сумочки: он дурачится, лает, влезает в неприятности и устраивает всяческий балаган, чтобы огромный Лето и немаленький А Ин остались незамеченными в суматохе. Кроме того, Бэксан обожает дела об изменах: он любит вынюхивать кто, где и с кем, а ещё мохнато топтаться рядом с изменщиками так, чтобы скрытая камера всё засняла в лучшем виде. Впрочем, если свидания неверных супругов случаются среди ночи, он также не против пожевать бутерброды пару часов, чтобы сделать качественные кадры и передать их заказчику. (То, что они все вынуждены потом выслушивать сплетни о личной жизни клиентов, не входит ни в чьи обязанности, но Бэксана это не волнует). Лето не очень любит работать днём. Собакой он может таскаться по дому, искать информацию в планшете, тыкаясь в нужные кнопки носом, но шататься по улице без крайней необходимости не станет. Мин Сок не возражает против его мохнатой компании, особенно в те дни, когда у оборотня паршивое настроение и он остро нуждается в чьём-то безопасном присутствии. (Мин Сок мало что знает о его прошлом, но когда он бывает хрупким, это заметно). Лето не разрешает незнакомцам себя гладить и скалит на них зубы при приближении к его лежанке. Однако, когда дело слишком сложное только для А Ина с Бэксаном, он без вопросов присоединяется и предпочитает быть бойцовской собакой, лезущей в бой без колебаний, чем тихой ищейкой, впечатление которой создаёт. А вот по ночам он другой: человеком любит всё, что касается поисков — вещей, людей, информации, которой нет в интернете. Лето может и работает над делом тогда, когда остальные спят, хотя чаще всего А Ин не отпускает его одного бродить по ночному городу. В общем, работать вместе им действительно хорошо. Быт наладить ещё проще: А Ин лучше всех готовит, Мин Сок вызывает клининг и занимается садом по выходным, а оборотни моют посуду и выкидывают мусор (причём последнее они могут делать и днём, каких бы обиженных див из себя ни строили!). Лето часто наводит порядок просто от нервов, растаскивая вещи по местам даже в собачьем виде, а Бэксан вынужден отстирывать от шерсти вещи, поскольку сам же больше всех её и разбрасывает. Большинство других вопросов решаются путём переговоров, истерик и ультиматумов, но в целом они живут вполне мирно. Если только никто не посягает на свободное время Мин Сока и его право на бассейн три раза в неделю. Прямо сейчас, возвращаясь после плавания, он в достаточно благодушном настроении: вода была тёплая, народ уже почти разошёлся, музыка в раздевалке не била по ушам. Так что, как следует поплескавшись, Мин Сок чувствует себя свободным человеком, готовым на подвиги, среди которых не только сексы с Бэксаном, но и семейный ужин, и даже муки выбора совместного кино на четверых. День был тяжёлым, однако вечер обещает быть гораздо лу… Судя по лицам членов стаи, собравшихся за кухонным столом, они собираются сказать Мин Соку что-то, что ему определённо не понравится. — Дорогой! — широко и нервно улыбаясь, подскакивает к нему Бэксан. — А Ин приготовил твои любимые токпокки в сырном соусе! И Лето сделал рёбрышки с хрустящей корочкой барбекю! Ты, наверное, очень проголодался? — Что вы успели натворить, пока меня не было? — с подозрением косясь на разносолы на столе, вопрошает Мин Сок. Он почти уверен, что не хочет знать ответ, но выбора у него всё равно нет. — Это Бэксан, — немедленно сдаёт товарища Лето. — Я ни при чём. Вышеупомянутый Бэксан слегка бледнеет, злобно шипит на друга и нервно хихикает: — Да ничего такого, честно! — он почти насильно усаживает парня за стол, но сам занимает место на расстоянии вытянутой руки. Паразит, явно осознаёт риск получения подзатыльника. — Я просто взял новое дело! Внутри Мин Сока всё холодеет. В последний раз, когда Бэксан сам взял дело, им четверым (не троим! четверым! Мин Сок не соглашался, но его заставили!) пришлось перебирать мусор на городской свалке на протяжении двадцати часов! Подряд! — Кто подпустил его к телефону? — беспомощно выдыхает Мин Сок. — Опять! — Всё не так страшно, — спокойно сложив руки на груди, сообщает А Ин. Его невозмутимость обычно неплохо работает, но не тогда, когда на столе пышут пряными ароматами извинительные токпокки. — Просто тебе нужно съездить со мной в Ильчхон на пару дней. — Ты ешь, — мягко придвигает к нему тарелку с рёбрышками Бэксан, преданно заглядывая в глаза. — Иначе Лето всё сожрёт. Мин Сок сдаётся, потому что а) он голоден, б) Лето действительно обглодал уже три рёбрышка и явно не собирается останавливаться, в) выбора всё равно нет, даже если семья слегка побаивается его гнева. — Зачем в Ильчхон? — беспомощно уточняет он, растирая палочки в руках. Этот маленький ритуал, как ему кажется, делает даже извинительную еду вкуснее. — Зелёных человечков ловить, — сжевав рисовую колбаску, сообщает Лето и тянется к овощному салату. Бэксан снова шипит, и Мин Сок на всякий случай тычет ароматным рёбрышком ему в губы — чтобы жевал, а не усугублял своё положение. А Ин вздыхает, угрюмо кусает токпокки, смешно стараясь не обжечь губы, а потом поясняет: — Позвонил мальчишка, сказал, что его мать похитили инопланетяне. Бэксан взял дело, и нам уже перевели предоплату. С чеком, блин. Мин Сок закрывает лицо ладонью с громким вздохом. Научил придурочного выдавать чеки на свою голову! А делать возврат — это же такой геморрой! Ещё и бухгалтеру придётся писать! Мин Сок ненавидит разговаривать с бухгалтером! — Мы теперь в инопланетян верим? — сухо интересуется он, не отнимая руку от лица. Ну а что. Оборотни существуют, так почему бы не существовать и всем остальным. А Ин ковыряется в тарелке и пожимает плечами: — Наше дело найти мамашку, а уж где — дело десятое. Что ж, так уже полегче. — И при чём здесь я? — Ты кушай, — всё ещё сохраняя дистанцию, напоминает Бэксан, подкладывая самые симпатичные кусочки в его тарелку. Мин Сок его конечно любит, но прямо сейчас сильнее всего хочет стукнуть, а не поблагодарить. — Ильчхон крохотный, — терпеливо поясняет А Ин, жуя салат. — Люди заметят, если я приеду с собакой, а потом начну ходить без неё, зато вместе с другим незнакомцем, который непонятно как приехал и где остановился. Звучит, конечно, логично, и подвергать опасности мохнатые жопы не хочется, но… — А кто будет делать мою работу? Вы думаете, она просто так сама собой исчезнет, если я потрачу три дня на зелёных человечков??? Или хотите сказать, что я могу совмещать её с тем, чтобы таскаться по богом забытым деревенькам? Последний вопрос, конечно, риторический. Однажды Лето заикнулся, что работа Мин Сока слишком лёгкая, чтобы уделять ей столько времени, сколько тот требует, и был вынужден выполнить несколько поручений разозлённого директора Ё. С тех пор никто не осмелился сомневаться в том, что совмещать его работу с любой другой довольно проблематично. — Мы изменим время работы? — с надеждой предлагает Бэксан. — А после захода солнца будем вместе заниматься тем, чем сможем? Лето угрюмо грызёт очередное рёбрышко, всем своим видом выражая понимание того, кто именно будет заниматься бумажной работой. Потому что Бэксан и его деятельная натура совершенно несовместимы с тем, чтобы спокойно заполнять документ и оплачивать счета. — Это будет катастрофа, — вздыхает Мин Сок, заедая стресс токпокки. А Ин кивает своей тарелке и наливает им соджу. О том, чтобы А Ин поехал один, не может быть и речи, Мин Сок и Бэксан давно приняли это как факт. И дело не только в том, что это вопрос безопасности и полевая работа в одиночку всегда более рискованная, чем в паре, даже если напарник настолько неподготовлен, как Мин Сок. Проблема заключается ещё и в том, что ни А Ин, ни Лето патологически не могут оставить друг друга без присмотра больше чем на два-три часа. Однажды у А Ина разрядился телефон на слежке, которую тот проводил один, и Мин Сок никогда не забудет, в какой панике пребывал Лето. В другой раз, когда телефон А Ина украли, оборотень был куда более сдержан в своей тревоге, потому что знал, что Бэксан был рядом, хоть и в «волчьем» амплуа. Так что в их небольшой семье как-то само собой сложилось, что о прошлом этой парочки никто не задаёт вопросов, но все принимают странности и травмы, принесённые оттуда. Мин Сок лучше будет ворчать на то, что его никто не ценит, чем заставит Лето беспокоиться о муже до трясущихся рук. — Да ладно, всё не так плохо! — залихватски сообщает Бэксан и, теряя бдительность, тянется за солонкой мимо Мин Сока. Последний наконец может дать ему любовный подзатыльник. — Ай! Да за что?! — Чтоб больше никогда к телефону не подходил, понял меня? Мин Сок, конечно, улыбается, но в улыбке этой больше обещания жестокой расправы в случае неправильного ответа, чем нежности. Возможно, именно это останавливает Бэксана от того, чтобы продолжать полемику. — Понял, не дурак, — он поглаживает затылок с большей драматичностью, чем стоило бы. — Больше не буду. — В прошлый раз ты то же самое говорил, — фыркает Лето, обсасывая очередное рёбрышко. А Ин бросает на него предостерегающий взгляд, но Мин Сок только вздыхает, соглашаясь. Бэксан обиженно ковыряется в своей тарелке и, разумеется, стенает на тему собрата-предателя. Кажется, силы, подаренные бассейном, закончились. — Спасибо за ужин, я пошёл собираться. А ещё набрать ванны с пеной и смотреть дорамку на ноутбуке, раз уж в ближайшие дни спокойных вечеров не предвидится. Бэксан смотрит с надеждой, ожидая приглашения, но Мин Сок слишком расстроен новостями, чтобы сделать это. Так что он просто уходит, зная, что любимый волчара всё равно приползёт под бочок через полчаса, чтобы нежиться в ванной вместе. Только в этот раз он будет осторожнее и вряд ли рискнёт разводить человека на секс, потому что принять заказ и утопить ноутбук в один вечер — перебор даже для Бэксана. В конце концов, у него ещё есть инстинкт самосохранения.

*

Мин Сок абсолютно уверен, что ничего не забыл: проверил окна и двери на быстрооткрываемость лапками, настроил сигнализацию и протестировал с оборотнями возможность нажимания кнопок, включил переадресацию вызовов на свой мобильник, убедился, что всем достаточно еды и воды до вечера и что гаджеты доступны для переписки с ребятами, если те будут старательны днём. И всё равно он нервничает — судя по всему, в Ильчхоне им предстоит задержаться. — Белый свет и человек ростом под два метра, — сухо повторяет А Ин показания подростка. — Что-то ещё? Может музыка из «Секретных материалов»? Мин Сок изо всех сил старается не закатывать глаза, вместо этого переписываясь с Лето насчет письма о долге перед городской администрацией, которое им кинули в почтовый ящик. Однако скепсиса в их с А Ином поведении не заметить, наверное, трудно. — Была, но это потому что у мамы сериал по телеку шёл, её любимый, — сконфуженно кивает клиент, который едва ли достиг совершеннолетия. Формально, подростком его не назовёшь, но эй, он вызвал частных детективов с почасовой оплатой ради расследования похищений инопланетянами! Надо обязательно подписать с ним договор. Да, он уже внёс предоплату (спасибо Бэксану), но пока ещё может теоретически потребовать возврат, а Мин Сок намерен оправдать хотя бы бензин туда-сюда. Согласно условиям договора, предоплата не возвращается в случае расторжения по инициативе клиента. Или если женщина найдётся сама, например. — Это уже не первый случай! — настаивает мальчишка. — У нас такое с половиной деревни произошло! А Ин стоически выслушивает показания. Внимательно изучает место происшествия — диван перед телевизором. Просматривает оставшийся телефон и брошенное вязание. На последнем взгляд А Ина задерживается дольше всего, но Мин Сок знает, что к делу это не имеет никакого отношения — бывший полицейский и сам увлечённо вяжет последние четыре месяца, и интерес его сугубо личный. Мин Сок не осуждает. К тому же он слишком занят тем, чтобы не матюкнуться в официальном письме в администрацию, где вынужден вежливо интересоваться, с какого хрена у них появился долг. — Вы может, чаю хотите? — несмело предлагает подросток. — С кексиками. А Ин уже открывает рот, чтобы как всегда угрюмо отказаться, но Мин Сок его опережает: — Да, пожалуй, мы выпьем чаю. Плечи клиента заметно расслабляются, когда он приглашает их на кухню, А Ин недовольно смотрит на напарника. Мин Сок не впечатлён. — Нам нужны хорошие отзывы, — поясняет он, — А если ты будешь высмеивать клиентов и смотреть на них взглядом наёмного убийцы, мы не получим ни одной рекомендации. А Ин закатывает глаза: — Нормальный у меня взгляд. — Это тебе Лето сказал? — фыркает Мин Сок и идёт на кухню. — Имей в виду, искать женщину всё равно придётся. — Конечно придётся. У неё свитер регланом снизу вяжется, мне нужен мастер-класс, — вполне покладисто соглашается напарник. — И ты же помнишь, что ты мне не начальник? Мин Сок останавливается на полушаге и поворачивается к нему, приподнимая бровь: — Хм? Бывший капитан полиции Ли А Ин нервно сглатывает: — Мастер-класс, говорю, нужен. Мин Сок почти улыбается в ответ, но тут телефон пиликает, оповещая об ответе из администрации, и приходится сосредоточиться на нём. И на кексиках к чаю.

*

— Хотите сказать, там реально есть инопланетяне?! — с восторгом спрашивает Бэксан, так сильно прижимаясь к камере телефона, что видно чуть ли не один только его нос. — Прям настоящие?! Уууух, как жаль, что я не поехал! А Ин как раз выходит из гостиничного душа в халате, вытирая короткий ёжик волос маленьким полотенцем: — Сомневаюсь, что настоящие. Больно уж мутная история с похищением, исцелением и возвращением. Но что-то тут определённо происходит. — Исцелением? — пытаясь хоть немного попасть в поле зрения камеры, спрашивает Лето. Мин Сок, держащий смартфон с видеозвонком, даже услужливо отодвигается в сторону, чтобы Дизель мог рассмотреть муженька в распаренном и влажном виде. Возможно, Мин Сок знает об их сексуальной жизни несколько больше, чем хочет, однако, когда живёшь под одной крышей с оборотнями, приходится привыкать к разного рода внезапной информации. Да и звукоизоляция в их спальнях не сразу стала идеальной, так что они с А Ином просто привыкли к тому, что партнёров ничего не смущает, и сами смущаться в общем-то перестали. Ну, А Ин перестал, Мин Сок ещё работает над этим. — Да, — подтверждает он. — После очень напряжённых переговоров в местном баре, обнаружилось, что инопланетяне похищали достаточно много народу, в основном больных. Лечили и возвращали обратно. На самом деле, слово «напряженные» по отношению к переговорам в баре подходит с натяжкой. Их — чужаков в этой крохотной деревеньке — встретили настолько холодно, что даже яичница, которую заказал Мин Сок на перекус, покрылась стылой плёночкой сразу после подачи. А Ин едва смог проглотить свою чашку невкусного кофе, а бармен даже не притворился, что это вышло случайно. В итоге они почти ничего ни из кого не вытянули, зато заплатили полную цену и оказались на улице. К счастью, один из противных стариков всё-таки позже догнал их, чтобы дать те крупицы информации, которыми Мин Сок и А Ин сейчас располагают, поэтому жаловаться оборотням нет смысла. — И зачем тогда мальчишка решил за это заплатить? — без обиняков уточняет Лето, отпихнув Бэксана от экрана и элегантно выгнув бровь. А Ин пожимает плечами: — Испугался? В любом случае, разобраться в происходящем надо. — А Ину просто понравилось вязание похищенной, — деловито делится Мин Сок. Детектив Ли слегка краснеет и бросает ему в лицо мокрое полотенце: — Твоя очередь идти в душ. А вам двоим ещё нужно мне отчитаться о слежке за мужем вчерашней клиентки! Лето с весёлой нежностью смотрит на супруга, Мин Сок смеётся, а Бэксан безуспешно уговаривает его взять телефон с собой в душ. Первый день полевой работы прошёл, в целом, неплохо. А на второй их похищают. Сначала всё было в порядке: они посетили несколько мест, откуда происходили похищения, чуть не были загрызены охранными собаками и застрелены их хозяином, опросили ещё несколько исцелившихся жителей деревни, а Мин Сок даже успел разосраться со службой доставки мебели, которая зачем-то привезла диван на три дня раньше оговорённого срока и даже не предупредила! Больше того, они даже имели наглость сообщить, что если диван повезут обратно, то за это надо заплатить двойную цену! В итоге входную дверь пришлось открывать Бэксану, а Лето ревностно следил, чтобы сотрудники внесли новый диван в гостиную, а старый забрали с собой. Сложно представить, с какими лицами грузчики работали под присмотром собак, но судя по тому, что оборотням пришлось на них рычать и лаять, чтобы не забыли вынести отжившую своё мебель, — вряд ли с радостными. А потом Мин Сок с детективом Ли просто пришли в лес в поисках полянки, куда возвращаются все похищенные, и увидели всё то, что им описывали свидетели: яркий белый свет, сильный ветер, помехи в сотовой связи и высокое тощее существо как из дешёвых сай-фай сериалов двухтысячных. И теперь они лежат непонятно где, на крохотной освещённой площадке посреди полной темноты, и едва могут ворочать языками. — Чтб я ищооо раз сглсися, — пытается выговорить Мин Сок сквозь ватную голову и необъяснимые помехи в собственном говорении, — рбтать с тобй в пооооооль! Да нкда! А Ин подслеповато щурится по сторонам и кое-как поднимается на ноги: — Шшшшт ты гришь? Шшшт с нашшш глсами? — его низкий слегка хриплый голос кажется особенно смешным с учётом странного звучания слов, но Мин Сок осознает, что смеяться вроде как не время и не место. — Заааапх? — предполагает Мин Сок, принюхавшись. Он всё равно ничего не может сделать — его руки скованы наручниками, как и руки А Ина, голова тяжёлая и ему остаётся только оценивать ситуацию. Пока оценка где-то на уровне «хреново». Но если детектив Ли в ближайшие пару минут не освободит руки, она упадёт до «пиздец». — Нркоооооззз, — качает головой А Ин, мечась по платформе, как тигр в клетке. Наверное, это плохо, если в воздухе пахнет наркозом, но Мин Сок уже не успевает испугаться. Он просто кивает и удобнее устраивается на площадке. В конце концов, ещё ни одного похищенного не убили, так зачем тревожиться? Когда они просыпаются снова, уже рассвело. Они сонно промаргиваются, оглядывают друг друга на предмет ранений и поднимаются с той самой полянки в лесу, откуда их умыкнули. Никто из них не стал здоровее, но и не пострадал, что уже половина успеха. — Моё лицо в порядке? — вынимая телефон из кармана, бегло уточняет А Ин. Мин Сок честно оценивает его вид и кивает: — Да, отражает даже твой хороший сон этой ночью. А Ин мгновенно запускает видеозвонок. — Лето, родной, я в порядке! — торопливо сообщает он, едва в кадре появляется собачий нос. — Мы просто зарулили в лес и тут пропала связь. Всё в порядке, любовь моя, я живой, я не пострадал, видишь? — он тщательно крутит лицом во все стороны, и хвост взволнованного Лето начинает осторожно повиливать. — Да, Бэксан, Мин Сок тоже в порядке, мы всего лишь заблудились, уйди из кадра. Я здесь, родной, я цел, прости меня, я не должен был терять с тобой связь. Извини! Всё в порядке, не переживай. Мин Сок не лезет, потому что смотреть на то, как нервное напряжение покидает взволнованного Лето — выше его сил. Он снимает блокировку со своего смартфона и листает уведомления, успевшие прийти за время его отсутствия. Среди них несколько рекламных писем, три спам-звонка, напоминания маркетплейсов, требование обновлений четырёх приложений и сообщения от Бэксана. Их он открывает первыми. «Я надеюсь, что вы скоро будете онлайн, потому что Лето нервничает». «Где вы есть, я тоже нервничаю!» «Лето психует, я налил ему чай с ромашкой, позвони как сможешь!» «Он почти собрался идти в Ильчхон пешком, но я пока могу его удержать. Он не в истерике, но я боюсь, что если он действительно соберётся уйти, я не справлюсь». «Он плачет, Мин Сок, что делать?!!!» «Лето отвлёкся на покупку оружия онлайн на чёрном рынке. Я не знаю, хорошо это или плохо». «Он снова плачет, позвоните уже, ну!» «Налил ему ещё чая. Кажется, его действительно успокаивает напоминание о том, что А Ин с тобой. Я не знаю, почему, но я тоже верю, что рядом с тобой безопасно. Пожалуйста, позвони скорее. И будь в порядке». «Он лежит у жвери и скулит, потому что я его не пвыпускаю, пытаюсь его обнимать. Пока работает.ю р=позвони как ссмоедт». Последнее сообщение, судя по всему, Бэксан набирал уже в собачьем виде, допуская странные опечатки, но… — Я тоже в порядке, чудовище, — мягко сообщает он по видеосвязи, позвонив отдельно. — И я тоже тебя люблю. Отдыхайте. Бэксан лижет камеру, Мин Сок отправляет ему воздушный поцелуй и сбрасывает звонок. А Ин как раз заканчивает свой разговор и нервно ерошит волосы. — Как Лето? — Испугался. Но в целом, кажется, всё не так плохо. Мин Сок кладёт руку на его плечо. Удивительно, но от наручников осталась лишь небольшая красная полоса, как от жмущей резинки, которая пройдёт уже через час. — Бэксан за ним присмотрел, не волнуйся. Позвоним им вечером. А Ин глубоко вздыхает и кивает. — Спасибо. А теперь пойдём и найдём тех ублюдков, которые заставили Лето плакать. Мин Сок видел Лето плачущим от тревоги только один раз. Этого хватило, чтобы никогда не желать увидеть это снова. Так что он тоже кивает и выходит на тропу войны.

*

У Мин Сока нет навыков ведения допроса, какими безусловно обладает бывший полицейский А Ин. У него также нет непробиваемого очарования и широкой обаятельной улыбки Бэксана, которой он умеет расположить к себе людей, чтобы выведать информацию. У него нет даже тихой внимательности и ловкой пронырливости Лето, которой тот может узнавать нужное, всего лишь находясь в нужном месте и в нужное время. Но у него есть свои методы дознания. — Так, дамочка, послушайте меня, — с непоколебимой уверенностью повышает голос Мин Сок. — У вас тут три нарушения по СанПину, пять недостающих документов на стойке информации и это что, краска под потолком отколупливается? Я ведь прошел только три метра по клинике! Какое безобразие! Неприятная женщина за стойкой регистрации нервно перебирает пальцами бумаги и очевидно не знает, как избавиться от него, не создавая шума. Мин Сок, опираясь на стойку, готов ей подсказать: — Слушайте, я не хочу проблем. Писать жалобы в государственные инстанции так утомительно. Это столько форм, столько экземпляров, ещё и ссылаться на каждый пункт СанПина, уух! Давайте так: я тихо мирно уйду, и не буду даже требовать начальство, если вы покажете мне то, что я хочу видеть. — Нно, — пытается выкарабкаться она, — это же нарушение врачебной тайны! Мин Сок снисходительно ей улыбается. Она, конечно, молодец, но эта деревенька слишком утомила его, чтобы использовать более мягкие методы. И вообще-то сама виновата — сказала А Ину, что тот должен прости пойти и принести ордер. Где они возьмут ордер, скажите на милость?! — Четыре подряд проверки из разных инстанций звучат лучше? — Ннет. Нет, вы правы. Я… Давайте я просто… На время пойду выпить чаю?.. — Э нет, — Мин Сок не собирается заниматься всякими незаконными шпионажами. Он мастер честно устроить скандал, а не вот это всё ваше спецагентское. — Просто скажите мне, от чего у вас лечились вот эти люди. Он придвигает к ней записку с именами «похищенных», и ждёт, пока дамочка торопливо вбивает имена в медицинскую систему и распечатывает ему результаты. А Ин смирно сидит на диванчике в зоне ожидания и заметно радуется тому, что Мин Сок в кои-то веки душнит не в его адрес. Через десять минут у них есть полная сводка диагнозов «спасённых инопланетянами» и некоторая закономерность в них. Мин Сок оставляет женщине небольшие чаевые в благодарность, услужливо перечисляет все недостатки, которые легко и быстро можно устранить, во избежание таких же проблемных, как он сам, и, абсолютно довольный собой, залезает на пассажирское сиденье. — Ты страшный человек, — сообщает А Ин, заводя мотор. Мин Сок улыбается: — Спасибо. Он пролистывает отвоёванные медицинские записи, но действительно мало что может в них понять, поэтому читает вслух: — Ын Со Ён, двадцать четыре года, внезапная атрофия пальцев левой руки. Чон Чжи У, сорок три года, ээээ, перелом левой ноги, левого запястья, трещина в ребре в результате падения. Ко Чан Мин, тридцать восемь лет, потеря чувствительности правой руки. Мать нашего клиента, Пак Но Ыль, пятьдесят два, «приобретённая ложная астма». Почему-то в кавычках. Такое заболевание вообще есть? А Ин пожимает плечами: — Вряд ли реальный диагноз напишут в кавычках в официальной медицинской документации. Что по датам? — Я не закончил с диагнозами. — Позже. Мин Сок закатывает глаза, но послушно пролистывает карты: — Похоже, все обращались за медпомощью прошлым летом, — заключает он. — С середины июня по начало сентября. Лечением занимался один человек, доктор Син, и он же диагностировал у них «полное и чудесное» исцеление. — Так и написано? — Да, детектив Ли, так и написано. А Ин задумывается. В такие моменты он становится отстранённым и строгим, так что и Мин Сок, и Бэксан, честно говоря, его даже слегка побаиваются и не рискуют беспокоить. Лето прекрасно сочетается с любым настроением А Ина, но, наверное, это потому, что и сам может быть угрюмым и угрожающим в некоторых ситуациях. — А другие врачи в клинике есть? Мин Сок пролистывает медкарты, не находит ничего определённого и лезет в интернет. Глупо ожидать, что у единственной клиники деревни будет сайт, но он всё же пробует его найти. Не получается. Тогда он изучает местные форумы, звонит в регистратуру (к бедной женщине, недавно ставшей жертвой его детективного произвола) и отвечает: — Терапевт только один. Вообще все специализации представлены только по одному, как, впрочем, и следовало ожидать. А Ин кивает и снова задумывается, а затем просит почитать ему все медкарты вслух. Мин Сок подчиняется без особого энтузиазма, но довольно скоро они паркуются перед гостиницей, в которой остановились, и А Ин забирает себе все незаконно полученные распечатки. В номере они организуют пространство похожим на рабочий кабинет в агентстве — ноутбук, записи, пробковая доска с колючими кнопками, которую Мин Сок кинул в сумку в последний момент (и не зря!). А Ин зависает над бумагами, иногда просит напарника что-то погуглить или лезет в интернет со смартфона, но в целом тихо размышляет, строя теории и составляя заметки, пока Мин Сок разгребает почту и оплачивает счета. Если отвлечься от походных условий, то получается вполне себе обычный рабочий день. — Кажется, я нашёл, — сообщает А Ин сильно после полудня, и Мин Сок моргает, отрываясь от ноутбука, чтобы посмотреть на его выкладки. — Все похищенные принимали препараты одной фирмы до обращения к врачу. И все их случаи могут быть разными формами отравления. Поэтому нам... — Переломы в результате отравления? — выгибает бровь Мин Сок. А Ин почти раздражённо отмахивается: — Господин Чон упал, потому что резко потерял зрение и оступился на лестнице. Как, интересно, он это разнюхал по тем данным, что у них были? Всё-таки не зря именно Ли А Ин ведущий детектив их агентства, восхищённо думает Мин Сок. Тем временем напарник продолжает: — ...поэтому нам нужно съездить на местный фармацевтический завод. Что ж. Мин Сок, конечно, не оборотень, но чует, что ничем хорошим эта поездка не закончится. Однако выбора у него всё равно нет.

*

— Ты только не волнуйся, — нервно улыбается Бэксан ночью того же дня. Нехорошее предчувствие разливается внутри. Казалось бы, это им нужно начать разговор такой фразой: влезли в какой-то фармацевтический заговор, были похищены инопланетянами для острастки, чуть было не сели за взлом с проникновением час назад и не отвечали на звонки всю прошлую ночь — кто кого должен предупреждать? Тем не менее, это оборотни сидят в примерной позе и с нервными улыбками, а Мин Сок чувствует подступающий пиздец. — Твоя мама заходила, — поясняет Лето, и чёрт, чёрт, чёрт! — Бэксан намекнул ей, что у нас тут гейская шведская семья. Это конец. Всё. Финита. Мин Сок вынужден побриться налысо, сменить номер телефона, форму носа и имя и уехать в Африку, потому что только туда мама никогда за ним не поедет. Он закрывает лицо рукой: — Как? — Мы только что обратились, когда она открыла дверь — мы не запирали после обеда. Я голый, Лето в пледе — она и спросила, уж не изменяю ли я тебе. Я сказал, что мы просто здесь все вместе живём! Я, ты, Лето и его муж. — А потом она спросила, почему мы голые, если у нас есть мужья. И Бэксан сказал, что только мы с А Ином пока мужья, а голышом ходим, потому что удобнее, не надо туда-сюда раздеваться. Мин Сок удивлён, что мама до сих пор не прислала ему официальное уведомление о вычёркивании из семьи. А Ин прокашливается и похлопывает его по спине. — Не волнуйся, партнёр, — в голосе детектива Ли не слышно улыбки, но Мин Сок абсолютно уверен, что внутри он ржёт как конь. — Мы не дадим твоей маме тебя убить. Мин Сок очень сомневается, что их навыков хватит для такой рискованной операции. Он мученически стонет, залезает на кровать и накрывается одеялом с головой. Может быть, этот день — всё ещё бред его поднаркозного организма. Как раз в этот момент приходит смс от мамы: «Нам надо поговорить». Мин Сок отправляет ей нейтральное: «Я напишу, как закончу с работой», — и отбрасывает телефон в сторону. Судя по звуку, попадает куда-то в А Ина, но тот, бессовестный, издаёт только тихий смешок. Детектив Ли переводит тему и опрашивает оборотней о том, что им удалось узнать о муже недавней клиентки. Засыпая, Мин Сок вслушивается в историю великой любви человека, который в попытках устроить жене сюрприз, вызвал подозрения в измене, и думает, что всё-таки работа детективов полезная штука — в конце концов, они почти спасли брак этой парочки. А вот его жизнь, увы, уже ничего не спасёт.

*

Утром Мин Сок как всегда встаёт первым. Разбирает почту, не вылезая из постели, отвечает на вопросы маркетолога, с которым собирается сотрудничать в следующем месяце, и тащится за завтраком. Тот в стоимость номера не включен, но Мин Сок не жадный. Он делает заказ на ресепшене, заодно просит закрывающие документы за проживание, и, потоптавшись у кулера, возвращается в номер. Ли А Ин спит по-армейски ровно, разве что на животе, а не на спине, как рисуют это на схемах правильного сна. Он едва вмещается на односпальную кровать, но если Мин Сок с непривычки бьётся локтями и носом о стенку, то детектив больше жмётся к краю. По тому, к какой стороне его тянет, легко определить, где обычно спит Лето на их большой двуспальной кровати. Это даже мило, честно говоря. Мин Сок убирает постель, собирает вещи, которые им больше не понадобятся, в дорожную сумку, и встречает горничную с завтраком. К моменту, когда он всё сервирует, А Ин всё-таки падает с кровати и просыпается. — Доброе утро, — с долей злопамятности приветствует Мин Сок, мелочно мстя за вчерашние смешки. — Иди завтракать. А Ин сонным тетеревом подбредает к столу и подпирает щёку рукой. Забавно, какими они с Лето стали, привыкнув к счастливой спокойной жизни в собственном доме. Раньше эти двое, казалось, могли не есть и не спать сутками, занимаясь какими-то своими опасными делишками, а теперь не встают раньше девяти, лениво завтракают почти целый час и изо всех сил следят за качеством своего питания. Мин Сок чувствует себя странно счастливым по этому поводу, как будто лично приложил руку к формированию у них совиного режима. Он доедает первым и отправляется в душ, чтобы после засесть за ноутбук с работой. А Ину требуется ещё почти полчаса, чтобы привести себя в чувство, а потом они наконец могут обсудить дела. — Ты никуда один не пойдёшь, у меня моральная ответственность перед твоим мужем, — отрезает Мин Сок. — Мы вместе навещаем клиентку, а потом вместе идём в полицию. А Ин закатывает глаза, но молчит, допивая кофе. И да, женщина, которую им было поручено найти, — живая и здоровая сама вернулась домой вчера вечером. Так что они решают её проведать. Мин Сок — чтобы убедиться в этом, А Ин — чтобы спросить про свой несчастный «реглан снизу». — Это просто чудо! — заявляет женщина с ликованием. Странный кашель, который одолевал её на протяжении месяцев, вдруг прошёл, и она радостно вспоминает чудесное похищение: тёмную платформу, странный язык и исцеление. — Это были не инопланетяне, — спешит заверить её А Ин. — Ваша местная фармацевтическая фирма накосячила, покалечила половину деревни, а потом не придумала ничего лучше, чем имитировать похищение и чудесное исцеление с помощью внеземных цивилизаций. Выкупили бракованную партию лекарства, тайно дали всем нуждающимся противоядие и как будто бы и не виноваты. А странный язык — это сочетание седативного эффекта и акустических свойств студии, куда… Женщина радостно отмахивается: — Да какая разница! Чудо оно и есть чудо! На лице А Ина легко читается противоречие: с одной стороны тот явно считает её слегка ку-ку, а с другой — реглан сам себя не свяжет. Так что Мин Сок похлопывает напарника по плечу и уходит к мальчишке-клиенту для помощи в заваривании чая. В конце концов, его дело сейчас заключается только том, чтобы не дать кому-то расторгнуть договор и потребовать возвращение предоплаты.

*

Предоплату с них не требуют, акты выполненных работ безропотно подписывают и даже дают кексов на дорогу, так что к отъезду из Ильчхона Мин Сок настроен благодушно. А Ин несколько более ворчлив, во-первых, из-за того, что полиция не выказала должного восторга по поводу мастерски раскрученного дела о фармкомпании, а во-вторых, потому что под рукой нет спиц, чтобы сразу попробовать всё то, что ему рассказала госпожа Пак. Однако Мин Сок не жалуется и садится за руль, ведь водитель выбирает музыку! Где-то у границы деревни, А Ин указывает направо: — Сверни здесь. — Зачем? — Мин Сок послушно сворачивает раньше, чем получает ответ, потому что они всё-таки семья, и если не послушаться сразу, потом может случиться скандал на тему «я же попросил». Ну и потому, что когда А Ин просит что-то сделать, это, скорее всего, важно. — Надо купить подарки нашим мальчикам, — напоминает А Ин, и Мин Сок бьёт себя по лицу. Действительно, почему он вечно об этом забывает: оборотни, конечно, первым делом порадуются их возвращению, а вторым — сунут носы в сумки и спросят «чёкупили?». И оба страшно расстроятся, если в ответ получат «ничего» или «продукты на ужин». Так что они паркуются возле сувенирного магазина, и берут почти всё — магазинчик такой же крохотный, как и вся эта деревня. Пара шопперов с принтами местных художниц, тощая папка с почтовыми открытками-фотографиями местной природы, жестяная банка с леденцами и два магнитика с надписями «Ночной Сеул» и «Сказочный Сеул» (потому что магнитиков с Ильчхоном нет, Лето обожает магнитики, а Бэксану надо, потому что Лето надо). Расплатившись с продавцом, детективы наконец-то могут сесть в машину и отправиться домой. Мин Сок ужасно соскучился по своему мохнатому бедствию и теплу их совместной кровати. Он хочет уткнуться в вихрастую макушку, втянуть аромат дешёвого «мужского» шампуня, которым пользуются только Бэксан и А Ин, и обнять горячее крепкое тело, чтобы почувствовать силу и безопасность с тем, кому принадлежит его сердце. Мин Сок хочет поужинать горячей домашней едой А Ина вместо гостиничной доставки, а потом улечься вчетвером на диване, посмотреть серию ситкома и наконец разойтись по спальням, чтобы долго целоваться, принимая и отдавая всю любовь, которая скопилась в них за эти несколько дней отсутствия. Мин Сок иногда думает, что чертовски устаёт от неугомонного общества своей странной семьи, но поездки вроде этой напоминают и о том, как сильно он его ценит. Всё-таки эти трое непохожих людей, с которыми Мин Сок делит жилплощадь, — дороги ему настолько, что порой и самому не верится. И хотя сам Мин Сок, конечно, не опытный силовик и уж тем более не оборотень, он тоже может отрастить клыки и когти, чтобы защитить тех, о ком он заботится. И он знает, что его защитят тоже. Разве что, немного предсказуемости действительно бы не помешало. Мин Сок любит предсказуемость. Согласитесь, ведь чудесно же, когда сбывается то, на что ты рассчитываешь, особенно если расчёты включают в себя обнимашки с любимым человеком и вкусный ужин. Однако, когда они с А Ином входят в дом, то уже с порога ясно, что что-то не так. — Мин Сок! — бросается ему на шею радостный Бэксан. — Наконец-то вы вернулись! Я так соскучился! — Я тоже скучал, чудовище, — ласково бормочет Мин Сок, утопая в крепких объятиях, и обнимая в ответ не менее крепко. Бэксан, не разжимая рук, принимается рассказывать обо всём, что случилось за день, перескакивая с темы на тему, эмоционально выкрикивая слова прямо в ухо Мин Сока. На периферии поля зрения А Ин обнимает Лето и мягко целует его в висок. Их радость такая тихая и трепетная, в отличие от громкого урагана их с Бэксаном чувств. А потом раздаётся звук. — Что это? — отстраняясь от Лето, вскидывает бровь А Ин. — Ничего! — громко восклицает Бэксан, пока Лето тянется к бумажному пакету из сувенирного. — Что вы нам привезли? Пахнет конфетами и бумагой. Бэксан подскакивает ближе и пытается тоже сунуть нос в подарки: — Покажи!!! Звук повторяется, и оборотни сначала застывают, а потом принимаются преувеличенно громко шуршать пакетом и упаковкой подарков. Мин Сок с А Ином тревожно переглядываются и следуют за звуком. Писк, который Мин Сок очень не хочет правильно интерпретировать, раздаётся из кухни, и они шаг за шагом, практически прижавшись друг к другу для поддержки, идут туда. На полу кухни стоит блюдце любимого сервиза Лето, в блюдце налито молоко, а рядом с ним приветственно пищит крохотный котёнок. Бэксан нервно откашливается за их спинами, но говорит почему-то Лето. — Мин Сок, — жалобно начинает он, и теперь понятно, почему именно ему выпала честь вести переговоры — этому тону отказать почти так же сложно, как просящей моське Бэксана, — А Ин. Давайте его оставим. — Мы будем о нём заботиться! — сразу вскидывается Бэксан. — Мы уже купили лоток и наполнитель, он чудесно с ними справляется! Мы даже научились выкидывать его эм… комочки! Внезапная тактичность Бэксана ничуть не веселит, но Мин Сок ценит попытку. — Как, — голос А Ина садится, и ему нужно прочистить горло, прежде чем он может продолжить. — Как вы додумались? — Мы нашли его возле дома. Был дождь. И он же… такой крохотный, — объясняет Лето. — Стало… жалко. Мин Сок переглядывается с детективом Ли, и последний пожимает плечами, а затем опускается на колени. Он тянет руку к котёнку, а тот пугливым шариком отшагивает назад. В глазах А Ина мелькает что-то вроде горько-сладких воспоминаний, и Мин Сок понимает: от этого котёнка они не избавятся. Так что он вздыхает и тоже присаживается на корточки перед новым жильцом. — Ну привет, — говорит он. — добро пожаловать. Бэксан радостно пищит за их спинами, Лето довольно хмыкает, Мин Сок наконец может погладить нового соседа. Когда очередь доходит до А Ина, он выясняет, что кот на самом деле кошечка, и это приводит оборотней в некоторый ужас — в их мужской компании ни у кого нет нормального опыта взаимодействия с маленькими хрупкими девочками. Забавно, что совершенный нюх этих двоих не уловил пол кошки, однако, возможно, дело в том, что та ещё слишком маленькая, чтобы иметь особенные феромоны, или как там звери отличают мальчиков других видов от девочек. Мин Сок раньше не задумывался над этим и не собирается впредь. Кошка осваивается в новой семье довольно быстро. Когда во время ужина Лето «незаметно» подкармливает её чем-то вкусненьким со стола, Мин Сок понимает, что этим вечером ситком на диване они будут смотреть впятером. Впрочем, как и каждый вечер после. Стоит ли уже подыскивать новое название для их детективного агентства?