Ставка на всё

Они были не разлей вода с самого детства. Вместе убегали от злой школьной уборщицы, вместе гуляли допоздна летом, вместе сидели за одной партой…             Они были лучшими друзьями.          Были. — С добрым утром, Ал. — поздоровался и подсел за парту мальчик с сонными голубыми глазами. — Делал домашку? Что читаешь? Справа от него сидел и перелистывал страницы другой ученик, с каштановыми, едва заметными кудрями, карими, с янтарным блеском глазами и очками.  — И тебе привет, да вот.. наконец-то вышла новая книга  Брюса Эванса. Мама только вчера с работы принесла. — ответил он. — Ты представляешь, там главный герой для всех успешный бизнесмен и семьянин. — с энтузиазмом и горящими глазами тараторил Аластор. — …но на досуге он занимается серийными убийствами! И ещё.. — Тихо-тихо-тихо-тихо..! Ха-ха, Ал, тебя это так воодушевляет? — по-дружески ухмыляясь, Вокс закрыл чужой рот двумя руками, которые вскоре крепко схватили за запястья и молниеносно опустили.  — Не трогай меня, это раз. А два — тебе бы тоже стоило что-нибудь да и почитать. Гляди, и до декаденства недалеко. — Де-ка-что?.. Ладно, пофигу, ты лучше посмотри на это!! — Вокс достал из портфеля какой-то помятый листочек-буклет, раскрыл и показал Аластору. — Смотри, это же Zune второй, он только вышел в продажу! Да, я не знаю сколько мне на него копить, но я просто должен его заполучить! — Вокс буквально тыкал рекламку Аластору в лицо, тот отмахивался. — Плеер? Ты серьёзно? И что ты во всём этом нашёл. Может он вообще плохо играет и всё такое. — мальчик закатил глаза. — Ничего ты не понимаешь, Ал. — Вокс сложил буклет обратно в портфель. — Ну так делал домашку? Русский? Дашь списать, а? — Делал. Дам. — коротко отрезал Аластор. — А алгебру?  На этот вопрос Аластор ему ничего не ответил, да и некогда было, уже к тому времени прозвенел звонок. В класс вошла учитель, громко стуча каблуками. Она была строгая, точнее, просто невыносимая. С аккуратно уложенными в пучок волосами и яркой красной помадой, она любила пронзать классы своим чуть ли не свирепым взглядом. — Доброе утро, сегодня повторяем темы сокращённого умножения, на следующей неделе у вас контрольная работа.  — Она написала тему на доске, число и проводила урок как обычно. Вокс уговорил Аластора дать ему списать русский, тот не хотел отдавать списывать прямо на уроке, ведь если это увидит учитель, то… — Аластор, а что тут написано? — Вокс указал на слово, что было ему неясно из-за написания. Вполне каллиграфического написания.  — Это слово «калифорнийский», не отвлекай. — Ну у тебя почерк непонятный. Стоп, а вот в этом слове в корне точно «а»? — Да господи, да. Вокс, нас сейчас наругают, так что заткнись. — А почему тут «а» то? Это те чередующиеся.. — Вокс, замолчи уже, пиши мол.. — Аластор! Аластор и Вокс молниеносно повернулись на раздражённую их разговорами миссис Майерс. — Раз ты такой разговорчивый, то может упростишь выражения у доски? — её голос был громким, диктаторским. — быстро к доске. Аластор и Вокс переглянулись. В глазах Вокса читалось ничего не подозревающее спокойствие, у Аластора же — тотальный страх. Он подошёл к доске, начал записывать пример, который надиктовывала ему учитель. — Давай, а теперь упрости. Аластор минут пять стоял с мелом в руках, растерянно взирая на пример. Он от слова совсем не понимал эту чертову тему. — Ну? Что уставился как баран на новые ворота? Не знаешь как решать? — учительница всё назидала и назидала, давила и давила на Аластора. Редкие ухмылки одноклассников просто добивали его самооценку. — Хорошо, а как ты тогда домашнее задание делал? — она подошла к их с Воксом парте и открыла тетрадь Аластора. — что ж, не удивлена. Садись, два. Не выполняем домашнее задание, так ещё и болтаем громче учителя. Чтобы вы на моих уроках вместе больше не сидели. Аластор с неловкой улыбкой  почесал шею и поспешил сесть обратно за парту. — Почему ты ей не сказал, что не понял тему? — искренне недоумевал Вокс, когда закончился урок алгебры. — ты же знаешь, что это гадюке лишь бы двоек понаставить. — Да как ты себе это представляешь? «Ой, извините, я не пойду к доске, я не знаю как решать» — вот так надо было сказать? И вообще, это ты отвлекал меня и громко говорил, вот я и попал под раздачу.  Ещё и двойку.. — Каюсь, виноват. И не бери в голову, это просто цифра, ты итак один из немногих отличников в классе. — Вокс потрепал друга по плечу. — Окей, тогда почему ты не спросил у меня как это решать?  — Я хотел разобраться сам. — Он отвернул голову. — мама растроется. — Да всё ты исправишь, Ал, я помогу тебе.  — Воксу ответили благодарным взглядом. — А знаешь, — внезапно начал Аластор, смотря как Вокс дописывает русский. — Однажды я стану настолько хорошим учителем, что мои ученики будут не списывать, а спрашивать, понимать, сочинять, читать.. — он и сам удивился такому заявлению. — А я тогда.. — Вокс отставил тетрадь и посмотрел на Аластора, — Тогда я стану таким учителем математики, который понятно и правильно объясняет темы, не срывается на детей и следит за процессом обучения. Буду лучшим учителем школы. Аластор звонко засмеялся. — Я уже представляю как ты будешь спрашивать у учеников: «Бессиктриса или Биссектриса?»  — Я не настолько безнадежен, как ты себе это представил. — Так, ладно, я дописал. — Досписывал.  Тонкий стержень быстро вырисовывал острым почерком буквы, в то время как другая ручка, абсолютно нетронутая, одиноко лежала среди карандашей и линеек. Аластор не переставая писал в тетради: подчеркивал, выделял, что-то приписывал сверху. Вокс же сидел с пустой страницей в тетради, облокотив на руку подбородок, и не переставая куда-то смотрел — то ли в окно, то ли.. — Куда ты всё время смотришь ? — шепотом поинтересовался Ал. — лучше бы хоть упражнения написал, а то у нас потом тетради соберут как обычно и будет тебе.. А стоп. — Аластор заулыбался лукавой улыбкой. — Не на нашу ли Катерину ты засматриваешься? Вокс тут же вздрогнул, покраснел и покосил взгляд на друга — Тихо ты! Ну смотрю и что, я ж не.. — Мерзость. Угомони свой пубертат, Ромео.  — Ну почему же.. — искренне недоумевал Вокс. — Странно, что с ней никто в классе не общается. Она добрая и умная, а ещё честная… Да и волосы у неё такие..знаешь.. ну… — Я понял тебя, Вокс. Я понял. — ученик тихо усмехнулся. — а теперь начни уже наконец хоть что-то писать, а то я потом не буду тебе поддиктовывать по телефону как в прошлый раз.

***

Друзья возвращались домой вместе. Что-то бурно обсуждали, шутили,  придумывали самые смешные и нелепые отмазки для мамы Аластора за двойку, смеялись. Начало апреля не предвещало никаких перемен, а тем более конфликтов. Но и здесь у двоих появились приключения. — Твоя мать ш!!.. — Нет! Верните!.. — через мгновение из перевернутого раскрытого до треска ткани рюкзачка выпало всё содержимое прямо на рыхлую землю. Группка подростков — девочек и мальчиков окружила ученицу и смеялись над ней, перебрасывая между собой её мешок для физкультуры. То были и одноклассники Аластора и Вокса, и ребята из параллели. Больше всех «веселился» рослый парень, с весьма грозным видом. Жертвой же была никто иная, как та самая Катя. Их смех и её отчаянный плач были громкие, но проходящие мимо незнакомцы даже не думали как-то останавливать этот буллинг. Мальчики услышали это, поспешили к месту источника звуков, но подойти пока не спешили. Вокс выглянул из-за гаража и ахнул. — Аластор! Там..там.. — его рот быстро прикрыли ладонью. Ал тоже выглянул и поднял брови, увидя не совсем приятную картину.  — Что будем делать? — Что делать? Надавать ему. Им всем. Прямо здесь и сейчас. — в глазах Вокса горел яростный решительный огонь. — Ты не пойдешь туда. — Аластор перехватил его за рукав. — О себе в первую очередь подумай. Они тебе все кости переломают.  Вокс вырвал рукав, резко за него дернув, и повысил на другого голос. — Ну если ты, эгоистичный трус, не хочешь пойти и защитить её — то и не надо. Я и без тебя сам справлюсь. — Я просто беспо.. Но его уже не услышали. Вокс, словно бык,  увидевший красную тряпку, встал напротив толпы и громко закричал. — А ну не трожьте её! — он закатил рукава и начал подходить к центру всей этой «арены». — Вокс? — Парень, который уже собирался втоптать тетради девочки в землю, обернулся и поднял бровь. — ты че тут забыл? А ну шуруй отсюда. — Как ты вообще смеешь поднимать на неё руку. Ты, сукин сын. — Ха-ха.. А ну повтори. — парень выпрямился и нахмурил брови. — Я сказал.. — Вокс замахнулся — не трожьте её!!! Удар по челюсти сбил с ног парня и тот упал на газон. Вокс встряхнул рукой после удара и сел на всё ещё лежащего на земле хулигана и начал набивать его «морду» не переставая. Все засуетились, зашептались. Двое других мальчишек-друзей пытались разнять их, но Вокс не переставал давать всё больше и больше пощечин, чуть ли не матом покрывая обидчика. Аластор выглядывал из-за гаража, прикусывая нижнюю губу.  — Нет.. нет-нет-нет.. Надо позвать помощь или.. что же делать. — Он,разумеется, умел действовать в экстренных ситуациях, но не когда дело касается настоящей драки. Он суетился, на что-то решался, но инстинкт самосохранения не давал ему сделать ни шага. А самое главное — если кто-то узнает или увидит, что он тоже участвовал в этом побоище.. Что на это скажут учителя, чьих доверия он так долго добивался? Что на это скажет мать? Была не была, Вокса спасти надо. И вот, только он решил продвигаться к толпе, как вдруг откуда ни возьмись раздался громкий свист полицейского.  — А ну успокоились оба! Рослый мужик-полицейский чуть ли не за шкирку отодвинул от другого, с рассеченными губами и синяками парня, и крепко схватил запыхавшегося Вокса за запястья. — Что Вы себе позволяете, юноша?! Я сейчас же позвоню вашим родителям и они заберут Вас прямо из отделения. Вокс молчал. Как же ему хотелось рассказать что все те дети, что сейчас  озирались озирались, понимая что их выдадут, только что издевались над одной совершенно беззащитной девочкой. Но он не стал. Он молча кивнул, но в его глазах не было ни капли вины и раскаяния, скорее гнев из-за несправедливости. — А вы что встали? — рявкнул другой полицейский. — Разошлись по домам уроки делать. Ишь.. гаденыши.  — Но он же не.. — уже хотела сказать заплаканная Катя, что её защитник не виновен. Её дрожащий голос да чужих ушей не дошёл. Садившись в машину, Вокс посмотрел на девочку взглядом, говорящим ей: «всё будет хорошо»,  и на Аластора, что растерянно снова на что-то решался, будто он хотел побежать туда, прямо к другу. Вокс скривил рот в разочаровании и неприязни о своём лучшем друге. Машина уехала. Все разошлись. Аластор стоял и не шевелился. Мысли сменялись одна за другой молниеносно. Аластор не понимал, если ли здесь доля его вины. Стыдно перед другом ему, беспрекословно, было. На следующий день Вокс в школу не пришел, Аластор сидел один на уроках, и, будто в каком-то задумчивом трауре, ни с кем не разговаривал, лишь на приветствия отвечал слабой улыбкой.  Стало известно, что всех тех детей, причастных ко вчерашнему инциденту, поставили на учет. В их числе была и Катя. Несправедливо. Аластор перебирал в руке ту самую брошюру Вокса с рекламой плеера, она так раз торчала из его шкафчика, ученик её благополучно стырил. Он хотел так раз на четырнадцатилетие своего друга, до которого не так долго ждать, подарить тот самый плеер на накопления. Как бы близки они не были, Ал не особо понимал, почему Воксу так нравится подобная, как Аластор любил называть гаджеты «бесполезная трата денег», и когда узнал что у его друга есть какая-то материальная мечта — очень обрадовался, хоть вида и не подал. За обедом дома, после школы, мама Аластора, Миссис Мэри, накладывала еду и всё расспрашивала: — Как прошёл день? Не один же сидел, Вокса твоего ж не было..  Аластор отставил вилку, и недоверчиво зыркнул на мать — Откуда ты знаешь что его не было? — Да звонила его мама, что-то у него там произошло, на учет поставили. — равнодушно говорила Мэри, ставя на стол тарелки. — Его перевели в другую школу. Она посчитала, что если вы общались, то и я должна знать. Не знаешь что там приключилось? Подрался небось. У Аластора застрял комок в горле. Как перевели? Куда? Почему Вокс ему не позвонил? Неужели.. — Нет, к сожалению, я не в курсе событий, я не знаю что случилось. — кротко соврал Ал, пока внутри всё билось в агонии. — Ну ладно, милый. — Мать подошла и поцеловала сына в лоб. — хорошо что ты у меня послушный и воспитанный, проблем маме не доставляешь. Не то что некоторые. — и она удалилась из кухни. Аластору свернуло желудок. Как же совестно ему было и перед Воксом, и перед мамой, и перед Катей.. Он поступил как последний трус, он виноват. По крайней мере виноват из-за своего бездействия. — Возьми трубку. Возьми трубку. Возьми.. — Аластор уже пятый раз пытался дозвониться до Вокса — ему либо отвечали сбросом трубки, либо телефон были не в зоне досягаемости и его контакт вовсе стал неизвестным. Однажды Вокс трубку всё же взял. — Слушаю. — Ало? Вокс, это Аластор, почему ты.. — ..Не сказал что перевелся в другую школу? — перебил его с презрением Вокс. — а я со слабаками, трусами, а тем более, предателями дела не веду. — Предателями? Но я же тебя предупреждал, что это может быть опасно. — оправдывался Аластор. — Угу, а потом ты вызвал копов чтобы подставить меня.  — Стоп, что? — Ничего. Не звони и не пиши мне больше. Бывай. Трубка сброшена как камень с обрыва. Телефон заблокирован как от самых опасных мошенников.  С тех уже давних  пор не было больше той милой доброй долгой дружбы. Причем у обоих. Встречались приятели, встречались знакомые, но той дружбы уже никогда не было суждено им вернуть. Дождь, форточка, лекарства.