Кислотный презент.

    Кислотный презент.

━━━━━━━》❈《 ━━━━━━━

      JDH даже не успел запомнить лица тех уродов, чтобы потом нагрянуть к ним в ночи и сбить спесь. Все его воспоминания жутко ограничены одним лишь ощущением: нестерпимая боль по всему телу, в особенности на участках кожи, которые не были защищены одеждой или аксессуарами. Давно мироходцу не было настолько хреново, а ещё этот дурацкий голос, кричащий одни и те же вещи, призывающий к срочным действиям. Идиотия вселенского масштаба. JDH повезло, что его верный помощник и, по совместительству, дворецкий-автомеханик-и-вообще-мастер-на-все-руки умудрился найти его в тёмном питерском переулке и, при всём при этом, не привлечь к себе ни грамма внимания.       Сейчас Дейви чувствовал себя просто ужасно, кажется, ещё хуже, чем когда кислота была свежей. Даже морфин, влитый несколько минут назад, не помогал. Регенерация тоже делала своё дело довольно медленно: обычно, все порезы и подобные им вещи заживали за пару часов. Может, дело в неисправном ОМП? А может и просто в том, что раньше Джона Харриса никогда кислотой не обливали, и для организма это непривычно: пытаться заживить такое? Учёный не мог даже уснуть, уже пятый день подряд, не мог отключить мозг, чтобы не чувствовать этих ощущений. Ощущений, будто с тебя сдирают кожу, обливают кипятком, колют иглами, потом снова льют горячую воду и так раз за разом. Круговорот боли в природе просто! В горле сухо. На тумбе из красного дерева красуется притягательный графин с водой, стакан с трубочкой. Он даже воды себе налить не в состоянии! И будет «не в состоянии» ещё недели две по прогнозам врача, так что пока что вся его в буквальном смысле надежда и опора — автоматон по имени Саймон Солус, который, однако, находился явно не в комнате создателя.       «Зараза... — мысленно выругался учёный, повернув голову на подушке. — Вероятность, что эта железка сейчас в гипермаркете, куда я его и послал минут семь назад, гораздо выше, чем то, что он сидит под дверью».       Определённо, загородный дом в лесах неподалёку от реки Чёрной был идеей неплохой для того, кто меньше всего предпочёл бы пересекаться с людьми, но иногда, вот как сейчас, это сильно мешало. Ничего в пешей доступности не было, доставка в такую глушь не доедет при всём желании, так как не знает нужные тропы. Один автоматон был тем, кто был рядом, кто мог спокойно преодолевать расстояния без устали и кто добывал всё, что требовалось Дейви. Вот, ушёл покупать мангово-шоколадные батончики с арахисом, фундуком и кедровыми орехами. Правда, он думал, что сам решил это сделать, а Джон не стал разуверять относительно новенькую игрушку в этом. Саймон был создан лет семь назад — воистину ничтожная цифра как для мироходца, так и для автоматона.       Джон Харрис хотел перевернуться на бок, но вовремя вспомнил о рекомендации не шевелится лишний раз. На ночь и во время дневного сна Солус заботливо привязывал его к кровати. Сидеть, ходить учёный мог, а вот лежать на ожогах — нет.       «Когда мне больно было и плохо меня не спас ни один герой...». — вспомнил мироходец строчку из песни многолетней давности.       Джон шумно выдохнул от безысходности. Он ничего не мог делать! Вообще! Дейви не был фанатом псевдофизического восприятия, а потому не мог онлайн смотреть спектакли, ходить на экскурсии, созваниваться без голопроекций. Новости были скучные, пресные, идеально вылизанные. Джон не любил их смотреть. Он любил их создавать.       «— Хэй, Вспышка, где находится Соус в данный момент? — доктор Харрис слабо улыбнулся, вспомнив, что именно так и должна была звучать «фамилия» автоматона. Пришлось заменить на Солус, чтобы пресечь шепотки за спиной. — Скажи в метрах, без особых подробностей.       — Пять метров от Схождения. — ответил оцифрованный женский голос. — И он не один.       — В смысле не один? — напрягся мироходец. Неужели Саша или Ло прознали, что их гениальный брат получил кислотой по коже? Дейви закашлялся.       — С ним находится персона, известная мне, как molestus tinea». —  доложила Вспышка.       Приступ кашля резко прекратился. Началось удушье. JDH было одновременно смешно, страшно и физически жутко больно. Смешно оттого, что о нём ещё кто-то помнит, страшно, что Молли каким-то боком встретила Саймона, хотя тот гипермаркет находился на отшибе и явно не был популярным заведением, и ещё оттого, что Солус просто взял и привёл эту ненормальную к Схождению, а физически больно потому что ничего от этой боли не спасало! Дьявол... Нужно будет потом перепрошить железку, ведь в нём явно что-то дало сбой. Водить в резиденцию чужих. И как Соус вообще до этого дошёл?       JDH закрыл глаза и принялся считать минуты до неизбежного. Насчитал всего двадцать семь, потом повернул голову на другой бок, услышал открывание двери и шуршание двух пар носков по деревянному полу.       — Ты на кой её приволок? — с трудом прошипел парень, обращаясь к автоматону.       — Сударыня Ола́нцева сказала, что хотела лично что-то Вам вручить, Джон. — проговорил Саймон, подходя к кровати.       — Гони её взашеи... — начал требовать Харрис, но снова зашёлся в кашле.       Автоматон осторожно посадил создателя, стараясь касаться лишь неповреждённых плеч, налил воду в стакан и поднёс ко рту Дейви. Тот, откашлявшись, обхватил губами трубочку и быстро высосал содержимое. Стало сразу легче. Учёный расслабился, но быстро собрался и зло, чего из-за солнечных очков не было видно, свернул глазами, повернувшись к Молли, маявшейся в дверях.       — Убери отсюда это недоразумение, Саймон. — потребовал доктор Харрис.       — Я не могу, Джон. — ответил автоматон, ставя стакан на место. — Это в корне противоречит...       — А мне плевать! — повысил голос мироходец. Как же хорошо, когда есть возможность кричать. — Я намеренно не вводил законы Азимова, чтобы ты мог наносить вред здоровью людей. Вышвырни эту моль из леса обратно к гипермаркету....       — Я всё ещё тут! — взвизг недовольной девушки резанул по ушам гения.       — Будто бы это имеет значение, molestus tinea. — брезгливо скривился парень. Он повернулся к Саймону Солусу. — Я ещё раз повторяю: выкинь паразита из моего дома.       Саймон, выпрямившись, покачал головой.       «— Не ну так дела не делаются... — пробубнил Харрис, вновь отворачивая голову от двери. — Идиотия какая-то. — парень шумно выдохнул и крепко сжал зубы. Боль решила, что будет забавно принять волнообразный характер. — Что же эти твари туда могли подмешать?!»       От этого вопля Молли вздрогнула и в голове начала прокручивать мысль, что она действительно зря пришла. Джон не станет её слушать и ничего не примет. Девушка понимала это, но всё равно хотела ему помочь. Давно миновало то время, когда учёный был буквально центром мироздания, когда она доводила себя до исступления, лишь бы этот самодовольный болван обратил на неё внимание. То была больная любовь, нездоровая привязанность. Сейчас же Молли, наконец осознала, что все её силы были потрачены впустую, что она никаким образом не сможет добиться внимания мирового учёного-эрудита, так как он просто этого не хочет. Она не может его заставить.       — Не приближайся ко мне! — сейчас великий Джон Дейви Харрис больше напоминал капризного ребёнка в истерическом припадке. Ребёнка, которому было одиноко и плохо, у которого не было человека, который мог бы поддержать, помочь.       — Послушайте, доктор Харрис, Вам передал лекарство человек по имени Беренгарий, сказал, что оно поможет и от ожогов, и от болей. — сказала Молли, медленно вытаскивая из плетёной сумочки склянку с жёлтой жижей.       — Ха-ха-ха. И я в это поверю? — вскинул бровь парень в солнечных очках.       — У Вас выбора нет, к сожалению.       — Запомни, недоразумение ты блондинистое,... — Джон крепко стиснул зубы, чтобы не закричать, отчего временно прервал монолог. Когда его отпустило, а Оланцева успела подойти на пару сантиметров ближе, то учёный продолжил: — выбор, как и выход, есть всегда. Я выбирался и не из таких паршивых ситуаций в одиночку, без подачек.       — Но сейчас Вы немного не в том состоянии, доктор Харрис. — грустно вздохнула девушка. — Если Вы мне не верите, то на то имеете полное право. Особенно после всего того, что я сделала...       — Да заткнись ты. И без этого тошно... Дьявол, дьявол, дьявол!       JDH выгнулся, истошно завопил, словно его режут по живому. Молли едва не уронила склянку, а Саймон побежал к шкафу за уколом. Джон метался в кровати, одновременно с этим пытаясь не шевелить руками, точно бесноватый, а потом и вовсе стал шептать что-то абсолютно нечленораздельное, но явно важное для него самого. Шёпот этот был то с угрозами, то с мольбой, а потом мироходец и вовсе разрыдался! Сударыня Оланцева даже отвернулась, понимая, что её коллега не пожелал бы, чтобы она видела его в таком состоянии. Саймон тем временем закончил приготовления, подошёл к растерявшейся Молли и протянул руку. Девушка посмотрела на него, глупо похлопав глазами, но потом поняла, что Солус требует стекляжку. Отдав её Оланцева пулей вылетела из комнаты.       «Хоть бы тот старик не обманул». — подумала коллега Джона Харриса, садясь на диван в прихожей, кладя голову на руки. ____________________________________       — Сударыня Оланцева... — Молли проснулась оттого, что её трясли за плечо и шептали. Она медленно открыла глаза, поправила очки. Постепенно, замыленность в глазах начала исчезать, и всё яснее стала вырисовываться фигура Саймона Солуса. — Джон очнулся и просил, чтобы Вы подошли к нему.       — Неужели поблагодарить? — издевательски протянула      Молли, чеша затылок.       Саймон пожал плечами. Коллега JDH поднялась с дивана и практически на ватных ногах принялась подниматься наверх. А точно ли всё помогло? Вдруг эффект временный? А если доктора Харриса опять накроет!? Всё эти мысли, как мыши в зерне, рылись в её мозгах, не давая нормально соображать.       «Так всё, Молли, спокойно. Ты взрослая, рассудительная двадцати однолетняя девушка. Всё будет нормально... Да, нормально...».       Вот, рассудительная девушка перед эбеновой дверью, дрожит, как осиновый лист. Молли шумно выдохнула и нажала на ручку, приоткрывая дверь.       «— Доктор Харрис? — позвала она. — Доктор Харрис, я могу войти?»       Ответом было мычание.       «Неужели он голос сорвал!?» — ужаснулась molestus tinea, заглядывая внутрь.       Джон был гораздо бледнее, чем тогда, когда она пришла к нему в первый раз. Он выглядел измученным. Даже со своим трудоголизмом, периодически вытекающим в голодовки и бессонницы, гениальный доктор наук был живее всех живых. А сейчас его скосила обыкновенная кислота...       — Дверь закрой и иди сюда, пока я не передумал. — просипел JDH, не шевелясь.       — Ага. — кивнула Молли. О, ужас, он действительно сорвал голос.       Девушка немного боязливо приблизилась к кровати, с сочувствием смотря на Дейви. Тот нахмурился.       — Не надо на меня так пялится, molestus tinea.       — Да, всё, простите. — девушка улыбнулась, подняла руки в знак капитуляции. Она потупила взгляд в пол, после чего подняла её и сфокусировалась на очках Харриса.       — Ну... Спасибо, что ли? — протянул Дейви спустя пару минут молчания обоих сторон. — И да, это вовсе не значит... — парень откашлялся. — Ох, не значит, что я прощаю все твои прошлые грехи.       — Я этого и не жду. — ответила Молли, кладя руки на живот. — Вам, может, воды подать?       — Обойдусь. — ответил мироходец и вновь зашёлся в кашле. Молли покачала головой. Упрямец. — Так вот... Эм, передай Беренгарию, если, конечно, увидишь его ещё раз, от меня благодарность за его чудный отвар... Заколебало...       Снова кашель, нещадно терзающий глотку. Молли Оланцева потянулась к стакану, налила в него воды, протянула коллеге. Тот откашлялся, посмотрел на девушку невидимым для неё взглядом, полным благодарности, ухмыльнулся и кивнул, мол, «вау, ты умеешь думать». Molestus tinea, в свою очередь, смерила его шуточно-критически. Джон в который раз за день выпил воду.       — Да сядь ты уже. — махнул головой на край кровати учёный-эрудит, когда Молли поставила стакан обратно. — Выкладывай, что у вас там уже случится успело, какая катастрофа?       — Без Вас, слава Богу, ни одной... Да шучу я, доктор, шучу! Всё в компании нормально и при Вас, и без! Однако, новости всё же имеются и очень даже неплохие. — сударыня разулыбалась, словно к ней стали нормально относиться. — Пару дней назад пришёл ответ от Халло Терра Индастриз. Они согласны на Ваши условия!       — Ещё бы они и выступали против, было бы забавно.       — Не те слова! Сам доктор Кэлхун приезжал, хотел с Вами увидеться... Не волнуйтесь, мы всем отделом сказали, мол, доктор Харрис в отпуске, просил не беспокоить.       — А что Волчонок? — действительно успокоившись спросил генеральный директор.       — Попросил созвона хотя бы в ближайший месяц.       — Будет ему созвон. — Джон хотел было выставить руку, чтобы показать, что никакая вода ему не нужна, но Молли поняла всё без слов и приземлилась обратно. — Это всё?       — Всё.       — Тогда проваливай. — легко ответил Джон Дейви Харрис, отвернувшись.       — Скорейшего выздоровления, доктор Харрис. — только и сказала сударыня Оланцева, покидая комнату коллеги.