Посиделки с Поттером

      Вскоре придëт конец зимним каникулам, и пустые до этого коридоры Хогвартса заполнятся отдохнувшими и перевозбуждëнными студентами. Такая приятная тишина сменится вечным гамом и беготнëй, а спокойные дни Тома превратятся в рутину из вечной учëбы и слежки за тем, чтобы первокурсники не упали с лестницы. В должности старосты Школы были и свои минусы… О которых он не хотел думать до конца каникул. Но и на книге Реддл не мог сосредоточится из-за мыслей о завтрашнем дне. Слизеринец никогда не мог сосредоточится на работе, когда приближалось тридцать первое декабря.       Новый год у магглов, которые его почти не празднуют, и день, когда Том Марволо Реддл появился на свет. Совместно с днëм, когда его мать покинула этот мир, подарив Тому на день его рождения только имя. Как оказалось, это не самый лучший подарок, когда Том выяснил в честь кого ему дали это ужасное и ни чем не примечательное имя. Реддл захлопнул книгу по чарам из запретной секции. Нет, так он точно не сосредоточится. Проще всего было просто пережить этот день, впасть в спячку от холода, — который Том до этого не замечал, а сейчас осознал, что замëрз, — и проснуться только первого января. Реддл прижал книгу к себе, спрыгнул с подоконника, чьи окна выглядывали на улицу, и поплëлся по пустым коридорам к гостиной Слизерина.       На улице у него была надежда на то, что мороз поможет ему отвлечься от мыслей о предстоящем дне рождения. Дне, когда он просто прибавит к своему нынешнему возрасту «плюс один» и проведëт остаток для так же, как и все остальные дни каникул. Что могло прервать его планы? Гриффиндорец, шестой курс, в одной параллели с Томом — Гарри Поттер. Конечно он, кто же ещë сейчас мог идти ему на встречу, в Хогвартсе осталось не так уж много студентов. И Гарри Поттер по какой-то причине был в их числе.       Они иногда общались, когда вынуждены были сидеть за одной партой на некоторых предметах. Реддл до сих пор не знал, как Поттера допустили на курс продвинутого зельеварения, ведь даже ему, было трудно оправдать ожидания вечно недовольного декана Слизерина. Том до сих пор не верил, что они могли быть с Гарри на одном уровне, особенно, когда ему приходилось работать в их паре одному. Реддл не знал сколько ещë будет терпеть подобное отношения к себе. Но он уже пытался жаловаться Северусу Снейпу, на что тот сказал, чтобы он просто подтянул Поттера. «Если ты бежишь вперëд, то должен научить своего напарника поспевать за собой» — было сказано с таким призрением, что Реддл почти выдал себя и свой скверный характер. Старый зельевар просто завидует его таланту! Как иначе назвать то, что эта летучая мышь принижает всех кто чего-то да стоит?       А сейчас одна из причин его постоянных головных болей машет ему рукой с другого конца коридора. Реддл остановился, размышляя: лучше отморозить себе конечности и попасть в больничное крыло или пообщаться с Поттером за пределами класса зельеварения? Фигура Гарри стремительно к нему приближалась, Том уже был готов развернутся обратно к улице, но его схватили за плечо. Реддл почти вздрогнул от внезапного контакта, он не давал Поттеру разрешения так бесцеремонно трогать себя. Но Том не мог разозлиться сейчас, ведь так долго и упорно выстраивал свою репутацию «несчастного, но очень умного и упорного мальчика», что он не имел права на свои внезапные срывы. — Том! Ты чего не откликаешься? — Фамильярно обратился к слизеринцу Поттер и убрал с мантии Тома свою горячую руку, тепло которой Том чувствовал даже через плотную ткань. Слизеринец только крепче сжал книгу в руках. Гарри усмехнулся. — Ещë и в форме… Слушай, нас завтра в гостиной Гриффиндора вечеринка… Все кто остался в Хогвартсе приглашены, приходи и ты, будет весело. Том опустил голову и поджал губы. О, он наслышан о гриффиндорских «вечеринках», которые всегда заканчивались травмами не одного мага. Тому всегда удавалось избегать их, он легко терялся за другими слизеринцами.       Но должен ли он сейчас согласиться на предложение Поттера? Он ведь староста школы, милый мальчик, что поможет любому, а главное тот, кто должен проследить, чтобы никто завтра не умер, ведь учителя и вовсе не следили за оставшимися студентами. Они просто напьются и переубивают друг друга, а Том не хотел проблем. Возможно, он даже наоборот рад, что ему будет чем заняться тридцать первого декабря, чтобы не думать о своëм дне рождения. Реддл подарил Гарри свою дежурную улыбку, ту самую, которую годами оттачивал перед зеркалом. — Почему бы и нет, — непринуждëнно пожал плечами Том. Как же внутри себя он был напряжëн. Поттер почему-то не выглядел счастливо, поджимая губы и хмуро смотря на него. Реддл не понимал почему Гарри ещë что-то не нравится. Да некоторые ради этой его улыбки готовы убить. Как гриффиндорец мог выглядеть так хмуро? Но совсем скоро, черты его лица разгладились. Поттер провëл рукой по своим ужасно спутанным тëмным волосам и нежно улыбнулся. — Тогда я за тобой зайду, в четыре часа дня, буду ждать у входа в слизеринскую гостиную, — быстро протараторил Гарри, а после похлопал Тома по плечу и исчез так быстро, что Реддл не успел увидеть как это произошло. Он уже почти жалел, что согласился так быстро и что согласился на грифифндорскую «вечеринку» вообще…

***

      Том уже не знал насколько это была хорошая идея. Ведь Поттер умудрился опоздать на время, которое сам же и назначил. Реддл ещë раз взмахнул палочкой в воздухе, проверяя сколько времени. Если Гарри не появится в течение пяти минут, то он никуда не пойдëт. Или ещë лучше, нажалуется декану Гриффиндора, что еë любимые львята устроили явно необговоренную заранее вечеринку. От скуки Том начал крутить палочку в руках. Это хоть немного, но успокаивало его.       Мысленно Реддл отсчитал три минуты и тридцать семь секунд, прежде чем Поттер явился. В Рождественском свитере и ободком с оленьньми рожками. О Мерлин, ему изначально нельзя было соглашаться. Рождество прошло уже неделю назад! А Поттер всë ещë был в праздничном настроении. Убогом праздничном настроении. Том только крепче сжал свою палочку в руках, на секунду испугавшись, что может еë сломать. Настолько было сильно его раздражение от данной ситуации. Поттер же выглядел весьма довольным собой. — Том! Привет. И не одиноко тебе, единственному слизеринцу, оставшемуся в такой большой гостиной? Хотя у вас и так комнаты на двоих, это даже немного скучно, — тараторил Гарри. Тому очень хотелось уточнить откуда Поттер был в курсе расстановки спален в их гостиной, куда, Реддл уверен, никто не водил кого-то постороннего с других факультетов. Том то о безопасности в собственном доме всегда позаботится. — Пошли-пошли, знаю, я немного припозднился, но ведь только немного, — усмехнулся Гарри Реддл кое-как сдерживал ярость. Двадцать восемь минут для Поттера было «немного»?       Хотелось самолично придушить наглеца. Но вместо этого он просто весь путь до башни Гриффиндора улыбался ему и иногда кивал, пока Поттер, кажется, ни на секунду не останавливаясь, болтал. Болтал о том, кто же ещë по мимо них остался в Хогвартсе. Оказывается в этом году таких было совсем немного. Три гриффиндорца помимо самого Гарри, да и одна Когтевранка. Реддл возможно намеренно избегал необязательных во время каникул общих приëмов пищи, из-за чего даже не знал о том, кто остался в замке. Набор был, мягко говоря, специфичным и весь, включая Поттера, состоял из детей, которые до этого точно каждый год отправлялись из Хогвартса домой.       Том особо не вслушивался, не понимая, зачем он идëт, если на вечеринке было настолько мало людей. Да что они вообще с таким количеством могли вытворить? Разбить окно, пока играют в «плюй-камни»? Вроде бы у гриффиндорцев это был обычный вторник. Том натянул улыбку, входя в гостиную львов, но вместо сдвинутых к стенам диванов и столов с алкоголем увидел какое-то странное нечто, от которого исходил разноцветный свет. Реддл опешил, не понимая что это. Но больше всего это напоминало ему… — Палатка? — В слух спросил Том, не понимая зачем в помещение палатка, ещë и такая странная. Гарри так же шокировано уставился на Тома. Реддл пытался найти в своей голове правильные слова и правильные эмоции на этот счëт, но на ум ничего не приходило. Такое с ним был в первые. Том даже не заметил как перестал дышать, размышляя над ответом. Гарри неуверенно схватил его за локоть. Тепло руки только сквозь простую рубашку ощущалось слишком странным. Реддл даже не заметил как быстро и грубо отдëрнул руку, освобождая еë от слабой хватки Поттер. — Ты чего? — Гарри усмехнулся. Том кое-как оставлял лицо безэмоциональным. Этот гриффиндорец что, насмехается над ним? — Никогда не видел форта из подушек что ли? — Том поджал губы и покачал головой в отрицательном жесте. Поттер уже потянулся к его плечу, но решил не трогать Реддла. Том слегла приподнял уголки рта. Драккл, он не должен был пугать Гарри, вдруг после этого поползут слухи о его истинной натуре? Слизеринец надеялся, что Поттер быстро забудет об этом «маленьком» недоразумении. — И зачем тут стоит форт из подушек? От кого вы защищаетесь? — Спросил Реддл таким тоном, будто ему правда было всë это интересно. Он даже пытался шутить! Гарри должен это ценить. Но Поттер только нахмурился. Том ведь не мог сделать что-то не так? Реддл начинал нервничать. — Невилл! Вылезай давай, нам надо впихнуть в форт ещë и Тома, он даже не знает, что такое форт из подушек! — Гарри возмущëнно подбежал к палатке из которой высунулась чья-то лохматая и кудрявая голова. Голова Гермионы Грейнджер, той, кто пытается составить ему конкуренцию на всех их совместных уроках. Гермиона уставилась на Тома, он только улыбнулся ей и помахал, стоя на месте. Грейнджер тут же скрылась в разноцветных огоньках палатки. Он точно сделал что-то не то, но Том никак не мог понять что. После нескольких шепотков, из палатки вылез Невилл Долгопупс, со своей любимой жабой на руках. Тот нахмурился, смотря прямо на Реддла. — Я уступаю тебе только в честь твоего дня рождения, — пробурчал Невилл и отошëл от палатки. Гарри поманил Реддла рукой, а после скрылся за лоскутным одеялом, которое было видимо вместо двери. Сейчас Том пригляделся к палатке, понимая, что конструкция, которая из далека выглядела единым целым состояла из чего попало. Том пока не понимал из чего состоит каркас, но внешне это выглядело как разноцветное нечто состоящее из одеял и подушек. Выглядела конструкция внушительно, туда легко могли поместиться все те немногие ученики, что остались в Хогвартсе. Реддл не знал что более странно: конструкция перед ним или то, что Невилл знал когда у него день рождения.       Том неуверенно подошëл к сверкающей разными цветами палатке, отодвинул импровизированную дверь и попытался залезть внутрь. Он наверняка выглядел просто нелепо прямо сейчас. Реддл старался как можно быстрее сесть внутри на какой-то меховой ковëр. Том запустил руки в шерсть, пытаясь определить что это за животное на ощупь. Он мял ковëр и разглядывал палатку, в которой было тесно. Не удивительно, что пришлось выгнать Долгопупса, который сейчас только на половину находился в палатке, остальное пространство занимало всякое барахло.       Три чайника с неизвестным содержимым и разноцветные кружечки вокруг них. А на самих чайниках гордо возвышалась белоснежная сова. Рядом с несобранной и лохматой копной волос Гермионы сидел удивительно недовольный рыжий кот. Рон Уизли сложился втрое, чтобы хоть как-нибудь устроится среди всего этого зверинца. А в самом дальнем углу палатки сидела беловолосая девочка и обнимала одну из подушек, в мигающем свете выглядя почти как призрак. И что больше всего удивило Тома, так это магические светильники, что плавали по палатке и мигали всеми возможными цветами. Том раньше такого не видел.       Это было просто волшебно. Реддл давно не испытывал такого чувства, наверное, с первого курса он не чувствовал такого восхищения. Том не удержался и потянулся рукой к одному мерцающему шарику, но не успел до него дотронутся, как в него прилетела зелëная подушка. Том опешил и отшатнулся, кажется, чуть не сломав весь «форд». Внезапная атака, кажется, испортила его идеальную причëску. Том сжал в руках подушку, пытаясь понять кто еë в него кинул, но, увидев грозный взгляд сидящего напротив Поттера, сразу всë понял. — Глазами смотри, руками не трогай, — приказным тоном сказал Гарри. Том сжал подушку крепче, всë ещë смотря на огоньки. Поттер усмехнулся, беря в руки чайник. Он, кажется, чувствовал себя в тесном пространстве вполне комфортно. У Реддла уже начинала побаливать спина от слишком низкого «потолка». — Моя разработка. Пусть они недолговечны и светят тускло, но это отличается от всей существующей магии света! Круто же, что я сделал их сам? — Явно ища одобрения спросил Поттер. Том перевëл взгляд на обнимающего чайник Гарри. Это было красиво. Реддл мог это признать. Пусть и явно не доведено до совершенство, но потенциал есть. — Это миленько, — только улыбнулся Том, сдерживая себя от нормальной похвалы и критики, которая последует за этой похвалой. Гарри только закатил глаза. Сова, что сидела уже на двух чайниках, взмахнула крыльями и переместилась ближе к Поттеру, неужели это сова Гарри? — Мог бы и не сдерживаться, — пробурчал Поттер. Реддл успешно проигнорировал это двусмысленное высказывание. Не мог же Гарри действительно понять, что он всë время сдерживается? Его маска была способна обмануть старых преподавателей, его не мог разгадать какой-то средненький студент. Пусть и студент с интересными задумками. Медленное движение и мерцание огоньков его на удивление успокаивало. И даже испорченная причëска уже не имела значения. — Ты почему в школьной форме? Мог и нарядится в честь праздника, даже Герми в домашнем, — усмехнулся Уизли и ближе поджал к себе колени, когда к нему подошëл рыжий кот, занимая и так не хватающее для высокого Рона место. Гарри начал разливать загадочную жидкость из чайника по кружкам. Первый кружку с чём-то горячим получил Невилл. — Мне она нравится больше, люблю соблюдать правила, — только улыбнулся Том. Рон пробурчал в ответ что-то невнятное. — А почему вы все остались в Хогвартсе? — Поинтересовался Том, совершенно не понятной для него вещью. — Я остался потому, что Гарри остался, — первым ответил Рон. — Я осталась, чтобы после этих двоих, — с презрением начала Грейнджер, — Хогвартс не пришлось заново отстраивать. До мигающих светлячков были блестящие бомбы, — пояснила Гермиона. Том только промычал. Так вот откуда в кабинете Снейпа были блëстки… Кажется, он только что раскрыл одну из самых жестоких шуток на его памяти. Должен ли он доложить об этом Деканам? Том пока был в раздумиях. За это время кружки с чём-то тëплым появились в руках остальных. Том не знал, что там, но мог уловить что-то пряное и фруктовое. — Я остался, ведь к нам на Рождество должна была приехать бабушка, — скривился Долгопупс и нежно обнял свою жабу. Том долго не смотрел на него. — Гарри, — Реддл протянул имя гриффиндорца. — А ты почему остался? — Поттер застыл на пол пути, чтобы передать ему кружку с напитком. Том отложил подушку, забирая чашку из рук Гарри. — Это, эм, секрет? — Только спустя несколько секунд тишины ответил Поттер, а после сразу же перевëл тему. — Пей, это глинтвейн, почти не алкогольный, я даже готовил его с добавлением воды. Хотя это бессмысленно, не зря же мы маги, — пожал плечами Гарри и отпил из своей ярко-красной кружки. Реддл нахмурился, уставившись в кружку с горячим содержимым. Значит, алкоголь всë же есть.       После долгих раздумий Том осмелился сделать первый глоток, напиток был и правда слабоалкогольным и очень горячим. Он даже обжог язык. И когда Том хотел сделать второй глоток — сладкий привкус ему очень понравился, — то заговорила та, про кого он совершенно забыл. Самая младшая из всей группы, Полумна Лавгуд. — А я осталась, потому что Гарри хотел устроить дружеские посиделки на день рождения Тома, у меня с собой даже подарок и развлечение, — спокойным и тихим голосом сказала Лавгуд. Реддл даже вздрогнул, когда она заговорила. И говорила она слишком странные вещи. Том слышал о еë репутации среди других учеников. Может то, что она сказала было просто бредом? — Луна! Ну мы же договорились, — простонал Гарри, а после разлил глинтвейн из своей кружки на мех неизвестного Реддлу существа. — Вечеринка должна была быть подарком, но Том не празднует свой день рождения, поэтому это просто «дружеские посиделки» без праздника, и… — сбивчиво начал пояснять Поттер, а после застонал посмотрев прямо на Реддла. — Прости, тебе каждый год наверное так одиноко, да и ты всегда такой скованый, я просто хотел, чтоб ты наконец расслабился, — рука в которой Том держал Глинтвейн задрожала. — Да как ты, — сквозь зубы прошипел Реддл. Поттер сжался, вдавившись в одеяльную стену, Том плохо его видел, кажется огоньки стали обходить Гарри стороной. А сам Поттер кажется хотел исчезнуть, растворившись в одеяле. Реддл не понимал, как форд держался так долго, смотря на то, как они возились. Возможно его тоже держала магия? — Может погадаем? Надо ведь и развлечься, — тем же спокойным и не от мира сего тоном спросила Луна. Все в палатке обратили на не внимания. Лавгуд уже начала крутить в руках странные расписные карты, возможно самодельные, Том не уверен, что видит на них мазки красок. Гарри тут же расставил два остальных чайника в стороны, освобождая место прямо по середине форта. Правда уже приличная часть середины была запачкана глинтвейном.       Вскоре на месте чайников появилась колода карт. А Полумна заняла место Рона, поближе к центру. Девочка загадочно ему улыбнулась. Тома пробила дрожь, что-то в ней было пугающим. Не из-за этой ли ауры о ней ходило столько слухов? — Том, раз праздник в твою честь, то и гадать будем на твою судьбу. Какой вопрос ты хочешь задать? — К Полумне прижалась Грейнджер, Невилл на другом конце палатки, кажется, добыл один из чайников и пил прямо из носика. Том почти не сомневался, что всë то, что нагадает сейчас эта девочка-призрак — сбудется. Реддл иногда мог быть слишком суеверным. И в такой атмосфере и после глинтвейна, он был готов поверить во всë. Всего пару секунд назад он злился, а сейчас был так спокоен. Чем на самом деле его опоил Поттер? Это не мог быть простой глинтвейн. Он чувствовал себя слишком хорошо, после алкоголя он ни разу себя так не чувствовал. — Что я буду делать после выпуска? — Усмехнулся Том, вспоминая, что всего через полтора года ему придётся выживать в этом мире в полном одиночестве, имея за спиной только хорошие отметки и пару запуганных богатеньких слизеринцев. За счёт них он и будет выживать в одиночку. Реддл улыбнулся Луне. Та только кивнула, услышав его вопрос. Через пару минут расклад был готов. Том смотрел на карты, совершенно не понимая, что это значит. — Поздравляю, срок в Азкабане тебе обеспечен, — рассмеялась Грейнджер смотря на карты. Том зло на неë глянул, он и не заметил когда перестал скрывать свои эмоции. — От тебя же чувствуется эта аура плохого парня, не я одна это заметила! Гарри бы не стал жалеть тебя и присматриваться, если бы ты не был таким, — пояснила Грейнджер и фыркнула. Том опять уставился на Поттера, Гарри следил за ним? Гермиона взяла второй чайник, подливая себе и Рону, что прятался за девушкам, глинтвейн. — Герм-с, что ты. Тут всё намного страшнее, но молния говорит о многом, — девушка взяла одну из открытых карт, где была нарисована молния, явно карты рукописные. А после Луна полезла в рукова своей кофты, доставая маленький свëрточек. В полупрозрачном свëрточке виднелась подвеска молния, Лавгуд передала карту вместе с подвеской. — Твой подарок, а на счëт будущего можешь даже не волноваться, всë же не зря ты столько лет работал над своей маской. Только лучше поработать и над самим собой, — Гарри нахмурено уставился на подарок, а после отодвинул чëлку в сторону, на лбу был бледный шрам, с молнией прямо как молния на подвеске.       Том честно уже не мог уследить за происходящим. Все в этой палатке что ли знают, что он притворяется? А вдруг форд — способ заманить его в какой-то магический круг, может затащить в какой-нибудь ритуал? Том опять задержал дыхание. Даже не обращая внимание на то, что его подарок на день рождения забрал Гарри. — Луна, прямо как у меня, — рассмеялся Поттер. — Я уже рассказывал как пробрался в кабинет мамы и решил потрогать неудачный эксперимент, — Гарри оборвали протяжные «да-а» со стороны всех гриффиндорцев, что были в форде. Поттер передал подарок Тому. Реддл не двигался, только смотря на кулон-молнию которую ему всучили насильно. — Я уверена, что этот амулет то, что нужно Тому, — улыбнулась Луна, складывая свои карты обратно и меняясь местами со стонущем Роном, у которого уже болели всё кости от маленького пространства. Реддл, наверное, долго бы просидел так неподвижно, если бы не почувствовал боль в другой руке. Очень быстро Том понял, что его укусила жаба. — О чëрт! — Чуть отскочил Том вперëд, почти падая на Гарри. Жаба быстро отстала от его руки. Боль была ощутимой, но крови вроде не было. Невилл только захихикал от того, что вытворила его питомица. Гарри ахнул и сам приблизился к Тому. — Реддл ругается! — Захихикал Поттер. Том покраснел, не зная от злости или от стыда. Но резко стало слишком жарко в маленьком и тесном форде из подушек и одеял. С дальнего угла послышались зевки. Реддл уставился на лоб Поттера со шрамом молнией. Что там Лавгуд говорила про судьбу? Том медленно отстранился, сжимая в руке подарок от Луны. Кажется он первый раз в жизни получил подарок на день рождения… Откуда вообще Поттер узнал когда у Тома день рождения? Он никогда и никому об этом не говорил.       Но он не мог сказать, что он плохо проводит своë время. Всë же Гарри и правда удалось создать атмосферу, где Реддл смог расслабиться. Когда он вообще последний раз расслаблялся? Наверное когда-то давно в детстве, что Том даже не мог вспомнить когда. Но как же слизеринец был благодарен за этот неожиданный сюрприз. После всего того времени, что он провëл в палатке из подушек, он мог сказать, что это и правда просто весело. Даже если он разговаривал с половиной людей тут первый раз в жизни. Всë это было мило, но не в том смысле в котором он назвал огоньки Поттера в самом начале вечера. Сейчас он думал совершенно искренне.       Он не знал, что можно чувствовать себя так, находясь среди почти не знакомых людей, особенно в такой нервный и ужасный день. Но то, что Тома интересовало в этом больше всего, это зачем Поттер устроил всë это? Просто небольшой вечер в гриффиндорской гостиной, где они особо то и ничего не сделали за всë это время. А гриффиндорцы и одна Когтевранка кажется уже уснули. Том тупо пялился на Гарри, а тот смотрел на него в ответ. Когда Невилл у входа захрипел, Поттер усмехнулся и приподнял руку. Последний чайник с глинтвейном. Гарри быстро налил себе чашку, от которой исходил пар. Раз алкоголь ещë не остыл, значит, на чайниках были наложены чары. Поттер протянул ему чайник и Том аккуратно его взял. — Вообще, я ставил на как минимум одну драку, — усмехнулся Гарри, отпивая горячий глинтвейн. — О, и с совершеннолетием тебя, если со временем я не опоздал, — Поттер отсалютовал Тому кружку, а после залпом выпил всë, что в ней оставалось. Реддл только фыркнул. — Откуда ты вообще всë это узнал, среднестатистический студент, с совершенно средними оценками и друзьями фриками? — Наконец спросил Том. Гарри только улыбнулся ему, крутя в руках уже пустую кружку. — У меня папа аврор, в детстве я постоянно играл в «Гарри, помоги папочке вычислить преступника среди числа подозреваемых», я уже пару лет назад понял, что что-то не так. А когда нас Снейп поставил в пару на зельеварении, решил узнать о тебе больше. Возможно, не самыми законными методами, — Поттер невинно улыбнулся. Реддл только оскалился в ответ, Гарри и сам был хорош в притворствах, вот в чëм была разгадка. — А потом мне стало тебя жалко, ты был таким одиноким, и я попытался сделать самое комфортное место для такого одинокого человека. И у меня, кстати, хорошо получилось, — гордо проговорил Поттер. Том только фыркнул, и ведь Гарри был прав, у него получилось, создать место, где он хорошо себя чувствует.        А может и не только само место поспособствовало этому, всë же, это именно Гарри так заморочился ради него. И это Гарри приготовил такой сладкий глинтвейн. И это был действительно неплохой подарок на день рождения. Первый за все его семнадцать лет жизни.       Реддл отложил чайник и сжал в руке второй свой подарок, самодельный кулон в виде молнии и, как оказалось, в виде молнии на лбу Поттера, которую он получил по неосторожности в детстве. — Гарри, а ты веришь в судьбу? — Вдруг спросил Реддл ухмыляясь. Гарри только пожал плечами. Не давая однозначного ответа. — Я свою судьбу привык вершить сам, — через некоторое время шëпотом ответил Поттер, Реддл ещë несколько секунд посмотрел на кулон, прежде чем спрятать его в кармане классических брюк, он уверен, что во время этого действия выглядел просто нелепо. Но Том насмотрелся на позы и похуже, которые форд из подушек заставлял делать своих временных жильцов. Реддл посмотрел на гриффиндорца перед ним, они учились вместе уже шесть лет, полгода стояли в паре на зельеварении, но только сейчас он по настоящему заметил Поттера. — И видимо это у тебя успешно получается, ведь я придерживаясь того же мнения, — Реддл схватил чайник с глинтвейном и совершенно бескультурно сделал несколько глотков. Поттер аж присвистнул. А после Реддл организовал второй выход из форда подняв одеяло за спиной. Том помахал Гарри в пригласительном жесте. — Это значит, что ещë весь вечер и вся ночь в наших руках. А ещë меня сейчас стошнит, я пьян, — только сказал Реддл перед тем как вылезти из мягкого и тëплого убежища. Поттер рассмеялся и полез за ним.       Возможно Реддла и правда совсем скоро вырвет прямо посреди гриффиндорской гостиной, но ведь у них с Поттером и правда оставалась ещë целая ночь. Ночь только с самим собой и Гарри Поттером, что сумел сделать ему лучший подарок в его жизни…