Пришелец

      Надо отдать художнику должное: он старался не отсвечивать лишний раз. По началу Найтмер действительно видел его крайне редко, но с течением времени принц стал все чаще замечать того в компании своих ребят. Кошмар не мог винить тех в излишнем любопытстве, да и запрещать общаться с новым сожителем было бы как-то по-тирански (ага, зато в его стиле). Их-то Инк всегда был странным, но тот хотя бы старался выглядеть более-менее нормальным, особенно когда попал под влияние брата. Этот же был отбитым на всю голову; Найтмер бы не удивился, если оказалось бы, что тот у себя в Мультивселенной на стороне плохишей. Однако данное утверждение быстро нашло свое опровержение – нет, специально Кошмар за ним не следил! Нет! – Инк, хоть и был схож с ребятами, особенно в поехавшем чувстве юмора, все же был больше добрячком. Это выражалось в легком, нечерном сарказме и, что ли, заботой: тот старался быть полезным и помогать практически со всем. Хоррор идет на охоту – Инк обязательно составлял компанию, чтобы потом было легче тащить добычу; У Кросса и Киллера затупилось оружие – пришелец вызвался его заточить и даже попытался научить этих раздолбаев, что, конечно же, не вышло. Даст пока единственный сторонился художника, но и агрессии в его сторону Найт не чувствовал. В общем, спустя все то время, что Инк был у них, он успел стать если не частью, то хотя бы приятным бонусом к их компании.       А еще, принцу пришлось признать, этот Инк был до одури харизматичным. Все его идеи, которые сводились к какому-то досугу, встречались с оптимизмом, который Кошмар не ощущал в своих ребятах довольно давно. Как-то Найт, удивленный абсолютной тишиной в замке, что было нонсенсом, застал всех за, блять, вязанием, ну или почти. Инк, видите ли, предложил почувствовать себя Разрушителем, поэтому они сидели в гостиной на диванах и по большей части смотрели в экран телевизора, отбросив всю пряжу куда-то в угол комнаты. Да уж, терпением его мальчики не отличались.       И нет ничего удивительного, что в одну из вылазок Найтмер взял того с собой. На протяжении всей битвы тот аккуратненько находился чуть в стороне, сидя на ветке и прячась среди листьев какого-то дерева, пока их Инк разносил команду, так как оказалось, что тот примчался прямиком после не самой удачной битвы с Эррором, так что под красной краской Плохие парни быстро сдали позиции. Но не это бесило Повелителя Негатива, нет. Его бесил тот факт, что ему, видите ли, стыдно перед этим Инком: что он показал себя как слабака. Сама мысль, что у него появилось желание что-то доказать этому пришельцу, заставляла принца буквально кипеть от гнева. В этот момент он как никогда хотел оказаться на месте этой глючной Ошибки и вылететь в перезагрузку, чтобы потом напрочь забыть обо всем.       Но Кошмар не был Эррором, а другой Инк все еще был под носом. Найтмер не сразу заметил, что тот явно осмелел и стал заглядывать в другие уголки замка, в том числе и на территорию самого принца, куда даже Киллер с его напрочь отсутствующим чувством самосохранения лишний раз не совался. Понял это Найт после того, как одним днем, замучавшись собственными мыслями – о спокойном отдыхе тот забыл с самого начала жительства этого ненормального, – он решил действительно отвлечься на какой-нибудь томик исторической драмы и обнаружил среди полок его библиотеки, личной, Художника.       Кошмар так и замер с кружкой в руках и с открытым ртом от удивления, не зная, как ему стоит реагировать: столь вопиющего нарушения его границ еще не случалось.       — О, Найтмер, — Инк наконец заметил его, однако не спешил убираться. — Прости, что без разрешения: просто вдруг стало интересно сравнить, отличаются ли книги в наших Мультивселенных. Ты случайно не пишешь научные трактаты?       — ...что? — какие еще, блять, научные трактаты – Кошмар тут, как бы, не этим занимается.       — Ну, мой Найтмер пишет про медицину, в основном, — как ни в чем не бывало продолжил пришелец, — а еще фиксирует все исследования касательно Негатива и влияние его на разные виды материи – не только на души и эмоции. Так что я предположил, что ты тоже можешь что-то такое... делать, — Инк наконец обратил внимание на Хранителя, у которого, казалось, сейчас нервы сдадут: настолько сильно за его спиной дергались его щупальца, – и решил все-таки ретироваться, прихватив какую-то случайную книгу. — Я потом верну в целостности и сохранности!       С этого момента Кошмар начал сталкиваться с пришельцем с завидной регулярностью. Инк, видимо, силился найти подход и к нему, однако пока принц держался, стараясь не отвечать на задорные приветствия и вопросы по типу «как дела?». Но Инки, как известно, самые упертые создания в Мультивселенных, так что вскоре ключик к крепости под именем Найтмер, в конце концов, был найден.       После очередной попойки, когда все в замке дружно отсыпались, Найт как обычно решил спуститься за чашкой кофе, который ему обычно кто-нибудь приносил, но, в силу обстоятельств, не могли этого сделать сейчас. Он не сильно раздражался из-за этого прискорбного факта, так как в кой-то веки мог насладиться тишиной и покоем в собственном доме…       …мог бы, так как стоило только оказаться в дверном проеме, ведущему на кухню, как тот встал как вкопанный: другой Инк уже оккупировал помещение. Тот что-то делал, пританцовывая какой-то только ему известной мелодии и даже периодически подпевая.       Кошмар же, молясь одним Эррору и Инку известным Создателям, попытался тихо развернуться и смыться как можно быстрее, но судьба, сволочь такая, была не на его стороне.       — О, Найтмер! Доброе утро, — слова застали его, когда он уже готов был скрыться за косяком. — Кофе?       Принц медленно развернулся, подозрительно оглядев гостя: тот как-то блекло улыбался, держа в руке турку, из которой поднимался заманчивый дымок свежесваренного кофе – признаться, за турку пришелец получил от Найта плюс один к карме, – и медленно кивнул, не зная, почему согласился.       Художник указал на стол, и Хранитель прошел к нему и все также медленно сел. Перед ним тут же оказалась кружка горячего напитка с таким знакомым орехово-коричным ароматом, заставившего искренне удивиться.       — Откуда ты узнал про то, какой кофе я люблю?       — Мой Найтмер предпочитает такой, — пожал плечами Инк и, не дожидаясь последующего вопроса, продолжил: — Эррор любит с молоком, причем обязательно сбитым до пенки, и шоколадом, а Дрим единственный, кто пьет его черным и не сладким. И как он это выносит? — скелет потер чернильную щеку в притворном недоумении и сел напротив Кошмара.       Принц, все еще настроенный скептически, все-таки сделал первый глоток под пристальным взглядом его гостя. Ладно, Найтмер готов признать, – с самим собой он всегда старался быть честным, да и с другими тоже, – что кофе действительно был идеальным. Видимо, Инк успел набить руку, варя его для своего Найтмера. Почему-то от этой мысли у Кошмара неприятно засвербело под ложечкой.       — Ну как? — не выдержал Художник, ожидая вердикта. Сам он еще не притронулся к своей чашке.       — …вкусно, — от одного слова чернильный скелет довольной засиял, впервые выразив достаточно яркую эмоцию, однако вскоре и он стал блеклым. Какое-то время они молча пили кофе: Инк смотрел в чашку с практически пустым выражением лица, а принц исподтишка наблюдал за ним. Когда бледно желтые зрачки все-таки поймали взгляд лазурного зрачка, Найт тут же отвел его, в смущении костеря себя за столь пристальное наблюдение, однако пришелец воспринял это по-своему.       — Прости: пришлось уменьшить дозу красок, чтобы хватило на долгое время, — Художник слабо улыбнулся.       — Так ты и в правду без них ничего не чувствуешь? — раз пошла такая тема, Найтмер решил утолить свое любопытство – в конце концов, в их реалиях Инк был его врагом, хоть и не заклятым, а своего врага знать надо.       — Ну, — задумался пришелец, — базовые чувства у меня все-таки есть: в основном связанным с физическим воздействием, вроде боли или удовольствия, а также осознанным выбором – то есть скука или интерес.       — Значит, все остальное – лишь имитация? — признаться, Найтмеру всегда было интересно, почему он не чувствует радужного идиота. Что ж, теперь многое становилось понятно: и странное поведение защитника Мультиверса, и гипертрофированное выражение эмоций – тот просто не знал, что это такое.       — ...и да, и нет, — ответ Инка отвлек от собственных мыслей. — Краски действительно позволяют чувствовать эмоции, но иногда моя реакция может, скажем так, не соответствовать общественным нормам, тогда приходится имитировать, скрывая истинные.       — Должен признать, в этом плане ты преуспел: наш Инк постоянно как-то неадекватно реагирует на разные ситуации. Ты в основном ведешь себя... нормально, — «Что делает тебя в моих глазах ненормальным... Что за чушь!»       — Спасибо? Наверное, — неловко пожал плечами Инк. — Значит, уроки Дрима не прошли даром. В любом случае, без красок жить... скучно. Многие хотят ничего не чувствовать, но они не понимают, какого так жить. Идиоты.       — Что имеем – не храним, потерявши – плачем?       — Девиз Дрима по жизни.       Скелеты пересеклись взглядами и синхронно усмехнулись. Они еще какое-то время молча допивали кофе, пока Художник не встал из-за стола.       — Что ж, приятно было поболтать.       — Последний вопрос, — Найтмера одарили заинтересованным взглядом, показывая, что его слушают, — почему ты мне все это рассказал? Про краски, — дополнил свой вопрос принц, заметив знаки вопроса в глазах Инка. — Я ведь, по сути, незнакомый скелет, к тому же враждующий с твоей местной версией.       — Просто так? — чернильный скелет тихо засмеялся. Кошмар раздраженно выдохнул, ни капли не поверив, однако в следующее мгновение он резко вжался в стул, не заметив, как быстро Творец оказался близко к нему лицом к лицу. Выглядел скелет все еще слегка навеселе, однако при этом в его глазах ярко выражали серьезность, отраженная в крестообразных зрачках. — Все просто, Найтмер: эта информацию не даст тебе никакого преимущества надо мной и, тем более, моей альтернативой.       И также молниеносно исчез из комнаты. Найтмер даже не сразу понял смысл сказанных слов, сосредоточенный на чужом дыхании, которое горячо опалило лицо и которое так быстро пропало.       От прилившего к щекам жара, принц даже рот приоткрыл в попытки остудить собственную реакцию, когда до него снизошло осознание.       — Блять, Найтмер, ты не о том думаешь! — зло выкрикнул скелет, спрятав свое смущение в ладонях, и услышал доносящийся издалека довольный смех. — Вот же сукин сын!