В вихре забытых чувств

Россия не знал, что думать. В голове его метались воспоминания, которые он не мог удержать, как песок сквозь пальцы. Лишь странное чувство, что где-то, когда-то, кто-то был ему важен… Никаких конкретных лиц, только тени. Америка продолжал сидеть на кресле, не спуская с него взгляд, будто пытаясь найти ответ в глазах России. — Ты всё ещё не помнишь? — его голос был мягким, но в нём звучала неуверенность. Россия посмотрел на него, но не смог найти в себе силы сказать что-то в ответ. Его душу терзали эмоции, о которых он не мог даже вспомнить. Он ощущал тревогу, но не мог понять, откуда она. — Я… я не понимаю, — наконец сказал он, пытаясь подняться с постели. Но в его теле ощущалась слабость, которую он не помнил. — Почему мне нужно помнить? Почему вы все так важны? Америка вздохнул, и его лицо помрачнело. — Потому что… мы… мы были вместе. Мы не просто страны, мы — нечто большее, чем политические альянсы. Ты был частью моей жизни, Иван, и ты не можешь забыть меня так легко. Россия хотел что-то ответить, но тут в комнату вошёл Людвиг. Его строгий взгляд встречался с глазами России, и сразу стало понятно: здесь не просто забота о здоровье. — Ты должен вернуться к нам, Иван, — сказал Германия с холодной решимостью. — Забывший всё, ты обязан быть с нами, ведь это твоя судьба. Но слова Германии прозвучали как вызов, и Россия почувствовал, как его грудь сжалась от странного беспокойства. Он никогда не думал о себе как о "судьбе" кого-то. Но Людвиг, этот решительный и сильный мужчина, вдруг стал символом того, чего он не помнил. Англия появился в дверях, и его лицо отражало тревогу, смешанную с нежностью. — Ты не должен быть один в это время, Иван. Все мы здесь ради тебя, — его голос был тихим, но полным тепла. — Мы должны помочь тебе восстановить память, иначе… всё останется в тени. Россия снова замер. В его голове крутились мысли о том, что происходит, но всё это казалось таким чуждым. Все эти люди — Германия, Англия, Америка — были ему важны, но как? Америка встал и подошёл ближе. — Если ты не хочешь забыть нас, если хочешь вернуться к тому, что у нас было, я буду рядом, Иван. Ты можешь довериться мне. Германия не отводил взгляд от России. — Я могу защитить тебя, и ты знаешь это. Ты был с нами, и я уверен, что вернёшься к нам. Англия сделал шаг вперёд, его глаза полны мягкости. — Я только хочу, чтобы ты был счастлив. Я всегда буду рядом, если захочешь меня. Я верю в нас, Иван. Россия почувствовал, как что-то тронулось в его душе, но не знал, что именно. Столько людей рядом, столько эмоций, и всё это было для него незнакомо, но в то же время так важно. Как бы ему ни было трудно, он знал одно: ему предстоит выбрать, что будет с ним дальше, но выбор был таким тяжёлым… --- Вечер. Россия сидел у окна, глядя на снежные просторы. Его мысли были как буря — в голове сталкивались чувства, которых он не мог контролировать. Он чувствовал, как тянет к каждому из тех, кто заботится о нём, но в то же время боялся, что всё это может быть лишь иллюзией. Вдруг дверь открылась, и в комнату вошёл Людвиг. — Ты не один, Иван, — его голос был мягким, но решительным. — Я рядом, и я буду рядом, пока ты не восстановишь свои воспоминания. Россия поднял взгляд, встретившись с глазами Германии. В этих глазах он почувствовал что-то — заботу, силу, уверенность. И это было как привязка, как нечто крепкое, что связывало их. — Я хочу, чтобы ты знал, — продолжал Людвиг, — ты был с нами, и ты останешься с нами. Мы все важны друг для друга. Но тут в комнату вошёл кто-то ещё. Англия, его взгляд полный беспокойства. — Ты не должен решать всё в одиночку, Иван, — сказал он тихо, но его голос был полон решимости. — Мы все готовы быть рядом, чтобы помочь тебе найти ответы. Ты не один в этом. Россия не знал, как ему быть. В его сердце было место для каждого, и это чувство растерянности было более тяжёлым, чем потеря памяти. Америка появился в дверях, и его яркая улыбка затмевала всё остальное. Но в его глазах была не только улыбка — было что-то большее. — Ты можешь выбрать меня, если захочешь, Иван. Я буду рядом, чтобы ты не забыл, кто ты на самом деле. Россия закрыл глаза, ощущая, как его душа распадается на части. Сколько любви, сколько боли… Всё это было перед ним. И теперь ему нужно было найти свой путь в этом лабиринте чувств, которые он ещё не мог понять. ---