Крыльями

      Денис в ступоре. Во-первых, какой "перезаписать", во-вторых, какой "Дениска, моя берёзка"? Ни одно название не даёт покоя. — Подожди, что там насчёт перезаписи? — Оказалось, что у меня твой номер телефона был ещё до нашего знакомства. Я когда очнулся, мне про родственников сказали, я полез в телефонную книжку, вдруг у меня друзья есть... Там номера родителей, каких-то ещё неизвестных мне пока ребят и некий "Перезаписать". Я вчера сел твой номер записывать, обозвал тебя берёзой, а оно не сохранилось. Ты сегодня мне днём звонил, я поэтому трубку и не поднимал. Сначала не хотелось незнакомые номера, а потом подумал, что так узнаю, кто это. Узнал... Денис слушает внимательно и готовит вопросы, на которые Илья, даже не успев услышать, отвечает. Опять накатила какая-то странно-депрессивная атмосфера, будто парни тут не нужны. Блондин повторно проверяет время и встаёт со своего места, подхватывая кружку, коробку чая и оправдывается, что пошёл спать.

***

      До палаты доходит как-то очень неощутимо. Тихонько открывает дверь, заходит и... Не обнаруживает никого. Опять. Куда ж они все делись разом? Может, какие-то... Ночные процедуры..? Как это вообще возможно... Ну, мужика точно выписали, дед перестал разговаривать ещё в первый день, но, вроде как, он должен выписываться ещё через 3 дня. Студент вообще ещё почти неделю будет здесь лежать. Где они тогда? Ладно. Коломиец просто идёт к своей кровати и ложится на неё, выдыхая и мыча довольно. Очень уж давно он не вытягивал ноги. Теперь необходимо посмотреть примерно час коротких роликов, хотя глаза уже смыкаются и намекают, что пора спать.       Всем привет, это гет реди виз ми на свидание с парнем из дайвинчика!       Кринж. Неинтересно. А вот в сотый раз видеть котика, который говорит что-то около ово — это мило, мне нравится. Хорошее распределение. Рациональное. Так, подождите, какое-то уведомление... >Ксения. «Направо посмотри.»       Денис сначала не понимает и смотрит на правую часть экрана, но там ничего не обнаруживает. Подождите, что за Ксения вообще? Не успевает сообразить, как голова сама поворачивается вправо от телефона. Там стоит тот самый пациент-студент. — Какой же ты тупой... — Никита хмурит брови и вздыхает. — Что? — Что слышал.       Эти слова ощущаются воткнутыми в спину острым ножом. Ну, может, просто плохое настроение... Или Денис его кровать занял... Хотя нет, кровать как раз-таки своя. Голова сегодняшней ночью сама себя не слушается. — Что случилось? Чем я тебе навредил? — голубоглазый правда пытается понять, откуда такой негатив в его сторону. — Ты даже людей различить не можешь. — откуда тут вообще Ксюша..? А у неё откуда наезды такие? Она вдруг строит писклявый противный голос: — "Ой, да он мой самый дорогой друг, я без него жизни своей не вижу!"       Что. Здесь. Происходит. Это сон? Наверняка, иначе откуда они таким дуэтом оказались тут. Щипает руку, но боль чувствует. Что это тогда? Глюки? — В чём вообще дело?.. — Денис вздыхает и хочет услышать ответ. — Илья, будучи ангелом, вернулся к себе в комнату после того, как ты сказал, что уже встретил его в больнице. Ты не можешь отличить самого дорогого тебе существа от похожего человека. Не такой уж он тебе и дорогой, да? Илья, иди сюда. Без свечения и вообще какого-либо знака из ниоткуда появляется бывший ангел-хранитель Дениса. — Здравствуй. — есть в этом голосе нотка ненависти. Как Коломиец мог так ошибиться?! Думал же, что разные существа, и правильно думал. — Что случилось, Ксюнь? — Сравнивает тебя с простым смертным и при этом говорит, что дорожит тобой и из тысячи узнает. — Ого, а смертный знает? — ангел, бывший падшим, наигранно удивился.       В палату без стука заходит Илья. — Знает, и терпит его влюблённые рассказы ежедневно. Он ещё думает, что я не замечаю. Мальчишка думает, что любит, а отличить нас друг от друга не может.       Это правда настолько видно?.. Какой позор... И не отличает, и любит явно, и сейчас краснеет перед всеми. В чём он опять виноват? Почему настолько стыдно? «Ты даже жизни не достоин.»

***

      Как правильно дышать? Вдох, выдох, вдох, вд... Выдох. Вдох, выдох, вдох, вдох. А сейчас выдох или вдох..? Выдох. Теперь перечитайте всё в два раза быстрее, чем читали до этого. Вот это уже больше похоже на дыхание Дениса. Он судорожно открывает глаза и смотрит по сторонам. Подушка голубоглазого почему-то тоже тревожится вместе с ним и обнимает крепко, поглаживая по голове и нашёпывая что-то успокаивающее и тёплое. Подушка так не умеет, это Илья. Стоп. Это Илья! Это Илья..? Это Илья. Блондин подскакивает, извиняется, отворачивается, прячет румянец и параллельно думает о том, что весь свой тревожный сон видел на плече у Ильи. Вины темноволосого в кошмарах нет, но как-то особо стыдно перед ним. Выглядит абсолютно идентично с ангелом, как во сне, так и просто на памяти. Значит, это правильный Илья? Он не опозорился, не перепутал его? — Прости меня... — Коломиец ещё больше отворачивается от друга и прячет раскрасневшиеся щеки. — Всё хорошо. Ты спал очень неспокойно, расскажешь, что снилось? — Прости, но нет. Мои личные проблемы, не смогу поделиться. — С каждым словом говорит всё тише, желая исчезнуть прямо на месте.       Тема закрыта. Денис молча собирает свои вещи, сотню раз благодарит Илью за гостеприимство, обнимает против своего стеснения и уходит. Переживает, что кошмар опять приснится. Максимально неприятное ощущение на душе. Заставил волноваться того, кто о нём думать должен по минимуму, хоть и хотелось всего максимума. Не привык к такому желанию. Ангелу такого не разрешалось, а теперь... Можно восполнить все свои мечты в сторону Ильи за 23 года существования. Все молчаливые объятья, разговоры на темы, которые святому не шибко понравились бы, поцелуи. Коломиец молча и как можно тише заходит в палату и проходит к своей кровати. На этот раз все соседи на месте и спят. Денис лёг на скрипучую кровать и не разбудил всю больницу, так что это уже праздник. В ТикТоке даже не сидит больше, кладёт вещи в тумбочку и засыпает.

***

— Денис... Дени-и-ис..! Светловолосый нехотя открывает глаза и видит перед собой Никиту, желая сразу же закрыть их обратно. — Нет. — Голубоглазый отворачивается и засыпает. — Ну и ладно, я съем твой завтрак. — Но этого собеседник уже не слышит.

***

      Завтрак был час назад. Коломиец успешно проспал его и своё свободное время на посиделки в телефоне. Остаётся подрываться с кровати и одеваться, ковыляя на костылях до заветного рентгена. Женщина там сегодня особенно злая, чуть ли не лает, пока пытается объяснить, как положить ногу. С готовым снимком надо подойти к хирургу. Ага, может, ещё к урологу зайти для галочки, к неврологу, вдруг с нервами что-то не то? И к кардиологу обязательно. Несмотря на возмущения, голубоглазый узнаёт, что всё у него хорошо, и коррекция ему больше не нужна. Шесть дней и можно будет поехать домой. Но они больше не смогут видеться с Ильёй ежедневно... И смогут ли видеться вообще? В этой реальности у него может быть работа с графиком 5/2 и занятость на десять часов в сутки. Вот без кого угодно, но без Корякова... Денис не выживет. Ладно, нет, выживет, конечно, но дни будут очень длинными и скучными. Не хочется, чтобы было так. Выходя из кабинета, пытается осознать себя, а в итоге стоит как последний дурак спиной к кабинету с пустым взглядом, костылями и бумажками в руках. На скамейке напротив замечает знакомое лицо. Угадайте кто? Нет, не угадали. — О, привет, че как ты? — Никита улыбается и машет рукой, здороваясь. — Не ожидал тебя тут увидеть... Привет, вроде хорошо, шесть дней лежать осталось. — Денис округляет глаза, но отвечает позитивно. — Сочувствую, я завтра уезжаю уже. — Сосед вздыхает довольно и хвастается своей свободой. — Как завтра? — Коломиец ещё больше тухнет. Хоть они и не особо общались, потеря почти единственного возможного собеседника бьёт больно. — Бросаешь меня?       Голубоглазый пытается отшутиться, и у него получается. Никита напоминает, что скоро у них обед, на который сам не придёт, поэтому младшему придётся поспешить.

***

      Суп с капустой, как обычно, не очень вкусный, но имеет свою атмосферу.Лапша с сосиской и какой-то сомнительный чай тоже относятся к этому комментарию. Без любого собеседника сидеть очень скучно и грустно, но и с зеком напротив общаться, наверное, не легче. Где там Илья?.. Он придёт? Надо написать. >Денис «привет» «ты придёшь? твой суп ждёт тебя» «я, конечно, тоже, но я хотя бы не остыну»       Ответ приходит почти моментально.

Илюшенька, больше не ангелок<

«Не жди меня, пожалуйста, я плохо себя чувствую, в палате поем.»

      От этих сообщений за километр пахнет холодом и ложью. Не хочет видеться? Почему так, интересно. Нет... Только не... Ебучий сон. Не надо было. Почему так вообще вышло... Как он себе позволил?! В палате будет спать и винить себя.

***

— Ну мы же не близкие друзья, чтобы всё так было... — Илья пытается поговорить с мягкой игрушкой в виде какого-то кривого фиолетового кота. — Может, он даже другом меня не считает, а я сразу так...       Эта попытка поговорить с мягкой игрушкой за время пребывания в больнице не первая. Коряков не знает, с кем говорить, кроме Дениса. Все вопросы можно было бы задать этому самому Денису. Любая тема, любой момент, любое действие. Кроме самого Дениса, кроме тактильностей с Денисом, которые вызывали неоднозначные чувства последний день, и кроме действий Дениса. — Спал же, зачем так резко реагировать? Мне же несложно. Может, он боится чего-то? Травма детская, оттолкнули однажды, вот он и шугается... А если просто я ему не нужен? Кому я тогда вообще сдался? Меня же наверняка и дома никто ждать не будет. Я ещё полез к нему обниматься... Ой, Илья, да ты герой, он прям успокоился от твоих прикосновений! — на последней фразе темноволосый начал двигать игрушкой, будто это говорит она.       Сбивает с мыслей уведомление. Кому он пригодился? Никому, кроме Дениса. Скоро и Денису не пригодится, останется вообще один.

Дениска, моя берёзка.

      Нет. Очень не хочется отвечать. Отмахнуться надо, чтобы точно не захотел прийти. Пусть уж лучше сейчас поймёт, что такой немногословный друг ему не нужен, чем потом, когда этот самый друг не сможет жить без него.       Не скучай по мне, пожалуйста.