25 days to you

Оливер с трудом разлепил глаза, услышав настойчивый стук в дверь. Он лениво потянулся, пытаясь сообразить, кто мог прийти к нему так рано. В голове мелькнули мысли: может быть, это консьерж дома? Или сосед, который вечно что-то забывает? Но стук повторился, на этот раз более громкий и нетерпеливый. — Ладно, ладно, я уже иду! — проворчал Оливер, накидывая на себя халат и нехотя плетясь к двери. Открыв её, он замер на пороге. Перед ним стоял высокий, стройный мужчина с густыми каштановыми волосами, которые уже начали слегка седеть у висков. Выразительные карие глаза чуть недовольно смотрели на Оливера. На лице была аккуратная щетина, придающая ему слегка брутальный вид. Из под чёрной мантии виднелась рубашка с жилетом и классические брюки. За ним, переминаясь с ноги на ногу, стояла женщина среднего роста, с изящной фигурой и тёплой улыбкой, которая мгновенно сняла его сонливость. Её светлые, почти золотистые волосы были уложены в аккуратную причёску. В руках она держала тёмно-зелёное пальто под цвет своих глаз, оставаясь в строгом чёрном платье и туфлях на небольшом каблуке — Мама? Папа? — удивлённо произнёс Оливер, протирая глаза. — Что вы здесь делаете? Вы же должны быть во Франции! — Мы решили навестить тебя, сынок, — радостно воскликнула миссис Вуд, протягивая руки для объятий. — Нам прислали порт-ключ, и мы не смогли упустить такой возможности! — Порт-ключ? — Оливер нахмурился, пропуская родителей в дом. — Кто его прислал? — Мы не знаем, — ответил мистер Вуд, снимая шляпу и оглядываясь вокруг. — Он просто появился у нас на пороге с запиской: «Для родителей Оливера Вуда. Воспользуйтесь, чтобы навестить сына». Ну, мы и воспользовались. Оливер почувствовал лёгкую тревогу. Кто мог отправить его родителям порт-ключ? Он не ожидал их визита, и уж тем более не сообщал никому, что хотел бы, чтобы они приехали. — Ну, это... неожиданно, — сказал он, пытаясь скрыть своё замешательство. — Но я рад вас видеть. Проходите, садитесь. Я приготовлю чай. Пока Оливер возился на кухне, его родители устроились в гостиной, продолжая рассказывать о своём внезапном визите. — Мы так давно не виделись, Оливер, — сказала миссис Вуд, с теплотой глядя на сына. — Ты так редко пишешь. Мы давно хотели навестить тебя, но никак не получалось подстроить все графики. — Всё в порядке, мама, — ответил Оливер, ставя на стол поднос с чашками. — Просто я был занят работой, тренировками. Вы знаете, как это бывает. — Ну, теперь мы здесь, и у нас есть время поговорить, — сказал мистер Вуд, подмигнув. — Кстати, а кто эта блондинка, с которой тебя видели в Хогсмиде? Ты нам ничего не рассказывал! Оливер чуть не поперхнулся чаем. Неужели Скайтлер успела состряпать статью, а родители каким-то чудом её прочли? — Ничего серьёзного, — смущённо пробормотал он. — Ничего серьёзного? — подхватила миссис Вуд, с интересом наклоняясь вперёд. — А почему ты тогда так краснеешь, сынок? — Вы ведь знаете, как пресса любит раздувать из мухи слона, — Оливер чувствовал себя провинившимся первогодной. — Ну, если это «ничего серьёзного», то почему ты так нервничаешь? Может, она тебе нравится? — подловил его отец. Оливер вздохнул, понимая, что от родителей не скроешься. В этот момент он мысленно благодарил судьбу за то, что журналистка из «Спеллы» не оказалась здесь вместе с ними. Но вопрос о том, кто прислал порт-ключ, всё ещё не давал ему покоя. Кто-то явно хотел, чтобы его родители оказались здесь. Но кто? И зачем? — Сынок, мы просто хотим, чтобы ты был счастлив. И если эта девушка делает тебя счастливым, то мы будем только рады, — мягко добавила мама. — Ладно-ладно, я вам всё расскажу. Методы Милены Вуд были более рабочими, чем у Миры Скайтлер.

━━━━━━━◌•◌━━━━━━━

Они прогулялись по магловскому Лондону (Оливер поблагодарил Мерлина, что его маму не понесло по магазинам), посетили несколько маленький музеев и плотно пообедали в ресторане местной кухни. — А что, если мы навестим наш старый дом? Мы ведь покинули его в такой спешке, даже не успели как следует попрощаться. Может, стоит взглянуть, что с ним стало за эти годы? — предложил Эдмунд. — Да, это было бы замечательно. Я часто думаю о том доме. Столько воспоминаний связано с ним, рука до сих пор не поднимается продать, — миссис Вуд поддержала мужа. Старый дом Вудов находился на окраине небольшой деревушки, окружённый густым лесом. Это был двухэтажный дом из тёмного камня, с высокой крышей, покрытой мхом, и большими окнами, которые когда-то пропускали много света. На фасаде ещё виднелись следы магических защитных символов, которые Эдмунд нанёс в те тревожные времена. Сад, когда-то ухоженный и цветущий, теперь зарос дикими кустами и высокой травой. Каменная дорожка, ведущая к входной двери, почти полностью скрылась под слоем земли и листьев. Когда они вошли внутрь, их встретил запах пыли и старого дерева. Интерьер дома сохранил следы былого уюта, но время и забвение оставили свой отпечаток. Большой камин в гостиной, который когда-то согревал семью холодными вечерами, теперь был покрыт слоем сажи. На стенах висели старые семейные фотографии, слегка пожелтевшие от времени. Диван и кресла, затянутые в ткань с цветочным узором, выглядели потрёпанными, но всё ещё хранили воспоминания о вечерах, проведённых вместе. Кухонный стол, за которым они завтракали, всё ещё стоял на своём месте. На полках осталась старая посуда, а на стене висел календарь, застывший на том самом году, когда они уехали. Оливера поспешил на второй этаж, где располагалась комната, в которой он вырос. Стены были украшены постерами с квиддичными командами, а на полке стояли игрушечные мётлы и мячи для квиддича. Кровать с покрывалом в цвета Гриффиндора выглядела так, будто её только что заправили. — И почему я не вернулся сюда? — найти ответ на свой вопрос Оливер не смог. Проведя ладонью по комоду, что стоял у двери, парень неспешно вернулся вниз. — Помнишь, Оливер, как ты в первый раз попробовал летать на метле? Ты был так уверен, что сможешь сразу взлететь, как профессионал. Но вместо этого врезался в дерево! Мы тогда с твоей мамой чуть не поседели от страха, но ты встал, отряхнулся и сказал: «Это ничего, я просто тренируюсь!» Родители за это время успели снять защитную ткань с дивана и расположились на нём, предаваясь воспоминаниям. — А помнишь, как ты однажды решил устроить «магический цирк» для нас? Ты нарядился в плащ, который был тебе явно велик, и пытался показывать фокусы. Но вместо этого уронил вазу с цветами, и она разбилась вдребезги. Ты тогда так испугался, что спрятался под столом и отказался выходить, пока мы не пообещали, что не будем ругаться. — Мама, я совсем забыл об этом! Вы тогда сказали, что это был «особый фокус», чтобы ваза исчезла. Я поверил и гордился собой весь день, — Вуд стеснительно покраснел. Пусть дом сейчас утопал в слоях пыли, Оливер всё равно чувствовал, что здесь он находится на своём месте, а не как в его роскошной квартире. — А помните, как мы однажды всей семьёй пытались испечь торт на день рождения мамы? Папа решил, что сможет сделать всё сам, без магии, и в итоге у нас получился огромный ком теста, который даже не пропёкся. Мы тогда ели его с вареньем и смеялись до слёз. — Да, это был самый ужасный торт в моей жизни, но и самый вкусный, — женщина сжала ладонь смутившегося мужа. — Эдмунд, можешь быть уверен, сейчас твои кулинарные навыки на высоте. — Только с помощью магии, — буркнул глава семейства. — Знаете что? — Милена внезапно подскочила с дивана. — Давайте приберёмся здесь. Хотя бы немного. Нельзя оставлять дом в таком состоянии. Это же наша история, наша память. И, кто знает, может быть, однажды мы сюда вернёмся. — Почему бы и нет? Это будет как возвращение в прошлое, только с веником и тряпкой в руках, — Эдмунд всегда был примерным мужем и поддерживал любую идею жены. — Ладно, давайте сделаем это. Только, чур, я не мою окна — помню, как в детстве это было моим самым нелюбимым занятием. Семья разделила обязанности: Эдмунд взялся за сад, вооружившись магическими заклинаниями, чтобы подрезать кусты и убрать сорняки. Элеонора занялась внутренними помещениями, а Оливер вызвался помочь с гостиной и своей старой комнатой. Много чего им удалось вспомнить. Эдмунд, найдя старую садовую скамейку, представил, что сейчас один из тех летних вечеров, когда они сидели под яблоней на этой самой скамейке и смотрели на звёзды. Милена, избавившись от пыли на фотографиях, что висели на стене, с улыбкой рассматривала запечатлённые моменты. Первый полёт Оливера, первая поездка в Хогвартс, их колдо с Эдмундом в юности. Она даже нашла старый сундук, в котором хранились семейные реликвии: детские рисунки Оливера, его первые школьные письма из Хогвартса и даже маленькая игрушечная метла. Миссис Вуд поделилась воспоминанием, как однажды Оливер решил, что сможет приручить сову, которая залетела в сад. Мальчик целый день бегал за ней с куском хлеба, а она только смеялась над ним своим совиным криком. В итоге Оливер вернулся домой весь в листьях и с гордым видом сказал: «Она почти согласилась быть моей!» — Да, я тогда был уверен, что стану великим укротителем сов, — отсмеялся Вуд. Помогая жене с уборкой на кухне, Эдмунд вспомнил очередной случай, который вогнал Оливера в краску. — Летом перед первым курсом ты решил, что сможешь приготовить зелье по учебнику. Ты тогда чуть не взорвал кухню! Мы с твоей мамой прибежали на шум и увидели тебя, стоящего в облаке дыма, с лицом, вымазанным в чём-то зелёном. Ты сказал: «Это был эксперимент!» — Да, и потом ты ещё неделю ходил с зелёными волосами, потому что зелье оказалось стойким. Мы тогда смеялись, но ты был так серьёзен, будто это было частью твоего плана, — подлила масла в огонь миссис Вуд. — Родители! — возмутился Оливер. — Я был мал и глуп, у меня было множество увлечений. К вечеру дом преобразился. Сад снова стал уютным, гостиная светлой и чистой, а комната Оливера избавилась от ненужных слоёв пыли. Семья села на старую садовую скамейку, наслаждаясь результатами своего труда. — Даже если мы здесь больше не живём, всё равно приятно знать, что такое важное место в чистоте и порядке, — миссис Вуд положила голову на плечо мужа. — Может быть, у вас получится приезжать сюда время от времени? — с надеждой предложил Оливер. — Или ты в него вернёшься, — сам того не зная, мистер Вуд озвучил мысль сына, которая поселилась у него в голове. — Понимаю, что ты у нас звезда, сынок. Но та квартира будто не для тебя. Разве что, твой квиддичный уголок в спальне. — Возможно, ты прав, отец. Порт-ключ сработал в девять вечера прямо из квартиры Оливера. Они обменялись рождественскими подарками (как хорошо, что Вуд успел его вчера купить, упаковать и прикрепить к нему письмо). В отдельном пакете от родителей было несколько бутылочек вина их производства, а маленькую коробочку ему сказали открыть именно на Рождество, чтобы был сюрприз. Оставшись один, Оливер, наконец-то, вернулся к своим размышлениям о том, кем же был загадочный отправитель порт-ключа. Ответ нашёлся в записке, что валялась на полу у прикроватной тумбочки:

«Задание на сегодня, капитан Олли, провести время с семьёй. Благодарности примем, когда встретимся на рождественском ужине в Норе,

щедрые близнецы Уизли.»