Эммет против плюшевого мишки

Вампирская защита дома прошла успешно, и Гарри был чрезвычайно горд звукоизоляционными заклинаниями, которые теперь составляли интерьер дома. Он с удовольствием замечал, как звуки улицы и даже шум, который раньше пробивался через стены, теперь не доставляют ни малейшего беспокойства. Теперь оставалось только защитить от вампиров все остальное, и это, конечно, было не менее важным, чем стены.

***

— Гарри? — спросил Эдвард, входя в гостиную, но внезапно застыл на месте. Его глаза расширились от удивления, и он не мог скрыть выражение изумления на лице. Сцена, которую он застал, была… ну, скажем так, неожиданной. —… — Почему Эмметт борется с мягкой игрушкой… и проигрывает? — его голос, хотя и был полон недоумения, не мог скрыть легкой усмешки, которая всё-таки вырвалась наружу. Гарри, осознавая, что его наивная затея привела к такого рода последствиям, не мог не улыбнуться своему возлюбленному с невинным видом. Он знал, что Эдвард, как всегда, будет снисходителен, но и не сможет удержаться от улыбки, увидев всю эту картину. — Потому что я поспорил с ним на пять долларов, что он не сможет его разрушить, — ответил он, едва сдерживая смех. Элис не смогла удержаться и рассмеялась, она так сильно захохотала, что едва не потеряла равновесие, обнимая Джаспера, чтобы не упасть. Джаспер тоже едва сдерживался от смеха, его лицо выдавало, что он не может не поддержать веселье. Эдвард вновь повернулся к сцене, в которую он только что вошёл, и его лицо раскрыло едва заметную улыбку. Он покачал головой, наблюдая за Эмметтом, который пытался сражаться с невинным плюшевым медведем. — Что ты с ней сделал? — спросил он, не в силах сдержать любопытство. Гарри с улыбкой взглянул на него и ответил, не скрывая гордости. — Я её антивампирски защитил, — сказал он, явно довольный проделанной работой. Он был рад, что его усилия не прошли даром. Эдвард, глядя на Гарри с выражением заботливого раздражения, вздохнул, но Гарри не мог не заметить в его взгляде также долю восхищения. — Я подумал, что Эсми устала постоянно заменять вещи, и прошёл по дому, сделав так, чтобы всё выдерживало вампирскую силу, но только до определённого предела, — объяснил он, как бы оправдываясь. — Всё ещё можно сломать, но ты не сломаешь ничего, если только не захочешь это сделать, — добавил Гарри с задорной улыбкой, жмурясь от удовольствия. Эдвард взглянул на Эмметта, который отчаянно пытался проткнуть медведя кочергой, и его лицо выразило смесь веселья и сожаления. Он не знал, кто из них больше страдает — медведь, или Эмметт, который не мог победить в «битве» с таким чудовищно милым врагом. — О. Кроме этого. Я сделал его специально для Эмметта, чтобы он… эм… поиграл с ним, — сказал Гарри, наблюдая, как Эмметт скручивает с медведя голову, продолжая яростно бороться. Эдвард не сдержал фырканье. Каким-то образом Гарри либо нашёл, либо создал с помощью магии огромного плюшевого медведя. Он был не просто большим — он был гигантским. Пушистый, с милыми глазами, который мог бы стать идеальной игрушкой для любого ребёнка, но не для Эмметта. Медведь был как раз такого размера, чтобы «подходить» гигантскому вампиру, но именно это только раздражало Эмметта. Он, видимо, знал, что чем милее игрушка, тем больше удовольствия доставляет её разрушение. Эмметт испытывал глубокую враждебность к этим милым игрушкам. Каждый раз, когда кто-то приносил одну домой, она редко доживала до утра. Эмметт получал настоящее наслаждение, придумывая новые способы уничтожить их, и никто не знал, как он это делает. Последний медведь несколько часов висел, подвешенный за шею на люстре, с развевающимися наружу тканями, из которых торчали торчащие куски внутренностей… Эмметт издал рычание, пытаясь оторвать медведю голову. Когда это не сработало, он попытался его укусить, словно пытаясь доказать свою власть даже над мягкой игрушкой. Элис, Джаспер и Гарри не могли сдержать смех и в это время смеялись так громко, что почти потеряли дыхание. — Что здесь происходит… — Розали и Эсми, наконец вернувшиеся с шопинга, вошли в дом и были ошарашены тем, что они увидели. Эмметт отпустил медведя и с жалобным рычанием мгновенно оказался рядом с Розали, прячась за ней. Он выглядывал из-за её плеча, чтобы зарычать на игрушку, словно она была настоящим врагом, угрожающим его имиджу. Розали мигнула, затем облегченно вздохнула, покачав головой. — Гарри? — спросила она с немного усталым, но всё же сочувствующим взглядом. — Хм? — Гарри, улыбаясь, посмотрел на неё. — Неужели ты всегда должен его дразнить? — Розали не смогла скрыть лёгкой улыбки, хотя её лицо всё ещё выражало лёгкое недоумение. — …Да, — с улыбкой ответил Гарри, наблюдая, как Эмметт всё ещё нервно покачивается, готовый снова броситься в бой с медведем, несмотря на свое явное поражение.