Биение сердца

      Хрупкие снежинки создавали витиеватые узоры в воздухе и плавно опускались наземь. На окнах мороз вырисовывал лишь ему одному понятные картины, а во дворе лежали кучи снега вокруг аккуратно расчищенной дорожки.       Принц всё бродил из стороны в сторону, наводя порядок, лишь изредка останавливаясь, чтобы заглянуть в окно и проверить, не вернулся ли муж. Собиратель цветов рано утром ушёл в лес нарубить дров и до сих пор не вернулся.       Дрова нужны были для камина, что прекрасно вписывался в спальную комнату молодых людей. При строительстве нового храма Водных каштанов, жители деревни заранее позаботились о Даосе и его спутнике. Ведь им не понаслышке знать, какие суровые тут бывают зимы.       В доме действительно было холодно. С утра это было не так заметно, ведь принц до последнего нежился в объятиях супруга не желая, никуда его отпускать и пытаясь убедить, что ему не привыкать, да и не так уж холодно. Конечно, его не послушали. С тех пор, как они стали жить вместе, Хуа Чен всё пытается приучить возлюбленного заботится о себе и своём состоянии. Пытается объяснить, что это очень важно, и всегда хвалит принца за не слишком удачные попытки. Поэтому в вопросе о комфорте Се Ляня он очень строг и зачастую неслушает его отговорок.       Послышался лёгкий скрежет, и дверь отвалилась. Принц тут же направился ко входу. Встретить супруга.       — С возвращением, — отозвался он, только выглядывая из-за угла. Князь демонов в облике Сань Лана лишь тепло улыбнулся на это.       У Хуа Чена до сих пор была привычка постоянно сменять облик. Хоть Се Лянь не раз убеждал его, что «я буду любить тебя, в каком бы обличии ты не был, но знай, настоящий ты для меня всегда будешь ближе». Поэтому, когда они были наедине, он всегда использовал только истинный облик. В деревне же он использовал облик юноши, чтобы не пугать горожан, что уже привыкли и привязались к Сань Лану. Поэтому сейчас, с растрёпанными волосами и румяными от мороза щеками, он выглядел до одури мило.       Се Лянь подошёл ближе, внимательно сканируя образ возлюбленного. Он любил смотреть на запыхавшегося Хуа Чена в облике юноши, зная, как быстро сейчас бьётся его сердце. Конечно, Се Лянь уже привык к мёртвой тишине в груди супруга, но иногда было так приятно собственным телом почувствовать биение сердца дорогого тебе человека.       Пока принц летал в облаках, Хуа Чен стряхнул с себя снег и облачился в истинный облик. Быстро поцеловав застывшего возлюбленного в макушку, он с дровами на руках пошёл к камину. Растопив его, помещение начало нагревается. А со спины к нему подошёл Се Лянь, И он обернулся, поднимаясь с колен.       Принц, до сих пор не привыкший к такой заботе, подошёл ближе и положил свою ладонь на грудь супруга, заглядывая ему в глаза. Хуа Чен улыбнулся ему в ответ, и Се Лянь было потянулся за поцелуем, но замер. Под своей правой ладонью он почувствовал странное и уж было решил, что ему показалось, но это повторилось вновь. Несколько ещё неуверенных ударов превратились в отчётливое сердцебиение. Се Лянь ещё несколько секунд простоял, неморгая, смотря на мерно вздымающуюся грудь возлюбленного и свою ладонь на ней. Он поднял свой сверкающий взгляд и произнёс одно не верящее:       — Сань Лан... — После чего его губы накрыли в трепетном поцелуе.       Рука Се Ляня всё так же оставалась лежать на груди демона, даже когда он притянул принца ближе, мягко сминая лепестки его губ. Отстранившись, он снова посмотрел на свою ладонь и нежно улыбнулся, поднимая голову и прикрывая глаза, наслаждаясь мерным стуком чужого сердца. Прекрасно понимая, что демон сделал это намеренно, зная, как супруг любит касаться и ощущать его жизнь в облике юноши, от этого стало ещё приятнее. Хуа Чен тем временем поддерживал его возле себя за талию и, подняв свободную руку, аккуратно прижал голову принца к своей груди. Се Лянь замер, после чего, вздохнув, прижался ещё ближе. А демон, не отпуская его талии, второй рукой стал медленно поглаживать по спине и волосам, иногда подцепляя пряди и играя с ними.       Так и стояли в объятиях друг друга сплетённые красной нитью судьбы души. За окном уже стемнело. Камин тихо потрескивал, отбрасывая причудливые тени. А теплом, затопившим душу бога и демона, можно было победить любой мороз.