Ральф

Ральф уезжает в отпуск. Уходит в Наружность. Навещает семью, Старых друзей. Звонит своей школьной любви. Курит. Ходит по барам. Смотрит кино. Гуляет по паркам. Мир так огромен в сравнении с Домом. Знакомится с женщиной. Встречается с бывшим Сокурсником. Курит. Молчит. Смеется некстати. Говорить ему не о чем с ними. Он не привык к таким разговорам. Мать звонит вечером: «Да когда же ты женишься, Тебе уже сорок, Пора бы остепениться, Мне хочется внуков. Заехал бы, стареет отец». Он вешает трубку. Он ничего не хочет. Наружность серее знакомых стен. Он ходит по улицам, На солнце щурится. Курит. Вечером пьет. А ночью приходит Лось. «Как же, дружище, Ты мог их бросить? Как там Слепой? Такой же угрюмый, Хоть чуточку вырос? Что там Кузнечик? Как Волк? Как Сиамцы? Ты не бросай их, старик. Мы должны быть мудры и спокойны, Как боги. Кто, если не мы? Они совсем еще дети. Им нужен кто-то. Кто-то большой и сильный, Кто прикроет широкой ладонью, Разгонит кошмары, Расскажет сказку, Может быть, даже поставит в угол. Кому я доверю их?» Ральф закрывает глаза. Затыкает уши. Он устал от них. Он напуган И хочет покоя. Эти детишки, Эти цветочки Выпили всю его душу, В нем ничего не осталось. Здесь ему сорок, В Доме — сто двадцать. Может, и больше. Он разучился считать. Он курит, бродит по улицам. Смотрит на желтые листья. И пьет слишком много. Людям с ним скучно. Он говорит только о Доме. Стадо уродцев, Страшные сказки, Серые стены — Кому это нужно? «Как ты мне надоел!» Она — как ее звали? — Одевается и уходит. За окном падает снег. Ральф садится в машину. Только до поворота. До знакомой дороги. До силуэтов Расчесок. Только до двери… Дом улыбается. Дом открывает двери. Дом встречает его тишиной. Редкий подарок. «Здравствуй, дружище», — Говорит ему Ральф.