no more patience

Прохладный ночной воздух ударяет Им Нари́, как пощечина. Сынмин может заметить, как быстро поднимается и опускается женская грудь, когда Ри глубоко вдыхает, надеясь прогнать туман из своего разума. Как она кое-как стоит, покачиваясь на ногах. Как она морщится, скорее всего, от дискомфортных ощущений в голове. Градусы алкогольных напитков ударили в голову, поэтому он перемещается и встаёт немного впереди, будто выступая в качестве барьера. Его присутствие становится молчаливым напоминанием о продолжающемся беспокойстве. — Ты как? Нари переводит расфокусированный взгляд чуть выше, приподнимая голову из-за разницы в росте. — Я в порядке. Вот только мы ушли из клуба, даже не предупредив Сумин. Нельзя так делать на чужом дне рождения. Тот наклоняет голову чуть ниже, чтобы точно разобрать невнятную речь. — Она поймёт, уверен. А вообще тебе стоило держать себя в руках. — Не так уж много я выпила! — протестует громким, нетрезвым голосом. — Тогда почему еле стоишь? — он подкалывает, слегка усмехаясь над её шатким положением. — Хватит надо мной шутить, — та обидчиво надувает губы и бросает хмурый, поддатый взгляд. Уголки мужских губ приподнимаются в очередной усмешке, но немного позже его взгляд становится серьёзнее. — Тебе небезопасно ехать одной в такое время и в таком состоянии. Я вызову нам такси и провожу тебя до дома, хорошо? — его голос становится мягче, давая понять, что он не позволит ей рисковать своей безопасностью или благополучием. Студентка слегка кивает и отводит хмельной взгляд в сторону, пока Мин достаёт телефон, задумываясь о том, что могло бы случиться с ней, не будь его сейчас рядом. Он встряхивает голову, стараясь избавиться от дурацких мыслей, и переводит внимание на экран телефона. Быстро заказывает первое попавшееся такси, а затем убирает мобильник в задний карман брюк. Позже устало выдыхает, проводя пальцами по волосам, и опять устремляет вид на пьяную подругу, стараясь не упускать из виду. Холодный ветер обдувает кожу и она сжимается, пряча пальцы в рукавах пиджака, чтобы согреться. Но от этого легче не становится. Волосы слегка развиваются, путая несколько локонов, сонные веки прикрывают глаза, а стройные ноги немного дрожат, то ли от холода, то ли от недавно осушенных стаканов залпом. Ким скользит оживлёнными глазами по её силуэту и внимательно изучает уже и так до боли знакомые черты. Он жаждет прикоснуться ладонями к порозовевшим щекам, откинуть спутанные пряди со лба, попробовать запретную сладость губ и просто держать Им так близко к себе, как только возможно. Очарованный взгляд, запечатлённый на ней, выдаёт все его скрытые чувства без остатка. Он готов поклясться, что если бы кто-то сейчас увидел, как он смотрит на неё, то несомненно бы подумал, что Ким Сынмин по уши влюблён. И он бы не стал этого отрицать, ведь сам прекрасно знает, что это правда.

~🪩~

Неоновые огни переливаются в помещении, танцующие тела совершенно незнакомых людей двигаются в ритме музыки, смех и радостные крики смешиваются с ударами баса, создавая некую симфонию. Кто-то танцует, завязывает новые знакомства, а некоторые находят уют в душевных беседах. Всё это подпитывает атмосферу ночного клуба, куда каждый приходит расслабиться и отвлечься от проблем. За барной стойкой бармен ловко смешивает коктейли и алкогольные напитки, наполняя стаканы разными цветами и искрящейся пеной. Люди поднимают бокалы за дружбу, любовь или просто за то, что наконец удалось отдохнуть после рабочей недели. Каждый глоток добавляет им уверенности и удовольствия. Прикрыв глаза, Им Нари сидит уютно развалившись на диване, совершенно не обращая внимания на оживленных друзей веселившихся рядом. В руках у неё находится стакан с со́джу, который вскружил ей голову и помутнил рассудок ещё час назад. Она даже не планировала толком напиваться, но безжалостные подначки друзей, которые с каждым разом становились настойчивее, вынудили выпить больше, чем она собиралась. Сумин, одна из её близких подруг в университете, собралась отмечать свой день рождения в клубе, и, разумеется, позвала большую компанию друзей, в которую входили одногруппники, ребята с других факультетов и конечно же сама Нари. Студентка обрадовалась такой возможности оторваться и с уверенностью приняла приглашение. Это было именно то, что она искала — возможность забыть о повседневной рутине и просто насладиться жизнью. Тем более в окружении знакомых ребят. Теперь её лучшему другу приходится наблюдать, чтобы она не влипла в неприятности, будучи под воздействием алкоголя. Ким Сынмин – единственный, кто остался самым трезвым из всех. Он устало обводит глазами многолюдное помещение, постукивает пальцами по стакану с алко и делает нерешительный глоток, чтобы не казаться занудой в глазах друзей. Половина из них уже напились и похрапывают на диванах с мягкой набивкой, а кто-то блюёт в туалете от переизбытка спиртных напитков в желудке. Вот только его совсем не интересует, чем сейчас заняты другие. Его взгляд прикован только к одной девушке этим вечером. Ещё пару минут назад Ри делала передышку и распрастершись лежала на красном сидении, а теперь за ней уже не уследить. Каждое её движение выглядит легким и непринужденным, словно она не замечает ничего вокруг, кроме друзей и их общего веселья. Смеясь, она рассказывает забавные истории, иногда запинаясь в словах, но остальные лишь с пониманием кивают, полностью погружаясь в разговор. Глаза девушки искрятся от веселья, а щёки слегка краснеют от градусов в крови и эмоций. Она иногда наклоняется к ребятам напротив, чтобы громким шёпотом поделиться очередной глупой мыслью, после чего всех охватывает взрыв смеха. Однако Сынмин не участвует в диалоге. Он просто наблюдает со стороны, анализируя поведение, эмоции и каждый поступок девушки. Он делает так всегда. Каждый раз, когда Им погружена во что-то с головой или чем-то очень увлечена, Ким аккуратно, незаметно поглядывает на неё, стараясь не быть замеченным. Он внимательно изучает её внешность, повадки, характер и всякие непримечательные детали, пока та занята и даже ничего не подозревает. Поэтому видеть Нари в таком состоянии, слегка неуклюжей и раскрепощённой, для Мина непривычно, но выгодно. Он может рассматривать её с головы до ног, без страха быть пойманным на «горячем». Может любоваться её растрёпанными волосами, которые лежат на изящных плечах и создают эффект лёгкой небрежности. Пухлыми губами, слегка приоткрытыми, будто она хочет сказать очередную пьяную глупость. Манящими изгибами тела, на которые он никогда бы не смел смотреть так долго в её трезвом состоянии. Если бы не этот проклятый обтягивающий топ и короткая кожаная юбка, то он бы ни в коем случае не залипал на неё дольше, чем следует. По крайней мере он так предполагает. Сынмин осторожно помогает Нари лечь на кровать, его руки задерживаются на мгновение дольше, чем необходимо, пока он подкладывает подушку ей под голову. Темноволосая уже прикрывает глаза, располагаясь в комфортной позе и отрубаясь почти моментально. Сидя на краю кровати, Ким устало потирает переносицу и делает глубокий выдох. После тяжёлого вечера в клубе и долгой дороги до дома Ри, неудивительно, что силы уже начинают покидать его. Поэтому недолго думая, он всё же решает разрушить тишину, надеясь, что та услышит хотя бы что-то. — Думаю тебе надо хорошо выспаться. Если что-нибудь случится, то звони, я приеду. С этими прощальными словами Мин встаёт, его глаза в последний раз впиваются в образ девушки, прежде чем повернуться к кровати спиной. Ему становится тоскливо, но он понимает, что чем больше моментов разделяет с ней, тем сильнее хочется, чтобы они повторились. Тем более причин что б остаться больше нет, ведь тот сам сказал, что вызовет такси и проводит её до дома. Он выполнил своё дело на отлично и осознает, что томить бессмысленно, пытаясь воссоздать иллюзию того, что может провести с Им больше времени. Он готовится сделать первый шаг навстречу к двери, но неожиданное прикосновение останавливает его на месте. Женская рука слабо обхватывает запястье, будто сейчас вовсе отпустят. От ощущения мягких подушечек пальцев на своей коже по Киму пробегает табун мурашек, начиная с пальцев ног и заканчивая головой. — Сынмин. Всё его тело застывает, но он находит силы, чтобы медленно повернуться. В тусклом свете спальни глаза приковываются к чужим, ища любой знак того, что скрывается за невнятным произнесением его имени. — Я думал ты уже спишь, — докладывает он, пытаясь найти подходящие слова, — Тебе что-то нужно? — нерешительно спрашивает, голос становится едва громче шепота, а некая надежда в груди разрастается с каждой секундой. — Не уходи. — Почему? — Я не хочу оставаться одна..не сегодня. Уязвимость в словах Нари пронзает его защиту, пробудив что-то глубоко внутри. Совсем недавно Ри вела себя, как ребёнок, периодически хамила и грубила. Теперь же она просит побыть с ней. Что на неё нашло? В любом случае слышать полностю противоположный тон в её голосе – большое, но приятное удивление. Он присаживается на край кровати и неуверенно кладёт свою руку поверх чужой, прикосновение легкое, как перо. — Хорошо, я останусь, — обещает с улыбкой. Радостное чувство стремительно растекается в его груди, как лесной пожар. Мину безусловно льстит то, что Им попросила остаться с ней этим вечером. Трезвость этой просьбы уже не волнует, ведь теперь он находит причину, чтобы побыть наедине с той, кого вожделеет. — Спасибо за то, что позаботился обо мне сегодня. — Разумеется, Ри. — Я ценю это. Искренняя забота Сынмина, кажется, достигает Нари даже сквозь дымку алкоголя, его поведение и безусловная поддержка отражается в поступках, которые он совершает ради неё. Ким видит осознание в карих глазах и его сердце колотится быстрее, но именно оно также вызывает волнение. Парень боится, что та однажды раскусит его, узнает то, что чувства к ней выходят за рамки дружбы. Эти мысли заставляют его напрячься, но он старается скрыть свои эмоции за спокойным выражением лица, как делает всегда. Как бы Мин ни мечтал о том, чтобы их отношения стали чем-то большим, чем просто дружба, он знает, что это может разрушить ту связь, которая у них есть сейчас. Сынмин привык быть реалистом, и эта привычка давит на него, как тяжёлый камень. Он прекрасно понимает, что если он когда-нибудь признается ей, или если Им сама узнает о его постыдных желаниях, то эта близкая дружба, основанная на доверии и понимании, может быть потеряна навсегда. Он не хочет рисковать тем, что имеет на данный момент, даже если это всего лишь тень его мечтаний. Сердце разрывается от противоречий, но он не подаёт виду, стараясь быть тем самым верным другом, которым Нари его знает. Брюнетка устало потягивается в кровати и отодвигается на правый край, похлопывая по свободному месту рядом с ней. Ким вопросительно вскидывает брови, не совсем понимая намеков девушки. — Раз ты останешься на ночь, то нужно поспать. — С тобой? — голос становится тише и он тревожно сглатывает, опять задумываясь не о том, о чём нужно. — Можешь конечно на полу, если там удобнее. — Нет, просто... — Не бойся, я не кусаюсь. А жаль. Ужасно неприличная мысль пробегает в голове, заставляя смущённо отвести взгляд в сторону, будто девушка может услышать то, о чём он сейчас думает. Мин опять мысленно ругает себя за то, что не может контролировать глупые фантазии. Он задумчиво проводит рукой по волосам, взъерошивая чёлку, мнётся ещё немного, но в итоге ложится на мягкую поверхность и специально отодвигается на самый край, чтобы случайно не доставить неудобств подруге. Или себе? Ри ехидно усмехается с такого осторожничества и поворачивается на бок, прямо лицом к темноволосому. У того уже начинают потеть ладошки от одной мысли, что они просто лежат в одной кровати и он находится так непозволительно близко с той самой Им Нари, от вида которой его сердце трепещет, дышать становится сложнее, а разум отказывается работать. Сынмин продолжает молча лежать на спине, боясь пошевелиться даже на миллиметр. Просто знает, что если прямо сейчас повернет голову и их взгляды столкнутся, то он окончательно, безвозвратно утонет в её глазах, как делал уже не раз. Мин крупно влип, потому что чувствует себя каким-то влюблённым школьником, который озабочен только мыслями и мечтами о возлюбленной. Самому становится стыдно от этого, но что он может поделать с теми чувствами, которые полыхают в нём? С теми эмоциями, которые вызывает именно эта девушка? Кто он такой, чтобы сопротивляться всему этому?

***

Им сама не заметила, когда именно это произошло. С какого момента Сынмин стал чаще появляться в мыслях? С какого момента она начала замечать в нём детали, на которые раньше даже глазом бы не повела? С какого момента у титула "лучший друг" появились сомнения? Ри никогда не размышляла о друзьях не в том русле, никогда не позволяла себе даже просто задумываться о том, что к кому-то из них может появиться хоть капля симпатии. Особенно к самому близкому приятелю, с которым знакома ещё со старших классов. Однако когда её глаза начали чаще замирать на лице Кима, изучая привлекательные черты, блуждать по широким плечам с неподдельным интересом и любоваться длинными пальцами, то она поняла, что что-то явно не так. Сначала смахнула всё на то, что тот повзрослел, возмужал за пару лет и её просто начал одолевать небольшой интерес к слегка изменившийся внешности. Потом перевела всё на то, что ей вовсе мерещется, и она путает симпатию с обычными добрыми чувствами к другу. Но с каждым разом её убеждения терпели провал, что мешало нормально разобраться в себе. Им чувствовала себя странно, подавленно из-за непонятных ощущений и догадок, о которых задумывалась большую часть времени. Для неё это было неправильно, поэтому приходилось каждый раз обещать себе больше не рассуждать на эту тему, но даже эти общения она не могла сдержать. Не тогда, когда оказывалась в присутствии его. И уж точно не тогда, когда он опять заставлял её чувствовать себя необъяснимо одним лишь своим внешним видом или слишком хорошим отношением. Поговорить с кем-то об этом тоже было не вариантом. Уж слишком высок был риск, что о ней подумают плохо или вообще разболтают кому-то ещё. Только этого ей не хватало. Если бы Мин узнал о её "несуразных" мыслях, то непременно отвернулся, испытав отвращение. Ри была уверенна в этом, поэтому попросту даже не намекала на такие вещи рядом с ним. Со временем она научилась контролировать свои противоречивые чувства и уже даже не зацикливалась на этом так сильно, как раньше. Но несмотря на то, что удалось отвлечься, в глубине души девушка всё равно испытывала неоднозначное "влечение", когда Сынмин уделял ей больше внимания, по-особенному заботился о ней или просто искреннее смеялся. Даже сегодня, коротая время в клубе, Нари ненароком замечала мужской взгляд на себе, и её сердце пропускало больше ударов, чем должно. Она не хотела, но тело само предательски реагировало на изучающие глаза, пока та делала вид, что вовсе не замечает. Только алкоголь помог ей позже забыться и отпустить озабоченные мысли о том, что Мин думает про неё. Ведь Им сексуально нарядилась и ярко накрасилась не только, чтобы произвести впечатление на друзей и незнакомцев, но ещё по причине того, чтобы Ким обратил свой интерес. Ей самой противно от того, что хочется его внимания. Хочется, чтобы он смотрел на неё не как на хорошую подругу, а как на красивую, роскошную девушку. И она жаждет верить в то, что сегодня ей действительно удалось это сделать.

***

Взгляд Нари блуждает по силуэту друга, продолжающего молча лежать, избегая лишнего контакта. Её голова ещё немного кружится, а в глазах лёгкая размытость, так как алкоголь не выветрился до сих пор. Но она всё равно внимательно изучает его профиль, рассматривает знакомые детали и линии в лице, бесстыдно пялится уже несколько минут. Расфокусированный взор совершенно случайно замедляется на широких мужских плечах, а затем переходит на длинную шею и скользит ниже. Она обращает внимание на парочку расстёгнутых пуговиц, которые позволяют разглядеть выделяющиеся ключицы и на то, как тёмная рубашка хорошо подчёркивает изящную рельефность рук. Ри не знает, что конкретно двигает ей в этот момент, но она не беспокоится и всё же решает выпалить то, что на уме прямо сейчас. — Знаешь, а ты выглядишь сексуально в этой рубашке. Странно, что я раньше не заметила. У Сынмина вырывается испуганный вздох от смелого заявления, его сердце подскакивает к горлу, а слова Им повисают в воздухе. Ему приходится с трудом сглотнуть, чтобы вернуть самообладание. Внезапный прилив жара к щекам резко контрастирует с холодным спокойствием, которое он сохраняет до сих пор. — Кмкх, спасибо... — бормочет он, наконец поворачивая голову к ней. И вот опять он совершает ошибку, посмотрев в хитрые, пленяющие глаза. Он чувствует, как пульс учащается от одного её чарующего, играющего взгляда. Ни одна девушка в мире не заставляет его чувствовать то, что заставляет Нари одним своим существованием. Ни одна из них не может возбудить его так, как Нари возбуждает одним своим присутствием. Он зависим от этих ощущений. Он зависим ей. Но даже несмотря на это, Ким понимает, что нельзя слепо верить её глазам, словам и поведению на данный момент. Сейчас он может быть убеждён в том, что она говорит правду, а на следующий день Ри даже ничего не вспомнит и он останется в дураках. — Знаешь, не обязательно говорить такие вещи, когда ты пьяна, — поддразнивает он слегка, и на его губах мелькает тень улыбки, несмотря на волнение, пронизывающее его. Не отрывая от подруги глаз, интенсивность его взгляда красноречиво говорит о желаниях, которые он пытается подавить. Будь девушка трезва, она бы несомненно распознала б это, но, к счастью или к сожалению, состояние не позволяет ей. — Хочешь сказать, что я вру? — с хмельным тоном в голосе яхидно приподнимает уголки губ. — Хочу сказать, что потом тебе будет стыдно за свои слова. — А что если нет? — Не смеши. — Я и не пытаюсь. Ты правда сегодня по-особенному красив. Брюнетка совсем теряет рассудок и, слегка приподнимаясь на локтях, продолжает пытать другого неприличными выражениями. — Ты затрудняешь для меня сохранение приоритетов, когда так убедительна. Нари не очень понимает, к чему клонит друг и о каких приоритетах говорит, поэтому просто слегка посмеивается, принимая высказывание за шутку. — Но я полагаю, что должен винить алкоголь, а не тебя. — А? Ким бесстыдно переводит взгляд на приоткрытые уста, и его пальцы рефлекторно сжимаются на матрасе, жаждя протянуть руку, чтобы убрать прядь волос с лица, погладить изгиб шеи, попробовать вкус этих несмолкающих пухлых губ. — Просто будь осторожна в своих словах и поступках, — мягко предостерегает он. Ри лишь усмехается на просьбу и будто специально наклоняется чуть ближе к чужому лицу. Она ведёт себя инфантильно, до жути желая раздразнить Мина и наслаждается его неловкой реакцией на её флирт, думая, что это просто забава и тот сам начинает входить во вкус. Сначала она специально обводит взглядом губы, а затем проницательно смотрит в глаза, ехидно бросая очередную откровенную фразу. — Может я не хочу быть осторожной с тобой. — Нари, прекрати. — Особенно, когда ты выглядишь так горячо. Нерешительность Сынмина, которая так долго мучала, рассеивается, как утренний туман. Мурашки пронзают его и все рациональные мысли подавляются первобытной потребностью удовлетворить интимное желание, которое разожгли всего лишь пару слов. — Прости, но я не могу. — Не можешь что? — Сопротивляться тебе. Ким поворачивается всем телом и моментально сокращает расстояние. Им бросает шокированый взгляд на него и выставляет руки вперёд, пытаясь остановить. Её пальцы прижимаются к груди, стараясь удержать, но попытка настолько слабая и нелепая, что Мин даже не замечает её. Он прижимает свои дрожащие уста к её и делает первое движение. Его губы касаются в ласке, которая является столь же тонкой, сколь и глубокой, а нежность поцелуя свидетельствует о любви и тоске, которые он носил в себе так долго. В этот момент в голове Ри всплывает куча вопросов, она издаёт удивлённый вздох, наполненный недопонимаем и очень слабо, но всё же сопротивляется. Одна рука Сынмина опускается сбоку, рядом с лицом, а другая на плечо, осторожно прижимая Нари обратно к подушкам, когда он углубляет поцелуй. Его страсть и желание к ней становятся неудержимыми, но в голове подкрадывается противная мысль – переживание о том, что так нельзя, что он нагло пользуется её поддатливым состоянием. Поэтому, разорвав поцелуй, тот умоляющими глазами встречается с чужими испуганными. — Нари, прошу, не сопроивляйся, — голос становится низким, соблазнительным хрипом. Темноволосая одаривает его сомневающимся взглядом, противясь собственным желаниям. — Но это неправильно. — Знаю, но я больше не могу быть правильным. Не тогда, когда с тобой. Он подчёркивает свои слова еще одним нежным, исследовательским поцелуем. Сначала обхватывает верхнюю губу, сминая, а затем оттягивает нижнюю, играясь. Почувствовав, как её губы неуверенно отвечают его, сердце Сынмина ликует, ускоряя ритм, а дыхание сбивается. Ри сама не понимает, как так быстро ей удалось капитулировать. Тревога сразу испаряется, заменяясь только наслаждением, и он смягчает поцелуй, позволяя своему языку пройтись по её рту в чувственном жесте. Мин смакует каждую секунду, упиваясь ощущениями, которые представлял тысячу раз. Сейчас он понимает, что ни одна из его сладких фантазий не сравнится с восхитительной, долгожданной реальностью. Потребность соединиться пульсирует в венах и постепенно отдаёт в пах, а язык скользит, чтобы провести по шву пухлых губ, ища входа и вызывая глубокий стон. В это время Им выгибается в спине от приятных ощущений, и это становится отправной точкой для Сынмина. Её уязвимая реакция вызвает всплеск желания и тот углубляет поцелуй. Язык проникает в чужой рот, чувственно сражаясь с её, пока руки бродят по изящному телу со всё большей смелостью. Мужская кисть замирает над женской грудью и Ким переводит вопросительный взор. Получая одобрительный кивок, ладонью аккуратно обхватывает мягкость через ткань топа, и та приятно прижимается к руке. Он слегка сжимает, а затем аккуратно играется кончиками пальцев, вызывая тихий стон, который заставляет твёрдость напрячься под собственной одеждой. Потом находит край топа и начинает медленно приподнимать его, внимательно следя за чужой реакцией, чтобы остановиться, если Им будет против. Однако не замечая ни капли протеста, движение становится увереннее и он наконец-то задирает материал полностью, а потом и вовсе снимает с неё, откидывая куда-то в угол комнаты. Щеки немного заливаются румянцем и Нари неловко отводит взгляд, но ничего не говорит, позволяя рассматривать себя. Сынмин в изумлении любуется изящной грудью, одетой в бюстгальтер, и смущённой реакцией, которая заводит только больше. Снова нежно прикасается, медленными движениями сминает и задевает чувствительные места, закусывая губу от наслаждения. Однако он не спешит оголить Ри полностью; наоборот, её вид в нижнем белье, как будто, только больше разжигает возбуждение. Он видит в этом что-то сексуальное и милое одновременно, пока тихие женские стоны и невинное выражение лица заставляют бёдра инстинктивно прижаться к телу под ним, ища трения, утешения и освобождения одновременно. Им чувствует его твёрдое желание и смущается ещё сильнее, будто только что не она развратно целовалась с другом. Внизу живота растекается приятная истома от их интимного контакта, и её недавние беспокойства словно вылетают из головы. На данный момент она беззаботно отдаётся своим чувствам с головой, забывая обо всём, кроме желаний, которые жаждят вырваться наружу. Руки тянутся к вороту Кима и замедляются на пуговицах, кончиками пальцев поддевая и медленно расстёгивая их. Это приглашение становится всем разрешением, которое было нужно Сынмину. Его сердце колотится быстрее, когда он помогает снять собственную рубашку, отбрасывая её в сторону и обнажая ширь плеч, подтянутый живот и рельефность мышц. Темноволосый наблюдает, как женский взгляд блуждает по его телу, пленённый нежным очарованием в выражении лица. Кожа покрывается мурашками, словно ощутив перемену в атмосфере, и он не может не почувствовать прилив гордости и уязвимости, зная, что он центр её внимания. Когда Ри тянется рукой, он переплетает её пальцы со своими, направляя ладони к себе, побуждая исследовать контуры собственного тела. — Я не знала, что ты такой под одеждой... — Какой? — Ты понял меня. — Хм, не совсем, — он специально поддразнивает, заставляя её сказать то, что хочет услышать. — Такой красивый. Сынмин вздрагивает, когда кончики пальцев касаются кожи, мягкое прикосновение и похвала посылают электрическую дрожь по венам. Он откидыает голову назад, обнажая изящную линию своей шеи, пока Ри обводит контуры, наслаждаясь каждым движением руки. Когда ладони достигают его плеч, он тихо вздыхает, низкий стон срывается с его губ, а мягкие подушечки обводят чувствительные соски, посылая ток по полуобнажённому телу. Контраст тёплого воздуха с холодными пальцами на груди, заставляют половой орган непроизвольно дёрнуться. Нари ловко ласкает ареолы, то слегка сжимая розовые бусины, то нежно поглаживая грудь, а парень содрогается от каждого прикосновения. Ему становится слишком тесно в собственном белье, но он не торопит события, упиваясь ощущением растягивающегося удовольствия. Нежные руки скользят ниже и прослеживают линии торса, заставляя чувствовать себя сильным и уязвимым одновременно, а пресс напрягается в предвкушении и возбуждении, жаждущий дальнейшего исследования. Нависая над девушкой, Мин наклоняется к чувствительной шее и прикосается губами, ополяя горячим дыханием кожу. Он оставляет влажные поцелуи, пару раз проводя языком и упивается видом дрожащей Ри, понимая, что проходится по самым эрогенным местам. Невинный стон срывается с её рта, когда Сынмин сильнее впивается в нежную кожу, оставляя красный засос. Им встревоженно уставляется на него, понимая, что теперь на шее красуется яркий укус. Он пометил её. Осознание очередной раз вгоняет Нари в краску и пользуясь моментом, парень заботливо проводит языком по недавно укушеному месту, будто кот зализывает рану. Он оставляет ещё несколько расцветающих меток, пока мурашки пронзают хрупкое тело под ним. Мокрый язык не останавливается, спускаясь к ключицам, потом к мягкой груди, а затем и к животу. Ким поднимает свои щенячьи глаза наверх и сталкивается с возбуждённым взглядом, понимая, что уже сам пьянеет, но без алкоголя, ему достаточно этих тёмных, полных вожделения зрачков. Он тянется ладонью к груди и опять аккуратно сминает, легко поглаживает, оставляя сладкие поцелуи на мягкой коже. Пристрастившись, опускается ниже и кладёт руку на бедро, томительно скользя пальцами выше, к подолу юбки. Всё это время он внимательно наблюдает за чужой реакцией, не пропуская ни одной детали и изменения в лице. Наконец задирая ткань высоко, он замечает край нижнего белья и переводит вопросительный взор. Девушка дрожа, но одобряюще кивает, позволяя исследовать себя дальше и Ким так и делает, задирая юбку ровно настолько, чтобы разглядеть каждый миллиметр соблазнительного тела. Однако её он тоже не торопится снимать, упиваясь эротическим видом Нари, по крайней мере не хочет сейчас, находя что-то интимное в полу обнажённом силуэте. Тем более он и так знает, что та ещё не до конца расслаблена, смущаясь почти от каждого движения. И это правда, ведь Им прикрывает глаза, чтобы не видеть столь сконцентрированный взгляд на себе, боится, что друг заметит какую-нибудь отталкивающую, непривлекательную по её мнению часть. Она даже представить себе не может, что Сынмин считает её идеальной с ног до головы уже на протяжении долго времени и все детали, которые даже она не замечает в себе, он увидил и изучил ещё давно. И вот, Ким нежно прикосается к лону. Он проводит пальцами по ткани, слегка надавливая на чувствительные места и даже сквозь неё может почувствовать, как Ри возбуждена. Смущённый всхлип засталяет повторить ещё пару раз аккуратные движения, изучая реакцию на каждое прикосновение. Затем парень подкрадывается к краю материала и медленно стягивает вниз, с каждым разом оголяя всё больше участков кожи. Нари терпеливо закусывает губу, пока Мин избавляется от белья. Вскоре её пульс учащается с бешеной скоростью, когда он кладает руки на чужие коленки и неожиданно раздвигает их чуть шире, демонстрируя себе ещё более развратную картину. Девушка хочет свести бёдра вместе, но крепкая хватка не позволяет ей, а когда Сынмин наклоняется близко, прямо к её интимному месту и с неподдельным интересом блуждает игривыми глазами, то она резко закрывает своё лицо руками, будто прячась от стыда. Ким снова смотрит на неё снизу вверх и тихо усмехается с забавной реакции. За этот вечер он делает удивительное открытие, что ему до жути нравится смущать подругу. Нари будто ударяет током, когда чувствует неожиданное прикосновение чужого языка внизу. Она неуверенно убирает пальцы с лица и её взгляд останавливается на чужой макушке, а затем опять вздрагивает от резкого ощущения, посылающего мурашки по всему телу. Сынмин проводит языком между двух складок, аккуратно обводит чувствительный клитор и помогает рукой, надавливая на него большим пальцем, пока девушка выгибается в спине. Он изучает её ощущения и запоминает, как сделать лучше, где нажать сильнее, чтобы доставить максимум удовольствия. Поэтому ловкий язык, скользящий хаотичными движениями, сводит с ума Ри, которая уже не может сдерживать стоны, прикрывая рот рукой. И Киму это не нравится, ведь он хочет слышать каждый звук, который выбивает из неё своим умелым ртом. Он хочет видеть, как она извивается от его прикосновений, губ, языка и получает уйму наслаждения. Это желание вызывает в нём всплеск возбуждения, которое продолжает раздражающе пульсировать в собственных штанах, и ему до жути хочется прикоснуться к себе скорей, но ещё сильнее он всегда хотел прикоснуться к Нари вот так. Поэтому пока он концентрируется только на её удовольствии, которое сейчас полностью зависит от него. Нари, больше не в силах сдерживаться, пропускает высокий стон, пока влажный язык продолжает вылизывать её. Она снова смотрит вниз, содрогаясь всем телом, и нерешительно, но все же опускает свою руку на чужую голову. Ногти впиваются в темные пряди, пальцы надавливают сильнее, побуждая ни за что не останавливаться, и это доводит возбуждение обоих до предела. Мин ускоряет неоднократные движения языком, обхватывает ртом уязвимую горошину и посасывает её мягкими губами. Им прижимает его за волосы ещё сильнее, выгибаясь в спине чуть ли не до хруста, а нежные стоны так и продолжают вылетать из неё след за следом. Этот звук становится невероятно приятной мелодией для Сынмина, и, не скрывая собственного наслаждения, он бросает развратный взгляд из под ресниц прямо на возлюбленную. Их глаза пошло блуждают по друг-другу, но когда Ким резко проходится по чувствительной точке с новой силой, то Ри откидывает голову назад, прерывая зрительный контакт. Она дрожит и громко всхлипывает, пока пухлые, влажные уста прикосаются к её нежным половым губам. Женские бёдра слегка сжимаются, оказывая давление на голову темноволосого, пока тот доводит её до грани продолжающимися ласками. Дыхание прерывается, сердце будто замирает, а Нари громко выстанывает что-то невнятное, пока содрогается в оргазме. Наслаждение растекается по её телу стремительно, пока та уже расслабляется на простынях. Она переводит взгляд на терпеливого друга, который с ухмылкой наблюдает за ней, пока та восстанавливает дыхание. Недолго думая, Нари впивается губами во влажные губы другого, хватается руками за плечи Кима и медленно, но ловко меняет их местами, воспользовавшись мужским отвлечением. Сынмин сначала даже не обращает внимание, отдаваясь полностью моменту, но когда он замечает, что Ри перекидывает свои ноги по бокам его бёдер, то он шокировано вскидывает брови. Однако парень не протестует, наоборот только наслаждается сменой динамики и неожиданной уверенностью Им. Он чувствует прилив необузданной похоти и собственничества, его руки инстинктивно ложатся на бока, кончики пальцев нежно впиваются в мягкую плоть, пока он наслаждается невероятным ощущением того, что Нари, чёрт возьми, сидит прямо на нём верхом. Он встречается с ней взглядом и его собственные глаза затуманиваются желанием, а зрачки расширяются в тусклом свете комнаты. — Уж не думал, что сама Им Нари когда-нибудь оседлает меня. — Боже, замолчи. Ри закусывает губу, когда совершает небольшое ёрзающее движение на чужих бёдрах. Ким тяжело сглатывает, его горло сжимается, когда он пытается сохранить подобие контроля. Каждая фрикция ощущается с последующим движением сильнее. — Ты восхитительна, Нари. — Не говори так. — А что? Тебе слишком нравится? — край губ приподнимается в усмешке. — Просто...это смущает. — Это единственное, что тебя озадачивает на данный момент? Ким переводит взгляд на свои бёдра, на которых очень даже комфортно обустроилась девушка. — Говорю же, замолчи. Она сама ещё не хочет до конца воспринимать то, что уже происходит. Сынмин сжимает женские бедра сильнее, когда чувствует, как дрожащие руки Нари косаются пояса его брюк. Ловкими пальцами она зацепляет ремень и быстро расправляется с ним, а затем медленно расстёгивает замок на штанах. Низкий стон срывается с его губ, пока он продолжает страстно целовать Им, потерявшись в подавляющих ощущениях её исследования. Его бедра невольно приподнимаются, чтобы встретить чужое прикосновение, словно умоляя о следующем шаге. Его собственные руки жадно бродят по стройному телу, сжимая и лаская каждый изгиб, отчаянно желая запомнить и оценить настоящую Нари, её мягкую, натуральную красоту — источник его неконтролируемого желания. Голова Сынмина откидывается назад с дрожащим стоном, когда он чувствует, как её губы прокладывают горячую, влажную дорожку вдоль шеи. Его возбуждение нарастает, твёрдость напрягается в пределах белья, а давление увеличивается с каждой секундой. Девушка покусывает и посасывает его чувствительную плоть, посылая электрические разряды удовольствия прямо в пульсирующий член. Мужское тело дрожит под ней, а мышцы напрягаются. Сынмин приподнимает бёдра, чтобы помочь Ри снять с себя брюки и сразу же ощущает себя уязвимым, когда остаётся только в одном белье. Его грудь вздымается от предвкушения и когда он смотрит на Им сквозь полуприкрытые веки, смесь застенчивости и голода отражается на его чертах. Каждое нервное окончание становится чувствительным и восприимчивым, пока он терпеливо наблюдает за её реакцией. В это время взгляд Ри замирает на его паху и по её телу пробегают мурашки от одного только осознания насколько соблазнительно выглядит её лучший друг прямо сейчас. Если его вообще ещё можно так называть. Она внимательно рассматривает мужской орган, выделяющийся в тесном белье, внутри разрастается желание, а в воздухе ветает напряжённая и одновременно возбуждённая атмосфера, подталкивающая Нари на более смелые действия. Её дрожащая ладонь медленно опускается на пах и она тревожно сглатывает, ощущая рукой пульсирующий, горячий ствол, сквозь ткань боксёров. Всё существо Сынмина сливается в точке соприкосновения её руки и яростной эрекции. Сдавленный стон срывается с его губ, когда удовольствие пронзает вены и он кое-как сдерживается, чтобы не толкнуться бёдрами вперёд, навстречу руке. Им делает первое движение, аккуратно двигается поверх белья и он тихо простанывает, смакуя нежное давление ладони на нём. Их глаза встречаются, пылая необузданной страстью, глубоким, неизменным доверием, и та впивается в приоткрытые в наслаждении губы. Всё тело Кима дрожит, когда её язык вторгается в его рот, ритмичные движения женской руки становятся жёстче, усиливая ощущение удовольствия, которое быстро выходит из-под контроля. Гортанный стон вырывается из него, когда он сдаётся натиску ощущений и его бёдра вздрагивают, чтобы встретить прикосновение с возрастающей настойчивостью. Чувства Сынмина полыхают в груди, дразнящее скольжение внизу и глубокий, всепоглощающий поцелуй, очаровывают их обоих. Он наслаждается доверием, которое исходит от каждого дюйма расслабленного тела напротив, и упивается уязвимостью, которая ещё сильнее связывает их вместе. Пока поцелуй длится, руки Мина бродят по спине девушки, отслеживая нежные изгибы, прежде чем пальцы подцепляют застёжку лифчика и ловко расправляются с ней. Аккуратным движением он стягивает лямки по плечам и оголяет женскую грудь полностью. Кисти крадутся ниже, чтобы обхватить мягкие бёдра, разминая пухлую плоть с нарастающим давлением. Нари совсем не отстаёт и оставляет мокрую дорожку поцелуев на выделяющихся ключицах, а затем обводит языком твёрдые соски. Чужая спина выгибается сама собой, сдавленный крик удовольствия слетает с губ, когда влажный, восторженный язык посасывает эрогенные места. Руки сжимают шелковистые волосы, притягивая Нари ближе, а бедра невольно вздрагивают, когда волны возбуждения обрушиваются на Мина. Эрекция напрягается, ткань боксеров становится очень влажной от предэякулята, который уже сочится из кончика, свидетельствуя о неумолимом возбуждении. Ким изо всех сил пытается сохранить хоть какое-то подобие связности, пока Ри одаривает его розовые бугорки своим вниманием. Сердце трепещет от натиска ощущений, учитывая, что он так долго и терпеливо ждал, и он передаёт это горячим, умоляющим взглядом. Его длинные пальцы тревожно сгибаются в тёмных прядях, пока он, затаив дыхание, ждёт следующего шага, готовый полностью сдаться непреодолимой волне похоти. Пульс Сынмина учащается, почувствовав как горячий, исследовательский язык Нари медленно, чувственно прокладывает путь по его животу, каждый неожиданный поцелуй оставляет огненный след на коже. Мышцы напрягаются, дрожь пробегает по всему телу, когда Ри дразня проводит языком по подтянутому пространству его торса с нежностью. Промежность опять инстинктивно прижимается к телу напротив, ища контакта и близости. Удивлённый взгляд падает вниз, когда Им неожидано подцепляет резинку боксёров и медленно стягивает вниз. Внезапное обнажение заставляет сердце биться сильнее, румянец начинает ползти по его шее при виде её расфокусированного взгляда на своём возбужденном члене. Смесь волнения и желания бежит по венам, пока он ждёт какого-либо действия от неё. Даже Ри поражается тому, насколько быстро приобретает уверенность, забавляясь мысли о том, что теперь пришла его очередь смущаться. Тот наблюдает, как "подруга" упивается его видом и собственная длина подрагивает от предвкушения, что не остаётся незамеченным. Уверенность Сынмина колеблется, проблеск сомнения танцует в его глазах, когда он пытается прочесть выражение девичьего лица, а разум мечется от возможностей и желаний. Его тело безусловно жаждет прикосновений Нари, а его душа – связи, которую может дать только она. У Кима перехватывает дыхание, когда женские пальцы наконец обхватывают ствол, а нерешительное прикосновение тут же превращается в смелое и настойчивое, когда она начинает гладить его. Гортанный стон раздаётся в груди, бёдра невольно подёргиваются, чтобы встретить каждое чувственное скольжение ладони на голой коже. Нари с интересом наблюдает за этой картиной, закусывая губу, собственное возбуждение усиливается снова от вида настолько уяизвимого и нуждающегося Сынмина. Её глаза скользят по лицу отображающему удовольствие и она понимает, что ей до жути нравится это. Ей хочется сделать то же, что сделал для нее Мин ранее, доставив уйму наслаждения. Развратные мысли немного озадачивают, но она не может ничего поделать с реакций собственного организма на мужские стоны, пленящие губы и невероятно сексуальное тело. Не может ничего поделать с теми чувствами, которые вызывает Ким Сынмин. Недолго думая, она наклоняется ближе к пульсирующему органу и её губы легонько касаются чувствительного кончика. Глаза Мина увеличиваются в удивления, а мимолетный контакт посылает дрожь по его позвоночнику. Мужской всхлип отражается от стен, когда язык Нари медленно скользит по твёрдой длине и он откидыает голову назад, открывая рот в безмолвной мольбе о большем. Им с наслаждением наблюдает за его реакцией и ещё пару раз проведя языком по стволу, обхватывает головку влажными губами. Взгляд Сынмина затуманивается, когда он видит своё естество, вторгающееся в пухлые уста и он изо всех сил пытается справиться с переполняющими его ощущениями в этот момент. Он даже не мог подумать о том, что когда-нибудь его мечты станут реальностью, поэтому теперь разум поглощается целенаправленной погоней за удовольствием, пока женский рот доводит его до грани безумия. Им специально продолжает усерднее, подключая ловкий язык, который обводит эрогенные точки и надавливает на кончик, пока парень закатывает глаза в экстазе. Нари уже забывает о том, что в её крови ещё циркулирует алкоголь, поэтому все эти неприличные вещи, которые она вытворяет одним ртом, почти окончательно перестают смущать. Одно только ощущение мужских пальцев, сжимающих волосы с большей силой, заставляют хотеть доставить ещё больше удовольствия. Ей нравится, как сбивается его дыхание, когда она вытворяет языком определенные движения. Нравится чувствовать непривычную, твёрдую тяжесть на языке. Нравится, как он просит её не останавливаться, умоляющим взглядом задевая до глубины души. Её заводит одна только мысль о том, что обычно холоднокровный, и уравновешенный Сынмин становится настолько уязвимым, нуждающимся перед ней, и всё его состояние теперь зависит только от неё. И разумеется Нари льстит, что он настолько возбуждён благодаря ей. С каждым движением Им адаптируется всё лучше, продолжая брать больше. В один из таких моментов она переводит невинный, но сконцентрированный взгляд на Кима. Его глаза, остекленевшие от похоти, встречаются с её, вид влажных от прозрачной жидкости губ, растянутых вокруг его пульсирующей длины, и скромный румянец, только разжигают ад желания, бушевавший внутри него. Сынмин едва может дышать, едва может думать, пока Ри поглощает его, каждое ощущение усиливается в десять раз интенсивностью женского хитрого взгляда. Дыхание сбивается, а руки сжимают темные пряди, то надавливая на голову, то оттягивая назад. Однако он делает это весьма аккуратно, стараясь не причинять дискомфорт, несмотря на невероятное желание взять всё под свой контроль и начать беспощадно вторгаться во влажный рот. Мин чувствует, как оргазм нарастает и по возбуждённым вздрагиваниям вместе с глубокими стонами, девушка тоже понимает это. Сынмин слегка двигает бёдрами вперёд, подталкивая себя всё ближе к моменту кульминации. По телу пробегают мурашки, сердцебиение ускоряется, а рваные вдохи, выдохи разлетаются по помещению. Искуссная пытка ртом доводит его до дрожи, до потемнения в глазах, пока язык уделяет внимание каждому миллиметру. Член пульсирует в тёплом рту и Нари издаёт тихий стон, который сразу же отдает вибрацией в промежность, что становится финальной точкой. Крепкой хваткой Ким в последний раз хватается за шелковистые локоны, его губы открываются в немом стоне, а глаза закатываются в экстазе, пока оргазм пронзает до кончиков пальцев. Сынмин наконец изливается в женский рот, наслаждение растекается по всему телу и он моментально расслабляется, убирая руку с растрепанных женских волос. Отдышавшись, тот сразу же устремляет обеспокоенный взгляд на возлюбленную, изучая её реакцию. К этому моменту Нари вытирает рукой оставшуюся жидкость с губ и сталкивается увлечёнными глазами с тем. Они смотрят на друг-друга с интригующими молчанием, ожидая, что кто-то из них решится заговорить первым, но на деле улавливают только тишину, так как ни Ким, ни Ри даже не представляют с чего начать. Пока Нари продолжает наивно хлопать глазами, в том уже полыхают сильные чувства и благодарность за то, что она сотворила с ним только что. По телу пробегают мурашки от одного только женского взгляда, в котором впервые в жизни он читает взаимность и ответное желание, заводящее с новой силой. Именно оно заставляет мужскую руку неожиданно подняться и заправить выбившуюся прядь за ухо девушке. Всё это кажется забавным на фоне того, насколько сильно её волосы стали лохматыми после Сынминовой хватки до этого. Но даже несмотря на это, жест выглядит милым и заботливым с его стороны, заставляя девичье сердце колотиться быстрее. Теплая, понимающая улыбка растекается на его лице и становится точкой невозврата для Ри. Ей не нужны слова, чтобы теперь точно понять всё. Осознание пускает ток по венам, посылая самые чувствительные импульсы прямо в сердце. Она поддаётся всем самым терзающим запретам и приподнимаясь чуть выше впивается со скоростью света во влажные, уже зацелованные губы. Ким не успевает среагировать, но когда ощущает чужой рот на своём, то отвечает с ещё большим напором. Кисти опускаются на бёдра и медленно сползают ниже, с наслаждением проходясь по манящим изгибам. Сынмин трепетно сминает столь желанные губы своими, изучая каждую трещинку, каждый контур горячим языком, несмотря на то, что уже и так всё изучил досконально. Пальцы скользят к замку юбки и он неторопливо расстёгивает её, пока уста продолжают сплетаться без остановки. Проведя застёжку до конца, юбка сползает вниз, и Ри сама стягивает её, убирая подальше. Ким нежно прослеживает языком краешек губ, снова посасывает их с соблазнительной лаской и, аккуратно обхватывая изящное тело крепкими руками, переворачивает Нари на спину. Женские локоны растекаются по подушке, путаясь между собой, пока чужой силуэт нависает сверху. Ри чувствует, как мужское естество с настойчивостью упирается ей в бедро и она удивляется тому, что Сынмин опять так возбуждён, несмотря на то, что только недавно испытал оргазм. Она хватается за широкие плечи, продолжая сплетать мокрые языки хаотичными движениями и впиваться пальцами в рельефные мышцы. Интимный контакт ртов продолжается ещё некоторое время, в воздухе ветает желание и спустя пару минут они наконец отрываются, чтобы набраться воздуха. Ким слегка отстраняется от неё и тянется к своим штанам, лежащим недалеко на полу. Взяв их в руки, внимательно выворачивает карманы, будто пытаясь что-то найти, пока Нари недопонимающе смотрит на него, ожидая каких-то действий. Наконец достав что-то из брюк, парень швыряет их обратно на пол и сталкивается с вопросительным взглядом напротив. Он неловко чешет затылок, держа в руках маленький квадратный пакетик, а уши слегка краснеют от смущения. — Это, ну...презервативы. — То есть ты взял их с собой в клуб, изначально рассчитывая на что-то? Нари издает удивлённый смешок, от которого парень смущается ещё больше, кажется, впервые настолько сильно за весь вечер. — Нет, нет, просто...на всякий случай ношу с собой иногда.. Мин быстро качает головой в знак отрицания, будто сделал что-то слишком постыдное и теперь оправдывается. — На всякий случай – это то есть со мной? — Господи, нет...Нари, я просто.. Девушка с ухмылкой наблюдает за растерянной реакцией, обводя глазами его обнажённое тело, что заставляет Кима тревожно сглотнуть. — Чего ты так разнервничался? Не думала, что самого Сынмина будет смущать разговор о каких-то презервативах. Тем более после того, что мы уже сделали. Нари тихо посмеивается, умиляясь с того, как чужой румянец уже расходится по шее. — А я не думал, что под действием алкоголя ты становишься такой наглой и откровенной. Им удивлённо расширяет глаза и опять собирается сказать что-то колкое в ответ, но только стоит ей открыть рот, как Мин затыкает её своими губами, возобновляя жадный поцелуй. Девушка сразу же отвечает, двигает своими на встречу, уже забывая про недавний диалог, пока тот быстро расправляется с контрацептивом, дрожащими руками доставая из маленькой пачки. Их уста интенсивно сплетаются, обхватывая друг друга, а губы обоих уже становятся краснее и пухлее от такого количества поцелуев. Наконец-то разобравшись с резинкой, Ким медленно натягивает её на половой орган, вздрагивая от любого прикосновения к себе. Он стал слишком чувствительным рядом с Нари. Они прерывают поцелуй и Сынмин подтягивает девушку чуть ближе к себе, вызывая испуганный вздох. Он переводит умоляющий взгляд на неё, запрашивая разрешение на последующие действия и получив неуверенный кивок, прижимается головкой к женскому паху. Немного помедлив он всё же решается и закусив губу двигает тазом вперёд, навстречу женскому лону. Нари сжимает одной рукой простынь, а другой прижимает зажатую ладонь ко рту, то ли пытаясь сдержать всхлип, то ли прикрыть часть лица от неловкости. Мин замечает этот жест и мысленно удивляется, что из уверенной в себе девушки Нари может стать смущающейся девочкой всего лишь за одну секунду. Но ещё больше поражает то, что именно он может сделать её такой, и это осознание заставляет чувствовать себя невероятно. Им Нари заставляет чувствовать его невероятное. Ким погружается совсем чуть-чуть, но даже это небольшое давление заставляет его впиться пальцами в женские бока и издать низкий стон. Ри слегка прикусывает внешнюю часть ладони, когда ощущает, как Сынмин пытается двигаться внутри неё, вызывая смешанные чувства. На какое-то время он останавливается, давая девушке привыкнуть к размеру и чтобы отвлечь, убирает её руку с лица и прижимается губами в нежном, невинном поцелуе, совсем не свойственном при их условиях. Девушка тает в его прикосновении к устам, а в животе уже пархают бабочки от такой заботы. Она млеет от того, что даже в такой момент он находит способ проявить своё переживание за неё. По их телам пробегают мурашки от интимности поцелуя, несмотря на то, что он был совсем лёгким, и, спустя мгновение, Ким возобновляет медленные толчки, вторгаясь в Нари чуть глубже. Их дыхание сбивается, а прерывистые стоны смешиваются, нарушая тишину в пространстве. Мин ощущает с невероятной интенсивностью тепло и тугость Ри, заставляющие терять контроль. Нежным движением он тянется к её рукам и сплетает их замком по бокам её головы. Этот обычный, но милый и одновременно горячий контакт посылает дрожь по женскому телу, и, забываясь в моменте, Ри с уверенностью просит ускориться, побуждая Сынмина на самом деле это сделать. Он слушается её и, не сводя глаз с любимого лица, ускоряет темп, чувствуя, как с каждым разом становится легче. Время летит незаметно и им кажется, что они вовсе теряются в пространстве, забываясь во всепоглощающих ощущениях. С каждой секундой мужские толчки становятся глубже, а женские стоны несдержаннее и громче. Сынмин вбивается в хрупкое тело, продолжая держаться за руки крепче, пока Нари выгибается в спине. Она до боли закусывает нижнюю губу и прикрывает глаза в блаженстве, пока парень любуется её выражением лица, а его орган пульсирует от невозможного возбуждения. Ри содрогается от каждого сильного толчка, когда твердый член проезжается по самым чувствительным точкам и она чувствует каждой клеточкой тела, как сильно её желание зашкаливает и она не может насытиться, желая большего. Сынмин ощущает ровно то же самое, входя и выходя ритмичными движениями, пока на лбу уже проступает испарина. Им издает до жути неприличные стоны, которые отталкиваются от стен и подводят Сынмина к финишу всё быстрее и быстрее. Он цепляется за великолепную картину перед ним и хочет, чтобы они повторили всё ещё раз по новой, но теперь, когда Нари будет полностью трезва. Свое яростное желание парень подчёркивает горячим поцелуем, ловя женские всхлипы своим ртом. Он томно сминает розовые половинки, проходясь по ним языком, а ритм его толкаючихся бёдер не прерывается. Уязвимые тела прижимаются к друг-другу и Мин передаёт всю свою привязанность в откровенном сплетении горячих языков. Этот пошлый контакт становится финишем для девушки. Электрические заряды пронзают женское тело, спина выгибается до боли, а в глазах горят яркие пятна, пока девушка переживает второй оргазм. Темп Сынмина доходит до предела и он кончается, как человек, когда отчётливо слышит, как Нари выкрикивает его имя вместе с гортанным стоном. Он продлевает наслаждение Ри, продолжая неистово толкаться, а затем откидывает голову назад с низким всхлипом, сжимает маленькие ладони жёсткой хваткой и, наконец, извергается. Ким медленно выходит из расслабленного тела, стягивает испачканный презерватив и устало падает на подушки рядом. Некоторое время Нари восстанавливает дыхание, отходя от недавно пережитых ощущений, а затем неожиданно поворачивается к Сынмину и без комментариев прижимается к его груди. Она немного ёрзает, устраиваясь поудобнее, а, закончив, засыпает, не сказав в итоге ни слова. Брюнет расширяет глаза в удивлении и пытается подавить переполняющие его эмоции, пока собственный пульс учащается с бешеной скоростью. Он лежит неподвижно, а в его груди с новой силой полыхают чувства, пока их обнажённые тела прижимаются друг к другу. Немного порозмышляв, он приподнимает одну руку и обнимает ей Ри, прижимая ещё ближе. Та утыкается носом в изгиб его шеи, а горячее дыхание ополяет кожу парня, вызывая табун мурашек. Он вдыхает приятный аромат девичьих волос, и другой рукой аккуратно тянется к одеялу, заботливо укрывая их. Немного понаблюдав за умиротворённым, женским лицом, теперь и он погружается в сон, чувствуя себя счастливее, чем когда либо.

~☀️~

Сквозь закрытые шторы просачивается яркий свет, медленно окрашивая комнату в теплые пастельные тона, а в воздухе царит тишина. Им Нари нехотя раскрывает свои глаза, ощущая небольшую головную боль. Она лежит лицом к окну, из которого пробиваются солнечные лучи, заставляющие развернуться девушку на спину и устало потереть веки. Однако её уставшее состояние снимает, как рукой, когда она замечает рядом Ким Сынмина, лежащего лицом к ней и пялившегося с дурацкой ухмылкой. Нари резко отскакивает от него и чуть ли не падает с кровати, прибывая в шоке с перепуганным выражением лица. Она не сразу замечает, что находится без одежды, но когда осознает, то резко хватается за край одеяла и натягивает его чуть ли не до ушей. Мин наблюдает за всем этим с усмешкой, приподнимаясь на локтях и продолжая пялиться дальше. Они лежат молча, ожидая, что кто-то из них заговорит, но раздражающая тишина так и продолжает давить. Голова Нари пульсирует, так как вчерашний алкоголь снова даёт о себе знать. В какой-то момент Сынмин сам начинает немного переживать, беспокоясь о том, помнит ли Нари, что вообще произошло этой ночью. Он внимательно изучает её выражение лица и пульс не на шутку начинает ускоряться от волнения. Однако, когда Ри отводит взгляд в сторону, её физиономия становится ещё более испуганной, и она зарывается под одеяло с лицом, то он всё понимает. — А я всё ждал, когда ты проснёшься. Ты так мило прижималась ко мне, пока спала. — Заткнись сейчас же. — Неужели ты смущаешься, Ри? — Боже, просто не говори ничего! — А вот ночью ты была посмелее, я бы даже сказал гораааздо смелее. И не сказал бы, что это вообще была Им Нари. Широкая улыбка растягивается на лице Сынмина и он громко смеётся, находя ситуацию и правда до жути забавной. Однако Ри, чьё лицо становится всё краснее от стыда, а голова раскалывается от боли, совсем не до смеху. Она уверенна, что теперь точно не вылезет из под одеяла. — Эй, хватит прятаться. Я же всё равно уже всё видел, — будто специально подчеркивает последние слова, подкалывая всё больше и не переставая хихикать. Однако в его словах есть доля правды, ведь он на самом деле хочет, чтобы Нари не пряталась от него, а посмотрела в глаза и они наконец обсудили произошедшее на трезвую голову. Поэтому он даёт ещё немного времени девушке, чтобы та высунулась, но, понимая, что она этого не сделает, он сам хватается за край одеяла и резко дёргает его вниз, открывая обзор на её раскрасневшееся лицо. Она испуганно хлопает глазами и молча смотрит на парня. — Давай уже обсудим всё? — И что там обсуждать вообще? Ответ Ри получается немного грубоватым, и она тревожно сглатывает, правда не имея понятия, что вообще нужно говорить в данной ситуации. — Наши чувства. Она смущённо отводит взгляд, будто Сынмин сказал что-то слишком табуированное, слишком запретное. — Если только ты так страстно целовала меня и просила о большем не из-за алкоголя, а по какой-то другой причине. — Алкоголь тоже сыграл важную роль. — Важную или основную? Нари делает глубокий вдох и тревожно закусывает губу, сама пытаясь определиться, что является правдой. — Я...я не знаю, — отвечает огорчённым тоном. — Ну, раз ты не знаешь, тогда я помогу тебе разобраться. — Что? Им устремляет недопонимающий взгляд и уже через мгновение чувствует чужие губы прижимающиеся в знакомом, нежном поцелуе, смакуя каждый миллиметр. Пьяные воспоминания обрушиваются волной, перед глазами пролетают смутные изображения, и она снова ощущает всем телом то, что ощущала на протяжении незабываемой ночи. Как и тогда, опять отдаётся Сынмину, доверяя чувствам, в которых тонет с головой. — Я люблю тебя, Нари, и готов поставить на кон нашу дружбу, если ты чувствуешь хотя бы немного то же самое, — разорвав долгий поцелуй, заявляет он. Парень умоляющими глазами впивается в женские, а его пульс становится таким быстрым, что кажется будто сердце сейчас выскочит из груди от столь долгого ожидания её ответа. Только ответа не следует, потому что в этот раз Им с уверенностью сближается сама и сплетает их рты более откровенно. Так, как они делали кучу раз этой ночью. Сердце Сынмина не успокаивается, а напротив бьётся с бешеной скоростью, желая вырваться наружу, пока он вовлекается в поцелуй с охотным интересом. Он становится по настоящему счастливым от осознания того, что трезвая Ри или пьяная, её чувства к нему взаимны, а это именно то, о чём он мечтал всегда. Его руки медленно скользят к румяным щекам Нари, задерживаясь там в заботливом жесте, пока та притягивает его за волосы ближе. Время снова теряет границы: в голове становится пусто, а на душе обоих безмятежно, пока они чувствуют свои губы соединяющиеся в глубоком поцелуе.