Миска

Свой побег Миска тщательно планирует. Она выжидает неделями, чтобы от бдительности не осталось и следа, ни разу не порывается к двери ни утром, ни вечером, даже не глядит в сторону выхода, и конечно же шмыгает на лестничную площадку, как только Олег дает слабину. Дверь остается открытой на несколько секунд, но Миске хватает. — Да блять, — ругается Олег, планировавший в этот вечер просто попялиться в ноут. Он уж точно не рассчитывал, что ему придется носиться в поисках своей злополучной компаньонки. Сбегает Миска не в первый раз. Обычно Олег был достаточно проворен и возвращал ее домой до того, как она успевала вкусить все прелести внешнего мира. Сегодня реакция у него ни к черту, и Миске не составляет труда с третьего этажа ракетой улететь вниз. И разумеется (Олег слышит, проносясь по второму этажу) ужасно некстати в этот самый момент дверь подъезда открывается с противным пиликающим звуком, и перед глазами уже мелькают страшные картинки: Миска сбегает окончательно, теряется, остается одна на улице в этот жуткий холод, примерзает лапками к какой-нибудь жуткой железяке и… — Это ваша? Внизу у входа стоит высокий мужик в заметённой шапке с помпоном, и держит в руках незадачливую авантюристку. Глаза ее выпучены так, будто этот в шапке как минимум собирается ее сожрать. — Моя, — выдыхает Олег. — Спасибо вам большое. Он уже тянется руками за Миской, когда мужик улыбается и выдает: — От хороших хозяев коты не сбегают. Рожу его с этого момента Олег запоминает навсегда. Выясняется, что тип в шапке живет этажом выше и лифтом не пользуется, иногда кажется, чтобы лишний раз посветить ебалом перед Олегом, и это, наверное, глупое предположение, но что еще Олегу остается думать, когда после случая с побегом они начинают сталкиваться в подъезде с завидной регулярностью. У соседа улыбка мерзкая до неприличия, и сверкать он ей совсем не стесняется. Вкупе с ней еще и исправно здоровается, будто они самые лучшие приятели на свете. Олег в ответ кивает, по-прежнему помня о своей задетой гордости, и считает, что обижаться в этой ситуации он имеет полное право. — Привет, — спустя недели три после дня знакомства снова здоровается сосед, когда они оба вместе заходят в подъезд. У Олега на работе декабрьская жопа, и нет ни времени, ни сил на светские беседы. Он опять лишь кивком головы дает знает, что заметил постороннее присутствие, и поскорее торопится в свою квартиру. — Как дела у котика? — тип тем не менее не отстает, будто и не замечает холодного к себе отношения. На нем опять та же шапка — у него вообще их две, одна с помпоном, вторая, к счастью, без, — и почему-то конкретно эта особенно раздражает. — У меня кошка, — исправляет его Олег уже у самой своей квартиры, роясь в рюкзаке в поисках ключей. Черт, надо было приготовить их заранее. — А я не про нее. Своим выжатым мозгом Олег догоняет не сразу. Соображает только, когда выуживает ключи из недр и вставляет в замочную скважину. Тут-то и накрывает осознанием. — Это ты так подкатываешь или чего? — хмурится он, оборачиваясь. Лицо соседа рассекает неизменная, в печенках сидящая (умудрился же за такой короткий срок заебать) улыбка. — Ты всегда такой хмурый, — отвечает тот на какой-то лишь ему одному ведомый вопрос. — А тебя ебет? — начинает злиться Олег. Хватит с этим типом по-хорошему. — Нет, никто не ебет, это-то и печально. Олег делает такой громкий и выразительный выдох, какой только может из себя выдавить. — Да я шучу, сосед, — хлопают его по плечу. — Так как там твоя кошка? Не сбегала больше? — Все в порядке, спасибо. Олег закрывает дверь, замечая напоследок все ту же самую улыбку, которая, кажется, скоро будет сниться ему в кошмарах. Миска встречает громогласным «мяу» и тут же требует еду. Это, разумеется, все ее вина, что тип в шапке вообще появился в жизни Олега. — Это все твоя вина, — сообщает он ей вслух. — Мяу, — не соглашается Миска. До Нового года с соседом они сталкиваются еще раз пять, умудряются даже завести короткую беседу и пожаловаться на работу. Тип, правда, даже жалуется по-идиотски — ни капли пожирающей изнутри ненависти не отражается на его лице. Просто говорит, что в декабре всегда сложно, но они оба прорвутся, «правда ведь, сосед?». — Ага, — соглашается Олег без особого энтузиазма. — Если выживу, приглашу тебя на чай. — А с кошкой познакомишь? — тут же оживляется тип. — Она чужих не любит. — А я не чужой, я Вадим. Олег ловит себя на мысли, что он ведь и правда не совсем чужой. Плюс Миску тогда спас. И Олега тоже — от разрыва сердца за бедное животное. — Что ж, Вадим. Вернемся к этому разговору в следующем году. — Надеюсь, твое имя я узнаю раньше. — Надейся. Олег подмигивает и на прощание улыбается той самой улыбкой, которой неизменно одаривал его сосед (наверняка у Олега выходит совсем не убедительно). Само собой, это все лишь игра, они не всерьез. Да и зачем соседу знать его имя? Тридцать первого они сталкиваются снова. У Олега планы отнюдь не грандиозные — купить салатов, чего-нибудь мясного, обязательное угощение для Миски, и вечером уже точно не выползать никуда. Устал, надоело. Тип — Вадим — выглядит довольным, даже чересчур. — Привет, сосед. — Привет. — Выходной? — Ага. Выходной, который Олег выбил себе потом и кровью, и думать о работе он теперь собирается только в следующем году. — А я вот на работу убегаю. — Но время попиздеть у тебя нашлось. Олег не может не поддеть и сам себе удивляется: как легко ему удается внедрить подобные фразы в разговоре с этим. Шапки на нем сегодня нет, и это безусловно тоже стоит отдельного упоминания. — Голову не отморозь. Сосед усмехается слишком добродушно, и Олег уже жалеет, что выбрал такой саркастичный тон. Мог ведь просто промолчать. — А ты не волнуйся, котик. Голова для мужика не самое главное. И это настолько ужасная шутка, что Олег хохочет в голос. — Что делаешь вечером? — спрашивает с улыбкой Вадим. — Обнимаюсь с кошкой. Если хочешь, приходи. — Зовешь присоединиться? Олег не знает, когда все вдруг скатывается в откровенный флирт, но сегодня последний день года, работа выжала из него всю жизнь, и он теперь может себе позволить что угодно. — Зову на чай. Если, конечно, у тебя нет планов поинтересней. Вадим заявляется в девять вечера с бутылкой шампанского и смешным новогодним колпаком на голове (похоже, любовь к шапкам у него патологическая). Миска встречает его в коридоре и деловито обнюхивает, обхаживает с интересом его всего, позволяет даже взять себя на руки. — Это Миска. Миска, познакомься, это Вадим. — Миска — это потому что она много ест? — хмыкает тот и проходит в кухню со своим пакетом и кошкой на руках. — Ее вообще Миса зовут, — поясняет Олег, — но Миска уже как-то привычнее. — А теперь пусть Миска шепнет мне имя ее хозяина. Ах да, Олег же до сих пор не открыл Вадиму эту тайну. Пригласил в дом человека, с которым почти не знаком. Этот год точно был тяжелым, если Олег пошел на такое. — Миска своих не сдает. Оказывается, что с Вадимом на удивление приятно проводить время. Он болтливый, и шутит по-идиотски, но это все странным образом даже очаровывает. Они вместе накрывают стол, старательно отгоняя Миску от всех вкусностей, которые ей не перепадут (для нее у Олега приготовлено специальное лакомство), и много разговаривают. За пять минут до полуночи Вадим разливает шампанское. С бокалами в руках и спящей сытой Миской на диване они готовятся встретить новый год. — Я Олег, кстати. Вадим кивает и словно смакует его имя на языке: — Олег. Олег… Хорошее имя. И даже не пришлось ждать следующего года. Куранты отбивают первый удар — они делают первый глоток. Все двенадцать ударов они глядят друг на друга и не могут перестать улыбаться. — С Новым годом, Олег. — С Новым годом, Вадим. И с Новым годом, Миска. Миска не отвечает и не ведет даже ухом в их сторону. Она свое дело уже сделала, пусть теперь эти двое сами разбираются.