Чего это на самом деле стоит?

      Ник как всегда не собирался сдерживать себя. Джем в отсутствии публики не повод давать себе пощады. И, уж точно, он не собирается давать пощады Марти, пока из-под его пальцев высекается бессчетное количество нот. Он заканчивает фразу длинным струящимся вибрато, и снова наступает потребность искать новый ритм. Ник с радостью дает ему подсказку плотной чередой бочек, уже почти задыхаясь, переходит на бластбит. Но вдруг Марти внезапно входит в джазовый стандарт и заговорщицки ухмыляется. Очень быстро эта мелодия преобразуется, захваченная его индивидуальным стилем, и Ник тут же включается в необходимый ритм. Он слегка выдыхает и снижает динамику, выделяя те акценты, которые ему вздумалось. Он не хочет упрощать Марти задачу, снова ускоряя темп, добавляет полиритмические формы и воодушевленно наблюдает, как заставил Марти сосредоточиться. Теперь уже Ник заговорщицки улыбался, и как будто дразнил его внезапно разрывающими эту композицию трэш-битами. Марти переключает эффекты и снова врывается в скоростной тяжелый рифф. Нику второе приглашение не нужно, он подключается с сумасшедшим интенсивным ритмом. Но буквально несколько квадратов, и Марти, наконец, сдается. Он неторопливо сошел на коду, под артиллерийский запал барабанного соло, которым Ник решил ознаменовать конец этой сессии.       — Ахрененно было когда… ты нач… начал играть ту штуку! — восторженно воскликнул Ник, тяжело переводя дыхание. Он вытер вспотевшее лицо и шею, и почти одним глотком уничтожил половину бутылки минеральной воды.       — Я заметил, тебе понравилось, — Марти улыбнулся в ответ, отстегнул гитару и почти без сил рухнул на приютившийся у стены диван.       — Давай перерыв и еще повторим?       — Да, я готов!       — Ни-и-к! Я пошутил! — тут же вскрикнул Марти и залился смехом. — Ты сумасшедший.       — Ничуть! Нужно набрать форму перед туром, — Ник стянул перчатки и размял забитые руки. — Пока еще тяжело.       — Надо отдыхать, пошли перекусим, — Марти подхватил свою куртку. — Завтра много работы с…       Звук выбитых пробок и гробовая тишина. Старая лампа, затухая, излучала бледный теплый свет еще несколько секунд прежде чем окончательно погаснуть.       — …Дэйвом. Это был плохой звук.       — Что еще за херня? Твою ж мать, походу выбило.       Комнату озарил белый свет от вспыхнувшего разряда молнии сквозь небольшое мутное окно. Из-за рева гитары и перегруженных риффов не было слышно ураганных раскатов и ливня, который сейчас громко барабанил в оконное стекло.       — Я, блять, больше сюда с тобой на великах не поеду.       — Это была твоя идея, Ник.       — И где теперь найти тачку?       Марти вздохнул и достал телефон.       — Что ты делаешь?       — Звоню Дэйву, говорю, что мы застряли.       — Стой, нет! — Ник подскочил и оторвал от его уха телефон, сбрасывая вызов.       — Эй! И что это значит?       — Да это же фигня, я все починю, — Ник тут же сделал вид, что ничего не было. Он наощупь вышел из студии и медленно пошел по темному коридору, ориентируясь по стене. Кроме них так поздно в здании не было никого.       — Где-то у выхода должен быть… тут… Ага! Эй, Марти, посвети-ка мне!       Марти включил фонарик и быстро нагнал Ника.       — Так, мне ничерта не видно, давай ближе.       — Ник, там буря, может, не стоит в темноте туда лезть? Этой проводке лет миллион.       — Если изоляция в норме, главное чтобы ничего не коротнуло…       Тут же на весь коридор раздался вскрик Ника и хлопок, сопровождающийся яркой вспышкой.       — Ты живой? — тут же обеспокоился Марти.       — Пиздец! Ебаный кусок говна!       — Я звоню Дэйву.       — Нет!       — Да какого…       — Я наебнул его аудиосистему. Залил ее пивом… На вечеринке, но я все перепаял! И все будет работать! Когда я пойму, почему она все еще не работает…       Марти тяжело вздохнул и направился обратно в студию под свет от фонарика.       — Позвони Джуниору.       — Уже… Не отвечает.       — Продолжай.       После бесплодных попыток дозвониться до Дэйвов, оба молча сидели на потрепанном старом диване. Дождь размеренно тарабанил в оконное стекло, изредка вспыхивали разряды молнии, сопровождаемые громовыми раскатами. Марти постепенно уже начал засыпать, а Ник беспокойно отбивал пальцами дробь по подлокотнику.       — Ты спишь? Марти?       Ник резко встал, но тут же обо что-то споткнулся, чертыхнулся и пошел дальше, периодически во что-то громко врезаясь. Марти сонно пробормотал что-то в ответ и обернулся на шум. Хлопнула дверца шкафа, и он услышал, как Ник звонко щелкнул ногтем по стеклу.       — Что там?       — Виски! Ты помнишь, они все еще там!       — О нет… — прошептал Марти со своего места. — Даже не думай.       — А чем еще заняться?       — Я очень устал и голоден, давай просто поспим здесь? А завтра поедем домой.       — Ну, если так, то… ладно, — Ник был слегка разочарован. — Чур я на диване.       — Мы оба на диване, Ник.       — Но мы не поместимся!       — Скажи, откуда у тебя силы спорить?       Марти почувствовал, как Ник плюхнулся рядом.       — Я просто все еще на взводе после джема. Извини.       — Нет, все в порядке, — Марти зашуршал одеждой, меняя положение. — Дождь всегда меня усыпляет. Тебя нет?       Ник прислушался, и гул от дождя в тот же момент еще сильнее ударил по перепонкам.       — Я скорее люблю, когда тихо.       — Расскажи, у вас с Дэйвом… Все в порядке?       — Марти, зачем это?       — Если бы он взял трубку, я бы попросил его приехать. Ник, я бы не стал торчать тут только потому, что ты не хочешь ему на глаза попадаться.       Ник растянулся на диване во весь рост и уложил голову Марти на колени.       — Эй, я же не подушка.       — Тебе больше некому позвонить?       — А тебе? — после некоторого молчания ответил Марти. Ник тихо вздохнул.       — Не знаю. Я как будто общаюсь с миллионом каких-то людей каждый день, понимаешь? — Ник потянулся и завел руку за голову в попытке лечь удобнее на чужих коленях.       — Ты бы позвонил мне, если бы застрял здесь один?       — Конечно, почему ты спрашиваешь? — тихо ответил Марти, его голос звучал почти сквозь сон.       — Заставляет задуматься, кто на самом деле все эти люди? В смысле… Ты где-то застрял, или у тебя чересчур плохой день, или… Тачка сломалась. Я бы хотел провести это время с кем-то, кого я люблю, а не с менеджерами, и техниками, и людьми, чьих имен я даже не знаю.       — Это же наша работа. Нужно ездить в туры, иначе никак.       — Ты не чувствуешь себя во всем этом каким-то одиноким?       — Иногда, — не сразу ответил Марти. — Но для меня все это стоит того. Для тебя нет?       — Спи, Марти, — отстраненно ответил Ник и поерзал, еще удобнее устроившись на его коленях.