Вот мы и встретились, Мистер Линч...

“Тяжёлые времена рождают сильных людей, сильные люди создают лёгкие времена. Лёгкие времена рождают слабых людей. Слабые люди создают тяжёлые времена @-Писатель Майкл Хопф (Michael Hops)”

***

Тяжёлое решение хоть и было принято, но Линчу это не как не помогло не видеть вместо докторов или мед.сёстер которые приносили ему еду, заражённых. Он до сих пор мог видеть их искарёженными, поломанными с вывалившимися органами наружу. А как-то вместо обеда, Егор увидел тухлую еду с живыми опарышами. Зрелище было мерзкое, и от запаха который дополнил его больной мозг его тогда вырвало как бы не прискорбно было, благо что всё «извержение» успело полностью в унитаз попасть. Тогда он весь день не мог есть, на цоканье врачей и мед.сёстер. Беседы с Гарольдом, штатным психиатром не как не помогали. А его утверждения что возможно он научился видеть внутренность людей, тобишь их "мерзость" или же "истинное лицо" вообще заставило его впервые рассмеяться, нет ну в конце концов, что за бред?! Однако, Линчу ничего не оставалось так это верить в данную теорию, может кто его знает? Линч понимал, что теряет контроль над своим разумом, но отчаянно цеплялся за остатки здравомыслия. Он пытался анализировать происходящее, искать рациональное объяснение своим видениям, но все попытки разбивались о стену необъяснимого ужаса. Однажды ночью, проснувшись от кошмара, Линч увидел в углу комнаты силуэт. Это был не зараженный, не изуродованный труп, а просто тень, темная и зловещая. Она не двигалась, не издавала звуков, но Линч чувствовал ее присутствие каждой клеткой своего тела. Страх сковал его, парализовал волю. Он не мог ни кричать, ни двигаться, лишь беспомощно наблюдал за тем, как тень постепенно сгущается, заполняя собой все пространство вокруг. Вдруг тень начала шевелиться. Медленно, плавно она приблизилась к кровати Линча, нависла над ним. Он почувствовал леденящее прикосновение, проникающее в самую душу. В голове промелькнула мысль о смерти, о неминуемой гибели. В этот же момент, зеленоглазый вместо тени увидел себя у которого были красные глаза. Опять явился. Сначала часто посещал его в той дрянной психушке, перестал приходить, и вот опять...       — Ну как тебе курортик? - язвительно усмехнулось знакомое лицо. Линч не ответил, парализованный ужасом и внезапным возвращением старого кошмара. Красные глаза, ухмылка, полная презрения и злобы – все это он помнил до мельчайших деталей. Это было его отражение, но искаженное, злое, словно вырванное из самых темных глубин его подсознания.       — Чего молчишь? - продолжало насмехаться видение. – Не рад видеть старого друга? Или тебе больше нравятся твои галлюцинации с гниющими трупами? Линч попытался заговорить, но из горла вырвался лишь хрип. Страх сковал его голосовые связки, не давая произнести ни слова.       — Слабак, - презрительно бросило отражение. – Ты всегда был слабаком. Боялся жизни, боялся смерти. И вот, докатился до того, что боишься самого себя. Красные глаза приблизились, и Линч почувствовал, как его окутывает холод. Холод не физический, а проникающий в самую суть, высасывающий последние остатки тепла и надежды.       — ...Я никогда не боялся смерти!.. - хрипло выдохнул Линч сквозь силу. Он никогда не думал что говорить, оказывается такая трудность. От удивления что он смог что-то сказать, замер не только он сам, но и его двойник. Тот немного отступил и вопросительно смотрел на него.       — Моя работа... В ней было много призраков, одни пытались попасть в загробный мир, другие пытались остаться здесь на подольше. А помнишь того всадника без головы и ту дырень в дереве, которая сюда по всему вела в ад? ...Я много чего боюсь. Но я могу это делать, так как имею право на свои страхи! Я живой человек. Двойник нахмурился, словно пытаясь понять смысл сказанных слов. Насмешка исчезла с его лица, сменившись задумчивостью. Красные глаза по-прежнему горели злобой, но в них промелькнула искра сомнения.       — Право на страх? - переспросил он, словно пробуя фразу на вкус. — Ты считаешь, что твои слабости дают тебе силу?       — Не слабости, а опыт, - сквозь силу поправил того Линч, чувствуя, как к нему возвращается контроль над телом и разумом. — Я видел смерть в разных обличьях, и каждый раз находил в себе силы идти дальше. Страх – это не порок, это напоминание о том, что я жив. Двойник замолчал, уставившись на Линча пронзительным взглядом. Тишина в комнате стала давящей, наполненной не высказанными вопросами и скрытыми угрозами. Линч не отводил глаз, готовый к любой атаке. Вдруг двойник усмехнулся, и его лицо вновь исказилось гримасой презрения.       — Когда-то твоё умение вылезать из любой жопы, тебе не поможет. Помяни моё слово. - с этими словами Егор Линч снова остался в палате совершенно один. Линч тяжело дышал, глядя в пустой угол комнаты, где только что стоял его двойник. Слова отражения эхом отдавались в голове, заставляя сомневаться в собственной правоте. Неужели он действительно так слаб, как утверждает этот кошмар? Может быть, все его подвиги в прошлом – лишь случайность, везение, за которым скрывается трусливая и ничтожная личность? Он попытался отогнать эти мысли, убедить себя в том, что двойник – лишь порождение больного разума, не имеющее ничего общего с реальностью. Но сомнения уже проникли в его душу, отравляя ее ядом неуверенности. Линч закрыл глаза, пытаясь успокоиться, сосредоточиться на чем-то позитивном. Он вспомнил своих товарищей, с которыми плечом к плечу сражался против нечисти, вспомнил спасенные жизни, благодарные взгляды. Эти воспоминания давали ему силы, помогали удержаться на краю пропасти. Внезапно Линч почувствовал знакомое ощущение – ледяной холод, проникающий сквозь кожу. Он открыл глаза и увидел, что в комнате снова появляется тень. На этот раз она была более плотной.       — Ну чего тебе опять надо? - устало вздохнул Маяковский, но тень ему не ответила. Что-то подсказывало Линчу, что теперь в его палате появился сосед...

***

      — Гарольд, я могу задать вопрос?       — О, да, конечно. - Сказал мужчина который был рад такой неожиданной инициативе от брюнета, так как тот на сеансах был не особо рвущимся на разговоры.       — Наше сознание может нам как-то помогать? Допустим, делать образы.. Или что-то в этом роде?       — Хм, неожиданный вопрос, но вообще в целом... да. Чем дольше человек жил, и через что он проходил в своей жизни, тем сильнее образы.       — А почему эти образы могут появиться, и какие события влияют на возможность появления образов? Это должны быть радостные события? Или наоборот?       — Ну, Мистер Линч, на такие вопросы точного ответа я дать не могу. Квалификация не позволяет так как наука в изучении человеческого мозга не очень продвинулась. У всех всё индивидуально, в целом. И мало у кого могут быть, как вы выразились «образы», это достаточно редкое явление. Линч нахмурился. Слова психотерапевта не дали ему конкретного ответа, но подтвердили его собственные подозрения. Образы, галлюцинации, видения – как бы их ни называли, они были порождением его собственного сознания, пропитанные опытом, страхами и, возможно, какими-то скрытыми способностями. Вопрос лишь в том, как контролировать этот процесс, как отделить реальность от вымысла. Он задумался о том, что именно могло спровоцировать повторное появление двойника. Возможно, это чувство вины за прошлые неудачи, за смерти, которые он не смог предотвратить. Или, может быть, страх перед будущим, перед неизвестностью, которая ждет его впереди. В любом случае, Линчу было ясно одно: чтобы избавиться от этого кошмара, ему нужно разобраться в себе, найти источник своих страхов и научиться с ними бороться. Просто? НИФИГА.

***

Лёжа в кровати в палате, Линч решил спросить у тени:       — Почему ты тогда помог мне спастится от Монарха? Решив взглянуть в угол, брюнет удивлённое посмотрел на красноглазаго, который спустил синие очки на лицо и внимательно рассматривал... Суккулент! Нет, вы вдумайтесь, ваша шиза рассматривает комнатное растение!! Услышав вопрос, красно алый закатил глаза, так как по его мнению всё и так понятно но непринужденно ответил не взирая на лежащего:       — Я тоже хотел бы жить. Вот и подсказал. - И наконец-то это красноглазое чудо снизошло посмотреть на Линча. — А вообще тебе надо по улучшить свои навыки на изучение места который рядом с тобой. По-моему военные делают подобные курсы для всех желающих, нет? Линч опешил от такого ответа. Линч опешил от такого ответа. "Он тоже хотел бы жить"? Что это значит? Неужели это видение – не просто проекция его страхов, а нечто большее, обладающее собственной волей и желаниями? Вопросы роились в голове, не давая покоя. Он уставился на двойника, пытаясь понять, что скрывается за этой напускной бравадой.       — Какие навыки? - с сомнением спросил Линч. — И почему тебя так волнует моё выживание? Двойник отвернулся от суккулента, бросив на Линча презрительный взгляд. — Тебе что, нужно объяснять элементарные вещи? Если ты сдохнешь, я тоже исчезну. Так что, да, меня волнует твоё выживание. А навыки… Ну, хотя бы научись замечать ловушки, прежде чем в них попадёшь. И не будь таким доверчивым. В этом мире никому нельзя верить. С этими словами двойник вновь повернулся к растению, словно Линч перестал существовать. Брюнет тяжело вздохнул. Разговор с этим видением был похож на хождение по минному полю – никогда не знаешь, что услышишь в следующий момент. Но, несмотря на его язвительность и презрение, в словах двойника была доля правды. Линч всегда слишком полагался на интуицию и везение. Возможно, пришло время изменить подход, научиться быть более внимательным и осторожным. Но приятно было осознать что даже его собственное подсознание, воплощенное в злобном двойнике, не лишено инстинкта самосохранения. И этот инстинкт, пусть и косвенно, помог ему выжить. Мысль была одновременно абсурдной и обнадеживающие. Если даже самая темная часть его личности жаждет жизни, значит, есть надежда на исцеление, на возвращение к нормальной жизни. Разговор с двойником и тенью заставил Линча по-новому взглянуть на свои видения. Брюнет решил последовать совету двойника и заняться изучением окружающего пространства. Он начал внимательно наблюдать за медсестрами и врачами, анализировать их поведение, жесты, мимику. Он старался уловить малейшие детали, которые могли бы указать на истинную природу их намерений. Это занятие отвлекало его от кошмаров, позволяло сосредоточиться на чем-то конкретном, ощутить контроль над ситуацией. Он начал интересоваться расположением комнат в больнице, планом эвакуации, системами безопасности. Он собирал информацию по крупицам, запоминал каждую мелочь, готовясь к любому развитию событий. Линч понимал, что рано или поздно ему придется покинуть эту больницу, и он должен быть готов к встрече с внешним миром. Прошла неделя. Линч превратился в тень, наблюдающую за жизнью больницы. Он знал расписание персонала, маршруты обходов, даже любимые сорта чая у медсестер. Он обнаружил потайной выход через подвал, который, по слухам, использовался для транспортировки тел умерших. Эта информация давала ему чувство контроля, ощущение, что он не просто пациент, а активный участник событий. Теперь то он понимал Лэмптона, и его любовь к возможности получения любой информации. Когда ты владеешь ситуацией это приятно не только в психологическом плане, но и чисто просто потому что. Приятно знать, что даже находясь на добровольно-принудительном лечение у психологов и находясь в больнице где по идеи это за тобой должны наблюдать, всё со-о-овсем наоборот... Это он наблюдает за ними.

***

      — Простите Мистер Лэмптон, но ничего конкретного добавить к состоянию Мистеру Маяковскому мы не можем. Физические травмы Мистера Линча уже скоро сойдут на нет и прямо сейчас уже не представляют тому особых неудобств. Но вот насчёт его психологического состояния особо чего хорошо сказать мы не можем.       — Прошу прощения? Мистер Акимов, данный госпиталь лучший чуть ли не во всей России, и Вы, работник в данном престижном месте, не можете вылечить одного пациента уже какой месяц? Где-то три месяца он у вас. А у этого человека ведь семья есть, обязанности которые он должен выполнять... - от спокойного голоса миллиардера с выразительном уклоном на озадаченность и сочувствие, по спине Сергея пошли мурашки. Это начались тонкие намёки...       — Я понимаю как выглядит данная картина, но у Маяковского проблесков в устойчивой психике нету. Точнее, он до сих пор слегка нестабилен. Хотя, он вроде как понемногу начинает становится быть более стабильнее, либо делает вид данного дела, дабы его быстрее выпустили.       — "Вроде как", Сергей? Я правильно вас понял, вам кажется? Знаете, русские старые люди говорят “когда кажется, крестится надо”. Вы, если мне не изменяет память, проучились в вузе имени Сеченова. Которое включало четыре года бакалавриата, два года магистратуры и три года аспирантуры. Итого девять лет, а если учитывать и колледж то и все десять и даже больше. И у меня вопрос, - Говорил беловолосый сложив ногу на ногу и сцепив за своим коленями свои ладони в замо́к. Кареглазый не угрожал, нет вы не подумайте, он выше этого. Просто перечислял заслуги глав.врача перед ним. Почему бы и нет как говорится? — Как, с такими обширными знаниями вы не можете наконец-то выпустить из этого чёртово заведения человека уже третий месяц подряд? При этом полностью утверждения, что вам что-то "кажется" в состоянии Мистера Линча. Не понятно кто дёрнул тогда Аки́мова в тот момент. Может чёрт, может стресс и усталость от большего количества работы, а может волнение перед Этим человеком, но глав.врач не выдержал и резко встал из своего кресла в своём кабинете и сказал:       — Я не на психолога учился, я не разбираюсь в нервах людей! Для этого у нас есть психотерапевт и тот проводит с Егором Линчем все оговоренные сеансы. Если вам так надо, идите к Гарольду и останьте уже от меня наконец-то! Но перестаньте меня уже мучить своими расспросами об своем любовнике! Как станет ему лучше, сразу выдадим его в ваши руки, а у меня по мимо этого недо журналиста ещё кучи пациентов! - Не смотря на усталость, Сергей понял что и кому он только что ляпнул и резко закрыл рот нервно смотря на мужчину перед ним.

***

Нагрубить Генри Лэмптону - ошибка. Нагрубить Генри Лэмптону при этом не выполняя свою работу в точности и особенно тогда, когда за всё уже уплачено - фатальная ошибка.

***

У кареглазого даже не дрогнул мускул когда об Линче заговорили как о "его любовнике".       — Поверьте, Сергей, будь Мистер Линч действительно моим любовником, никто из данного заведения и пальцем бы не тронул его. Значит к Гарольду обратиться говорите... - то что мужчина с одним слепым белым глазом был внешне холоден и спокоен совершенно ничего не значило. В коричневом глазе миллиардера, Сергей увидел предупреждающие нотки что он ещё пожалеет о своей несдержанности в словах. Лэмптон медленно поднялся со своего места, его движения были плавными и выверенными, как у хищника, готовящегося к броску. Он обошел стол и остановился прямо перед Акимовым, возвышаясь над ним. Тишина в кабинете стала давящей, прерываемой лишь тихим тиканьем часов на стене.       — Что ж, если Гарольд так компетентен, как вы говорите, то я лично поговорю с ним. Возможно, он прольет свет на состояние Мистера Линча. И надеюсь, Сергей, вы осознаете серьезность своего положения. Мое терпение не безгранично, особенно когда речь идет о благополучии человека, за которого я несу ответственность. Благодарю за информацию. Не буду отнимать больше вашего времени. Передайте мои наилучшие пожелания Гарольду. Миллиардер направился к двери, не проронив больше ни слова оставляя Акимов одного в его кабинете стоять, словно парализованного. Сергей опустился в кресло и запустив руки в свои волосы осознал всю глубину своей ошибки. Его импульсивность могла стоить ему не только карьеры, но и чего-то большего. Он прекрасно знал репутацию Лэмптона и слухи о его способность добиваться своего любыми путями. Выйдя из кабинета, Лэмптон достал телефон и набрал короткий номер. — Найдите информацию о психотерапевте Гарольде, работающем в госпитале где глав.врач Сергей Петров Акимов. И подготовьте отчет о финансовой деятельности госпиталя за последние несколько лет. Мне нужны все детали, включая скрытые статьи расходов и сомнительные операции. Генри Лэмптон не привык оставлять безнаказанными подобные выходки. Он умел добиваться своего, используя как финансовые рычаги, так и более деликатные методы воздействия. И Акимов, кажется, только что подписал себе приговор. Лэмптон направился прямиком к кабинету психотерапевта, Гарольда. Он не стал тратить время на стук, просто открыл дверь и вошёл. Гарольд, застигнутый врасплох, вскочил со своего кресла.       – Мистер Лэмптон! Какая честь! Чем могу быть полезен?       – Мне нужна полная информация о состоянии Мистера Линча. И я надеюсь, что она будет более обнадёживающей чем то, что мне рассказал Мистер Акимов.       — Я могу дать лишь психологическое состояние, а вот насчёт здоровья обращайтесь к непосредственно Акимову. Присаживайтесь. - Брюнет указал на дополнительный стул возле его стола и сел в свое рабочее место. Когда седовласый присел на предоставленное место, тот продолжил: — Как особо буйного я описать Мистера Линча не могу. Он по моему мнению из разряда тех людей которые не трогают тех, кто не трогают их. Это вполне нормально, просто склад ума и личности ничего более. В последнее время, Маяковский начал немного проявлять интерес в сеансах и это очень хорошо. Всякие вопросы спрашивает, в общем пытается вести именно что беседу. Раньше у нас был можно сказать монолог. Я лишь советую успокоительное принимать какое нибудь время и поменьше стресса. Лучше что-бы месяца четыре-пять были одни выходные и отпуска, но к сожалению столько не один начальник не даст своему работнику. Лишь посредством увольнения, но мне кажется что Мистер Линч любит свою работу и крайне расстроиться данным раскладом. В последнее время, Егор Линч стал более подпускать к своей спине сзади. Теперь его держать не надо, но подпускает мало кого и на малое количество времени, лишь на минимальные действия. Учитывая что раньше его надо было держать в пару а то и три пары рук, это прогресс, согласитесь? Лэмптон внимательно слушал Гарольда, не перебивая. Его взгляд оставался непроницаемым, но в голове миллиардера уже складывалась картина. Егор Линч был сложным пациентом, но Гарри явно добился определенных успехов. Лэмптон слегка наклонил голову в знак признательности.       — Спасибо, Гарольд. Ваша информация ценна для меня. Я рад слышать, что есть прогресс. Меня интересует ваше профессиональное мнение: что, по-вашему, является главным препятствием для полного восстановления Мистера Линча? И что бы вы посоветовали предпринять для ускорения этого процесса? Гарольд задумался на мгновение, потерев подбородок. — Главным препятствием, Мистер Лэмптон, является, я полагаю, память. Какие-то воспоминания причиняют Егору боль и страдания. Напоминаю вам что я лишь знаю о нём из психологии, я не знаю что с ним происходило, но судя по его словам, он видел что-то не особо приятное. Боюсь, без его желания и сотрудничества, мы не сможем продвинуться дальше. Что касается рекомендаций, я бы посоветовал создать для него максимально спокойную и безопасную обстановку. И, возможно, найти способ мягко подтолкнуть его к тому, чтобы он начал верить что может дальше жить несмотря на психологическую травму в прошлом. Лэмптон кивнул, обдумывая сказанные ему слова, так как он знал через что прошёл журналист но кое что его удивило. — Прошу прощения? Психологическая травма?       — Да, Мистер Лэмптон. Точно диагноз сказать не могу, но Мистера Линча явно пытались свести с ума, для каких целей сказать не могу, сами понимаете. На лицо сразу видны попытки вынудить сомневаться в адекватности своего восприятия, памяти, эмоциональной стабильности а также компетентности. И там была целая травля судя по его состоянию когда он попал в госпиталь. - Гарольд из выдвигающего полки в столе достал жёлтую папку и открыв её начал зачитывать: — Четыре намеренно сломанных рёбер, попытки удушения водой, разорванные ткани мышц в ногах и руках, синяки на грудной клетки и лице, сломанная ключица, внутреннее кровотечение а также наличие странных препаратов в организме. Думаю его качали наркотиками или сильными транквилизаторами, так как судя по состоянию первичного осмотра Мистер Линч должен был кряхтеть и еле ходить, а он бодренько ходил хоть и прикладывал руку к больному боку. Лэмптон нахмурился, слова сероглазого лишь подтвердили его худшие опасения. Он крепко сжал кулаки, подавляя гнев. "Попытки свести с ума…", - эхом отдавалось в его голове. К ним не дошёл его приказ. Он ещё с вида Линча в том холле понял, что с Линчем обращались жестоко, но когда ты слышишь перечисление конкретных травм и попыток сломать его волю было невыносимо и чего таить, шли мурашки по телу, так как эта не придуманная история, это реальные события которые произошли не с каким-то неизвестном ему человеком, а с Егором Линчем. Ярость медленно закипала внутри миллиардера, но он старался сохранять внешнее спокойствие. Лэмптон медленно выдохнул, стараясь обуздать бушующие внутри эмоции. Он не позволит себе выдать их здесь, в кабинете Гарольда. Сейчас ему нужна ясность ума, чтобы понять, как двигаться дальше.       — Эти препараты… Вы смогли их идентифицировать? - спросил он, стараясь придать своему голосу ровный и нейтральный тон. Гарольд покачал головой. — К сожалению, нет. Анализы были проведены, но состав оказался слишком сложным и неизвестным. Скорее всего, это было что-то экспериментальное, разработанное специально для подобных целей. Лэмптон молчал, переваривая услышанное. В его глазах вспыхнул гнев, но он быстро взял себя в руки. Он не мог позволить эмоциям взять верх, сейчас нужно было думать головой. "Кто посмел ослушаться моего приказа? Кто решил что этот 'некто' выше всех и может творить что угодно на моей территории?" - эти вопросы роились в его голове, требуя немедленных ответов. Лэмптон поднялся с кресла, его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах плескалась сталь. — Благодарю вас, Гарольд. Можете быть уверены, Мистер Линч получит все необходимое для восстановления. - Направившись к двери миллиардер уже держась за ручку, обернулся. — И еще одно. Гарольд, все, что вы мне рассказали, остается между нами. Никаких утечек, никаких разговоров с кем-либо еще об этом. Понимаете? Гарольд кивнул, его лицо выражало понимание и готовность к сотрудничеству. — Разумеется, Мистер Лэмптон. Моя работа предполагает конфиденциальность. Вы можете на меня рассчитывать. Лэмптон вышел из кабинета, оставив Гарольда в раздумьях. В голове миллиардера зрел план. Он не позволит, чтобы те, кто причинил вред Линчу, остались безнаказанными. Он лично проследит за тем, чтобы они понесли заслуженное наказание. Ярость клокотала внутри, но он знал, что действовать нужно хладнокровно и обдуманно. На карту поставлено слишком многое.