О стремлении защитить

      Промозглая слякоть и непогода внезапно накрыли Магнолию, и горожане предпочли скрыться от мрачных седых туч в своих домах. Колючий ветер задувал во все открытые щели, быстро охлаждая любое помещение, и даже здание гильдии Хвост Феи эта участь не обошла стороной.       По правде, гильдия пустовала отнюдь не из-за холода, а из-за массы работы, поэтому многие попросту отсутствовали на заданиях. Но даже при этом главный зал гильдии еще сохранял подобие уюта благодаря извечно хлопотавшей за барной стойкой и напевающей незатейливые мелодии Мираджейн.       Потерев замерзший нос и плотнее укутавшись в плед, заботливо предложенный Мирой, Эльза напряженно вглядывалась в манускрипт, полученный ей в качестве награды на последнем задании. Сейчас ей не помешала бы помощь Леви или Люси — при работе с книгами они обе гораздо усидчивее и внимательнее самой Эльзы. Все эти письмена и руны вызывали у нее пугающе-тяжелый вздох и подавленное ощущение беспомощности при всех ее титанических способностях.       Задание, стоило упомянуть, было отнюдь не простым и крайне безотлагательным.       После войны с Арболесом наступили непростые времена: некоторые поселения были частично или полностью разрушены, участились грабежи и покушения на тех, кто еще чем-то обладал. Но самым настоящим катализатором всех проблем стала смена власти, когда та перешла из рук прежнего короля — к его дочери, Хисуи. Многие из тех темных гильдий, с которыми королевство, а также Джерар во главе с Грехом Ведьмы еще не успели расправиться до начала войны, начали вновь поднимать головы и пытаться повлиять на господство на континенте, возвращая былой авторитет.       Одной из таких группировок была Кровавая Ярость. Ее влияние и агрессия на юге, ближе к Харгеону, стремительно росли, и многие гильдии волшебников стали получать заказы по защите горожан. Вчера утром Эльза обнаружила очередной запрос по защите, в этот раз, главного архива Харгеона от членов Кровавой Ярости с пометкой «срочно», и не думая отправилась в пункт назначения.       Она поспела вовремя. Обезвредив блокирующую группу, расположившуюся рядом со зданием архива, Эльза добралась до главарей, которые уже наводили беспорядок в хранилище, явно что-то разыскивая.       Их было двое, и один из них тут же попытался воздействовать на Эльзу гипнозом, однако не знал, что этот прием на ней не сработает. И когда он пришел к осознанию, Эльза уже получила преимущество, молниеносно поразив врага сокрушительным ударом.       Второй главарь был хитрее и осторожнее, и с ним Эльза решительно билась из последних сил. Обманув в схватке, он направил свою магию, чтобы подорвать ее физические возможности, и Эльза едва успела отскочить от эпицентра взрыва, но все же была задета. В пылу сражения она даже не обратила внимания на сильно пострадавшее колено — она не привыкла жаловаться.       Самым сложным оказалось найти слабое место темного чародея и мешать ему производить сложные заклинания, которые все быстрее лишали Эльзу сил. Они словно отбирали весь воздух и ослабляли ее стальную хватку. Эльзе приходилось менять доспехи на облегченные и брать в руки те мечи, которые были значительно легче остальных в ее арсенале. И, практически задыхаясь от всполохов черной магии повсюду, Эльза все-таки смогла поразить противника. Бой был выигран.       Хранилище оказалось разрушено, как это часто бывало, если на помощь приходил Хвост Феи, и Эльза отказалась от награды. Но бургомистр, остановив ее, вручил ей небольшой сверток, пахнущий пылью и древностью.       Дорогая Эльза, Харгеон славится чем угодно, но только не сильными волшебниками. Если бы не вы, Харгеон пылал бы в огне. Надеюсь, когда-нибудь мы будем под надежной защитой, а пока я бы хотел, чтобы этот ценнейший манускрипт хранился у Хвоста Феи. Так я не буду переживать о его сохранности. Окажете мне эту услугу?       Из-за изнеможения Эльза не сразу сообразила спросить бургомистра, в чем заключалась ценность документа, который так стремились разыскать бандиты, а теперь была вынуждена искать ответ на этот вопрос самостоятельно.       Колено вновь отчаянно заныло. Целительская магия Венди смогла бы помочь, однако сама она еще не вернулась со своей миссии. Эльза подняла поврежденную ногу на скамью, чтобы оценить болезненную опухлость под плотно закрепленными бинтами, скрывавшими сине-красные следы ранения, когда неожиданно дверь в гильдию распахнулась. С треском ударившись о стену, она впустила колючий ветер вместе с фигурой, облаченной в длинный темный плащ. Казалось, что даже окна задрожали.       Фигура резко скинула с головы капюшон: Эльза столкнулась с пронизывающим, под стать студеному ветру, леденящим взглядом Джерара Фернандеса.       — Джерар! — удивленно воскликнула Мира из-за бара. Эльза неловко подорвалась со скамьи и тут же схватилась за стол, когда больное колено рефлекторно подогнулось. Это впервые, как она видела его с тех пор, как все по-настоящему страшное закончилось.       Сейчас Джерар был совершенно не тем сдержанным и лишенным эмоций магом, которым Эльза запомнила его в последний раз — сейчас он, буквально метая молнии, стремительно направлялся к растерянной Эльзе.       Порывистый ветер продолжал бушевать, беспорядочно ударяя так и забытой открытой дверью о стену. Холод моментально проник под одежду, но Эльзе было не до этого. Она даже не заметила, как светловолосая подруга, тонко почувствовав нависшую бурю, бесшумно вышла из-за бара и деликатно покинула гильдию, закрыв за собой злосчастную дверь.       Они остались наедине.       Все внимание Эльзы было приковано к глубоким зеленым, кажущимся в сумраке помещения еще более суровым глазам на потемневшем лице. Джерар остановился в метре от нее, всем своим видом внушая тревогу.       — Джерар? — нерешительно позвала его Эльза, опираясь на здоровую ногу. Взгляд цвета еловой хвои на секунду опустился ниже, и тут Фернандес на мгновение оттаял, Эльза поняла это по появившимся искоркам в его глазах.       Всего миг: и Джерар дернулся к ней, чтобы неожиданно, рывком, с глухим — до дрожи волнительным — рыком припечатать Эльзу к себе.       Сжимая в своих руках ее тело, — настолько крепко, что дыхание разом покинуло легкие, — он мелко вздрагивал и еще плотнее притягивал волшебницу к груди. Его пальцы вцепились в ее напряженные плечи, а лицом Джерар зарылся в алые волосы.       Эльза, еще более опешившая и смятенная, стояла, боясь шевельнуться. Все, на что она решилась, это ухватиться за плащ Джерара по бокам, в тесном объятии стремясь подарить ответное.       — Почему ты пошла туда одна?!       — О чем ты?       — Архив в Харгеоне! Почему ты такая безрассудная? — отчаянно, язвительно процедил Джерар, перенося свое острое напряжение на Эльзу.       Эльза сглотнула и попыталась отстраниться, но Джерар удержал ее. Она чувствовала его бешеное сердцебиение даже через слои одежды, он был явно не в порядке. Она сделала что-то не так? Какая причина была у Джерара, чтобы так бесконтрольно, с надрывом кричать на нее?       — Я невыносимо зол на тебя сейчас, Эльза.       Эльза хотела было возмутиться, но тут же утонула в хаосе мыслей. Может, она разрушила в архиве что-то очень важное? Ведь она никогда не видела его настолько вне себя. Руки Джерара на секунду сжали ее крепче, как вдруг отпустили совсем. Эльза застыла, охваченная непониманием:       — Тебе стоит объяснить.       — Сначала присядь.       Джерар лихорадочно оглядывал ее, дожидаясь, пока Эльза расположится на скамье. Она повернулась всем корпусом к нему, готовясь выслушать. Тогда Джерар с неожиданной нервной хрипотцой, не свойственной его извечно спокойной манере разговора, отчеканил:       — Это смешно. Члены Хвоста Феи всегда находятся в средоточии ключевых событий… — со вздохом Джерар прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу. — Как вам это удается? Как из раза в раз вы умудряетесь спасать мир, даже не догадываясь об этом?       — Я не очень понимаю, Джерар… — но Джерар перебил ее, рваным движением руки указывая на ее колено.       — И Кровавая Ярость оставила тебе напоследок только это? Ты знала, что они, без преувеличения, превращают своих врагов в пыль? Что даже Грех Ведьмы не выступал им наперерез в открытую?       Натиск со стороны Джерара начал вызывать легкое раздражение. Эльза сложила руки на груди, не спеша его прерывать.       — Наш шпион докладывал обстановку до вчерашнего дня, пока его не уничтожили. Мы потеряли не просто ценного агента по разведке, но и друга. И за последний год — он третий. Кровавая Ярость гораздо умнее и опаснее, чем кажется.       — Но сейчас ее главари мертвы, — отметила Эльза, скептически приподнимая бровь. Что-то в этой истории не сходилось.       — Ты серьезно считаешь, что ты ликвидировала ее лидеров? Нет, Эльза, реальные главари Кровавой Ярости — это настоящий мрак. В городах разжигают смуту их темные слуги, и именно с ними ты столкнулась.       — Тогда расскажи о них поподробнее, — уже на порядок серьезнее вынесла Эльза, нахмурив лоб и переплетя пальцы в замок. Судя по всему, грядет новая битва. — Враг, которого ты не знаешь, скрывает свою опасность в каждой тени. А чтобы победить, нужно стать тем, кто знает врага лучше, чем он сам.       — Эльза, — если бы Скарлет плохо знала Джерара, ей не удалось бы распознать его эмоции; но то, как железно он произнес ее имя, говорило о его категоричности. — Тебе не стоит в это вмешиваться.       — Я не могу стоять в стороне, когда темные гильдии нарушают порядок, а страдают беззащитные люди.       — Это моя работа, а не твоя. Эльза, я повторяю, не лезь в это дело. — Голос Джерара был сдержан и тверд, выдавая его бескомпромиссность. Но разве что-то способно остановить Титанию?       — Я уже связана с этим делом, — Эльза негодующе махнула рукой на древний манускрипт на столе, — и ты не можешь запретить мне.       Эта фраза послужила спусковым крючком. Джерар резко приблизился на два шага к ней и сощурился, нависая всем телом. Тень упала на лицо Эльзы, но она продолжала упорно встречать его пронзающий взгляд.       — Я знаю, но знала бы ты, как мне этого хочется!       — Да почему ты так злишься?!       — Потому что мог тебя потерять!!!       Стук сердца отдавался где-то в горле, а дыхание оборвалось. Эльза с изумлением уставилась на Джерара, окончательно и бесповоротно утратившего самообладание.       — Я должен был первым попасть в Харгеон и нейтрализовать этих двоих вместе с королевской командой реагирования. А ты! Пошла в это змеиное гнездо одна… — Джерар болезненно усмехнулся, пряча взгляд за запрокинутой головой и зарываясь пальцами в волосы, сохраняя остатки дистанции. — Ты не понимаешь…       Эльза неосознанно закусила губу: ей нестерпимо хотелось коснуться Фернандеса, поделиться своим теплом, развеять его гнев. Но побоялась распалить его лишь сильнее. Она сглотнула.       — Чего я не понимаю?       — Члены Кровавой Ярости готовили нападение на Харгеон, чтобы взять под контроль порт и собрать все темные гильдии Фиора в одном месте. Затем они планировали выступить против Крокуса.       — Ради переворота? — потрясенно пришла к выводу Эльза.       Джерар кивнул.       — В государственном кругу это было полностью подтверждено, и Греху Ведьмы вместе с отрядом королевы поручили предотвратить бунт немедленно.       Если верить информации Джерара, то она как никогда оказалась в нужном месте в нужное время. Возможно, опоздай она на чуть-чуть…       — Но как эта операция связана с манускриптом? — непонимающе нахмурилась Эльза, возвращая взгляд к столу с возложенным на нем документом. Эльза услышала шумный благоговейный вздох, принадлежавший волшебнику.       — Это не просто манускрипт, Эльза, — Джерар осторожно приблизился к рукописи и трепетно прикоснулся к пожелтевшим страницам, исписанным выцветшими чернилами. — В этих строчках кроется мощная магия, сравнимая с Законом Феи. Если бы темные маги успели ее активировать и направить против королевства, то наступили бы анархия и хаос. У Крокуса сейчас нет сил, чтобы противостоять этой магии. Она сжигает все на своем пути.       Если бы не вы, Харгеон пылал бы в огне.       Понимание отразилось в фиалковых глазах Эльзы.       — Теперь ясно. Но как ты узнал, что манускрипт у меня?       — Я подоспел в Харгеон слишком поздно: мы не ожидали, что они начнут операцию раньше. Затем я испугался, увидев уже разрушенный архив, полагая, что начало конца наступило. Но, к счастью, бургомистр был внутри. Оказалось, что это ты нас опередила — одна-единственная волшебница, раненая и обессиленная, но предотвратившая военный переворот, даже сама об этом не догадываясь.       Сейчас Джерар говорил приглушенным и каким-то прежде незнакомым Эльзе бархатистым голосом. Неожиданно охваченная странным волнением, Эльза неловко сложила руки на коленях, смущенно спрятав взгляд от вновь обернувшегося на нее Джерара.       Джерар снова оказался рядом с Эльзой. Теперь между ними оставалось не больше метра.       — Спасибо за то, что ты сделала, Эльза. Я пообещал себе уберегать тебя от опасностей даже на расстоянии, но, кажется, ты снова превзошла меня.       Эльза не видела смысла в благодарности, ведь долг каждого мага очевиден — защищать слабых и сохранять баланс во имя всеобщего мира. В этом, пожалуй, она довольна везуча.       — Разве возможно уберечь от опасности, находясь вдалеке? — с веселыми искорками в глазах она обратилась к Джерару.       — Не заставляй меня давать ответ, в который я не верю, — Джерар опустился на корточки перед Эльзой, осторожно беря в свои руки ее холодные ладони и крепко сжимая. — Я пытался себя убедить, что это возможно. Уничтожение зла — это моя навязчивая необходимая потребность. Чтобы мир, в котором живешь ты, стал на толику безопаснее. И я каждый день буду просыпаться с целью сделать этот мир еще чище. Для тебя.       Эльза судорожно втянула в себя воздух. Джерар возносил ее каждый раз, когда речь заходила о его спасении от тьмы, и та манера поведения, эта его сакральная благодарность были ей хорошо знакомы. Однако сейчас она думала, что суть его слов совсем не в благодарности. Прямой твердый взгляд, полный решимости, лишь подтверждал ее несмелые догадки.       — Я испугался, что чуть не потерял тебя. И вдруг понял одну простую вещь: будь я рядом, то ты бы не пострадала.       Маг перевел взгляд с ее трогательно-растерянного лица на ранение и тяжело вздохнул.       — И я не хочу и дальше заставлять себя держаться вдали. Особенно в это непростое время, когда я не могу не думать о том, в безопасности ли ты. Это разъедает меня изнутри, хоть я и не должен…       Эльза не дала ему договорить, мягко приложив к его губам палец, останавливая.       — Я знаю. У меня так же.       — Эльза… — на короткое мгновение его глаза блеснули огнем. С видимым трудом Джерар вынудил себя отстранился. — Наконец я убедился, что ты в порядке. Теперь я должен предотвратить главную угрозу, пока она не пустила корни. Поэтому мне лучше поскорее вернуться.       — Что? Ты хочешь уйти сейчас? — взволнованно переспросила Эльза и резко поднялась на ноги, стараясь скрыть свое разочарование.       Джерар сделал несколько шагов назад. Эльза волновала его до самых глубин его души. Она была слишком близко, и пришлось собрать все свои усилия, чтобы не совершить необдуманных действий. Перед лицом неизбежного прощания ее разом погрустневший взгляд кольнул сердце — но ему нужно сделать выбор в пользу ее безопасности.       — Ты понимаешь, что Кровавую Ярость тебе придется уничтожать вместе со мной, — это не было ни ее вопросом, ни просьбой.       Джерар промолчал, запустив руку в волосы. Не хотел озвучивать очевидный ответ. Случайно его взгляд упал на манускрипт на столе.       — Нам пригодится эта рукопись. Там должно быть то, что поможет защититься от темной магии.       — Уже скоро вернется команда Нацу, и Люси сможет помочь расшифровать надписи.       Стоило признать, это было бы крайне своевременно. Он мог вернуться в Крокус не только с важнейшими данными, но и заручиться поддержкой сильнейших магов Хвоста Феи, которые, стоит только им узнать о грядущих неприятностях, первыми ввяжутся в авантюру. Джерар все еще сопротивлялся идее впутывать во всю историю Эльзу и ее друзей, но если отгородиться от эмоций, он понимал, что их поддержка станет неоценима.       — Так ты правда не хочешь задержаться?       Что-то оборвалось внутри, стоило Джерару увидеть полный искренней надежды взгляд напротив. Тоска и нежность переплелись и свернулись в груди, не давая дышать. Всего секунда потребовалась Джерару, чтобы принять решение. Он устал идти против себя, когда она рядом.       — Раз ты настаиваешь, возможно, мне действительно стоит остаться.       Промозглая слякоть и непогода накрыли Магнолию, колючий ветер быстро охлаждал любое помещение, и даже здание гильдии Хвост Феи эта участь не обошла стороной. Но двум фигурам, сплетенным в жарком тесном объятии, плохая погода совсем не была страшна.       Горожане предпочли скрыться от мрачных седых туч в своих домах, и только один человек оставался снаружи, став свидетелем происходящего. Прячась за окном и потрясываясь от холода, широко и с ликованием улыбалась во весь рот радостно подпрыгивающая Мира.