chamomile tea

— блять, — выходит громче, чем чифую ожидал. и вообще, кажется из-за этой ночной тишины ему даже шёпот казался громким. он садится на качели, делая глубокий вдох и задерживая дыхание на несколько секунд, чтобы после шумно выдохнуть. он чувствует себя странно и возможно он мог бы списать это все на количество алкоголя, которое он влил в себя ранее, но что-то очень настойчиво говорит о том, что нет. дело не в алкоголе. это было лишь причинно-следственной в цепочке событий, в которой он дошёл до пьяных поцелуев с ханмой на спор и к тому, что вот он сидит ночью, прилично проспиртованный, на детской площадке и наблюдает за тем, что пытается сделать ханма. чифую уверен, что тот ещё более пьяный, чем он сам. в конце концов, изначально все это было их, мацуно никак не причастен к этой тусовке, локальным желаниям нажраться в хлам. баджи-сан сказал что это в честь наконец записанного альбома, но не пояснил, почему чифую тоже должен там присутствовать. чифую пытается выстроить в своей голове последовательность из происходящего за вечер, выходит хуево. в голове, и кажется даже перед глазами, плывёт ужасно. хлопает глазами, наконец переводя взгляд со своих ботинок на ханму, который очень сильно старается не навернутся. получается у него лучше, чем у чифую думать. тот смеётся, взбираясь на небольшую детскую горку. это выглядит нелепо. настолько, что чифую хочет достать телефон и снять это. и он делает. чуть не роняет этот самый телефон на землю, руки не слушаются совсем, снимает блокировку в тот момент, когда шуджи бьётся головой об крышу детской горки. — ты слишком дылда для этого, — смеётся, отвлекаясь, из-за чего ракурс на видео меняется, но старается быстрее вернуть всё как было, когда замечает. ханма потирает ушиб и садится на горке, кажется вся длина спуска будет ростом с него, если он попытается съехать. — просто эта штука слишком, — шуджи замолкает ненадолго, пытаясь вспомнить нужное слово. у него каша в голове похуже чем у мацуно, но он как будто бы и в трезвом виде с этим клубком хаоса в голове живёт. — ну знаешь типа, для гномов. — это чертлова детская горка, — язык заплетается и выговорить слова правильно не удается, ему определено стоило пить меньше. мацуно продолжает смеяться. — а они не гномы что ли? — у ханмы лицо такое будто бы он действительно не понимает что не так. телефон всё же выпадает из рук чифую и тот выругивается, поднимая его. осматривает экран на наличие трещин. убеждается, что устройство в порядке, отряхивает и блокирует, даже не нажав кнопку стоп на видео. мацуно возвращает свой взгляд на ханму, уже даже не думая о том, что этот момент стоит снять. ханма скатывается с чертовой детской горки. она оказывается чуть длиннее, чем его рост, что несомненно удивляет мацуно. они оба смеются уже неизвестно с чего, пока шуджи, даже не пытается встать с горки, развалившись прям на ней практически в позе звёздочки, только бортики слегка мешают. чифую встаёт с качелей, немного жалея об этом, потому как перед глазами начинает плыть сильнее и он чуть не падает на ровном месте. зажмуривается, держась за качели, а потом все же находит в себе силы дойти до горки. ханма как-то слишком неожиданно начинает что-то напевать и чифую снова приходится сделать попытку сосредоточиться, чтобы понять слова. — че это? — чифую, если честно, по жизни нихуя не спик инглиш, хотя вероятно то, что напевает ханма даже не на английском. кажется, это напоминает французский, но количество алкоголя в мацуно и его знания других языков все ещё не позволяют что-то утверждать наверняка. — это этот, — шуджи отвечает не сразу, допевает до какого-то момента до которого решил где-то в своей голове, а потом пытается то ли подобрать слова, то ли просто их вспомнить. — из нотр дам де париж. — я понял только париж, — у чифую забавное выражение лица, из-за чего ханма вновь начинает хихикать, а мацуно, в попытке пнуть его за это, теряет равновесие и падает сверху. выходит жестковатое приземления, а ещё он чувствует, как почти сразу его обнимает ханма. они глупо смотрят друг на друга, опять смеясь с этого. мимолетно чифую думает, что у него будет болеть челюсть от смеха утром или, когда он там проспится. — трахаться на детской площадке вовсе не обязательно, — оба вздрагивают от неожиданности. приходится потратить немного времени прежде, чем до них доходит где находится этот любитель неожиданных появлений или это просто массовая галлюцинация. стоит им поднять голову на верх горки, туда где какое-то время назад был ханма, и они видят гадко ухмыляющегося нахою. — сорян, сахарок, — шуджи снова бьется головой, на этот раз о поверхность горки. возможно, эта ночь всё-таки закончится где-то в травмпункте и черепно-мозговой. чертыхается, потирая голову одной рукой, а другой лишь ближе прижимая к себе мацуно. когда боль чуть отходит, снова смотрит на хою. — это твои кинки трахаться в общественных местах. — не помню такого, — кавата снимает один кроссовок, кидая его в ханму и почти попадает в чифую. мацуно немного соображая, что в таком положении они могут не отделаться черепно-мозговой ханмы, слезает с того и, не особо заморачиваясь, садится на землю рядом с горкой. голова всё ещё кружится и ему хочется скорее развалится на земле, чем пытаться сидеть и продолжать наблюдать за происходящем. идея уснуть на земле или где-нибудь под горкой уже не кажется странной или ужасной. — нам нужно скинутся тебе на таблеточки от склероза, старичок, — шуджи ржет, в него прилетает второй кроссовок и, возможно, он бы получил ещё удар в спину от съехавшего с горки нахои, но успевает с неё слезть. разваливается где-то рядом с чифую, опирается головой о руку и смотрит на бесящегося нахою. кавата шипит какие-то ругательства в сторону ханмы, чифую некоторые из них впервые в жизни слышит, а некоторые вообще на неизвестном ему языке. баджи-сан позвал его пить в кружок лингвистов и не сказал? хоя тянется за своими ботинками, ещё раз пытается ударить одним из них ханму, но после всё же натягивает их обратно, встаёт и отвешивает ханме пинок. — ты слишком жесток ко мне, сахарок, — шуджи разыгрывает драму, ведь это определено должно выглядеть как самая ужасная катастрофа в его жизни. и нет, это вовсе не он делал тоже самое несколькими часами ранее, после того как они подрались в магазине из-за того какие чипсы брать. чифую снимал их позорный проигрыш баджи-сану в этом вопросе. — и это после всего того, что между нами было? — разве ты не должен меня благодарить за это, — нахоя разводит руками, показывая что-то неопределённое ими в воздухе — что после всего, что нами было, я не отправил тебя в травмпункт? — ханма приземляется спиной на землю, держа обе руки у сердца, продолжая делать вид, что всё это крайне сильно разбивает ему сердце. чифую даже хочется спросить, что там такого было, но он примерно прикидывает, из тех фактов, что он узнал о шуджи за последние несколько часов знакомства. вряд ли он заслужил, чтобы его отправляли в травмпункт за это, но скорее всего это небольшие галочки нахои на прописать ханме по лицу. у нахои, как чифую успел заметить, в принципе было странное выражение привязанности к ним. если его не подводит память, то баджи-сан, когда знакомил их, упомянул что тот может укусить. или просто баджи-сан должен был познакомить мацуно со всеми раньше пары бутылок пива. а это определено могло быть слегка пьяными выдумками баджи-сана. они собрались возможно около нескольких часов назад, о том сколько точно времени прошло никто из них не знает. первый час чифую знал лишь баджи-сана, который собственно и притащил его. аргументировал он это тем, что мацуно слишком долго не выходил из дома. и это определено не было тем, что баджи-сан мог ему говорить таким тоном будто он его, мацуно, мама. он был знаком с его мамой, он не имел права предавать его и становиться на её сторону в вопросе как давно чифую трогал траву. - и вообще, твоя учеба за один вечер от тебя не сбежит, - это не было весомым аргументом для чифую. ему хватило проблем в прошлом году, поэтому сделать все задачи сразу было приоритетным. в конце концов это был его последний год учебы и надо было не наложать. ему нужно было получить его чертово второе высшее! это было что-то немножко важное для его маленького «я» внутри. у кейске же просто не было сил уже смотреть на измученную физиономию мацуно. он просто вытащил его из дома прям как было. после некоторого времени причитаний чифую и вынужденному согласию, они вернулись лишь за тем, чтобы мацуно не торчал на улице в розовых пижамных штанах. сенджу, их чудесная барабанщица и возможно единственный человек, который казался адекватным (при всем авторитете баджи-сана в глазах мацуно, они были знакомы достаточно, чтобы адекватным чифую его не считал), успела представиться ему сама. где-то между разговорами о том, какой на работе был ужасный клиент с колоссальным количеством тупых и идиотских вопросов, а также показыванием нового маникюра её девушки. она даже устроила ему практически блиц опрос начиная с чего-то о том какой его любимый цвет и какую музыку он слушает, заканчивая тем, что чифую почти пересказал какую-то свою курсовую о разработке голосовых ассистентов. - этот чай не очень, - следом он сам случайно знакомится с сейшу, когда теряется в магазине. тот держит в руках несколько коробок, предположительно с чаем, начиная от каких-то картонных и заканчивая какими-то металлическими баночками, которые выглядели так будто он мог оставит тут вероятно весь свой бюджет. – а из этих можно сделать не плохой чифир, - инуи пожимает плечами и указывает на какие-то упаковки несколько ниже. – кстати, в некоторых странах чай даже едят, но здесь практически нет того, что мог бы сгодится. - сейшу вкидывает в их почти односторонний диалог ещё несколько рандомных фактов, не связанных между собой (кажется даже было что-то про змей? как они к этому перешли?). он хочет спросить об этом баджи-сана, но тот лишь пожимает плечами на это. — он всегда такой, если ты об этом, — баджи-сан проводит рукой по своим волосам, он всё ещё выглядит слишком хорошо, чтобы быть кем-то реальным. это скромное независимое мнение чифую мацуно, даже если свой период влюбленности в баджи кейске он закончил раньше, чем школу. — если хочешь знать, то никто из нас даже не в курсе как он начал тусить с нами. — чифую кивает, хотя не понимает, как реагировать на этот факт. баджи-сан лишь добавляет, чтобы он воспринимал это так же как информацию, что небо голубое, а трава зеленая. за реплику про то, что мацуно не знает какого цвета трава, баджи кейске получает поджопник. с нахоей и ханмой его знакомит уже баджи-сан, когда они уже сидят в чьем-то гараже и спустя пару бутылок пива. ханму ему представляют как "гондон, спиздивший у меня читос". сенджу берёт на себя задачу рассказать ему историю о том, когда, где и какой конкретно читос попал в руки ханмы. чифую мог бы подумать, что это похоже розыгрыш, но сам ещё в детстве подрался с баджи-саном в песочнице за бездомного котенка. она так же называет это историей зарождения группы. про нахою говорят гору и ещё тележку комментариев про бешенство. — именно поэтому ты, — ханма указывает сначала на баджи-сана — так плохо выглядишь. ах, какой кошмар бешенство творит с людьми. — баджи-сан шлет его в пешее эротическое, швыряя первое, что попалось под руку. кажется, это был моток скотча? чифую же ставит себе негативную пометку в мнении о ханме шуджи за такое мнение о его лучшем друге. — хочешь, чтобы я тебя тоже покусал? — нахоя злобно нависает над ханмой, когда тот несчастный моток скотча прилетает по голове баджи-сану. мацуно слегка напрягается, когда это перерастает в импровизированную драку всем, что попадет под руку, но кто-то (кто это был конкретно, чифую не понимает из-за суматохи) говорит, что стоит воспринимать это как что-то само собой разумеющееся. — о, вот ты где, — баджи-сан появляется неожиданно со спины, из-за чего мацуно вздрагивает, возвращаясь из своих мыслей. он садится рядом, хлопая его несколько раз по плечу. — я уже подумал, что они тебя закапывают где-то. чифую неловко смеется, а ещё возможно в его глазах баджи-сан немного двоится. нет, при всём уважении, двоих баджи-санов чифую в своей жизни не вывезет. фоном он слышит возмущения нахои и, кажется, ханма тоже это как-то комментирует. он плохо воспринимает, что говорит ему дальше баджи-сан и во что перерастает словесная перепалка каваты и ханмы. его всё-таки вырубает.