Снегопад и самолёты

— Что значит не приедешь? На её возмущённый восклик оглядываются все сотрудники министерства, прекрасно понимая, кто позвонил Нечаевой посреди летучки. Слишком долго. Архиповой не было в Москве слишком долго. — Солнце, тут такой снегопад, что почти все рейсы перенесены или отменены... — слышится из трубки, но Нечаева слышать ничего не хочет. Она хочет свою Машу домой. — Почти. Твои слова. — отрезает Ксения и вскакивает из-за стола, стрелой вылетая из жениного кабинета под напряжённые взгляды, которых она не замечает. Все расслабляются, как только она покидает помещение, и переглядываются. Последние несколько дней были совершенно невыносимы для всех, кто оказывался рядом с Нечаевой. Не спасал даже Кай, притащенный из дома замминистров в офис МПП.  — Я с тобой спорить не хочу. — И не надо. Надо просто приехать, Маш. — Это не в моих силах, — в голосе Архиповой слышится бесконечная усталость. Долгие командировки отражаются не только на Ксюше, но в такие моменты та не замечает никого, кроме себя. Она пытается остаться в осознанном состоянии, но страх, боль и невероятная любовь затмевают всё перед глазами. И Маша знает об этом, оттого и пытается быть мягче. — Ты обещала. Ты спросила вчера, я ответила. Я хочу, чтобы ты сегодня приехала. И сейчас ты заявляешь, что не сможешь! — Ксюша хлопает дверью в свой кабинет, и стёкла дрожат. Женщина яростно отпинывает ещё пока пустую корзину для мусора. Выдыхает. Закрывает глаза, прислушиваясь к родному дыханию через шумы связи. — Я сейчас на взводе. Я зла. Могу наговорить лишнего. Прости заранее. — Всё в порядке. Я прервала летучку? — Маша пытается хоть как-то отвлечь её от мыслей об очередном вечере в одиночестве. Нечаева автоматически кивает, забывая, что Архипова её не видит. Угукает. — Тебя, наверное, заждались. Пойдёшь? Ксюша снова угукает. — Люблю тебя, помнишь? Уже не отвечает. Знает. Нажимает на красную кнопку и откидывает телефон в сторону, тяжело опираясь ладонями на стол. Сдерживает слёзы. Пытается сглотнуть комок, застрявший в горле. Она не приедет. Её вихрь мыслей прерывает неловкий стук в дверь: — Ксения Борисовна, он к вам хочет, — Скворцова держит на руках Кая, замершего при виде хозяйки и больше не вырывающегося. Ксюша оборачивается, ловя всё понимающие взгляды зайчат. Тянет руки к малышу, прижимая его к груди, нежно ведёт по шёрстке головы. — Сонь, будь другом, чай сделай, — вмиг охрипшим голосом шепчет Нечаева и отводит взгляд. Отворачивается, пытаясь скрыть всё-таки выступившие слёзы.

***

Она делает всё, что в её силах. Поднимает такие связи, что казалось никогда до этого не планировала поднимать. Ну разве ей могло прийти в голову, что однажды прикрытый от таможни одноклассник окажется в нужном времени и месте — в составе экипажа самолёта, который не отменили. Они пересеклись взглядами случайно в кофейне при аэропорте, куда Мария спряталась, пытаясь прийти в себя после разговора с Ксюшей, разговорились, и он предложил подсобить: они всё равно возвращались в Москву пустыми после какого-то наглого богатого парня, решившего, что бизнес-класс больше не для него, и арендовавшего целый самолёт с экипажем на одну короткую поездку. Так что в Москву Архипова вернулась быстро и с комфортом. Мыслей не покидала Ксюша. Где она? С кем она? Как там Кай с такой-то нервной Нечаевой? Мария прижимает к себе не вместившийся в сумку, но тщательно упакованный в подарочную бумагу гостинец. Одна из причин, по которой Архипова вообще согласилась на эту командировку. Она видела корзину Ксюши в веб-версии книжного магазина. Видела, что та книга, которая её интересовала, была только в том городе. Ничего не стоило сделать паузу среди всех этих рабочих моментов, чтобы заглянуть в магазин на окраине города за экземпляром. Тучи добрались и до Москвы, и теперь снег с силой влетал в лица работников аэропорта и здесь. Профессионализм экипажа одноклассника был невероятен — такой мягкой посадки в таких тяжёлых условиях она давно не ощущала. Точнее, она даже не ощутила посадки, пока не взглянула в окно, замечая медленно движущиеся мимо самолёты и здания. Ксюше бы понравилось с её страхом разбиться. К борту подгоняют небольшую машину, в которую они садятся с бортпроводником и бортпроводницами. Они тепло прощаются с мужчиной у выхода из аэропорта, когда он по-джентльменски провожает и несёт её чемодан. Здесь обычно её встречала Ксеня после каждой слишком длительной командировки. Она пишет одно короткое сообщение, пока вызывает такси. Получает в ответ "здесь" и "тута" и меняет точку прибытия. Машина быстро скользит мимо проспектов с пробками. Москва готовится к праздникам: по улицам вывешивается гирлянда, ставятся ёлки на центральных площадях и во дворах, по радио играет рождественская музыка. Министерство перспективного планирования не стало исключением. Архипова замечает это по раскиданным по всему этажу конфетти, мишуре и дождикам. Но они явно только начали украшение. Мария замирает в коридоре, только выйдя из лифта, осматривая присутствующих на наличие тёмноговолосого злого грустного существа с белым активным существом на руках. Не замечает. Все обитатели министерства затихают под пристальным взглядом, который останавливается на девушке в очках. — Мария Андреевна, она у себя... — Скворцова поправляет очки и отводит взгляд. Ей всё ещё странно и страшно общаться с Архиповой. — У вас тут так завалено, что если бы здесь не было коробок и... ёлки... Она всегда была?.. Я бы подумала, что Ксеня опять всё разнесла, — Мария рассматривает новые декорации, а старички министерства хмыкают, вспоминая тот пугающий день. — А Кая куда дели? — Так он с нею, — отвечает Дина. — Набесились и спят, — продолжает Даша, и они с сестрой переглядываются. Нечаева была достаточно близка к срыву и разносу всего министерства, пока ей в руки Кая не вручили. А вот кролик после звонка Архиповой, когда Ксения вылетела из кабинета, начал носиться по всему помещению, пока не запрыгнул на нечаевский стул и не начал грозно стучать задними лапами. Мария кивает и ступает прямо к кабинету замминистра. Сотрудники рассыпаются в стороны, с интересом следуя за ней. Из-за стекла не слышится ни звука, и генерал-лейтенант чуть наклоняется, вглядываясь сквозь жалюзи. На диване полулежит Нечаева, держащая в объятиях неспящего Кая и укутанная в плед. Архипова оборачивается на Скворцову, моментально отводящую взгляд, и хмыкает. Заходит в кабинет, оставляя всех снаружи, и закрывает жалюзи. Никто не обращает на неё внимания, и Мария проходит к столу, оставляя подарок на нём. Кай зевает, дёргает ухом и оборачивается на вошедшую. Узнаёт. Начинает было дёргаться, чтобы сорваться к маме, но та быстро подходит к ним и гладит его по голове. — Останься с ней, малыш, — шепчет она, любовно поправляя тёмные пряди. Мягко целует спящую Ксюшу в макушку. Скидывает с себя пальто и пиджак, накрывая последним Нечаеву поверх пледа, потому что помнит, как важно той чувствовать запах Архиповой во сне. И как мало она спала в последнее время. Тихо выходит из кабинета, закрывая за собой дверь, и разворачивается к МПП: — Кажется, вам нужна помощь с украшением.

***

Её сон прерывает громкий смех из коридора, и Ксюша недовольно морщится, не раскрывая глаз. Кай в её объятиях понимает, что хозяйка проснулась, и начинает шевелиться, несильно ударяя задними лапами в живот. — Хорошо-хорошо, иди куда хочешь, — ворчит Нечаева, отпуская на пол зайца, и тот стремглав срывается к двери кабинета. Ксюша тяжело вздыхает, вспоминая последние события дня, и пытается собраться с силами вернуться в пустой дом. Только за то, что разбудили, выговор сделает кому бы там ни было. — Да, сейчас пойдём домой, заяц. Она поднимается, садясь на диван, и только сейчас замечает на себе сонин плед, который как-то той дарила на праздники, и пиджак. Машин пиджак. Ксюша узнаёт его моментально, даже не вглядываясь в детали и расцветку. Машей пахнет. Нечаева оглядывается и подмечает изменения: окна прикрыты от лишнего света, жалюзи закрыты от лишних глаз, светлое пальто лежит с другой стороны дивана, а на столе располагается какая-то коробочка. В некотором замешательстве женщина поднимается на ноги, удерживая у груди пиджак. Кай недовольно стучит задними лапами по полу и смотрит то на неё, то на дверь. Ксюша обходит зайца и медленно дёргает за ручку. Белое сумасшествие чинно выползает из кабинета, а Нечаева замирает в проёме, разглядывая открывшуюся ей картину. Тихомиров, в чём-то фиолетовом измазавшийся, смирно сидит около гневно бормочущей проклятья Джеммы, которая влажными салфетками пытается стереть эти пятна. Рядом ехидно хихикают бабы и что-то прячут под ёлку... Она всегда была? Дударь с Ингой вырезают бумажные снежинки и рассказывают друг другу свежие сплетни. Ухов сидит за соседним столом и чинит перегоревшую ещё в позапрошлом году гирлянду. Скворцова, подавая необходимое, носится между двумя столами, на которых стоят и клеят мишуру к стенам Илюша и... Маша. Она стоит полубоком, и Ксюше видно её увлечённое занятием лицо. Она даже закатала рукава, чтобы было удобно. Нечаева закусывает нижнюю губу, не имея возможности оторвать взгляда от необычного вида. Всё МПП останавливается, замечая вышедшего из спячки енота вышедшую из своего кабинета замминистра. — Никогда не замечала за тобой любовь к высотным работам, — произносит Нечаева, и Маша наконец-то оборачивается. Спрыгивает со стола с присущей ей грацией и, не надевая обувь обратно, спешит к ней. Останавливается в паре шагов и улыбается. Так искренне и честно, что обижаться на неё за устроенные эмоциональные качели не хочется. — Снегопад, да? Все рейсы перенесены или отменены? — Почти все, — Архипова, будто поймав предновогоднее настроение, становится сущим ребёнком и пунькает по носу Ксюше. Та не выдерживает и смеётся от столь нелепого и непривычного для Маши действия. По ногам знатно проходятся своей крупной тушкой, и Архипова наклоняется к кролику, поднимая его на руки. Тот льнёт к маме и довольно фырчит, и Ксюша его прекрасно понимает. Тянет руки к талии Маши, обнимая своих Архиповых, и закрывает глаза. Чувствует вернувшееся спокойствие. Щёлк! — Ой... Ксюша раскрывает глаза и ловит смущённый взгляд Скворцовой, которая пытается прикрыть телефон ладонями. Маша тоже оборачивается на звук и хитро оглядывает зайчонка: — Жду фотку мне в личные сообщения, — подмигивает и передаёт Кая Нечаевой. — Если мне не понравится, то работать ты тут больше не будешь. Соня сначала сжимается, а потом заглядывает в галерею, открывая последнее фото, и расслабляется. Жить будет. Вероятно. Архипова гулко смеётся, наблюдая за мыслями, отражающимися на лице Скворцовой, и затем наклоняется к Ксюше, шепча на ухо "пойдём домой". Они выходят из министерства, и на улице их встречает такси и сильный снегопад.