Тайны скетчбука

— чего тут делаешь? — с огоньком в глазах спрашивает Чонсу, облизывая засохшие губы и поглаживая чужие, непослушные пряди волос. Сынмин на эти движения хмыкает, прекращая рисовать в скетч-буке и вообще чуть ли не выбрасывая его, в мусорку рядом.  — ничего. — голос немного подрагивает, а глаза честные, только покрытые полностью в омут. От этого Ким сжимает губы и тянется рукой к тетрадке, но сразу получает по рукам от младшего. — ай! Ты чего? Я ж на твои рисунки посмотреть хотел. — чуть обиженно произносит Чонсу, надувая щеки и хмуря брови. Сынмин глупо хихикает и прикрывает упавшую тетрадь ногой. — да ничего интересного.. котятки… Виктор Цой… — Виктор Цой? Слушай, а можно я посмотрю на его арты от тебя? Ну пожалуйста! — Ким делает кошачьи глазки, пытаясь заставить Ода сдаться, но все тщетно.  — нет! Чонсу, иди лучше с Джуеном в приставку поиграй, я не знаю! — взбунтовался младший, заставив старшего выдохнуть и обиженно уйти, оставшись с ничем. Сынмин думал, что угомонил интерес Чонсу, но к своему сожалению, он его подогрел до градусов солнца. Заставляя того, выжидать самого лучшего и подходящего момента.  ***  У Чонсу всегда было такое чувство, что Од вечно с этим скетчбуком, и никогда с ним не расстается. Ведь поймать того за нос было ужасно тяжело, разгоревшийся интерес пробивал током все тело. Мольбы и манипуляции в виде «я куплю тебе все, что захочешь!» не работали. Сынмин отказывался на все, без исключений. Эта выдержка одновременно и бесила старшего, но и восхищала, ведь он бы сдался уже на покупке того, чего он хочет. Болтая ногой в своей комнате и щелкая пальцем по клавишам, печатая какую то белиберду в ворде, в голове возник план. Чонсу конечно не знал, насколько он действенный, ведь тихо вести себя, это надо уметь. Но ведь Кима, не просто так сравнивали с котом, верно?  Тапки парень оставил в комнате, пробираясь в комнату Сынмина и Джуена. Эти двое спали, макнэ был снизу, а клавишник сверху. Ли всегда отправляли спать на нижний ярус кровати, боясь, что тот из за своего слишком не чуткого сна, может свалиться и поранится. Он конечно сопротивлялся и говорил, что все будет хорошо, но выступать с Сынмином один на один в дебатах, равно самоубийству.   Открывая дверь медленно, что бы не выдать скрипа, парень даже задерживает дыхание на секунду. Сынмин и Джуен крепко спят, слышно сопение Ода и легкий храп Ли, что делает шум, через который Чонсу может пробраться к тетрадке. Наконец то выдохнув, парень подходит к заветной тумбочке. Открыв ее, тот начал искать тетрадку, в которой покоились рисунки его любимого младшего. — да где же она. — шепчет Ким, ругаясь в мыслях. Вдруг он резко дергается, когда Сынмин поворачивается на другой бок. По телу пробежали мурашки, а по крови разбежался адреналин. Наконец то найдя заветную тетрадку, он вытаскивает ее аккуратно, ведь на ней лежали еще другие вещи, по типу карандаша и стерки с точилкой. Чонсу задержался на подписи Сынмина на первой странице. Маленький котик нян, летал по всей странице, оставляя за собой радужный след. Ким улыбнулся милой странице и на секунду задумался. Правильно ли он вообще делает? Сынмину должно быть не приятно, что кто то лезет в его вещи. Но то что старший начал делать, то он и должен закончить. Открыв почти середину тетрадки тот увидел не подобающий рисунок со своим участием. Он нагибает Сынмина над столом для игры в покер и кусает того за плечо. Лицо младшего искажается в большом удовольствии, штаны немного приспущены, как и у него самого. Догадаться, что они делают на рисунке было не сложно, один взгляд не туда и можно все понять. Чонсу слегка краснеет, а после поворачивается в сторону спящего Сынмина с хитрой улыбкой. Он любит его и мечтает, что бы Чонсу нагнул? Он это выполнит, ведь от смущенного Ода, дождаться первый шаг сложнее, чем полететь в космос.

***

На следующий день младший как ни в чем не бывало стоял и готовил для себя завтрак, другие мемберы ушли по расписанию. Чонсу вчера весь вечер уговаривал освободить этот день у менеджера, на что тот с легким вздохом согласился, перенося и делая несколько дней для Кима загруженными.  Подойдя из за спины к сонному Сынмину, что резал для себя овощи, Чонсу утыкается тому в шею. Хрипло шепча прямо в ухо, щекоча кожу и стуча сексуальным голосом по барабанным перепонкам. — Доброе утро, Лисенок. — Сынмин от сказанных слов напрягается и слегка начинает дрожать, видимо от нервов или подходящего возбуждения. — доброе утро, Чонсу. Разве у тебя нет дел? — он пытается делать вид, будто все хорошо и с ним ничего не происходит. Пока в душе, буря проходится по всему телу, переворачивая органы в разные стороны. Он глотает слюну и поворачивается к старшему. Чонсу прижимает того к кухонной стойке, медленно проходясь пальцами по тонкой талии.  — сколько ты хотел скрывать от меня свою любовь? — старший пользуются хриплым голосом с утра и безобразным видом. Он точно знает, что выглядит горячо.  Сынмин автоматически прижимается к старшему, его зрачки расширились когда он почувствовал чужой бугорок. — откуда ты?.. — с придыханием говорит он. — тебе лучше не знать. Я же могу к тебе прикоснуться? — спрашивает старший и заправляет чужую прядь за ухо, после мимолетно целует в нос. Сынмин задумывается не надолго, а после кивает обхватывая чужие плечи руками. Губы их встречаются в страстном поцелуе агонии, быстро растекающийся эйфорией и возбуждением. Она заплетает оба тела в одну историю, и дает им узнать друг друга лучше, интимнее и приятнее.  Од в чужих руках поскуливает, наслаждается. Сжимает чужие плечи и притягивает к себе ближе, хотя они и так близко. Такое чувство, что он хочет сплести их тела до атомов, хоть это и невозможно. Большие ладони старшего спускаются на округленные, накаченные бедра, поглаживая их и опасно проходясь около дырочки. — блять, смазки нет. — от разочарования стонет Ким и шмыгает носом. Использовать слюну будет самым провальным вариантом, она не густая и не сможет доставить кайфа. Природной смазки слишком мало для проникновения, хоть член просто взрывается от возбуждения.  Од пораскидал мозгами и схватив того за талию ногами, тихо и смущено, почти неразборчиво произнес: — в моей комнате. Тумбочка. — Чонсу кивает и быстро относит младшего к их с Джуеном в комнате. Заниматься сексом на кровати младшего неэтично, поэтому взяв из тумбочки смазку, тот кладет Сынмина на холодный пол, что вызывает мурашки по телу. — холодно? — улыбается Ким. — холодно. Пальцы измазанные в смазке легко проникают в чужую задницу, раздвигая стенки, ему не потребовалось каких либо сил. Неудивительно, ведь раз О рисует такие картинки, то из этого факта следует то, что он и дрочил на все свои мысли.  Подушечки пальцев поглаживают влажные стенки, это вызывает очередной стон из уст младшего, который приподнимает таз выше, пытаясь получить больше. Чонсу этому улыбается и добавляет еще пальцев, почти заканчивая растяжку.  Уже только от растяжки, Сынмин превратился в большую лужу под его напором. О требует большего, хоть и не говорит. Он стонет, дергается и пытается схватится за что нибудь.  Наконец то Минни чувствует, как вместо пальцев к дырочке подставляют более крупное. Чонсу со вздохом проникает внутрь и с фанатизмом наблюдает, как член исчезает в чужом теле. Стенки сжимаются и приятно давят на член. Делая первые толчки, оба взрываются от настигших чувств. Сынмин задыхается от стимуляции в простату, пока Ким наслаждается чувством на члене. Даже открытое окно не справляется жаром исходящих от двух тел. Они гладят друг друга, нежно целуются, пока толчки становятся еще сильнее, вбиваясь громким шлепком в чужое нутро. Сынмин из за слез размыто видит, хрипит и царапает чужую спину даже через домашнюю футболку. Чонсу берет того за ягодницы и поднимает выше, проникая еще сильнее. О тянется к своему члену, но чувствует как Чонсу ударяет его, заставляя убрать руку обратно.  — кончишь, только от члена в заднице. — хрипит тот и зажимает глаза. Его бедра напряженны и продолжают с последними силами толчки. Пока Сынмин под ним, качается от толчков и рвано стонет.  Вдруг все резко прекращается и оба кончают с громкими стонами. Сперма приятно разливается внутри. Это странное чувство, заставляет запыхавшегося Ода потянутся рукой к своей дырочке, ощущая как из нее вытекает сперма. — это было.. — Сынмин слегка задыхается и не может продолжить фразу, но Чонсу не стесняется и продолжает её. — ахуенно.