Останови меня

      Что нужно для того, чтобы стать богом?       Несгибаемая сила воли, невероятная целеустремленность, горячее желание сделать окружающий мир лучше, невзирая на то, чем приходится жертвовать в процессе… Все это было у Виктора, молодого ученого из академии Пилтовера. Уж он-то, безродный калека из Нижнего города, лучше всех знал, что такое страдания, и стремился искоренить их, отдав этой цели всего себя. Вот только он никогда и представить не мог, что обладание божественной силой также означает нескончаемое, беспросветное одиночество.              Высокий худой мужчина в спадающей до пола хламиде стоит на куполе возносящейся ввысь башни, залитой теплым, умиротворяющим светом, и печально глядит вниз, в наползающую туманную дымку. Там, на давно опустевших улицах, больше не слышно людских голосов, лишь порой раздается скрежет металла и глухой стук осыпающихся камней. Там не растут деревья, не порхают птицы – кругом лишь застывшие выплески магической аномалии, похожие на продырявленные плоские шипы. И где-то там, в вечном полумраке живут… Нет, не живут, – обитают странные, гротескные механические создания, которые больше не чувствуют боли, не испытывают мучений, не ждут и не надеются, а просто… существуют.       Этот идеальный мир, лишенный былых противоречий, свойственных человеческой природе, являлся наивысшим достижением, которое должно было навсегда прекратить все войны и страдания на планете. Виктор создал его сам, своими собственными руками, преследуя благую цель – уравнять всех, создать одну глобальную общность, где уже не будет ненависти, зависти, злобы, а только безмятежный покой, как ровная поверхность воды, не искаженная рябью ненужных эмоций.       Но если этот мир так совершенен, тогда почему же теперь он взирает на него с таким неудержимым отчаянием?       Стиснув древко своего посоха, когда-то служившего опорой больному телу, мужчина прикрывает глаза и в который уже раз вспоминает, с чего все начиналось, прокручивая события, словно засмотренную до царапин киноленту, в тщетных попытках понять, где же он мог допустить ошибку.              С самого детства Виктор мечтал найти способ исцелить свою ногу, избавиться от увечья, которое висело на нем, словно позорный ярлык, и читалось в глазах всех, с кем он когда-либо встречался. Пытливый ум, открытый для новых идей, инженерная смекалка, научное вдохновение – все это должно было помочь ему достичь своей цели. Он поверил в себя и приложил все усилия, чтобы и другие поверили в него. Это было очень непросто, но, в конце концов, его приняли в Верхнем городе и даже начали воспринимать почти как равного… Почти.       Разумеется, молодой ученый прекрасно понимал, что своим в Пилтовере он никогда не станет, но это его не волновало. Все, что ему было нужно – воспользоваться богатейшими научными и техническими знаниями, чтобы, наконец, найти нужное решение. Однако время шло, а его изыскания так ни к чему и не привели. Никто из его коллег, даже умудренный веками Хеймердингер, не смогли помочь ему создать лекарство.       И тогда он пустился в долгое странствие по иным землям, пока у него еще были на это силы. Парень надеялся, что ему помогут в государствах, где значимую роль играла магия и другие «ненаучные» методы. Разумеется, профессор не одобрил такой подход, но беспрекословно отпустил своего помощника.       Спустя год Виктор вернулся. Нет, он так и не нашел целебного снадобья, однако обнаружил кое-что другое, когда путешествовал по тем краям, где когда-то бушевали магические войны. Хекс-кристаллы. Эти таинственные голубые камни оставались загадкой для всех, кто когда-либо пытался их изучать. Содержащаяся в них сырая, природная магия не поддавалась научному анализу и не подчинялась попыткам ее усмирить. Одно неловкое движение – и кристалл взрывался, оставляя от незадачливого исследователя лишь мокрое место.       Однако Виктор каким-то шестым чувством понимал, что именно здесь кроется разгадка. Глядя на сияющие кристаллы, прикасаясь к ним, он явственно ощущал ответный отклик, словно та неведомая субстанция, которую называли Аркейн – дикая, неистовая, неукротимая – уловила в нем нечто созвучное себе и решила пойти на контакт. Полный воодушевления, молодой мужчина с головой погрузился в исследования, пытаясь проникнуть в самую суть магии и направить ее невероятную мощь не на разрушение, а на созидание. Вот только проводить эти исследования приходилось в тайне, поскольку профессор наотрез отказался принимать участие в работе с хекс-кристаллами. Когда-то давно Хеймердингер стал свидетелем уничтожения целой цивилизации при помощи магии, и теперь старался держаться от нее подальше.       И вот тут Виктор получил неожиданную помощь и поддержку в лице нового ассистента профессора, который появился в то время, пока ученый странствовал. Джейс Талис казался его полной противоположностью – энергичный оптимист, статный красавчик, явно не страдающий комплексом неполноценности. Но, несмотря на их различия, они удивительно хорошо сработались, поскольку Джейс и сам стремился преодолеть установленные рамки и достичь чего-то большего. И именно с его помощью удалось создать рабочий прототип, хекс-самоцвет, который оказался гораздо стабильнее кристаллов и мог использоваться даже далекими от науки людьми.       Это стало настоящим прорывом. За несколько лет Пилтовер преобразился, расцвел, став главным торговым центром планеты благодаря использованию хекс-врат. Дуэт ученых уже строил планы по созданию самых различных устройств и машин, работающих на самоцветах, однако этим планам не суждено было претвориться в жизнь… Совет посчитал их слишком опасными и небезосновательно: едва только об изобретении стало известно, как криминальный мир Зауна тут же выкрал прототип, чтобы использовать как оружие. Ответ Пилтовера не заставил себя ждать, а дальнейшие события еще больше подтвердили горькую истину о том, что люди гораздо охотнее стремятся уничтожать себе подобных, чем помогать им.       Вдобавок к этому, здоровье Виктора ухудшилось настолько, что он с трудом ходил. Несмотря на бесчисленные попытки использовать магию на живых организмах, положительного результата он так и не добился. В конце концов, доведенный до отчаяния, мужчина решился подвергнуть себя мутации с помощью Мерцания, наркотика из Нижнего города, а затем применить хекс-ядро на себе. Трудно было в это поверить, но рискованная затея сработала. Правда, теперь его больная нога стала похожа на ногу робота – такая же тяжелая, плотная, словно закаменевшая резина с металлическими вставками – однако она функционировала, а именно это было самым главным!       Окрыленный первым успехом, ученый решил обработать таким образом уже все свое тело. Но в тот самый момент, когда он, окруженный беснующимися потоками магии, орал от невыносимого напряжения, не в силах оторвать руку от ядра, его ассистентка попыталась помочь ему и погибла… а у него не хватило духу уничтожить то, что из чарующего голубого многогранника превратилось в колючий кристалл ядовито-сиреневого цвета.       После этой трагедии Виктор больше не хотел связываться с магией, но, по злой иронии, вскоре хекс-ядро оказалось слито с ним воедино, когда Джейс пытался спасти его после взрыва в башне Совета. И, воскреснув из мертвых, ученый понял, что его самосознание тоже изменилось. Теперь он словно лишился части своих эмоций, точнее, поднялся выше них. Впрочем, его желание помочь ближним не исчезло, а, напротив, сделалось еще сильнее. И когда он сумел исцелить одного из тех изувеченных Мерцанием несчастных, которых в Зауне пруд пруди, его душу будто озарил внутренний свет, указывая верный путь. Следуя по этому пути, Виктор добрался до финальной точки, до истинного совершенства, до последней славной эволюции, в результате которой преобразился весь мир.       Нет, он никого не убил. Он просто избавил людей от обременяющих их оболочек из плоти, очистил их разум, заставив забыть о том, что когда-то их различало. Теперь они были едины в своем блаженном сне, и только он по-прежнему оставался на недосягаемой для других вершине, находясь над ними, ощущая их всем своим существом, но не сливаясь с общей массой. Возвышенный, божественный…       Одинокий.       Когда Виктор впервые осознал это, он был неприятно удивлен, даже ошеломлен вновь всколыхнувшимися эмоциями и постарался как можно скорее подавить их. Но шли дни, которые сливались в недели, месяцы, годы, и одиночество разъедало его разум, словно ржавчина, – медленно, но неумолимо.       Наконец настал момент, когда он захотел отринуть свою божественность, окунуться в тот общий прекрасный сон, обрести долгожданный покой, но не смог этого сделать, понимая, что весь мир тотчас придет в хаос от беснующихся волн магии. Разве затем он столько усилий приложил, чтобы в один момент все разрушить? Нет, следует найти иной путь…              После долгих, мучительных размышлений Виктор подходит к опустошенному каркасу того, кто когда-то стал ему ближе всех, и кладет жилистую руку на застывшее плечо.       - Видишь, как все обернулось, Джейс, – глухо произносит он, ощущая под пальцами жесткую шершавую поверхность вместо горячей кожи. – В конце концов, я – обычный эгоист, такой же, как все люди. Несмотря на преображения, мой разум так и не сумел преодолеть постылые рамки, не смог достичь истинной бесконечности, в которой растворяется то, что больше не нужно…       Мужчина тяжело вздыхает и наклоняется ближе к ороговевшему уху.       - Чувства, Джейс. Как ни парадоксально, но я до сих пор способен чувствовать. И эти чувства настолько сильны, настолько неодолимы, что вынуждают меня просить тебя о помощи. Ты же не окажешь старому другу в одной последней просьбе?       Несколько мгновений спустя он ощущает легкий отклик, похожий на дуновение теплого ветерка, и прикрывает глаза, не в силах сдержать невольную дрожь.       - Спасибо, Джейс. Прости, что заставляю тебя это делать, но… Прошу, останови меня!       Это и впрямь донельзя эгоистично – обращаться за помощью к тому, кого сам же лишил физической формы и слил с остальными – но иного выхода нет. Чтобы отменить то, что уже случилось, нужно изменить прошлое, однако мужчина прекрасно понимает, что самостоятельно на это не способен. Даже если он вернется назад и не даст самому себе отправиться в путешествие, все равно рано или поздно хекс-кристаллы попадут ему в руки. Виктор просто знает это, как аксиому, не требующую доказательств. Он слишком идеальный сосуд для магии, и Аркейн будет тянуться к нему через годы и расстояния, чтобы снова его наполнить…       Нет, кто-то другой должен прервать роковую цепь событий. И не просто любой человек, а именно тот, чье присутствие вызывало у молодого ученого совершенно новые, особые эмоции. Лишь рядом с Джейсом его сердце билось быстрее, и все как-то само собой становилось проще и легче, когда он видел его широкую белозубую улыбку. В жизни Виктора было так мало радостей, что он дорожил каждой минутой их общения и переживал из-за нечастых размолвок. Это было искреннее, возвышенное чувство глубокой привязанности, которое не исчезло до сих пор, хотя он долго пытался уверять себя в обратном…       И именно поэтому только Джейс способен повлиять на своего партнера.              Помедлив, мужчина неохотно отрывает ладонь от плеча бывшего напарника и, выпрямившись, снова устремляет взгляд вдаль, но теперь уже с затаенной надеждой. Сейчас, когда решение принято, он чувствует облегчение, словно выздоравливая после затяжной болезни. И пусть это решение продиктовано теми самыми низменными инстинктами, которые Виктор так стремился искоренить в окружающих, он уже не может и не хочет бороться с собственными эмоциями. Только теперь он в полной мере осознает, как много потерял, отказавшись от самого себя и от тех, кто когда-то был ему дорог. Остается лишь верить в то, что эту ошибку еще возможно исправить…       Мысленно возвращаясь назад и окидывая взглядом всю историю их знакомства и общения, Виктор припоминает, что Джейс рассказывал, как потерял мать, когда был еще ребенком. Они попали в снежную бурю, и ослабевшая, выбившаяся из сил женщина до самого конца согревала сына своим теплом. Словно исполняя ее последнее желание, вскоре среди пурги появился торговый караван, принадлежащий влиятельной семье Кирамман, и мальчика удалось спасти. Но даже обласканный новыми покровителями, он никогда не забывал ту, что подарила ему жизнь, и боль ее потери неотступно его преследовала. А что, если бы его мать осталась жива?..       Глаза мужчины вспыхивают, и на губах появляется легкая улыбка, когда он решает, что именно этот момент прошлого следует изменить. Он спасет эту женщину и, более того, явит маленькому Джейсу всю мощь магии, чтобы тот сам захотел ее изучить. Если этим займется Джейс, а не Виктор, возможно, удастся избежать того пагубного воздействия, которое Аркейн оказал на молодого ученого…       Уже не колеблясь, он воплощает свой план, кардинальным образом вмешавшись в прошлое. Правда, его немного беспокоит тот факт, что в результате этого возникла параллельная вселенная, однако он предполагает, что происходящие в ней события повлияют и на изначальную. Но вот что он предположить не мог – так это то, с каким упорством Аркейн будет сопротивляться вмешательству.       Несмотря на совершенно другое развитие истории, последующая цепь событий опять приводит к тому концу, какого он пытался избежать. Виктор понимает это, лишь вновь оказавшись в той самой точке, в которой принял знаковое решение. Невероятно, но, даже изменив прошлое, он оказался не в силах изменить будущее. Словно насмехаясь над своим носителем, желая показать свою власть над ним, Аркейн направил его двойника по уже пройденному пути, и тот двинулся вперед, как послушная марионетка в руках кукловода.       Стиснув зубы, Виктор вновь возвращается в прошлое и дает маленькому Джейсу другую руну, надеясь, что ее свойства позволят пресечь попытки ему помешать. Но Аркейн не собирается отпускать свое любимое вместилище и раз за разом толкает его в нужном направлении. Порой мужчине начинает казаться, что у этой загадочной сущности имеется свое собственное самосознание, и, однажды найдя способ воплотиться, она уже не хочет вновь возвращаться в прежнее состояние сырой хаотичной магии. Возможно ли, что Аркейн намеренно влиял на разум молодого ученого, заставляя его избавляться от прежних привязанностей, даже от собственных эмоций, чтобы получить возможность навсегда слиться с ним, достигнув таким образом своей наивысшей силы?       Эти мысли ошеломляют, даже пугают, и Виктор с новой силой продолжает пытаться разорвать замкнутый круг. Несмотря на все неудачи, он надеется... нет, он верит, что, в конце концов, Джейс сумеет найти верные слова, чтобы спасти его от себя самого.       И что бы ни случилось дальше, где бы они потом не оказались, он точно знает, что больше никогда не будет одинок.