Между голами и чувствами

После матча на поле остались только трое: Рин, Саэ и Исаги. Три фигуры, разделённые напряжением, которое можно было разрезать ножом. Окружающий шум болельщиков и команды стихал, превращаясь в гул, а мир сжимался до этого замкнутого треугольника. — Рин, что ты делаешь? — голос Исаги звучал недоумённо, почти мягко, но в его взгляде проскользнула тревога. Рин не ответил сразу. Он стоял, стиснув кулаки, его плечи были напряжены, а взгляд жёг Саэ, который смотрел на младшего брата с явным вызовом. — Оставь его, Саэ, — холодно произнёс Рин. — Ты уже получил, что хотел. Саэ поднял бровь, ухмыляясь. — О, и что же я получил? Объясни мне. — Внимание Исаги. И его признание, — слова вырывались из Рина, словно лезвия. — Но этого недостаточно. Ты всегда всё забирал. Сначала наше детство. Затем наши мечты. А теперь… Он резко замолчал, осознавая, что чуть не сказал лишнего. — Теперь что? — Саэ склонил голову набок, его взгляд был тяжёлым и изучающим. Рин отвернулся, но Исаги подошёл ближе, его пальцы легко коснулись руки Рина. — Что ты хотел сказать? — тихо спросил Исаги. Этот простой вопрос ударил в самое сердце. Рин чувствовал, как внутри него что-то рушится — стена, которую он так долго строил вокруг себя. — Ничего. Забудь, — отрезал он, делая шаг назад. — Я ухожу. Он развернулся и зашагал прочь, оставляя Исаги и Саэ позади. Но даже уходя, он слышал, как Саэ спокойно бросил: — Ты просто боишься проиграть, Рин. На поле и в жизни. --- Рин сидел в пустой раздевалке, уставившись в стену. Его кулаки дрожали, а в груди всё сжималось от боли. Он ненавидел это чувство: слабость, неуверенность, страх. И больше всего он ненавидел то, что оно было связано с Исаги. — Почему ты убежал? Голос Исаги раздался внезапно. Дверь хлопнула, и он вошёл, явно раздражённый. — Что ты здесь делаешь? — буркнул Рин, не поднимая глаз. — Я мог бы спросить тебя о том же, — Исаги подошёл ближе и сел напротив него. — Ты должен был радоваться. Мы выиграли. Но вместо этого ты… — Я что? — резко перебил его Рин, вскидывая голову. — Я спас матч, и это всё, что имеет значение. — Ложь, — Исаги спокойно встретил его взгляд. — Тебя беспокоит не матч. Тебя беспокоит Саэ. И… я. Сердце Рина пропустило удар. — Ты… Ты несёшь чушь, Исаги. — Я не глупый, Рин, — Исаги вздохнул и подался вперёд. — С самого начала я чувствовал, что ты что-то скрываешь. То, как ты смотришь на меня, как злишься, когда рядом Саэ… Почему ты молчишь? Скажи мне. — Не лезь не в своё дело, Исаги! — рявкнул Рин, вскакивая на ноги. Исаги тоже встал, но его голос был спокойным и твёрдым. — Я не уйду, пока ты не скажешь. Рин смотрел на него, его дыхание было тяжёлым, как перед финальным рывком на поле. В груди всё жгло. Исаги стоял перед ним — такой честный, такой прямой — и Рину казалось, что он сходит с ума. — Почему ты просто не видишь?! — вырвалось из него. — Почему ты не понимаешь, что всё это из-за тебя? — Из-за меня? — Исаги моргнул, сбитый с толку. — Да, из-за тебя! — Рин сделал шаг вперёд, почти крича. — Я ненавижу, как ты заставляешь меня чувствовать себя слабым. Я ненавижу, что каждый раз, когда ты улыбаешься, я… Слова застряли у него в горле, но Исаги вдруг замер. — Рин… — тихо произнёс он. — Ты… Рин отвернулся, его плечи дрожали. — Забудь это. Я не хотел… — Ты влюблён в меня? Эти слова прозвучали так просто и в то же время так сильно, что Рин едва смог дышать. Тишина повисла между ними, прерываемая лишь его тяжёлым дыханием. — И что, если так? — прошептал Рин, всё ещё не оборачиваясь. — Ты ведь видишь во мне только напарника, Исаги. Я для тебя просто очередной игрок. Он услышал, как Исаги делает шаг вперёд, а затем почувствовал, как ладонь легла ему на плечо. — Кто тебе это сказал? — голос Исаги был удивительно мягким. — Ты для меня гораздо большее, Рин. Рин вздрогнул и резко обернулся. Исаги стоял слишком близко, их взгляды встретились. — Что ты имеешь в виду? — хрипло спросил Рин. — Я не знаю, когда это произошло, но ты… — Исаги смотрел ему прямо в глаза. — Ты стал частью меня. Как на поле, так и вне его. Рин не мог поверить в то, что слышит. Всё, что он так долго держал в себе, вдруг вырвалось наружу. — Исаги… — И если ты боишься, что я отвергну тебя, ты ошибаешься, — Исаги усмехнулся, его глаза блестели. — Я выберу тебя, Рин. Всегда. --- Это признание обрушилось на Рина, как ураган. Он не знал, что сказать, но впервые за долгое время он чувствовал, как камень падает с его души. — Ты идиот, — пробормотал он, пытаясь скрыть улыбку. — Возможно, — усмехнулся Исаги. — Но я твой идиот. Рин не сдержался — он потянул Исаги к себе и обнял его крепко, словно боялся, что тот исчезнет. Исаги замер на мгновение, а потом обнял его в ответ. — Мы справимся, — тихо прошептал Исаги. — Я знаю, — ответил Рин, закрывая глаза. В этот момент всё стало на свои места. Саэ, их соперники, «Синяя Тюрьма» — всё это меркло рядом с тем, что они наконец нашли друг друга. --- Эпилог Через месяц после финала Рин и Исаги вместе стояли на поле, готовясь к новому матчу. Саэ наблюдал за ними с трибун, и на его лице играла лёгкая усмешка. — Что ж, Рин, — бросил он себе под нос, — кажется, ты наконец нашёл свой путь. На поле Исаги повернулся к Рину и протянул кулак. — Готов? Рин улыбнулся и ударил кулак о кулак Исаги. — Всегда. Свисток прозвучал, и игра началась. Но теперь Рин знал, что он больше никогда не будет один.