Осёл

Тяжёлая тренировка... Пять парней обессиленно сидят на полу, обильно истекая потом. И только двое из них из последних сил стоят на обеих двух и вкладывают эмоции в голос. -И всё же я считаю, что это движение лучше делать так, как я сказал. - Я устал с тобой спорить. Нам дали четкое техническое задание. Сам не хуже меня знаешь, что Сон Дык не любит отклонений от плана. Не будь ослом!-белокурый парень сжимает пальцами виски, пряча лицо в довольно крупную ладонь. *-Я БЫ ПОСПОРИЛ КТО ИЗ НАС ДВОИХ ОСЁЛ!* мог бы сказать второй спорящий, но просто повернулся к остальным ребятам. - Вы все тоже считаете, что я не прав? Энхайпен подняли глаза. Никто до сих пор не решался вмешаться в этот спор. Они слишком устали. Сложно иметь в команде лидера и старшего... А вернее, когда они не один человек... Один говорит одно. Другой совсем другое. И кого слушать... -Хи, честно, если делать с твоей правкой, то выглядит намного лучше, но Вон прав, господин Сон прямым текстом сказал: никакой отсебятины - Джей устало посмотрел на Хисына.-Давайте закончим на сегодня, ребят, мы все устали.- Он потер больное колено и, опираясь на руку, немного неловко поднялся. Мешковатые штаны сползли чуть ниже бёдер. А футболка одним краешком замялась в них и уютно держалась в таком положении. Парень засунул руку в темные волосы, провел до затылка, посмотрел на влажную ладонь и ухмыльнулся. - Кто куда, а я в душ...-и в развалочку направился к выходу, не обращая внимание на застывших Хисына и Чонвона. То ли похвалил...То ли обосрал... хрен пойми этого Джея... -Я с тобой, вдруг опять привидений бояться начнёшь После убежавшего, вслед за кинутой фразой, Джейка, парни по одному вытекли из помещения. И чем меньше становилось людей в зале, тем более напряженной становилась атмосфера. Последним вышел Сону. Он остановился в дверях: -Вам бы это... выпустить пар...-Ким обмахивал себя изящной ладонью - мы вас обоих любим и уважаем, но пора бы уже договориться. Столько времени прошло... И правда, с дебюта прошло уже два года. И все два года эти двое находятся в каком-то странном напряге. На шоу всё было более менее. Хисын и Чонвон хорошо относились друг к другу. Искренне переживали когда кого-то номинировали на вылет. Обнимались после выступлений. Когда же из отношения свернули не туда... Может когда Чонвона объявили лидером группы? Хотя Хисын, судя по виду, вроде как был не против такого исхода. И даже рад. А может была какая-то иная причина? -Ну, и к чему мы пришли? Хисын, пожалуйста, давай не будем ругаться... -Мы не будем ругаться, если перестанем плясать под дудочку и начнем ставить красиво. -Так как ты хочешь, мы не можем сделать, потому чт... Ли не дослушал, вскинул руки вверх и удалился вслед за ребятами. Оставив Вона одного стоять посреди репетиционки. Ну уж нет. Сегодня это должно закончиться. Ян нагнал Хисына уже в дверях комнаты. -Ну что тебе!?-старший на мгновение сдвинул брови. Эта эмоция больше была похожа на нервный тик. -Мы не договорили- парень сделал уверенный шаг в сторону Хисына. Тот в свою очередь отпустил ситуацию и ушел вглубь комнаты. Из ванной доносился шум воды. Хисын делил комнату с Сону. -Ну Хисын, ну что происходит... Почему ты так уперся... Старший сидел на кровати и утопил руки в мягких влажных от пота волосах. -Выйди, пожалуйста, я дождусь когда Сону выйдет из душа и тоже пойду мыться. -Мы не договорили, я устал конфликтовать, нам нужно решить эту проблему. И, к твоему сведению, я тоже весь потный. -Я не хочу с тобой разговаривать. Сейчас мне нужно побыть одному.-Ли неотрываясь разглядывал ковер на полу. - Перестань вести себя как ребёнок! Ты же самый старший из нас, будь рациональнее! Хисын вскочил с кровати и быстрым шагом подошел к младшему. Однако, приблизившись, не остановился и проводил Вона задом аж до самой стены. Чонвон был явно озадачен. На лице друга, как ему казалось, была ярость, пока тот шел. Но вот он в 5 сантиметрах от его лица и парень замечает странную эмоцию... но она не достаточно явная, что бы уловить её... поймать...застать врасплох... - Уходи... по хорошему прошу, уходи отсюда... поговорим позже... или не поговорим. Выдыхая почти в рот младшему, прорычал Хисын. Вон округлил глаза, ещё немного и их затопит. Парень поспешил ретироваться. Однако... -Хорошо, мы поговорим позже-Ян еле слышно всхлипнул. Этот звук отлетел от стен и упал в ушную раковину Хи. Он выглядел так же яростно, но поняв, что напугал собеседника, слегка смягчился во взляде. Чонвон вытер пробную версию слез, поймав её прямо в уголке глаза и, помедлив, дернул за ручку. Глухой звук разнесся по небольшой комнате. Дверь не поддалась. Хисын подошел и попробовал тоже. Ни в какую... -Да что... И тут они оба поняли -Сону.... Только сейчас парни заметили, что в ванной комнате подозрительно тихо. Во время спора они и не заметили, что этот лис незаметно выскочил из комнаты и закрыл их вдвоём... Но для чего... Что бы они выпустили пар друг на друге? И умерли в честной схватке, не мучая при этом остальных участников?... Ох Сону... Он ведь даже не понял, что сделал. Оба парня были на грани срыва... Как бы не было тяжело признавать своё поражение, Хисын пустил младшего в душ. Чонвон стоит под струями горячей воды. Капли стеклышками опускаются на его тело и расплавляясь от жара стекают вниз по бархатистой коже. -хааа Парень выдыхает, запрокидывая голову назад. Давая жидкому огню омыть ключицы и шею. В ванной комнате стоит плотный пар. Но этой воде не потушить кусок расскаленного камня. Чонвон горит. Горит внутри. Желанием, идеей, Танцами, Вокалом, всеми Энхайпен... но самый пышащий кусок... принадлежит только одному...только Хисыну... Этот лавовый камень в руках Хисына рассыпается на бриллианты слез, стоит ему лишь немного надавить. Почему... почему он так поступает... Что случилось с их дружбой... Вону нужно выяснить... жизненно необходимо... Он выходит, трясет головой. Белые завитки распадаются в стороны. Еле доставая до ушей. Вокруг пояса обмотано белое махровое подотенце. По коже, укутанной мурашками катится одинокая капля. Хисын уже после душа лежит на кровати под одеялом. Он поднимает глаза и его взгляд падает на тело. На взрослое тело этого "ребёнка". Красивые руки, обвитые мышцами. Уверенная шея. И мягкий пресс... сколько же прошло времени... Хи никогда не обнимал Чонвона взглядом. Таким взглядом. Он лишь иногда выцеплял отрывки этой истории. Разошлись в стороны края рубашки. Подпрыгнула футболка. Задернулся рукав. Старший всегда понемногу читал Чонвона. И никогда вот так. Взахлеб. Жадно запоминая каждый миллиметр. Когда он начал так грубо относится к нему?... Ему не нужно задумываться, что бы дать ответ на этот вопрос. Душащий его каждую ночь. Застрявший костью в горле. Подначивающий вывести на спор и укольнуть больнее, что бы вызвать ненависть. Но этот парень... Он как кот. Пинаешь его, разрывая сердце, а он обратно бежит и лижет в нос. Ласкается. Отчего это всё? От попытки бежать от себя... От своих внутренних желаний... Как же поговорить с Хисыном... как подобраться. Если знаешь про атаку... либо беги, либо бей первым... и Вон делает первый ход. -СКАЖИ МНЕ УЖЕ НАКОНЕЦ-ТО! ЧТО НЕ ТАК, ЧТО ПРОИСХОДИТ? ПОЧЕМУ ТЫ СТАЛ ТАК НЕНАВИСТНО СМОТРЕТЬ НА МЕНЯ. ОСУЖДАТЬ ВСЁ, ЧТО Я ДЕЛАЮ. ПОЧЕМУ!? Парень срывается на крик. Не потому что так зол, не потому что ему так хочется. Он знает, что просто разговор тут бесполезен. И просто пропускает лишние этапы. Старший обескуражен. Никогда ещё Чонвон не разговаривал с ним не как с братом...а как...лидер. Грубо, громко. Почти без уважения. Но формально. Интонация больно кольнула в сердце. Ребра свело. Ян попал, куда хотел. Хисын распаляется словно армейская спичка, которую пытаются потушить водой. -Потому что ты не прав и делаешь глупые вещи. Не слушаешь советы старших.-проговаривает медленно Ли, пытаясь спрятать дрожащий голос. Который почти переходит на крик. - Я ЛИДЕР И Я СЛУШАЮ ВСЕХ. НО МЫ НЕ ОБЯЗАНЫ ДЕЛАТЬ ТАК, КАК ТЕБЕ ХОЧЕТСЯ ПРОСТО ПОТОМУ ЧТО... И парень не выдерживает -И ПОЧЕМУ ЖЕ!? -ДА ПРОСТО ПОТОМУ ЧТО ТЫ ОСЕЛ! Старший поднимает глаза Вскакивает с кровати. И резко снимает с себя футболку, оголяя худой подтянутый живот. Разводит руками, обводя всего себя. -ЭТО ВСЁ, ЭТО ВСЁ ЛИШЬ РАДИ ВАС. Я ТАК СТАРАЮСЬ И ПЫТАЮСЬ СДЕЛАТЬ КАК ЛУЧШЕ, ТОЛЬКО ЧТО БЫ МЫ БЫЛИ ЛУЧШИМИ. ЭТО ТЫ РАСПУСКАЕШЬ НЮНИ И НИ СЛОВА НЕ МОЖЕШЬ СКАЗАТЬ ПРОТИВ ХОРЕОГРАФА! Глаза Чонвона стали более объёмными. Старший замечает это. Но ради этого всё и затеивалось. Больно ударить. И это бьёт и по нему же. Но он не может просто признаться ему. Он не может признаться и самому себе. Но игра выходит из под контроля... -Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ ЛИ ХИСЫН!-младший скалой стоит и смотрит прямо в глаза, леденя душу. Из глаза, глядящего на Хисына всё с той же любовью, не взирая на слова, катится маленький бриллиант. Слетает с обрыва щеки и срывается в пропасть, разбиваясь о каменный ковёр. Старший огибает свою кровать и подходит к Чонвону. Оставляя между ними пол шага -ПОВТОРИ-голос срывается на какую-то бешенную степень крика. Отчаянного. Вон молчит От страха у него трясутся колени. Он смотрит в пол. Куда одна за одной падают слезы. -повтори, что ты сказал...-Хисын переходит на шепот. Его децибелы дрожат. -я тебя не.. Хисын подаётся вперёд, и на вдохе обхватывает нежные губы Чонвона. Глаза младшего расширяются на сколько это возможно. Он вдыхает и пятится назад. Но Хисын не отпускает и провожает до самой стены, чуть не сшибая прикроватную тумбочку. Вон хватает парня за плечи и отстраняет от себя. -Что ты... Хи закрывает глаза и на одном дыхании вышептывает всё, что думает -Я люблю тебя, Ян Чонвон. И мне сложно в себе это принять. Поэтому, если ты чувствуешь ко мне хоть что-то кроме ненависти... можешь хоть сейчас заткнуться... Неловкая тишина. Перед глазами темно. Он задержал дыхание. Он не дышит. Сердце бешенно стучит. Он чувствует его мокрое тело в паре сантиметров. И еле держится, что бы не дотронуться. Что он ждет после признания? Команды, означающей готовность? Аплеухи? Он боится, дрожит как мальчишка, боясь отказа. Ведь если это будет он...то придётся начинать другую жизнь. Он не сможет. Не сможет больше продолжать причинять боль тому, кого любит. В такие моменты снаружи он невозмутим, но внутри... сердце обливается кровавыми слезами. Хочется вырвать себе язык. Но вот он переборол себя. И стоит полуголый, в одних трусах перед Чонвоном. Абсолютно беспомощный, абсолютно слабый. Мгновение, другое. И старший выдыхает. Отчаяние заполняет легкие с новым вздохом. Нет. Это нет. Он останется со своими чувствами сам в себе. Придется уйти из группы. Он не вынесет... И в этот момент в его губы легонько тычатся чьи-то мягкие. Сладкие. Они просто падают на него и таят как хлопья снега. И Хисына уносит. Он слизывает с губ снег Чонвона. Захлебываясь двумя каплями воды. Наедаясь двумя лепестками сакуры. Губы двух скал сошлись воедино и теперь они едины. Поедают друг друга. Ища потайные ходы. Изучая каждый уголок губ. Нервно пуская ветер вокруг. Порывистый, горячий... Старший опускает руки, проводя вдоль рёбер Чонвона, скользя по ним. Ладони встречаются на пояснице. Залезая под белое снежное укрытие. Руки обхватывают упругую попу Вона. Полотенце легко слетает на пол. Поцелуй превращается в жадное насыщение. Нежно, но желанно, они пробуют друг друга. Губы по одной исчезают во тьме и рождаются вновь. Влажными, более розовыми и пухлыми, чем были ранее. Руки парней исследуют тела. Обнимая пальцами каждый изгиб. Каждую ямку. Обхватывая всю поверхность. Перебирая, пощупывая. Они горят. Горят оба. А вокруг них клубами струится пар. Магия и на них падают горячие капли. Обдавая жаром и без того пышащие тела. Волосы в беспорядке падают на лицо. А губы и так влажные теперь в прямом смысле слова утопают в поцелуях. Хисын разворачивает Вона и проводит указательным пальце вдоль дорожки от солнечного сплетения вниз. Медленно приближаясь к нежной паховой зоне. Гладит, сливаясь с водой в унисон. Чонвон закидывает голову на плечо старшему, закрывая глаза от наслаждения. Хисын проводит языком по шее парня. Слизывая безвкусную воду со сладкой шеи. Оставляет на ней миллиона маленьких нежных поцелуев. Подбирается ими к щеке. Тыкает в неё носом. Требуя, что бы младший повернул голову. Но тот не торопится. Не страшно. Хи столько ждал его и сейчас готов подождать. Тело изнутри наливается теплом, когда парень всё же поворачивается, давая согласие на поцелуй. И они снова упиваются друг другом. А Хисын накрывает ладонью член младшего и обращает его в безумие. Задавая темп. Чувствуя напарника подсознательно. Словно зная, что тому нужно. Чонвон же, задыхается в эйфорие и уже даже не целует. Тыкается губами как котенок в губы Хисына. Пытаясь сосредоточиться, но всё тщетно. Хи отстраняется от его губ и шепчет на ухо, что бы вода не перебила его. -можно я...? И получает ответ, настойчивым поцелуем, который в итоге вновь скатывается в обессиленное удовольствие. Что буквально означает: Можно. И он погружается. Погружается вглубь Чонвона. Нежно обволакиваемый им с обеих сторон. Двигается плавно. Успевая следить и за своей рукой и за тем, что происходит между парнями. Плавно входит и выходит. Повторяя вновь и вновь. В тот же так двигая рукой. Чонвон уже даже не пытается изображать поцелуй. Он открытым ртом непроизвольно подбирает одинокие капли воды. Стоны разносятся по всей ванной, когда эти двое обливаются изящной страстью. Расцветают и открываются для себя по новой. И первым сдаётся Чонвон. Проигрывая эту неочевидную гонку удовольствия. Он заканчивает в руку Хисыну и тот ещё некоторое время мучает его. Хисыну нравится, как младший дергается в его руках, получая слишком большую порцию наслаждения. Он обвивает мокрыми руками тело, которое так любит и жаждет. Скользит по торсу, по грудной клетке, к шее. Вытягивая подбородок Вона кверху. Кладет ему большой палец в рот, обнимая нижнюю челюсть длинными пальцами. И ускоряется. Наращивает темп. Входит всё глубже. На сколько может себе это позволить. Чонвон стонет громко, даже с пальцем во рту. Если бы его не было... к ним бы сбежалась вся общага. И вот финал. Хисын прижимает младшего максимально близко, обнимая за плечо и за талию. Громко выдыхая Чонвону в ухо. Заходясь в стонах вместе с ним же. И они обессиленно ложатся в ванну. Хисын размазывает капли по горячему телу парня, что лежит на нём. А тот, полностью опусташенный, прижавшись к старшему, заснул, вдыхая аромат кожи Хисына.