Зоной скована

Глава 32: Боль за решёткой. Сидела я в том блоке, где Марина меня оставила, и никак не могла выкинуть её слова из головы. Она смотрела на меня так, будто я ничто. Будто всё, что было между нами, сгорело дотла. — Закончи, пока ещё есть шанс, — эхом отдавалось у меня в голове. Шанс? Какой шанс? Я уже давно поняла, что шансов не бывает, когда ты живёшь по зоне. Всё решается либо силой, либо хитростью. А она, малая, выбрала не меня. Я встала, обошла стол и толкнула дверь на лестницу. — Эй, хозяйка, всё нормально? — подошла одна из моих девчонок. Я остановилась, бросив на неё короткий взгляд. — Всё ровно. Не лезь, — отрезала я и пошла дальше, оставив её ошарашенной. Война продолжается Шли дни, а я только крепче держала свой блок. Чужие ко мне не лезли, знали, что сломаю любого, кто встанет поперёк. Да и свои понимали — если уж я что сказала, то так и будет. Но Марина… Она мне снится. Смотрю на неё через решётку, а в голове всё перемешивается. Её спина с татуировкой льва, эти сильные руки, которые раньше прижимали меня к себе, — теперь они стали чужими. Я знаю, что она поднялась. Но меня это только сильнее злило. — Хозяйка, — подошёл один из моих ребят, — слышал, у Марины на завтра свои движухи. — Чё за движухи? — подняла я голову. — Да так, решили на весь блок собрать. Чё-то планируют. Я кивнула, размышляя. Она хотела показать, что её слово теперь весит больше? — Пусть базарят, — ответила я. — Но держи ухо востро. Если чё-то против нас пойдёт, узнаю первой. Он кивнул и исчез за дверью. Случайная встреча Ночью я пошла в душевую. Хотела смыть эту злость, что копилась во мне. Вода шумела, я стояла под струёй, чувствуя, как напряжение немного уходит. — Не думала, что ты можешь быть одна, — раздался голос позади. Я обернулась. Это была она. Стояла в дверях, скрестив руки на груди. — Если пришла базарить, то не вовремя, — бросила я, поворачиваясь обратно к воде. Она зашла, закрыв за собой дверь. — Знаешь, Анжела, ты можешь думать, что сильнее всех, но иногда ты сама себе вредишь. Я выключила воду и обернулась, стоя напротив неё. — Ты чё пришла, а? Указывать мне? — Нет, — она шагнула ближе. — Просто хотела напомнить, что раньше ты была другой. — Это ты меня такой сделала, — бросила я, сжимая кулаки. — Ты ушла, ты предала, а теперь делаешь вид, что это я во всём виновата? Она покачала головой. — Это не предательство, Анжела. Это была защита. Её слова ударили по мне сильнее, чем я хотела признать. — Чё ты хочешь? — спросила я, стараясь не показать, как её близость действует на меня. — Ничего, — сказала она тихо, опуская взгляд. — Только понимания, что мы обе загнали себя в этот угол. Я смотрела на неё, на её сильное тело, на эти глаза, в которых горела злость и боль. Я знала, что уже не смогу отпустить её просто так. — Малая, — тихо произнесла я, — ты знаешь, что я тебя не отпущу. — Тогда не делай хуже, — ответила она, её голос был твёрдым. — Потому что я больше не боюсь тебя. Она развернулась и ушла, оставив меня стоять в тишине душевой. Я смотрела на капли воды, которые стекали на пол, и понимала, что теряю её окончательно. Но если она думает, что я сдамся, то ошибается. Глава 33: Ночь на грани Я сидела в своей камере, обвив руки вокруг колен, и пыталась успокоиться. Слова Марины продолжали звучать в моей голове, как зловещий эхом. "Я больше не боюсь тебя." Какого черта? Она что, забыла, кто я? Кто она? Малая, с которой мы пережили столько всего, а теперь… просто ушла. И сейчас стоит передо мной, как чужая. Ничего не понимаю. Я встала и начала ходить по камере. Это не было похоже на меня — вечно спокойную и уверенную. Я всегда знала, чего хочу, как этого добиться. А теперь? Теперь мне было не хватало уверенности. Я не знала, что делать с этим острым ощущением внутри, что теряю её, и что, возможно, уже никогда не верну. Внезапно дверь моей камеры открылась, и в проёме появилась одна из моих девчонок. В её глазах был страх, но она не колебалась. — Хозяйка, нужно поговорить, — её голос был напряжённым. Я кивнула, приглашая её войти. Она зашла и закрыла дверь. — Чё случилось? — спросила я, присаживаясь на кровать. Она подошла ко мне, нервно оглядываясь, и опустила голос: — Мы узнали, что завтра будет что-то серьёзное. Движуха Марины… Она собирает людей, говорит, что будет ставить точку. Все мы знаем, что она не просто так начала. Она решит всё за нас, если мы не вмешаемся. Я почувствовала, как кровь застыла в жилах. Это был тот момент, когда решение приходило не словами, а действиями. Мы не могли сидеть сложа руки и ждать, пока она развалит всё, на чём я строила свою власть здесь. — Убедись, чтобы все наши девчонки были готовы. Если она решила поставить точку, то пусть знает, что мы тоже играем по своим правилам, — я встала, давая команду. Она кивнула и поспешила покинуть камеру. Я оставалась одна, но теперь в моей голове всё было ясно. Я не собиралась сдаваться. Я не позволю Марины уничтожить всё, что я создала. И пусть она думает, что я не боюсь её, но она ошибается. Я готова была на всё, чтобы вернуть её. И если для этого мне нужно было пролить кровь, то так тому и быть. Но прежде чем я успела полностью осознать свои мысли, дверь снова открылась. На пороге стояла она. Марина. — Ты всё-таки пришла, — я бросила взгляд на её фигуру. Она была такая же, как и раньше — сильная, уверенная. Но теперь в её глазах не было той мягкости, что была раньше. Они были полны чего-то другого, чего-то темного. Она не ответила сразу, лишь шагнула ближе, закрывая дверь за собой. Мы молчали несколько секунд, просто стоя напротив друг друга. И в этот момент я поняла, что ни одна из нас не хочет отступать. — Ты права, — наконец произнесла она, её голос был твёрдым, но не таким злым, как в прошлый раз. — Мы обе загнали себя в угол. Но теперь ты должна понять, что я не отступлю. Я не боюсь тебя. Я шагнула навстречу, закрывая дистанцию между нами. — Ты думаешь, что сможешь меня остановить? — мой голос был низким, настойчивым. — Ты не знаешь, как я могу быть опасной, Марина. Ты ведь это помнишь, правда? Она смотрела мне в глаза. В её взгляде не было страха, не было сомнений. Только стойкость. — Я знаю, — она прошептала. — Но я больше не могу жить в этом аду, Анжела. Ты не видишь, что мы сами себя загоняем сюда? Всё, что мы сделали, всё, что мы потеряли… Неужели тебе этого не жаль? Тон её голоса был мягким, но в этом была скрытая сила. Я знала, что она не сдастся. Она не будет просить прощения, не будет сожалеть. Она будет бороться до конца. — И что ты хочешь от меня? — я шептала, почти не осознавая, что говорю. Она шагнула ещё ближе и, не отвечая, просто положила руку мне на плечо. Это был жест, полный странной, невыразимой боли. И что-то в её движении заставило меня замереть. Я не могла понять, что это. Всё, что я когда-либо знала о нас, исчезало. Мы стояли так, не двигаясь, и всё, что оставалось, — это наша тень, отражённая на полу. Марина была рядом, и я знала, что эта встреча изменит всё. Глава 35: Линия фронта Утро наступило, и туман, как будто сам по себе, окутал территорию. В этом мраке все казалось странным и не реальным. Мы все знали, что сегодня решится всё. Зона — это место, где нельзя скрыться от своих ошибок. Здесь правит сила, а те, кто не может держать в руках этот мир, рано или поздно оказываются сломленными. Я стояла в своём блоке, наблюдая, как девчонки готовятся. У каждого из нас был свой план, но я знала, что важно не то, что мы делаем, а как мы будем это делать. В последний момент всё может измениться, и я должна быть готова к этому. Мои мысли вернулись к Марине. Её слова в душе моей не давали покоя. "Я больше не боюсь тебя." Я по-прежнему не могла понять, как она смогла так просто уйти, бросить всё, что мы пережили, и теперь стоять на другой стороне. Но я не могла её простить. Я не могла отпустить её. И теперь всё это стало только сильнее — как злая ярость, от которой не можешь убежать. Я услышала шаги, и одна из девчонок вошла в блок. — Хозяйка, всё готово. Все на местах, — сказала она тихо. Я кивнула, собрав все свои мысли в кулак. — Пошли, — сказала я и пошла к выходу. Я знала, что эта война не закончится миром. Всё будет решаться тут и сейчас. В любой момент нас могут опередить. Но я не позволю Марине одержать победу. Когда я вышла на прогулочный двор, в воздухе висела напряжённость. Девчонки с обеих сторон уже стояли, наблюдая друг за другом. Вижу её — Марина, на этот раз не сзади, а прямо передо мной. Она стояла с теми, кто поддерживал её. И в её глазах был тот же холод, что я когда-то видела, когда она уходила. Она не смотрела на меня с сожалением, не искала примирения. Она смотрела, как на врага. — Ты готова закончить это? — её голос был спокойным, но в нем был скрыт гнев. Я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось. Сжалось так сильно, что едва не вырвалось наружу. — Я никогда не искала мира с тобой, — ответила я, не убирая взгляд. — Всё, что я делала, я делала для себя. И ты это знаешь. Марина чуть кивнула, как будто подводя итог. Она повернулась к своим людям, давая знак. — Мы не будем стоять на месте, — сказала она. — Но если ты думаешь, что можешь просто так отнять то, что принадлежит мне, ты ошибаешься, Анжела. Она сделала шаг назад, и я почувствовала, как напруга в воздухе растёт. Всё было на грани. Всё — эта территория, эти стены, наши люди — это была игра на выживание. Никаких компромиссов. Тогда всё пошло как раз не так, как я ожидала. В самый момент, когда мы с Мариной только обменялись взглядами, сзади прогремел громкий выстрел. Всё произошло так быстро, что я не успела осознать, что происходит. Я только увидела, как Марина рухнула на землю. Тишина на мгновение поглотила нас. Я стояла как вкопанная, не веря в то, что только что произошло. Кто-то из её людей бросился к ней, пытаясь понять, что случилось. — Она жива! — кричал один из них, но его голос был полон паники. Мои девчонки замерли, не зная, как реагировать на этот неожиданный поворот. Мы все были на грани. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть, что с ней. Марина лежала на земле, её лицо искажено от боли, но она была ещё жива. Я стояла над ней, и не понимала, что именно я чувствую. Я не могла сдержаться. Мои глаза сузились, и я почувствовала что-то знакомое, но холодное. Я отвернулась от неё. Не важно, что случилось. Не важно, как её ранили. Я не могла позволить себе испытать жалость. Не к ней. — Мы уходим, — сказал я своим девчонкам, и они последовали за мной, не задавая лишних вопросов. Я ушла, не оглядываясь назад. Но в голове было только одно: война продолжается, и ничего не будет прежним. Мы все сделали свой выбор. И последствия этого выбора мы будем нести до конца. Глава 36: Пауза перед бурей Прошло несколько дней с того момента, как Марина оказалась на грани. Я знала, что это не просто случайность. Кто-то из её людей выстрелил, и теперь ей было трудно оправиться. Но это не меняло сути — война продолжалась, и она уже не могла оставаться на пьедестале, на котором она когда-то стояла. Если она снова встанет, я буду готова. Зона — это не место для слабых, и, несмотря на то, что Марина была моей бывшей, она всё равно оставалась опасным соперником. Теперь она лежала в своей камере, под капельницей, в полуопутанных бинтах, и было понятно, что её лидерство ослабло. Но её люди продолжали держать оборону, и я знала, что они будут пытаться восстановить свою власть. Я же, в свою очередь, не собиралась останавливаться. Мы все стояли на одной линии фронта, и отступать было некому. Я сидела в своём блоке, глядя на девчонок, которые готовились к возможной атаке. Все были напряжены, каждый шёпот, каждый взгляд были пронизаны ожиданием. Мы должны были быть готовыми к тому, что случится в следующий момент. Каждое движение могло стать решающим. Ночь была тиха, словно всё вокруг замерло, чтобы дать нам передышку. Но я знала, что эта пауза будет короткой. Всё, что я сделала за все эти годы, я сделала для того, чтобы не быть сломленной. Теперь, когда Марина была почти выбита, нужно было действовать быстро. — Хозяйка, — подошла одна из моих девчонок, её лицо было серьёзным, как всегда, — что дальше? Я вздохнула, осознавая, что пришло время для последнего шага. — Собираем всех. Мы выходим завтра. Если Марина захочет вернуться в игру, она уже не сможет. Завтра мы идём в её блок и ставим точку. Она молча кивнула и вернулась к остальным. Я знала, что среди нас есть те, кто сомневается, но не было времени объяснять. Мы не могли ждать, пока она оправится. Пока она жива, она опасна. Тем временем в блоке Марина лежала с закрытыми глазами, но я видела, как её люди приходят к ней, пытаются поддержать, восстановить её силы. Они не видели, что её время уже прошло. Они не понимали, что она больше не сможет вернуть прежнюю власть. Я же знала, что они сделают всё, чтобы бороться до конца. Но я была готова. Рано утром я встала, и, не теряя времени, собралась. Сегодня был тот день, когда всё решится. Девчонки уже были наготове, и в воздухе витала неизбежность. Выйти или остаться — для нас это был вопрос жизни и смерти. Мы все это понимали, и каждый шаг был пропитан этим знанием. Я повернулась к своим людям. — Мы идём туда не для того, чтобы их жалеть, — сказала я твёрдо. — Мы идём для того, чтобы поставить точку. Завтра не будет ни Марины, ни нас. Всё решится сегодня. Всё, что мы делаем, имеет значение. Они молчали, но в их глазах была решимость. Это была не просто битва за власть. Это была битва за выживание. Марина не знала, что её ждёт. И я не собиралась позволить ей выкарабкаться. Когда мы вышли на коридор, атмосфера в зоне была напряжённой, и даже воздух казался глухим и тяжёлым. Мы шагали, не говоря ни слова, и каждый знал, что в ближайшее время всё будет решено. Я чувствовала этот холод в животе, как будто предчувствовала, что не всё будет так, как я хочу. Мы подошли к её блоку, и на двери уже стояли её люди, готовые к защите. Но они не были готовы к нам. Я делала шаг вперёд, не оглядываясь. В глазах моих девчонок было только одно — вера в победу. И я вела их. В тот момент, когда я подняла руку, чтобы отдать сигнал, всё вокруг замерло. Я услышала знакомый голос, который прошептал моё имя. — Анжела... Я обернулась. Марина стояла на пороге, её лицо было бледным, но глаза всё так же полыхали яростью и болью. Она смотрела на меня с тем самым выражением, что и тогда, когда уходила. Но теперь в её взгляде не было решимости. Она знала, что её конец близок. — Ты пришла, — сказала она, как будто в этом было всё. — Я пришла, — ответила я, глядя на неё. Мы стояли друг перед другом, и я чувствовала, как мир вокруг нас сжимается. Время замедлилось. ### Глава 37: Конец игры Я знала, что она придёт. Знала, что рано или поздно мы снова окажемся лицом к лицу. Зона не прощает слабости, и уж точно не прощает тех, кто выбирает другой путь. Я выбрала свой, Анжела — свой. Но даже сейчас, стоя на пороге своего блока, я видела её, как в первый день нашей встречи. Её глаза полны ярости и боли, её шаги уверенные, но тяжёлые. Она пришла закончить это. Внутри всё дрожало, но я не могла показать этого. Я не могла быть слабой перед ней, даже сейчас, когда знала, чем всё закончится. Мы обе шли к этому моменту слишком долго. — Ты пришла, — сказала я, глядя на неё. Она остановилась в нескольких шагах, её взгляд был холодным, но в нём всё ещё горел тот огонь, который я когда-то любила. Она смотрела на меня, словно решала, добивать ли. — Я пришла, — её голос был тихим, но я слышала в нём всё. Она уже сделала выбор. Мы стояли напротив друг друга, и мои люди замерли за спиной. Но я знала, что они не вмешаются. Это не их бой. Это наш бой. Последний. — Ты всё ещё думаешь, что сильнее? — спросила я, чувствуя, как моя слабость вырывается наружу. — Думаешь, что сломаешь меня? Она шагнула ближе, и я почувствовала, как дрожь пробегает по моему телу. — Ты сама знаешь ответ, — сказала она, её голос был твёрдым. Анжела подошла вплотную. Теперь мы были так близко, что я могла почувствовать её дыхание. Она смотрела на меня так, будто хотела уничтожить и спасти одновременно. — Почему? — прошептала я. — Почему ты всегда выбираешь этот путь? Её лицо дрогнуло, но лишь на мгновение. — Потому что ты оставила мне только этот путь, — ответила она. Я знала, что она права. Всё, что мы сделали друг с другом, привело нас сюда. Мы обе виноваты. Она подняла руку, и я увидела нож. На секунду я подумала, что она медлит. Но потом она сделала шаг вперёд, и вместо удара я почувствовала её губы на своих. Этот поцелуй был быстрым, яростным, полным боли. В тот момент всё, что мы не могли сказать друг другу, разом вырвалось наружу. Она держала меня так, словно не хотела отпускать, но её холодный клинок уже коснулся моего живота. — Ты была моим всем, — прошептала она мне на ухо. И в следующий миг я почувствовала, как нож вошёл в моё тело. Боль была острой, но она быстро стала чем-то другим. Тепло разлилось по моему телу, и я начала падать. Анжела держала меня, чтобы я не рухнула на землю. Она смотрела на меня, и в её глазах я увидела ту же боль, что была во мне. — Ты победила, — сказала я, чувствуя, как силы покидают меня. — Нет, Марина, — её голос был хриплым. — Я проиграла тебя. Последнее, что я видела, — это её лицо. Слёзы текли по её щекам, но она не позволила себе сломаться. Она держала меня, пока я уходила. В её глазах было всё: любовь, ненависть, сожаление. И, закрывая глаза, я поняла, что, несмотря на всё, она всё ещё была той, кого я когда-то любила.