Неидеальные

Гермиона смотрела на своё расписание и её зрачки сфокусировались на одном имени в списке посещений на завтра. Драко Малфой. Ей казалось, что если долго смотреть, ей покажется, что кто-то ошибся, когда внес его сюда. Нет, она не боялась его. Какая-то часть ее даже хотела увидеть этого слизеринца, ведь последний раз она наблюдала его бледное и измученное лицо на суде. До этого Гермиона пыталась навестить его в Азкабане, так как просочились слухи о плохом обращении с заключёнными под стражу. Но ей удалось лишь добиться установки камер в коридорах тюрьмы и о проверке преступников медперсоналом каждую неделю. Нет, ей было правда любопытно его увидеть. Но она смотрела на причину его посещения и мерзкий ком в горле поднимался все выше и выше, вызывая медленную тошноту. "Заключительная проверка особо опасного волшебника. План: личная беседа, осмотр рабочего места волшебника, осмотр места проживания." Места проживания... проживания... О нет... Гемиону стошнило прямо на журнал. В голове пронесся хохот и истошное "Грязнокровка!" черноволосой кудрявой ведьмы. В глазах помутнело. Снова паническая атака. Их не было около года - последний раз это случилось в магловском кино, когда Грейнджер вошла в уборную и увидела женщину, которая была очень похожа на Лестрейндж. Резко открыв тумбочку, Гермиона достала маленький пузырек с эфирным маслом лимона - психолог дал ей этот удивительный способ борьбы с атаками, так как оказалось, что мозг быстро переключается на запахи и выводит больного из удручающего состояния. Вдохнув аромат, молодой министр магии расслабилась и откинулась в кресло - хорошо, что она заперла дверь, ведь никто не знал о паничках главной волшебницы Британии, кроме Гарри и Рона, иначе ее карьера могла пострадать. Врагов у министра всегда предостаточно. Рон... Гермиона нахмурилась. От него она могла пострадать, пожалуй, сильнее, ведь девушка была не только единственным молодым министром магии за всю историю волшебного мира, но и единственным разведенным министром. После битвы не прошло и недели, как они поженились. Но после её похода в Азкабан, а потом и после суда, в их отношениях наступил разлад. Рон не мог принять того факта, что Гермина защищала семью, из-за которой ее мучили панические атаки при любом упоминании Мэнора, фамилии Малфой, и других ассоциаций с тем днём. Так же он не мог понять беспокойство Гермионы за младшего Малфоя и после вынесения решения суда - через год, когда Грейнджер стала заместителем министра, она узнала, что Малфой и другие "особо опасные" подвергается уничижительным проверкам от специального надзора. Проведя расследование и найдя заинтересованных в таком цирке сотрудников, она добилась разрешения белобрысому хорьку и его коллег по несчастью на работу и ведение малого бизнеса в рамках Британии. Рон был вне себя, когда в очередной раз Гермиона пришла с папкой документов по "бледному пожирателю". И хоть она пыталась доказать мужу, что просто ищет справедливости, Уизли не был готов к её проявлению по отношению к слизеринцам. Могло показаться, что это какая-то детская ревность, но эта тема стала не единственной, по которой они "не сошлись". Рон очень хотел, чтобы Гермиона бросила министерство и занялась рождением и воспитанием их общих детей. И категорически не принимал предложения Гермионы совместить её реализацию с появлением новых Уизли при помощи помощи квалифицированных на то сотрудников. Так начались скандалы, ссоры, и игнорирование Гермионы по вечерам, когда та хоть немного зажерживалась на работе. Апогеем стал вечер их второй годовщины, в который Рон не стал помогать и просто ушел из дома, когда у жены началась очередная паническая атака - кто-то из соседей закричал, чем вызвал воспоминания у Гермионы о том дне. На следующий день был оформлен развод в исключительно короткие сроки для магической Британии. И, поговорив с министром Бруствером, уже-не-Уизли добилась отсутствия огласки этого события где-либо, а так же запрета на упоминание о ее личной жизни в любых СМИ. Ещё через два года упорной работы снова-Грейнджер стала министром, и про её развод вообще забыли. С Роном она виделась только на общих сборах в доме рыжего семейства или у Гарри с Джиневрой на Гриммо. Обычно они обменивались стандартными фразами в кругу семьи, а при посторонних поддерживали искусственно-приторно-дружеские отношения. Гарри узнал о приступах подруги уже после развода друзей, а когда Гермиона рассказала о последней капле, которая пошатнула их отношения, шрамоголовый так же прекратил дружбу с Уизли, поддерживая только формальное общение. Джиневра, которая услышала разговор мужа с единственной подругой, на следующий день отправила порцию летучемышиного сглаза "любимому" братцу. Снова вдохнув аромат цитруса, Гермиона положила склянку обратно в ящик. Убрала заклинанием рвоту, взяла сумку и направилась к камину, который был связан с ее квартирой. По мнению девушки, это было, пожалуй, единственной полезной привелегией на посту министра магии. - Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Гермиона взяла горсть летучего пороха и зашла в камин. - Бруксхилл 102! - и исчезла в зелёном пламени