Зая, Бали

      Работа Чжоу Цзышу — сплошные русские горки. Высокие подъёмы, крутые виражи. Резкие торможения и такие же резкие рывки вперёд. Зимой и летом, весной и осенью, всё время казалось, что кто-то посадил его в вагонетку бесконечных проблем Дацина.       Трудовой день всегда начинался с восхождения в Гору Бюрократии, кишащую такими же простыми смертными, как и он.       — Господин Чжоу, беда!       — Господин Чжоу, господин Чэнь решил отказаться от сделки, кто-то из наших ответил на вызов вместо вас!       Только ему стоило зайти внутрь большого стеклянного здания, как со всех сторон каждый считал своим долгом в ужасе крикнуть «господин Чжоу!» с глазами на мокром месте, ожидая, что он как фокусник решит проблему. Чжоу Цзышу — неся то кофе, то расписание, то договора на подписание, то кучу костюмов для босса разной степени голубизны, а иногда и всё вместе — перехватывал нужные дела, папки, документы, и разбирался.       Не волшебник конечно: хоть кое-какая палочка была, но всё же магию не творила. По правде, последний перед праздничными зимними днями месяц, она не творила ничего. Что очень обижало обожаемого Цзышу Вэнь Кэсина. И всё же сил с этим сделать что-то не было. Ведь сейчас шло отклонение от привычного для его «горок» пункта назначения — Карусель Отпусков.       Выполнив акробатический трюк с перехватом всего скинутого на него «добра» и придерживанием его кончиком носа, он едва добрался до нужного кабинета. Опустив ручку двери локтем и толкнув дверь ногой, почти сваливаясь под весом бумаг и перекинутой через руку груду одежды, стараясь не пролить стаканчик горячего кофе, Цзышу тут же огорошило.       — А-Шу, согласуй, пожалуйста, с работниками, когда и кто будет выходить… — страдальчески попросил Хэлянь И оглянувшись, а он только-только зашёл и даже не успел положить ему документы и напиток на стол, как и повесить на вешалку в кабинете заготовленные строгие костюмы из химчистки.       Их взаимоотношения можно было бы даже назвать дружественными, но его начальник был совершенно не приспособлен к жизни в социуме.       Хэлянь И не знал, какие вещи ему подходили по размеру. Не понимал, как можно питаться в забегаловках, а потому заказывал еду прямо из ресторана домой. Точнее — просил этим заняться Цзышу, заказывать через приложения Хэлянь И тоже не умел. Как и сладить со своей семьёй. О последней как раз и поведал босс, как только Цзышу высвободил руки, чтобы взяться за составленное на неделю расписание.       — Пока ты не пришёл, мне звонил ещё отец… А-Шу, выбери, пожалуйста, подарки ему, матери и братьям, вечером они хотят устроить семейный ужин, но я попробую поговорить с ними о деле… Съезди со мной, пожалуйста.       — Да, господин Хэлянь.       Ориентировался в своих делах на день он лишь благодаря Цзышу — на это и нужен личный помощник, который заведовал подобными вопросами. Но совершенно не мог общаться со своей роднёй. Как так получилось, что замечательный оратор, умелый управленец, который феерически легко вёл переговоры и разбирался в своём деле, был не в состоянии так же стойко выдержать напор родни и женщин — оставалось для Цзышу загадкой.       — Думаю, он просто замкнутый человек и не умеет по-настоящему находить общий язык с людьми. Нет, послушай! — вещал Кэсин уже после грянувшей бури и конца аттракциона вечером, как Цзышу поведал ему об этом. А услышав ответ на свои излияния собрался возразить, но был быстро оборван на полувздохе.       Убрав длинные волосы от лица, его любимая катастрофа и благословение всей жизни обхватил ножку бокала с налитым до краёв вином и, стукнув со значением по ней ухоженным ногтем, продолжил, сверкая в полутьме маленькой кухни глазами:       — Одно дело — незнакомцы. С ними не нужно обсуждать личное, поддерживать постоянный контакт. А с его положением начальника, средствами — и вовсе ни к чему. Лишняя улыбка там, здесь… пара комплиментов и вовремя подготовленный подарок или речь от личного помощника, — стрельнул тот глазами из-за бокала, и Цзышу понимающе кивнул. Это он понимал и сам. — Вот тебе и рецепт хорошего впечатления. Но за всем этим может скрываться обычный человек, который просто хочет покоя и не желает выставлять свою личную жизнь на всеобщее обозрение.       — Ты прав, но это не решает мою основную проблему… Я устал решать его личные дела.       — А-Сюй, но к кому ему ещё обратиться? Ты ему ближе чем родная мать и самоназванная невеста! — хохотнул Кэсин и вдруг посерьёзнел. Опустошил бокал залпом, со звоном поставив его на стол. — И твоя самопровозглашённая жена против такого расклада.       У Хэлянь И были проблемы с семьёй, и с ней он общаться не мог совсем. Поздравления на праздники, выбор подарков, сожалеющие отписки, что не сможет прийти, выбор девушек, с которыми Хэлянь И стоило бы появиться на публике, чтобы не началась извечная нервотрёпка «а когда дети», «а когда женитьба» — Чжоу Цзышу разбирался во всём, даже если не умел и не предполагал как.       Во время обсуждения с Хэлянь И выяснилось, что его «катание на горках» обещало обернуться полноценным квестом. А Цзышу всё ещё не успел стать волшебником, который сумеет задобрить Су Цзинлуань — ту самую самоназванную невесту. Ведь согласно отметкам в расписании…       — Госпоже Су позвонить? У неё сегодня день рождения, я заранее подготовил подарок…       — Не нужно. Я два дня назад дал ей понять, что мы не подходим друг другу.       Зазвонивший после выхода из кабинета его начальника телефон, с опасно высветившимся номером старшего господина Хэлянь, только подтверждал предположения: квест может перерасти в игру на выживание. Это Хэлянь И считал, что всё доходчиво объяснил госпоже Су, и что вечером предстоит просто семейный ужин. «Семейным» он будет только условно. Вряд ли в это понятие вписываются гости до ста человек, пара репортёров, сама Цзинлуань, наличие личного помощника, так что поговорить чисто о семейном бизнесе, бразды правления которым взвалил на свои плечи, у Хэлянь И не выйдет. У него не было шансов. Даже мизерных.       — Да, господин Хэлянь…       — Господин Чжоу, мой сын не отвечает…       Глянув через прозрачное стекло и увидев, что Хэлянь И сосредоточенно читал его записи, беззвучно шевеля губами и попеременно обжигаясь горячим кофе, Цзышу решил не врать:       — Он сейчас несколько занят. Что-нибудь передать?       — Сегодня вечером будет много гостей, а также Су Цзинлуань… я надеюсь, он с ней в ближайшее время помирится. Скажи, И-эр купил подарок?       — Всё уже готово, не переживайте. Колье для госпожи Су в качестве извинений и серьги, которые она давно хотела, должны сгладить впечатление от их последней встречи и стать отличным подарком.       — Пусть не забудет цветы. Всё должно быть по высшему разряду. Я очень надеюсь, что в этом году будет свадьба!..       — Этот вопрос лучше обсуждать с вашим сыном, господин Хэлянь. Мне передать ему ваши пожелания?       — Нет-нет, Цзышу, что ты, помилуй старика. Просто не говори ему, что Цзинлуань придёт…       Если Цзышу раньше и планировал так поступить, то слова родителя его босса заставили передумать. Самое малое, что он мог сделать — хотя бы попытаться помешать чете Хэлянь обзавестись невесткой, спасти Хэлянь И и не огрести по полной ото всех разом… В подобные моменты работа в Дацине напоминала даже не русские горки, а езду на старом автобусе с минимумом поручней, но с максимальным числом поверхностей, в которые точно врежешься лицом при каком-нибудь лихом повороте. И водитель этого автобуса был изрядно пьян.       Следующая остановка: буря.       На рассказ Хэлянь И отреагировал очень эмоционально. Цзышу ему искренне сочувствовал, а тот негодовал, ходил из стороны в сторону по кабинету, вещи не крушил, но… чёртовы бумаги смяты теперь от нервов, придётся печатать новые, заказывать успокоительное, выслушивать ночные излияния… В конце концов успокоившись, Хэлянь И, откинув собранные в длинный хвост волосы да поправив пару выбившийся прядок глубоко вздохнул, переведя дух, и понадеялся на его способности корректировать планы.       — Не получится. Могу только заказать букет в цветочном, чтобы доставили всё точно в срок. И положить записку к нему, что госпожа Су прекрасна и всё такое, но в следующий раз такой номер со сговором за вашей спиной у неё не пройдёт. Могу написать от своего имени.       Подъём на вираж: светский ужин. Су Цзинлуань была прекрасна: красное блестящее платье с оголённой нежной спиной делало её самой узнаваемой гостьей вечера. Она общалась со всеми чуть ли не как радушная хозяйка дома, что родители Хэлянь И воспринимали с большим энтузиазмом, как и пара подкупленных журналистов, которые в скором времени наверняка хотели опубликовать на этот счёт хорошую хвалебную статью. Пока Цзинлуань красовалась и получала комплименты, стреляла искорками тёмных глаз и улыбалась лучезарной улыбкой будущей жены одного из семьи бизнесменов Хэлянь, Чжоу Цзышу выловил пару журналистов, забраковал некоторые статьи и приплатил за нераспространение материала, чтобы все остались довольны. Сам же Хэлянь И делал приветливую мину и даже улыбался, но к Цзинлуань старался не приближаться, пока два его старших брата делали ставки, когда их младший братишка пойдёт под венец. Цветы имениннице от имени начальства пришлось вручать лично Цзышу.       — А где мой дорогой?..       — Госпожа Су, прочтите записку. Помолвка окончательно разорвана, но господин Хэлянь-младший хочет сохранить дружеские отношения между вашими семьями.       Цзинлуань была понимающей во многом, но не здесь. Мог бы начаться скандал, если бы Цзышу не сказал, что его босс заехал буквально на пять минут чисто ради неё, но просто не переносит подобные вечера, потому и не подошёл лично, отправив с посланием его.       — Мы всё равно уже уезжаем, у нас сейчас назначена ещё одна встреча. Вам лучше переговорить с ним один на один, у него дома.       — Во сколько?       Цзышу сверился с расписанием. Ужин с Хэлянь И будет длиться максимум час, плюс время на дорогу…       — Через три часа, — прикинул он временные затраты, надеясь к тому моменту ретироваться от всех подальше под бок к Лао Вэню. Если тот всё ещё будет ждать его дома — прекрасно. Если вдруг прикупил им бутылочку того красного, сливового… после такого надо жениться, и так и быть, он готов. Но только если даст погреть об него ноги и руки.       Стремительный спуск с горок: в прямом смысле. Дорога от дома семейства Хэлянь до ресторана была извилистой и крутой. Цзышу затошнило на выходе из машины.       — А-Шу, выбери себе что-нибудь… — предложил его босс выбор, радушно обозревая меню широкой рукой, отодвинув ему стул.       — Воды… — прохрипел он как умирающий, едва сев за стол.       Вокруг всё было уставлено свечами. В ресторане, помимо них двоих, никого не было. Играла ненавязчивая музыка. Хэлянь И мялся, с трудом подступился к началу разговора... Межличностное общение не по делу — совсем не его конёк.       — Как тебе вечер?       — Если в доме вашей семьи, то я решил проблему с Цзинлуань. Сегодня она к вам заедет после нашего ужина…       — Зачем? — оскорбился тот. — Общение с девушкой так поздно может быть неправильно воспринято, да и мы уже с ней обсуждали…       — Вам стоит поговорить с ней, чтобы она больше не пыталась воздействовать на вас с помощью родителей и прессы.       Следующий вираж: внезапная смена планов на ночь глядя. Хэлянь И попросил поприсутствовать при разговоре для моральной поддержки. Поглядев на его надеющееся лицо, отказать уже не получилось. Пришлось извиниться перед А-Сином за задержку, благо тот быстро ответил на сообщение.       Но коротко. Односложно. Покостерить бы себя очередной раз, однако за это дело взялась госпожа Су, и Цзышу решил, что пускай это будет она, чем он сам или Лао Вэнь. К нему она не столь жестока.       Су Цзинлуань была недовольна его присутствием дома у своего несостоявшегося жениха. Ткнув идеальным четким движением пальца в грудь Хэлянь И, она методично его допрашивала.       — Ты можешь со мной поговорить без своего мальчика на побегушках? Ты с ним всё что ли делаешь вместе?       Как выяснилось, с Су Цзинлуань Хэлянь И даже не целовался, не то что не спал. Она очень долго на него орала и выплескивала ему своё неудовольствие. Судя по виду Хэлянь И, тот пожалел, что Цзышу стал свидетелем этой сцены, но отступать от намеченного было уже поздно.       Слушая, как они орут друг на друга, всё же заперевшись в смежной от него комнате ради приличия, разлёгшийся на большом диване для гостей и уставившийся в потолок с какой-то излишне помпезной люстрой Цзышу прикрыл глаза от яркого света и криков. Когда-то он любил свою работу. И вряд ли научится жить по-другому. Но где же была она, его собственная жизнь?       Чжоу Цзышу решил, что при первой возможности попросит отпуск ещё раз. Но прошлые два раза ему уже отказали. А потом была кипа дел. Одна, другая, третья.       Как при таком раскладе у Цзышу вообще появились отношения? Чудом.       Сидя один раз в кабинете во время редко используемого им по назначению перерыва на обед, он бросил взгляд на улицу через окно: какая-то весёлая девчонка в фиолетовом пальто вышла из соседнего магазина с высоким и красивым мужчиной в куртке. То ли муж, то ли… Отхлебнув кофе, мельком поглядывая на них поверх телефона с расписанием, Цзышу завис. Прикипел к окну.       Они смеялись. О чём-то болтали. Мужчина одной рукой потянул хорошенькую девицу-коротышку за косу, вторую. Та обернулась, подпрыгнула и ткнула пальцем ему по носу, что-то выговорив с задором, а потянувшуюся к её уху ладонь отбила, отбежала на расстояние и расхохоталась, держась за живот от смеха. Её спутник перехватил объёмные пакеты накупленного из разных магазинов, поправил манерно волосы, почесал нос и погрозил ей шутливо кулаком, на что ему скорчили рожицу.       Вот бы… так же. Погулять по магазинам. Или просто погулять. Подурачиться. Встретиться с друзьями. Остались ли у Цзышу ещё друзья?       Список контактов оказался заполнен номерами коллег, потенциальных или действующих партнёров по проектам. Друзья обнаружились где-то в самом конце истории последних вызовов. Во временном промежутке многомесячной давности.       Внезапно пришло оповещение из одного приложения, что кто-то находящийся рядом хочет стать его другом. Цзышу не разбирался в таких функциях, не знал как их включать или выключать… заозирался по сторонам. Но, помимо него, в кабинете никого не было. А в соседнем с ним, за прозрачным стеклом, находился Хэлянь И и с кем-то вёл переговоры по видеосвязи. Конечно, кто бы захотел вообще стать его другом, что за…       Фыркнув, Цзышу собирался отложить смартфон, как взгляд упал снова на асфальтированную осеннюю улицу. Всего второй этаж, лица были не очень чёткими, но… тот самый мужчина, держащий покупки девчонки, замахал ему вдруг рукой. Не понимая, Цзышу пальцем указал на себя, а тот очень активно закивал и показал на телефон.       Цзышу зашёл в приложение. Запрос на «дружбу» всё так же горел зелёным огоньком. Но теперь появилось ещё и сообщение.       «Хочешь пойти на свидание? Я угощаю».       Что в нём мог разглядеть незнакомец с такого расстояния Цзышу решительно не понимал. И потому отказал.       Следующий вираж, завершающий практически каждый его рабочий день… общение с Хэлянь И. Перед сном.       — Что тебе нравится, А-Шу? Хочешь, мы могли бы вместе слетать…       Чжоу Цзышу в свободное от работы время предпочёл бы беспробудный сон лет на сто. Но его свободное время исчислялось… восемью часами. Ещё два из них, «свободных», Хэлянь И у него забирал разговорами. Еле ворочая языком, Цзышу отвечал невпопад, возможно храпел в трубку… он не знал.       Но из-за того оповещения «о дружбе» и приглашения на «свидание» Цзышу не спалось даже после завершившегося ночного разговора. Несмотря на вымотавший его полностью день, на пытку в два часа после работы, во время которой Хэлянь И всё выяснял: что он хотел, какие блюда, достопримечательности какой страны или отели ему нравятся. Говорил про какой-то Ритц, кордон блю, какие-то соборы… Несмотря на начитанность, насмотренность, благодаря работе, всё, чего вдруг захотелось — пойти и выпить с тем улыбчивым незнакомцем. Который сам о себе всё расскажет, возможно поговорит за двоих… а может быть угостит если не хорошим кофе, то…

      «Если твоё предложение ещё в силе, то я согласен. Но на вино».

      Ответ пришёл незамедлительно:       «Около твоего офиса был неплохой винный бар. Во сколько сможешь?»

«А во сколько ты?»

      «Для тебя я свободен в любое время, красавчик».       Цзышу счастливо рассмеялся. Незнакомец сам напросился.

«В два часа ночи. И помни, ты угощаешь».

      Вэнь Кэсин сбил его с толку. Разрушил привычный и устоявшийся ритм жизни. Просто решил познакомился, сделал это, позвал выпить… и выпивали они от души. Цзышу не представлял, что можно так хохотать с кем-то, кого едва знаешь. Что заинтересует его просто тем, что…       — Ты смотрел на меня как дева в беде, готовая сигануть с тонущего корабля! Я обязан был тебе помочь! — пошутил Кэсин на его вопрос об этом. Но потом всё же выдал истинную причину: не менее глупую, но по-особенному располагающую и цепляющую: — На самом деле ты мне понравился своим силуэтом. А я творческая личность, несмотря на то, что работаю обычным архитектором…       Кэсин был каким угодно, но точно не обычным.       Цзышу также не знал, что выпившего прилично Вэнь Кэсина придётся тащить к себе домой, потому что своего адреса тот ему не даст, нагло отключившись в процессе попойки. Что с утра пораньше этот павлин разляжется на его кровати, предложит повторить их вино с продолжением и ужасно и по-наивному удивится, расстроится, что у них той ночью ничего не было.       — Я не сплю на первом свидании.       Улыбнувшись вдруг на это, Кэсин произнёс с таким видом, будто признавался в самом сокровенном:        — А я бы тебе дал на первом. Хотя, если тебе нужно больше времени, я подожду. Но, А-Сюй, хоть лопатками своими полюбоваться дай!       На самом деле Цзышу так давно ни с кем не встречался, что в принципе уже не помнил, каково это — спать с кем-то, целоваться и всё такое. Но он вспомнил, что значит быть интересным кому-то, желанным.       На работе их знакомство отразилось только тем, что Цзышу вваливался теперь туда сонный, но это мало чем отличалось от его обычного состояния. Пару минут до кабинета, и вновь был бодрячком. Изменилось же то, что у него появилось с кем переписываться во время перерыва. И он стал тратить перерыв именно на отдых, а не на Хэлянь И.       Ночные звонки от его босса не прекратились, поэтому Цзышу старался выкроить время для Вэнь Кэсина после них. Тот даже однажды заревновал, но всё почему-то быстро сошло на нет.       Когда Цзышу всё же впервые с ним переспал, его не покидала мысль, что если это всё мимолётно, то у него хотя бы был приятный собутыльник, собеседник и обалденный секс на одну ночь. Самоудовлетворение ни в какое сравнение не шло с Вэнь Кэсином. Как и то, что тот вдруг стал с ним часто ночевать, да и сам Цзышу попеременно начал оставаться у него дома. Они не называли это отношениями очень долго. Спали вместе, ужинали, обсуждали планы… и Цзышу просто был счастлив, что у него в жизни появилось что-то нормальное.       С тех пор прошло много времени. Они с Кэсином встречались уже три года. И последние два из них тот всё чаще упоминал… об отпуске.       Первый раз когда Цзышу попросил отпуск, Хэлянь И просто отмахнулся.       — А-Шу, я ни на кого не могу положиться, кроме тебя…       Учитывая, какими пустыми глазами на него смотрели остальные из компании, где он работал, Цзышу понял, что да. Сейчас и вправду не время.       Через полгода он снова попросил отпуск. Вместо этого ему повысили зарплату. Но у него не было времени, чтобы её нормально прогулять, пропить. Прожить, в конце-то концов!       Хуже всего, что весёлый огонёк его жизни — его Лао Вэнь — начал словно затухать. Приходил позже, всё так же звал на свидания, но уже домашние, на которых Цзышу выдерживал разве что час от силы. Тот ни в чём его не упрекал. Но Цзышу, явившийся позже нужного из-за акта глупого альтруизма и оглохший от выяснения взаимоотношений начальника и его бывшей невесты, видя с порога по-обиженному поджатые полные губы Кэсина, отлично справился с этим сам.       Боже, когда у них последний раз был хотя бы просто секс? Хотя бы дежурная ленивая пятиминутка: вставил, кончил, захрапел? А поцелуи друг с другом, а не с подушкой, в которую Цзышу зарывался носом и проваливался в спасительный сон? Попытавшись воспроизвести это в памяти, он честно не смог. И решил, что с этим пора заканчивать.       Для Вэнь Кэсина же дни поросли инеем, который чувствовался уже на каком-то подсознательном уровне. Его А-Сюй последние недели работал без передышки: началась финальная часть одного проекта, планированием которого его нагрузили сверхурочно. Уходил рано, приходил поздно, в квартире еда появлялась урывками, и если бы не Кэсин — она не появлялась бы вовсе. Он не допытывался, терпел. Но так больше продолжаться не могло.       Убитый вид Чжоу Цзышу по окончании дня, наполненного разного рода «аттракционами», совсем не радовал.       — Нам бы в отпуск… — рискнул тихо обронить Кэсин, когда после ужина с бокалом вина Чжоу Цзышу еле разделся, полностью закутался в одеяло и лёг целиком животом на кровать.       — Хорошо бы… — пробубнил тот, и Кэсин, улёгшись рядом и нырнув под второе одеяло, повернулся к нему лицом.       Чжоу Цзышу уже практически спал. Из-под вороха одеяла торчали глаза и нос, даже голова была закутана: только короткие пряди и выглядывали, прикрывая закрытые веки. Тот вечно мёрз и ластится к нему как какой-то кот в поисках тепла…       Вэнь Кэсин с сожалеющим вздохом положил ладонь на его спину и ласково провёл по ней. Трудоголизм этого человека не лечился. Если брался за дело, то до конца.       — Может, попробуешь пойти ва-банк? — с сомнением протянул Кэсин.       — Мм… — Цзышу открыл мутные глаза, моргнул. — Этот как?       — Что бы ты там не говорил о Хэлянь И, но он тебя выделяет. Ты ему нравишься, и…       — Только к нему меня не ревнуй, Цзинлуань мне хватило сегодня по горло…       — И я даже в чём-то её понимаю. Слышал я ваши ночные разговоры…       Цзышу фыркнул.       — Что ты предлагаешь?       — Вряд ли он тебя уволит, так что… Обнаглей. Не проси, а поставь ультиматум.       — И как ты хочешь, чтобы я это сделал? — Цзышу прикрыл глаза, улыбаясь.       — Знаешь, А-Сюй… Вот я хочу в отпуск… может быть на Бали… — Кэсин склонился над ним, разворошил одеяло, чтобы добраться до уха, и прошептал в него: — Вот и скажи ему: «Зая, Бали. Я хочу на Бали». Посмотри на него так же проникновенно, как эта Цилань…       — Цзинлуань она… чёрт, послать сообщение с извинениями забыл… записать в список дел, чтобы согласовать этот момент. Да…       — Неважно, но она проницательная женщина. Просто «принц» ей достался не той ориентации.       Мутно вдруг глянув на него, Цзышу выдал совсем нескладное: — Я тоже люблю тебя, А-Син.       И снова закрыл глаза.       Кэсин фыркнул: он его совсем не слушал, но выдал ответ, подходящий практически для любой ситуации. Но не для этой.       — Отпуск, А-Сюй. Тебе нужен отдых. Ты уже три года без выходных работаешь. А от такого люди умирают, между прочим…       — Выбью я отпуск… женюсь на тебе. Карету куплю и арбузы. Только давай спать. И никаких Цзинлуань, Дацина и серёжек. Месяц угробил, чтобы их найти…       Со вздохом вслух согласившись, Кэсин завозился, а руку пристроил на так удобно выпяченной заднице Чжоу Цзышу.       — Секса не будет, — сболтнул вдруг тот и всхрапнул.       — Конечно…       Как и последний месяц, проглотил рвущееся на язык Кэсин.       Дело было не в том, что А-Сюй его не хотел. А в проклятущей работе. В начальнике, который активно подкатывал к нему яйца, но Чжоу Цзышу либо не понимал этого, либо слишком хорошо понимал, а потому всячески умудрялся ускользнуть от его поползновений. Этот односторонний флирт был таким провальным, хоть попытки были на неплохом уровне, что Кэсину было искренне жаль этого бедолагу. Столько лет всячески намекать, давать поводы, искать обходные пути… Но Чжоу Цзышу был как за стеной пофигизма, а этот флирт — как теннисный мячик. Бился и отлетал обратно, поражая противника, но оставляя в каком-то каменном спокойствии самого Чжоу Цзышу.       Кэсину не приходилось ревновать его. У него буквально не было повода, а придумывать их быстро надоело. Сначала, ещё только-только начав встречаться с господином Чжоу, он выдумывал несуществующих соперниц за его сердце и даже раз упрекнул, когда тот опоздал на и так позднее свидание:       — Любовница задержала?..       Картинно закатив глаза и вынув из портфеля стопку бумаг, Чжоу Цзышу снисходительно пояснил:       — Вот это расписание встреч. Оно — один из твоих соперников за моё внимание в этом месяце. А это список рекомендаций при общении с господином Лянем, с которым у моей компании намечается проект. Он тоже требует повышенного внимания с моей стороны. Но главный мой любовник, — Чжоу Цзышу вынул на стол телефон — он. Я с ним сплю, обнимаю его по ночам на случай, если вдруг ему захочется со мной что-нибудь обсудить…       Высказывал всё это А-Сюй с самым нейтральным выражением лица, таким, как если бы обозревал прогноз погоды. Обещающий огненные ураганы, извержение вулкана и землетрясение одновременно. Словом, если конец света был бы близко, господин Чжоу точно был бы единственным, кто смог бы это спокойно донести до общественности, успокаивая одним своим видом. А дома бы сам превратился в ураган усталости, лени, прожорливости, если бы было что есть. Но холодильник встречающегося с ним по ночам А-Сюя был девственно пуст: там даже мыши не повесились. Сбежали скорее от страха.       Вспомнив это, Кэсин безрадостно уткнулся в подушку. Отпуск — иронично помыслил он с зевком — как же. Выбьет, конечно же. Да. Да начальство ни в жизни не отпустит его А-Сюя! Но он придумает способ показать Хэлянь И, что у господина Чжоу уже есть жена, и гарема она не потерпит…       Сутки прошли так же, как и предыдущие. Зима, холод и работа днём, замёрзшие на ночь глядя ноги Чжоу Цзышу, пытающиеся пробраться к нему погреться. Его сонное сопение в макушку, от которого грохотало в груди и просыпалось неистовое желание во всем теле: перевернуться, обнять его, зацеловать эти щёки, синяки под глазами от недосыпа, вплестись в волосы руками… соскользнуть каким-то чудом ими на ягодицы, не получить сонный тумак-поцелуй локтем в лицо, вдавить в матрас и продержать в кровати всю ночь, чтобы наутро тот остался с ним.       Пробуждение было странным. Кэсин привык просыпаться один: А-Сюй уходил многим раньше него. Но тут, в какой-то момент, он понял, что его… трогают. За бёдра. Любимые им руки. Сзади. И совсем недвусмысленно.       — Тебе же в Дацине надо быть, — сонно пробормотал он.       — Думаю, моей любовнице доставалось слишком много внимания…. Я предположил,что моей жене оно нужнее…       — Ты решил бросить нашу разлучницу? — с хохотком спросил Кэсин, разворачиваясь.       Чжоу Цзышу весело улыбнулся. Если у него не получится задуманное, то может быть и бросит «разлучницу». Или он сделает это в любом случае. Кто знает?       Перешагнув порог офиса, он вежливо со всеми поздоровался, подготовил документы перед приходом Хэлянь И, покатался на крутых горках этой треклятой работы. Снова попросил отпуск.       И ему вновь отказали.       — А-Шу, потерпи немного. Сейчас всё устаканится, и тогда…       Еле сдерживая гнев, Чжоу Цзышу выдохнул и кивнул.       — В таком случае, мне нужен помощник. Наш новый проект слишком крупный…       — Но ты же справишься?       — С помощником — да.       Согласившийся с ним Хэлянь И, когда тот уже уходил, забормотал себе под нос: «Хочет помощников, да хоть десять! Но как же до него донести, что… ах, пустое… всё это пустое! Надо сказать А-Шу, чтобы записал меня к гадалке… может хоть она скажет, что же с ним не так… или со мной».       Вэнь Кэсин не понял, почему через неделю Цзышу вернулся домой раньше времени. Почему позволил себе позвать его в театр. Но время спектакля потратил с пользой — облокачивался на Цзышу, хохотал громче всего зрительского зала, на антракте угощал его вином, пытался подсунуть и орехи, но нелюбовь к орехам оказалась такой мелочью, по сравнению с освободившимся временем… что Цзышу сначала купил эти ужасные грецкие орехи, стоически понаблюдал за поедающим их счастливым Кэсином, впихнул потом ему в рот наскоро купленную жвачку и после спокойно поцеловал. Вкус полностью не перебило, но всё же послевкусие казалось уже другим.       Устроившегося к ним Дуань Пэнцзюя Цзышу был готов носить на руках. Появившийся помощник оказался толковым, причём настолько, что Цзышу уже порой не стеснялся перенаправлять Хэлянь И со всеми его запросами к нему. Спустя пару недель такого поведения, Хэлянь И внезапно позвонил ему посреди ночи. Но до телефона первым добрался Кэсин.       На вопрос «можно ли переговорить с А-Шу?» Лао Вэнь мило и наигранно удивился, устроил затем целый спектакль, за что получил потом знатную взбучку. Неизвестно, что творилось в тот момент у Кэсина в голове, но он решил притвориться мужем на час, и совсем не в том смысле, когда таких «мужей» вызывают что-то починить или прибить к стене. О самом разговоре Чжоу Цзышу узнал лишь выйдя из душа. И больше всего его волновало, почему Хэлянь И стал выслушивать эти бредни. Но ответа на эту загадку так и не получил, а с Хэлянь И говорить об этом не рискнул. Мало ли, чем это могло обернуться. Тот и так гадалку нанять хотел, неизвестно для чего. Благо, что забыл.       Телефон записал этот звонок, потому что Цзышу специально себе подключил эту функцию, чтобы ничего важного не упускать из виду, и по прослушивании ему показалось, будто кто-то очень сильно ему ударил под дых.       — Как часто он вас к себе вызывает?       — Каждую ночь. А-Сюй очень ненасытен…       — Так вы его кормите!.. А… чем?       Это было ужасно. Ведь Хэлянь И начал допытываться о пристрастиях Цзышу в еде и даже их записывать. Он понял всё сказанное слишком буквально. Будто Цзышу вызывал Кэсина ночью ради еды. Вэнь Кэсин очень старался сделать вид, что он — мальчик по вызову, но начальство в лице младшего господина Хэлянь упорно этого не понимало.       Цзышу долго придумывал, какой «белый соус» ему нравится, но в итоге сослался на чесночный, как на самый безобидный вариант.       — Почему ты не сказал ему, что мы встречаемся? — сокрушался Цзышу.       — А мы встречаемся? — в тон ему ответил Вэнь Кэсин, и тут пришла пора хвататься за голову.       Так выяснилось, что Чжоу Цзышу не соизволил даже нормально предложить Вэнь Кэсину встречаться. Потому что работал. И потому что нормальной жизни у него не было очень давно. Поэтому Кэсин хоть и надеялся, что они состояли в отношениях, но не был уверен на сто процентов.       — Да. Да, мы встречаемся! Я что, по-твоему, ночую у тебя и терплю орехи и поползновения в трусы в театре из благотворительности? Насчёт трусов не знаю, конечно, но вот орехи — точно нет.       Чжоу Цзышу не сразу сообразил, что удар кэсиновским носом в область глазницы был случайным, и вообще Кэсин просто пытался его так быстро поцеловать в знак благодарности, а не лишить зрения. Но изначально подумал про худшее.       Всё пришло в прежнюю колею, накатанную и обкатанную уже множество раз. Вэнь Кэсин сначала ходил счастливый, но потом снова впал в уныние. Хэлянь И устраивал странные допросы о предпочтениях Цзышу и предлагал воспользоваться услугами своего недавно и внезапно нанятого домашнего шеф-повара, если ему так часто хочется есть по ночам. А в отпуске уже в четвёртый раз отказал.       Значит, пришло время самого главного оружия. Не задницы и лопаток, как бы на это сказал Кэсин. И даже не устроившегося к ним Пэнцзюя. А бюрократии, против которой не поможет ничто.       Чжоу Цзышу перекинул дела на кого только можно. Расписание — на Пэнцзюя. Доставку из химчистки — на курьера. Приём важных партнёров — на администратора. Вопросы о чужих отпусках — обратно на отдел кадров. А своё не подписанное заявление принёс Хэлянь И.       — Да, А-Шу, что там у тебя?       — Я ухожу в отпуск.       Когда Хэлянь И посмотрел на него, Цзышу не отвёл взгляда. Хэлянь И вздохнул:       — А-Шу, это сейчас очень не вовремя…       Цзышу применил последний аргумент. Ещё одну бумажку. Заявление, составленное им задним числом. Ещё тогда, когда только наняли Пэнцзюя. И подписанное самим Хэлянь И, который обычно не глядя расписывался на всех бумагах, которые он ему вручал.       — Тогда я увольняюсь.       — Почему?       — Зае… — его в самом деле заебали. С этими вечными разговорами по ночам, личной жизнью начальства. Подарками на чужие праздники, в принципе разбирательствами с чужой жизнью. Но Цзышу поправился в последний момент. Если хоть слово из того, что ревнивый Вэнь Кэсин ему говорил о его начальнике, правда… — Зая… Бали. Я хочу на Бали.       Хэлянь И побледнел. Вдруг резко вспотел. Всполошился. Ошалело подорвался с места, а заявление на увольнение вместе с какими-то ещё важными бумагами ускользнуло под стол.       — Сколько тебе нужно дней?       Цзышу помотал головой. За всего лишь пару дней Вэнь Кэсин его сожрёт и не подавится. Этого мало.       — Не дней. Месяца. Два. Полностью оплачиваемых.       — Так, ладно… а потом?       — А потом я подумаю, стоит ли возвращаться.       Хэлянь И смотрел на него с нескрываемым ужасом.       — Но мне нужен личный помощник…       — Пэнцзюй более чем хорошо обучен и уже освоился.       — А Цзинлуань?       — Проблемы личного характера не входят в мою компетенцию.       Огорошенный Хэлянь И как встал, так и сел. Отпустил его. Может быть надеялся, что он передумает, а потому уступил.       Внезапный звонок от отца его босса Чжоу Цзышу честно проигнорировал. И поспешил домой. Его самые важные документы уже были подготовлены. Остались лишь те, что на имя Вэнь Кэсина. Хоть и был сонным, но Цзышу обещал ему отпуск. Мог бы при желании сослаться, что не помнит этого, но у него не было такого желания. Ведь то, что очень долго формировалось в его голове в крайне зыбкий план, теперь воплощалось в жизнь.       Он заехал за Вэнь Кэсином на работу. Припоминая, что его конторка имеет пару контрактов с Дацином — предложил выгодные условия взамен на два месяца отпуска для Вэнь Кэсина. По сути, он его выкупил. И если тот об этом узнает, то будет очень долго смеяться.       Сам Вэнь Кэсин сидел в своем офисе, порастая под кипой бумаг, которая грозилась на него свалиться. Его начальник пошёл вместе с Цзышу сообщать радостную новость.       — Вэнь, ты на сегодня и ближайшее… — тот посмотрел на Цзышу, и он кивнул, — на ближайшие два месяца свободен.       Хмуро поднявший голову Кэсин глупо моргнул. Потом стал допытываться, с чем он напортачил. Но его руководство просто махнуло рукой и пожелало счастливого отпуска.       Оплачиваемого.       Бедный Вэнь Кэсин переводил глаза с закрывшегося прохода, где скрылся его босс, на Цзышу и обратно.       — Это меня так сейчас завуалированно уволили?..       — Нет, просто у нас с тобой появилось очень важное дело.       — Какое?       — Налаживание партнёрских связей между нашими компаниями, — загадочно сообщил Цзышу, забираясь с ним в лифт. А когда тот поехал вниз, он грустно вздохнул. — В начале наших отношений ты говорил, что будешь всегда угощать меня вином… Где моё вино?       — Ты перевираешь, я предлагал это не на постоянной основе, — упёрся вдруг Вэнь Кэсин, скрестив руки на груди. — И сначала отпуск.       — Сначала надо доехать до аэропорта.       — В смысле до аэропорта?...       Цзышу не ответил ни на один из следующих вопросов, взяв его за руку и утащив к заказанной машине. Усадил в такси, хотя Кэсин не сопротивлялся: просто был в ступоре. В нём же и доехал до места назначения. Отмер только у стойки регистрации.       — Багаж!..              — Там всё купишь.       — Паспорт!..       — Я забрал.       — Виза!       — Подкупил кого надо и сделал.       — Деньги!..       — Моих двух окладов и премиальных хватит на нас двоих, но ты можешь сводить меня на свидание со своих.       — Сестра!.. Надо хоть ей сказать, чтобы не волновалась…       Цзышу вылупился на него. О сестре Вэнь Кэсина он вообще позабыл. Точнее не знал, что она есть. Или…       — Так та девочка, которой ты покупал вещи, когда мы впервые увидели друг друга — это она?       — Ну не любовница же! Ты что, думаешь, я тебе изменял? Или что изменял кому-то с тобой?       Не ответив, Цзышу смутился. Такой вариант он рассматривал, просто… не думал, что у них всё настолько сильно закрутится. По большому счёту, он старался ничего не ожидать от Вэнь Кэсина. Боялся обмануться нереалистичными ожиданиями и разочароваться от разрыва шаблона.       — Ладно. Отель?       Чжоу Цзышу отрицательно качнул подбородком. Об этом он тоже не подумал.       — Как хорошо, что такой вариант я предусмотрел и на всякий пожарный оформил бесплатную бронь… Потом просто продлим или подберём что-то ещё.       Кэсин ехидно ухмыльнулся на выражение потерянности Чжоу Цзышу. Что бы тот там себе не вбил в голову, но за эти три года он научился его понимать. И видел эти поползновения на сайты авиакомпаний. Заметил, что Цзышу стал приходить с работы пораньше. А два плюс два он отлично умел складывать. Масштабы планирования этой аферы Кэсин не знал, но предполагал что-то в таком духе. И не прогадал.       Сидя в самолёте он всё же выпытал, как у Цзышу получилось выбить отпуск не только на себя, но ещё и для него.       — И как ты потом объяснишь Хэлянь И, что я не мальчик по вызову? Ты ведь даже выкупил меня…       Цзышу не удержался и стукнул его. Это будет долгий отпуск на Бали. И он будет очень рад, если сможет сказать по итогу, что они за его время не рассуждали о его начальнике, а честно проебали эти два месяца. Начать этот вид «аттракциона», пожалуй, стоило с кабинки в самолёте. А то его самопровозглашённая жена ещё что-нибудь выдумает.

Fin