PokéMon Revelations: На границе выжженного горизонта

      Поначалу я не мог осознать, что со мной произошло. Совсем недавно я чувствовал, как стремительно падал куда-то вниз. Тело будто обдало крутым кипятком в тот момент, неожиданно для самого себя я резко подскочил на месте. Какое-то время я ещё продолжал боязливо озираться по сторонам в поисках опасности, пока наконец не пришёл в себя и не вернул утраченное самообладание.       Я огляделся. Лучи солнца болезненно обжигали всё ещё затянутые сонной поволокой глаза, но даже через нависшую пелену я мог разглядеть местность: песчаный берег, мирно волнующееся море, а где-то вдалеке виднелся большой коралл. По край побережья редко росли деревья, собираясь всё плотнее чуть дальше, в сторону густого леса. Дуновенья бриза доносили с моря аромат, свежий и немного солоноватый на запах и даже на вкус. Всё вокруг так и веяло тишиной и безмятежностью.       Рука невольно колыхнулась по сухому песку. В сложившейся суматохе сперва мне совсем не заметилось, насколько песок здесь был диковинным: окрас белоснежный, словно бурлящая морская пена, в свете солнца обретал ослепительный перламутровый перелив. От такой поистине удивительной структуры песка казалось, будто весь пляж был сплошь усеян сотнями тысяч маленьких разноцветных стекляшек. Наблюдать такое своими собственными глазами было не просто необычно — это было ощущение сродни чему-то фантастическому, чему-то очаровательному. Совсем не хотелось отрывать взгляда.       — Интересно, и куда это я попал?       Я был настолько очарован забвенной природой, что не заметил, в какой момент вопрос сорвался с моих уст. Но большей неожиданностью для меня было скоро услышать на него ответ.       — Впечатлён? Что сказать, таков удивительный мир Клии. И таких красивых мест по всему региону существует немало.       Молодой голос прозвучал неожиданно откуда-то из-за моей спины. Я обернулся — позади на самой большой каменной плите, приняв небрежную позу и обхватив рукой одно колено, сидела странная фигура. По неведению сказавший мог вполне сойти за человека, если бы во внешности не присутствовали откровенно звериные черты: густой белый мех покрывал большую часть тела, только в области ног и рук обретая огненно-рыжую окраску, большие длинные уши, торчавшие из-под его белоснежной гривы, а морда, как у примата, была вытянута вперёд.       Вот так чудной зверь — и правда выглядит как примат, но только человек, ещё и говорить умел по-человечески…       Но поистине яркой чертой моего неожиданного гостя была макушка, бесконечно источавшая из себя столп яркого пламени. Волненья бриза колыхали волшебный огонь, точно ветви деревьев, но тот не затухал даже от более навязчивых и сильных ветряных порывов. Впервые на своей памяти мне доводилось лицезреть нечто подобное.       Не дожидаясь от меня каких-либо слов, незнакомец ловко соскочил с камня и подступил ближе. Я оказался в замешательстве и не мог ничего сделать, он же, напротив, вовсе не боялся, и потому разглядывал меня с куда большей прытью. Скорее всего, его, как прежде и меня, ввёл в исступление мой внешний вид.       — Ты выглядишь совсем не так, как местные. — сказал он, продолжая оценивающе засматриваться на меня. — Предполагаю, что ты издалека, наверное откуда-то из столичного полиса.       Столичный полис? Нет, ничего подобного: такого рода сочетание слов мне слышалось впервые. Даже упомянутая им ранее некая «Клия» — видимо, так назывался здешний край — ни о чём не говорила. Стало быть, я правда мог быть издалека, как и сказал мой необычный товарищ.       В таком случае пришло время расставить всё по местам:       — Нет, ни из какого я не столичного полиса. Может даже и вовсе не отсюда. — ответил я прямо. — На самом деле я человек, родом из обычного человеческого мира. Недавно я очнулся посреди этого красивого пляжа, а то, как я здесь оказался, не помню.       Всё сказанное мною знатно смутило человека-обезьянку. Задумчиво он потупил брови и почесал репу, а растерянный взгляд его упал на землю. Не думал, что такой простой ответ способен вызвать у кого-то такую реакцию.       — Человек, говоришь? — его голос в момент стал более серьёзным. — Знаешь, даже если ты и говоришь правду, ты выбрал не самое удачное время для визита. Клия в последнее время переживает и без того трудный период — будет ещё кто-то наживать себе проблем и связываться с чужеземцами навроде тебя.       Его последние слова звучали в мою сторону ещё холоднее, словно с каким-то презрением. Я не хотел доставлять кому-то неприятности, тем более своим присутствием: не окажись моя ситуация столь патовой, разобрался бы во всём сам. Однако этот случай был иной: брошенный на берегу незнакомого мне континента, потерянный и совершенно одинокий — я запросто мог стать лёгкой мишенью для диких зверей или попросту умереть от голода. Будет ли это справедливо? Нет, я не заслуживаю подобного конца. Оттого единственным моим шансом быстро адаптироваться к новой среде и выжить были доброта и великодушие местных жителей. Быть может, у меня бы не получилось отплатить им сполна, но в долгу перед ними я бы точно не остался.       Всё это я с решительностью выпалил человеку-обезьянке, и под конец моей пламенной речи он всё же сдался и, глубоко вздохнув, ответил:       — Видишь солнце? — он указал пальцем на гордо возвышавшийся в небе солнечный диск. — Мысленно прочерти от его центра линию в сторону леса. Иди по ней ровно. В полусотне метров от этого пляжа ты увидишь посреди леса тропинку, она тебя приведёт в город. Можешь попытать счастья там и попросить помощи у местных. Только смотри, глупостей не вытворяй! Старейшина тамошний — тип суровый, за любой прокол вмиг от тебя одни угольки оставит.       — Стой, а ты со мной не пойдёшь? — стоило ему начать собираться уходить, как я тут же крикнул ему вслед.       — Я? Не-е-ет, ты меня в свои дела не впутывай, — он поспешил отмахнуться. — Тут в округе меня и так никто особо не жалует, не хватало ещё всем узнать, что я в город отступников привожу. Кроме того, некогда мне сейчас с тобой возиться, есть у меня свои дела.       Незнакомец уже было собирался уходить, как тут остановился, о чём-то недолго поразмыслил, и вернулся ко мне. Наклонившись к одному моему уху, он тихо шепнул:       — И запомни — мы с тобой никогда не виделись. Если старик тебя будет спрашивать, скажешь ему, что сам дорогу в город нашёл, случайно. Идёт?       В ответ я лишь одобрительно покачал головой.       Человек-обезьяна довольно ухмыльнулся и, ловко прыгнув на сук ближайшего дерева, быстрыми скачками удалился куда-то глубоко в лес, в самую непроглядную чащу. Вновь я остался в полном одиночестве, мысленно провожая своего последнего собеседника в неизвестное странствие.       Хотя нет, был я не полностью одинок: со мной оставались сотни вопросов, ответы на которые мне ещё предстояло найти. Все как один они отзывались внутри эхом: «Где я нахожусь?», «С кем только что говорил?», «Что за «трудный период» он упоминал?», «И почему он назвал меня каким-то «отступником»?»       От бесконечных загадок и тайн голова ходила ходуном, но также именно они подогревали моё желание двигаться вперёд. По ту сторону зелёных дебрей простирался целый мир, чарующий и незнакомый, полный незабываемых историй и внезапных встреч. Насколько бы безнадёжно не казалось моё положение в начале, впереди ход истории всё ещё мог переломиться самым неожиданным образом, и только в моих силах было повлиять на исход собственной судьбы.       С этого и началось моё большое приключение по бескрайним просторам этого таинственного и удивительного региона. Посторонись, честной народ Клии, я уже иду!..