Одурманенный мой..

Дешёвый, немного водянистый кофе, явно не придающий волшебной бодрости, обжигал горло чрезмерным количеством кипятка. В воздухе стоял аромат только приготовленной гречки, да пыли смешанной с водой в результате небрежной уборки влажной тряпкой. Уныние давило, даже солнце не показывалось в последние дни из-за сероватых туч, хотя всего-то месяц назад от жары потело всё тело. Сделав ещё глоток, Земля прослезился. Кофе ещё не успел остыть. Это была третья кружка, хоть желудок и неприятно урчал, а от жидкости где скорее было больше воды, чем кофе начинало подташнивать. На пороге кухни появился Ирис. Он пришёл совсем недавно, будучи почему-то уверенным что в пять утра Земля уже не спит. И он был прав. Но, если честно, стук в дверь в такую рань до жути напугал Землю. Как Ирису вообще взбрело пойти к нему в такую темноту, когда даже лучей солнца не видно из-за зданий, а в воздухе сыро и холодно?       – На, замёрзнешь. Земля удивлённо посмотрел на плед скудной раскраски, что так и остался лежать на диване с того дня. Он поймал брошенный Ирисом плед, завис на секунду, а после накинул его на себя и укутался словно в шаль. Стало правдой теплей и уютней. Надо было сказать спасибо…       – А ты? - подал слегка хриплый из-за кофе и холода голос Земля, понимая что с наступлением осени температура резко упала, а отопление так и не дали. И правда, холодно ведь, а он тут в футболке сидит. Но Ирису тоже, должно быть, холодно?       – Я? Пх, мне не холодно, не волнуйся об этом. - с успокаивающей улыбкой ответил Ирис, думая что Земля до невозможности милый. Милый, скромный, смущающийся каждый раз, стоит уложить его – беспомощного и разбитого спать, или накормить.. Ирис таял. Птенчик Земля цеплялся за него как за ответственного взрослого, как за любимую плюшевую игрушку, как за спасательный круг. И Земля волновался о нём, Ирисе. И каждый раз, когда Земля хотел заботиться о нём в ответ, каждый раз когда Земля смущался из-за его действий, каждый раз в животе всё сжималось, а смех рвался наружу. Это было так мило и наивно с его стороны. Ирис любил эти игры в нянек, играя свою роль ответственно и без изъянов. Он чуть не забыл зачем пришёл, но Земля первый начал разговор.       – Ладно. Спасибо за плед.. Ты узнал что-то? – голос сквозил надеждой. Ирис хмыкнул, пододвигая стул и присаживаясь на него. Показательно вздохнул и нацепив маску сожаления, ответил:       – Ничего. Луну ещё ищут, но есть подозрения что он мотался по заброшкам в северной части города. Знаешь, молодые так непредсказуемы, так что я даже не удивлён. Может он просто сбежал и сейчас психует? Ирис чётко заметил как Земля дёрнулся и собирался ощетиниться на его последнюю фразу, но быстро подавил этот порыв. И хотя Ирису по вкусу были провокации, а на братишку парня ему было откровенно говоря плевать, он сделал вид что ничего не заметил и желает только добра.       – На Луну это не похоже, он внутренне взрослее чем кажется - "с таким-то безответственным и самовлюблённым братом как я.. Нет, я не заслуживаю его…" – пролепетал Земля, продолжая фразу у себя в голове. Ирис мягко усмехнулся.       – Опять себя накручиваешь? Вопрос попадает прямо в точку. Сердце Земли сжимается, обливаясь кровью. Становится даже стыдно. Он откладывает кружку, роняя лицо в ладони. Холодные.       – А я могу по другому? Мой брат пропал, именно в этот период жизни. Хуёво, откровенно говоря. – И когда это он начал иронизировать над собой? Моментная тишина прерывается стуком в дверь. Лицо Ириса за секунды меняется до неузнаваемости, отбрасывая снисходительность и приобретая жёсткость. Земля рывком поднимает голову, вздрагивая от неожиданности. Плед чуть не сползает с плеч. Ирис встаёт, молча выходит из кухни. Возвращается спустя пару минут с нечитаемым выражением лица.       – Ничего важного, просто опрос с какой-то бумажной волокитой. – он пожимает плечами, а Земля выдыхает, не замечая как притих. – Собирайся, тебе же в универ ещё. Учёбу никто не отменял. Парень кивает, поджимая губы. Нельзя раскисать. Ради Луны. Ради Ириса и его стараний. Когда парень ушёл собираться, старший перевёл взгляд на кружку с недопитым кофе, так и оставленной на столе. Он подошёл, одним большим глотком допил оставшуюся жидкость, поморщился из-за приторного и пресного привкуса, оставил кружку в раковине и ушёл. Кофе уже был холодным.

***

Земля в шоке листал тетрадь, листы которой были залиты чернилами. Вся сумка и её содержимое было в том же, что и конспект, который придётся писать с нуля. Он осмотрел аудиторию – все были заняты своими делами: уткнулись в телефоны, тетради, планшеты. Он сглотнул комок в горле, успокаивая себя. Надо перестать себя накручивать. Парень сходил выбросить поломанную ручку и тихо протирал свои вещи салфетками на последних рядах, не привлекая внимая. Просто потекла ручка, подумаешь? День продолжался, но что-то определённо было не так. Земля и раньше чувствовал на себе чужие взгляды, но теперь они сжирали. Пока он спускался по лестнице, чуть не улетел носом вниз. Сердце стучало в горле, колени чуть не подкосились, обошлось небольшим ударом о стену плечом. Земле показалось, что он чувствовал толчок в спину, хотя за последние месяцы ему в принципе много чего казалось. Данная череда совпадений напрягала, но не больше всего остального. Пока он пробирался к расписанию, его толкнули в плечо. Несколько раз. Земля недоумённо обернулся на четвёртый, собираясь прикрикнуть, но никого кроме младшекурсников не обнаружил. Грудь уже сдавливало, а от лица отлили все краски. Просто толкучка… Да и погода плохая, Земля понимал всеобщее настроение. Он сосредоточился на звуке чужих голосов, шагов, смеха. Никто не смотрит на него. Каждый занят своим делом. Дыхание постепенно выравнялось, а зрению вернулась чёткость, позволяя удостовериться в расписании и отсутствии непредвиденных "сюрпризов", хотя сюрпризы готовило совсем не расписание. Это повторялось. Между парами он отошёл попить воды всего на пару минут, оставив сумку на подоконнике рядом с цветком.       – Она даже… никому не мешала… Все смотрели и шептались, а он собирал порванную бумагу, ёрзая на коленях в грязи. Цветок опрокинули: сумка была в земле, как и его джинсы, трясущиеся ладони, остальные маленький вещички которые он носил с собой на всякий случай. Кто-то позвал преподавателя. Земля сдерживал подступающие слёзы, не обращая внимания на приглушённые слова и руку на плече, ведь всё в мире сузилось на одном, знакомом до омерзения смешке. Его затошнило. Титан лишь улыбнулся, проходя мимо с безучастным видом. Землю уже вели в кабинет, когда их взгляды встретились. Они разминулись, и парень почувствовал утренний кофе вперемешку с желчью где-то в горле. А ещё, кажется, галлюцинация Венеры ему подмигнула.