Мизумоногатари

039(А)       Надеко протянула руку...       И взяла ножницы.       — Прости, Ёцуги-чан, — прошептала она. — Я... совсем, совсем, совсем не этого хочу. Но пора уже наконец начать поступать, как взрослый и ответственный человек.       Ононоки, издавая звуки, которых я в жизни никогда от неё не слышал, помогла ей подняться. Надеко взмахнула мечом... И я понял, что больше и не услышу.       Исчезло всё. Сперва сам меч, затем одна за другой Гаен, Кагенуи и Ононоки. Затем храм, земля вокруг, и всё остальное. Осталась только Надеко, но она была другой. Другая одежда (спортивный костюм? ничего себе), никаких следов побоев. Кажется, будто я попал к ней домой. Кажется, я обещал больше никогда с ней не встречаться. Я бы и не стал. Но меня не спрашивали. Ведь остались только мы вдвоём, и больше ничего.       Надеко заплакала. Сначала тихо, аккуратно, затем всё сильнее. Под конец это перестало напоминать что-либо, что я видел раньше. Она выла, скрючившись и раскачиваясь вокруг себя. Если бы вокруг нас что-нибудь было, она бы наверняка стала биться об это головой.       Я не знал, что делать. Я не знал, стоит ли мне что-нибудь делать. Думаю, мне стоило просто уйти. Но уходить было некуда. Ведь нас нигде и не было.       — Прости, — разобрал я среди рыданий, — прости, прости...       — За что? — решился спросить я.       — Я обещала... что когда вновь тебя встречу... то улыбнусь и попрошу не переживать за меня... что я нашла счастье... Но я... я... Такая же жалкая, как и была...       — Я так не думаю. Ты очень изменилась. Я тоже не все обещания сдержал. Мне... жаль.       Надеко вытерла слёзы и сказала, запинаясь:       — Как же больно... поступать правильно. Чёрт возьми, как же это... больно! Впрочем, ты можешь об этом не волноваться, братик Коёми. Этой встречи, считай, и не было.       — А где мы сейчас тогда? И почему? — спросил я, чувствуя, как в сердце что-то рушится по мере осознания.       — Не знаю, думаю нигде. Потому что вообще ничего не было. Я перерубила... не уверена, что именно. Что-то в цепи событий, приведшей вас с Гаен-сан к тому мечу. Я подумала... Если уж рубить, так под корень. Гаен-сан довольна не будет, зато мои нервы в порядке, раз ни Ононоки не умирала, ни я никого не убила.       Гаен, полагаю, вообще никак к этому не отнесётся. Раз уж мы изначально никакого меча не находили.       — Ну, надеюсь, я не накосячила слишком сильно и не сломала мироздание, — продолжала Надеко. — А. Не, всё нормально. Уже вижу... Да, сейчас мы вернёмся туда, где и должны были быть. Прощай, братик Коёми. Рада была повидаться, даже если этого и не было на самом деле.              — Я тоже. Был рад, — соврал я. Но Надеко, кажется, видела меня насквозь.              — Братик Коёми! — позвала она. Я уже плохо её видел, и слышно её было, как из-под воды. — Обещаю тебе: к тому времени, когда мы встретимся на самом деле, тебе не придётся за меня переживать!              Я улыбнулся и кивнул ей в ответ, сказав: «верю!». Наверное, она уже этого не видела и не слышала. Но хоть раз я не соврал.              Больше нас там не было. Встреча, которой не было, подошла к концу. 003       Прогулявшись по ночному городу с Ононоки, поболтав о какой-то нелепице в стиле метафор человеческого бытия, Надеко вернулась к себе домой. По словам Оуги, иногда подглядывающего за ней (я просил его перестать, но это как просить самого себя перестать за неё переживать), Надеко проплакала всю оставшуюся ночь. Так и не поняв, почему, тем не менее она не могла сдержать слёз.       Даже если она, фактически, ничего не потеряла, чувство потери осталось.       Ничего не изменилось. Я по-прежнему не мог ничего для неё сделать.       Все реки так и остались в своих руслах.       На этом история о том, как Сенгоку Надеко вновь осталась ни с чем, история, которой не было, заканчивается. Панчлайна не будет, ведь мне совсем не смешно.

___________おしまい___________