Yes or...

Это не было свиданием, вовсе нет — в этом себя пытался убедить Аарон, ибо если бы Кевин прямым текстом сказал, что зовёт его на свидание, то Миньярд бы совершенно точно не отказался, что не лучшим образом сказалось бы на его максимально натуральной репутации, над которой он работал годами. Кевин предложил ему взять ключи от дома в Колумбии и уехать туда на денёк с ночёвкой, чтобы Аарон наконец отвлёкся от учебы, а Кевин дал бы себе отдохнуть от бесконечных тренировок. Тогда Миньярд, не думая, согласился, за что теперь себя и корил, прекрасно понимая, что просто так Кевин ни за что не отказался бы от тренировки — он определённо что-то задумал. Однако, отказываться было поздно: Аарон стоял с небольшой сумкой, перекинутой через плечо, А Мэтт, узнавший об их намерении отдохнуть от всего, даже дал им свою машину, чтобы добраться до дома в Колумбии, так что сказать, что у него появились какие-то срочные дела Миньярду точно не удастся. Дэй, который и так ждал его уже несколько минут, постучал в дверь, благодаря чему Аарон, опомнившись, вышел из комнаты, бросив Кевину негромкое «идём». Они почти не говорили по пути в Колумбию, и Аарона всё вполне устраивало. Ему даже наоборот, больше нравилось просто молчать, находясь рядом с Кевином и не пытаясь подобрать очередную тему для разговора, чем, как раз, прямо сейчас занимался Кевин, заметно нервничавший от повисшей между ними тишины. -Сходим за кофе в круглосуточный недалеко от дома? Насколько я помню, кофе в доме не оставалось в прошлый раз. — Наконец Дэй нашёл тему для хотя бы недолгого разговора. -Почему бы и нет. — Кивнул Аарон, и на этом их диалог закончился, что, кажется, огорчило Кевина, и Миньярд пообещал себе, что будет более разговорчивым по приезде в Колумбию, но так как до этого оставалось еще немного времени, он, откинув голову назад, прикрыл глаза и задремал. Кевин разбудил его уже около круглосуточного, в который они заехали по дороге, чтобы предупредить Аарона о своем уходе и спросить, будет ли он кофе. Попросив себе латте без сахара, Миньярд снова закрыл глаза, слыша, как Кевин закрыл дверь машины, удалившись, и достал наушники, подключая их к телефону и включая свой плейлист. Заиграла спокойная песня на английском языке, Аарон сделал звук чуть громче и повесил наушники на шею, чтобы музыка как бы играла на фоне.

***

Они добирались несколько минут до дома в такой же тишине, бесившей Кевина и умиротворявшей Аарона, которая прерывалась лишь сменявшими друг друга песнями, негромко звучавшими из наушников Миньярда. Кевин выпил свой кофе почти сразу и выкидывал его у мусорки около дома, в то время как Аарон к своему напитку даже не приступил. Когда Дэй пошёл в направлении двери, Аарон одёрнул его, за рукав утягивая на задний дворик, где присел на траву, наслаждаясь закатом. Заметив, что Кевин не спешит садиться рядом, Миньярд, подняв взгляд и на секунду дольше нужного задержав его на лице Кевина, похлопал ладонью рядом с собой, намекая на то, чтобы Дэй сел. Тот послушался, присаживаясь рядом и вслушиваясь в песню, игравшую из наушников Аарона, звук в которых блондин специально сделал еще немного громче. Мир словно замирает в это мгновение. Их руки едва заметно соприкасаются и Аарон чувствует себя по-настоящему счастливым. Кевин двигается ближе и замирает, оказавшись лицом к лицу с Миньярдом. Блондин долго решается и всё же поднимает взгляд, сталкиваясь с до безумия красивыми глазами Кевина, в которые хочется глядеть вечно, хоть даже от одной секунды сердце готово выпрыгнуть из груди. В песне начинает звучать припев и почему-то Аарону кажется, что прямо сейчас случится то, чего он так опасался. «А ты целуешься на первом свидании? Да или. да или да или…» — Аарон, а ты целуешься на первом свидании? — Выдыхает Кевин, оставшись в паре сантиметрах от чужих губ. — Это не свидание. — Возражает блондин, хотя они оба знают, что это не так. — Плевать. — Дэй подаётся вперёд, аккуратно касаясь своими губами губ Аарона, и мир вокруг замирает. «С тобой — целуюсь» — Думает Миньярд, отвечая на поцелуй и кладя одну руку Кевину на затылок, словно если брюнет отстранится, он тут же исчезнет. Нет. Исчезнет сам Аарон, действительно не понимающий, как он прожил столько лет без этого. Кевин отстраняется, испуганно наблюдая за реакцией Аарона. «Нет, это не должно закончится так быстро» — Думает блондин и целует его сам, напористо и мокро, словно губы Кевина и есть весь мир Аарона. Хотя, почему словно? Так и есть, по крайней мере в эти секунды настоящего счастья, которое, конечно, долго продлиться не может. Всё же организму обоих требуется воздух и они с шумным выдохом разрывают поцелуй, краснея всё больше и не в силах оторвать друг от друга взгляд. Вскоре, уже отдышавшись, Аарон делает неуверенное движение вперед, в ответ на что Кевин разводит руки в сторону для объятий. Миньярд обнимает его так крепко, как только может и они вдвоём падают на траву, не в силах отстранится друг от друга. Уже совсем стемнело, но идти спать не хочется — вдруг на утро это всё окажется лишь сном? Нет, не окажется.

***

Они все же находят в себе силы подняться спустя где-то пол часа, и то лишь потому что на улице начался мелкий дождь. Счастливые, с зацелованными губами они входят в дом. Кевин аккуратно и нежно толкает Аарона к стене в прихожей, снова целуя, и до спальни они добираются также не отрываясь друг от друга. Отстраняются они лишь на пару мгновений, тогда, когда Дэй, уложивший Миньярда на кровать, достаточно быстро снимает с него почти всю одежду, оставив одну лишь футболку, и недолго ищет в своей сумке на полу что-то и достает оттуда небольшую баночку. Смазка — догадывается Аарон и оказывается совершенно прав. Уверенность Кевина в себе забавит, однако его забота заставляет блондина тепло улыбнуться, когда первый палец входит без затруднений — он тоже задумался о том, до чего могло бы дойти это их что-угодно-но-совсем-точно-не-свидание с Кевином. Тот, улыбнувшись и поняв, что Аарон, можно сказать, подготовился, не медлит с добавлением второго пальца, а после и третьего, и при этом всё равно старается уделить должное внимание этому процессу, чтобы ни в коем случае не сделать блондину больно. Когда Аарон уже не может терпеть он просит сам, уверяя, что совершенно точно готов, и Кевин слушается, выполняя все его просьбы. Дэй двигается медленно, все еще боясь доставить неприятные ощущения партнёру, в то время как Миньярд, кажется, забыл о том, что в мире существуют слова кроме «прекрасно», «замечательно», и так далее по списку. Аарон водит руками по чужой спине, не зная, куда ещё их деть и желая соприкасаться с Кевином как можно в бóльших местах, потому что даже этого ему недостаточно, он хочет больше, он не хочет чтобы это заканчивалось. Но всему приходит конец: они заканчивают почти одновременно, оба сопровождают это громким стоном и, поглядев друг на друга пару секунд, снова соединяют губы в поцелуе. Аарон счастлив. Кевин тоже. Всё таки, как удачно может иногда включиться песня.

***

Они находят в себе силы отправиться в ванную спустя двадцать минут, всё то время пролежав в обнимку и отходя от лучшего оргазма в своей жизни. Душ они принимают вместе, снова почти друг от друга не отлипая, потому что оба ждали этого слишком долго, чтобы сейчас им хватило этого. Слишком долго, чтобы так быстро насытиться. После душа Кевин стоит у плиты и варит какао, а Аарон стоит за его спиной, обнимая. На фоне из его телефона снова играет какая-то романтичная песня, до ужаса напоминающая ту, после которой они впервые поцеловались. Это мило. На часах пол второго — сон это или нет? Аарон не знает, но если это и сон, то он точно совсем не хочет просыпаться. — Если это сон, Кевин, пообещай в нём остаться. — Шепчет Аарон, озвучивая свои мысли и позволяет брюнету развернуться к нему лицом, после чего поднимает взгляд. — Мы не спим, Аарон. — Почему-то тоже шепотом отвечает Дэй, а после резким движением тянется к блондину и щипает его, как бы доказывая свои слова. — Видишь? Аарон громко и смешно ойкает, а потом они смеются, снова обнимаются и целуются. Их день (точнее, уже ночь) заканчивается с чашками какао в руках и поцелуями с любимым человеком. Это определённо лучший день в их жизни. ~ Наутро обнаружив себя в постели рядом с другим оба улыбаются, вновь обнимаясь и лениво целуясь — обоих больше всего на свете радует то, что это правда не было сном. Это реальность, такая романтичная и в то же время до безумия глупая, потому что оба ведут себя как влюблённые подростки, первый раз почувствовавшие что-то такое. Но ведь все как один твердят, что первая любовь — и есть самая искренняя, тогда на что жаловаться? И жаловаться Аарону правда не на что, да и Кевину тоже. Они вместе — это главное. Теперь пазл их жизни нашёл недостающую деталь. Это и есть любовь. Чистая, настоящая и правильная.