Intoxicated by tenderness

Уродливый шрам по-хозяйски лёг на плоский живот, как и десятки других увечий на разных частях тела. Вай, не любила смотреть на себя в зеркало, но в душевой у Кираманнов, оно было настолько большим, что не посмотреть на него было непосильной задачей. Глядя на своё полуобнажённое тело, девушка думала, когда же с потрохами похоронила свою женственность. Вероятно, процесс пошёл ещё в подростковом возрасте. Девушка категорически относилась к юбкам, длинным волосам и ко всему тому, что так любили мужчины. В мире где родилась Вай, изяществом и грацией обладали многие молодые девушки. Вай всякий раз зачарованно глядела на притягательную походку, развивающие блестящие волосы и пухлые губки одной из незнакомок. Конечно, маленькая девочка в лице Вай ещё не догадывалась, что все эти незнакомые девицы были шлюхами. В Зауне живут исключительно отчаянные люди, нищета и погоня за место под солнцем, толкает людей на самые разные поступки. Никто не думает о морали, пожалуй в Нижнем городе её не существует. Люди там жесткие, закалённые и даже изящная шлюха из публичного дома, что пару мгновений назад искусно ублажала твое тело…Без сожаление проломит тебе череп тупым предметом, если ты будешь представлять опасность. Так что Вай не о чем не жалела, да у неё не было толпы ухажеров. Оно и к лучшему, ведь мужчины никогда не привлекали её в этом плане. Ей нравилось быть сильнее, нравилось превосходить сильный пол. Нравилось глядеть на то, что девушки отдают предпочтение ей, а не очередному грязному ублюдку из кабака. И все же иногда, как сейчас Вай думала: « Какой я могла бы быть если бы не родилась в Зауне?». Если бы она имела статус, состояние и золотую ложку в заднице при рождении. Если бы с детства её учили играть на рояле, а не бинтовать костяшки рук. Если бы рукопашный бой был всего- лишь хобби, а не способ выживания. Надевая майку на мокрое тело, Вай все же отвела взгляд от зеркала. Думать об упущенном теперь не имело никакого смысла, ведь любой день мог с легкостью обернуться последним. Пилтовер объявил военное положение, а войска ноксианцев могли в любой момент осадить город. На небольшом собрании обсуждались стратегии защиты и построение обороны, которая могла бы выиграть время для Джейса. Голова девушки кипела, словно жерло вулкана. Даже думать о предстоящих событиях было страшно. Густой запах крови застывший в воздухе, стеклянный взгляд на незнакомых лицах. Кишащая смерть на каждом углу, которая заставляет колени дрожать то ли от возрастающей паники, то ли от кричащего отчаяния. Хуже этого, лишь увидеть в одном из бездыханном теле знакомого тебе человека. Пузатого продавца Арчи из магазинчика напротив, старушку Хьюбер из соседней квартиры...Собственную мать. Из ярких воспоминаний девушку вывел знакомый голос - Вай, ты в порядке?,- возле двери стояла женская фигура. Лицо Кейтлин было беспристрастным, но голос отдавал тревогой, а небольшие морщинки между бровями выдавали беспокойство. Девушка настолько погрузилась в собственные мысли, что даже не заметила, как дверь бесцеремонно распахнули. - Эй, а если бы я стояла тут голая? Кексик, если хочешь меня так и скажи, - игриво промурлыкала девушка. Всячески избегая серьезных тем для дискуссии. Если уж и суждено помереть, ей бы хотелось иметь куда более приятные воспоминания. А не сопливые разговорчики о том, какое дерьмо пришлось на ее плечи. - Я звала тебя, но ты не отвечала. Мне стало беспокойно, вот и решила проверить. Да и тем более, я уже видела тебя голой, Вай. Так что не изображай из себя недотрогу, - с ухмылкой произнесла девушка. Вай показалось, что разговор прекрасно ушёл в другое русло, но лёгкая улыбка быстро слетела с красивого личика. - Ты точно в порядке? Если тебя что-то беспокоит ты можешь мне рассказать, - серьезно промолвила девушка. - Кекс, со мной все хорошо, - отмахнулась Вай, словно от назойливой мухи. -Лгунья, - с укором произнесла девушка. - ...Профессиональная. Ладно, пойдем спать. Я пока что жива и беспокоится не о чем,- Вай тепло улыбнулась своей возлюбленной. Когда каждый день грозил стать последнем, девушка все чаще стала задумываться, как много времени они потратили понапрасну. То, что раньше казалось важным – вдруг потеряло свою остроту. Как будто сквозь туман появляется четкое видение того, что действительно имеет значение. Лежа на мягкой кровати, Вай внимательно всматривалась в знакомые черты лица, впитывая каждую деталь, каждый жест, каждый взгляд. Жадно запоминая, каждый миг. Девушке было страшно умереть, но ещё сильнее она боялась выжить. - И все же мне неспокойно. У тебя странный вид. Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю?, - взволнованный голос прорезал тишину. Теплые ладони прикоснулись к лицу Вай, нежно поглаживая скулы. В свете луны, глаза Кейтлин не просто светились, а излучали мягкое, приглушенное сияние, как будто внутри горит теплый огонек. Это не блеск, а внутреннее свечение, идущее из самой глубины души, согревающее все вокруг. Это сияние не отвлекает, а, наоборот, притягивает, словно приглашает окунуться в собственной мир. - Извини, я... Я задумалась. Повтори ещё раз, что ты сказала, - извиняющимся тоном промолвила Вай. - Это уже не имеет значение, - Кейтлин заправила за ухо непослушный локон волос. Потянув к себе девушку, их губы встретились. Легкое касание, трепетное, словно дыхание ангела, сменилось на более уверенное и глубокое. Кейтлин безжалостно терзала алые уста, кусала оттягивала. Поцелуй был властным, напористым. Девушка требовала, не прося и Вай, словно поддавшись гипнозу, отдавалась её натиску с такой же жаждой. - Поговори со мной, Вайолет. Ты смотришь на меня словно... Черт, даже не знаю, как описать, - настойчиво прошептала в губы Кейтлин. Девушка слегка улыбнулась поглаживая мозолистой рукой, нежное личико. Тепло приятно разливалось по животу, а сердце вот-вот готовилось выпрыгнуть из грудной клетки - Я хочу чтобы ты мне кое-что пообещала, - с хрипотцой в голосе промолвила Вай. - Конечно, все что угодно, - заинтересовано ответила Кейтлин. Лицо девушки приобрело серьёзный вид, словно не было ничего более важного. - Поклялись мне, что ты выживешь, - твердо прозвучал голос. Девушка совсем не свойственно для неё смотрела на Кейтлин серьезно. В глазах не было и намека на легкомыслие, игривость или беззаботность. На Кейтлин смотрела девушка полная силы, уверенности и самообладания. Взгляд человека который не боится трудностей, который готов бороться за свои убеждения и ценности, даже ценой собственной жизни. - Если ты погибнешь, я этого не переживу. Кейт, я похоронила практически всех кого любила, а родная сестра презирает и ненавидит меня. Поэтому прошу, пообещай мне что ты не умрешь, - слегка дрожащим голосом закончила свою мысль Вай. Напускная уверенность, канула в небытие. В голосе звучали нотки страха и сковывающего отчаяния. - Я не даю обещаний, который не смогу сдержать. Ты и без меня это знаешь. Мы все можем умереть, увы тут я не имею власти. Я отвечаю за оборону всего Пилтовера и не могу, как трусишка сидеть в укромном месте, пока остальные сражаются за нашу свободу, - с грустью ответила Кейт. - Да, ты права. Я сморозила глупость, Кекс. Не обращай внимание, сегодня был тяжёлый день, - словно оправдывая свою глупость робко произнесла Вай. Девушка знала, что это по-детски, словно обещание на пальчиках могло защитить её возлюбленную от любой угрозы. Но не покидающая тревога, сверлила по вискам, казалось вот-вот и череп не вынесет давления и разлетится на тысячу осколков. Лицо налилось пунцовым цветом по животу кольнули стрелы стыда. - Спокойной ночи, Кексик, - отворачиваясь в другую сторону, быстро промолвила девушка. - Но я обещаю, сделать все что будет в моих силах, чтобы выжить. И я прошу тебя, пообещать мне тоже самое, - тихо прошептал голос из-за спины. Кейтлин приблизилась к девушке, захватывая Вай в объятия. Носом Кейт погладила теплую шею, аккуратно убирая алые локоны назад. Волна мурашек прошлась вдоль спины, мышцы автоматически напряглись. Горячие поцелуи быстро покрыли тонкую кожу шеи, перемещаясь к мочке уха. - Обещай мне, Вайолет. Что ты постараешься выжить, чего бы тебе это не стоило. Ради меня и ради нашего с тобой будущего, - чужое дыхание обжигало, руки Кейтлин крепче сжали талию, словно боясь, что та ускользает. Развернув к себе Вай одним движением, Кейтлин прошептала тихо в самые губы Обещаешь?... Тьма ночи, словно бархатный покров, окутала их, оставляя лишь узкий круг света от луны, пробивающейся сквозь незастроенные окна. Их взгляды встретились - два хищника, которые, выжидая, притаились в зарослях собственных желаний. В каждом зрачке плясало пламя, такое древнее и первобытное, что казалось, будто оно способно растопить даже самый холодный лед. Губы Кейтлин, словно магнит, манили ее, и она, поддавшись порыву, сократила между ними расстояние. Вай чувствовала ее дыхание на своей коже, горячее и влажное, как дыхание самой страсти. В этот момент ничто не имело значения, кроме этого жадного желания, которое пронизывало их до самых костей. Это был не просто поцелуй, а неистовая битва двух голодных душ, которые жаждали насытиться друг другом до последней капли, словно перед смертью. Каждый вздох был горячим и сбивчивым, словно тела их пылали от неутолимого огня. В этом поцелуе было столько силы, столько страсти, что казалось, будто время замерло. Это была нежность, окрашенная похотью, жажда, утоляемая с исступлением, и в этом водовороте чувств они обе теряли контроль, отдаваясь во власть своих инстинктов. Губы Вай медленно отстранились от рта девушки, и воздух между ними стал таким разреженным, словно та вот-вот задохнется без ее близости. Обещаю. Глотая воздух, тихо прошептала Вай. Отчаяние, неутолимая алчность напиться возможно последними мгновениями переведённых вместе. Хотелось больше прикосновении, больше чувств, больше Кейтлин. Девушка нуждалась в ней словно лёгкие в кислороде. Будто без Кейт сердце не сможет функционировать, кровь перестанет циркулировать по венам. Организм - потеряет смысл бороться за жизнь. Не было ничего и никого более важного Кейтлин, её Кейтлин Кираманн. Руки Вай нагло исследовали плавные линии тела девушки, оглаживая тонкую талию, сжимая упругую ягодицу. Рука зорко проникла под тонкую ткань нижнего белья. Пальцы скользя по коже, находя чувствительные места, вызывали мелодию тихих вздохов и стонов. Они делились секретами своих желаний через прикосновения, каждое движение — это способ сказать: «я здесь для тебя». - Нам стоит прекратить, Вайолет, - будто не веря в собственные слова тихо прошептала, Кейт. Голос был сбивчивый, дурманящий и что самое ироничное без капли уверенности в сказанном. Девушка извивалась под умелыми движениями Вай, задавала ритм, насаживаясь на длинные пальцы и тем не менее не оставляла жалкие попытки взять себя в руки. Кейтлин понимала, что следует остановиться, но это было последним чего она действительно хотела. Девушка склонилась у самого уха Кейт, на секунду прекращая ритмичные движения пальцев. Горячим дыханием опаляя тонкую шею, Вай насмешливо произнесла: Так, останови меня. Кейтлин. Приподнимаясь вновь, Вай встретилась с чарующими синими омутами. В них бушевал океан чувств. Ее взгляд – глубокий, темный, как ночное море – поглотил Вай целиком, заставляя забыть обо всем на свете. Сердце колотилось, отбивая бешеной дробью ритм приближающейся бури. Кейтлин жадно впилась в губы девушки, не оставляя никакого шанса для здравого смысла. Пожалуй это был самый красноречивый ответ из всех возможных. И пусть все катится к чертовой матери, но это ночь принадлежит только им. Это был не просто поцелуй, а взрыв, торнадо, охватывающий и сметающий все на своем пути. Вкус ее губ, вкус запретного плода, смешался с лихорадочным ритмом сердца, и граница между телом и душой стерлась, растворившись в океане всепоглощающей страсти. В этом мгновении не существовало ни прошлого, ни будущего, было только это – буйство чувств, охватывающее и изматывающее, выжимающее до последней капли, до полного и сладкого истощения. Это ночь была не просто плотскими утехами, эта ночь дала девушкам возможность напоить свои измученные сердца чувствами, страстью, нежностью. Высказать все то, что застряло комом в горле, разделить всю боль и тяжесть бремени именуемым – «одиночеством». Ночной купол смог утаить от людского взора не только сковывающий страх перед грядущем будущим, но и ужас перед настоящим. Вай целиком и полностью отдала себя во власти забвению. Наслаждаясь присутствием Кейтлин, её горячего дыхания возле бедер, ласковых прикосновении языка. Рука Кейтлин нагло расположилась на мягком полушарии Вай. Нежно сжимая, а следом оттягивая маленький бугорок. Умелыми движениями языка, Кейтлин подводила девушку к самому пику наслаждения. Кейт бы никогда не признала, что ей до безобразие нравилось контролировать ощущения Вай. Что именно её действия заставляют, девушку смотреть на нее умоляющим, томным взглядом, который игриво шепчет: Прошу, не останавливайся. Это было не просто собственнические отголоски, о нет... Кейтлин нравилось знать, что Вай целиком и полностью под её контролем. Девушка не просто любила ее, Кейтлин чувствовала, что Вай принадлежит ей. Каждый ее стон, каждый взгляд, брошенный в ее сторону, воспринимался как подтверждение этого права. Кейт понимала, что это неправильно, но не могла думать иначе. Страх потерять её, был сильнее разума. Приподнимаясь, Кейтлин пальцами вытерла влажный подбородок. По лицу расплылась самодовольная ухмылка. - Вот черт, снова придется принять душ, - пытаясь восстановить дыхание произнесла Вай. По щекам расплылся легкий румянец, волосы беспорядочно раскидались на подушке. Девушка приложила огромное усилие, чтобы не выдавать собственное смущение, глядя на то, как Кейтлин слизывает доказательство её оргазма возле губ. - И попросить, Марту поменять постельное белье. На этом спать будет неудобно, - прагматично произнесла, Кейт. Смотреть на пунцовое лицо Вай, было отдельным видом наслаждения, девушка и не заметила, как на лице расползлась широкая улыбка. - Сделай одолжение. Не делай такое самодовольное лицо, - с легким смешком произнесла Вай, сильнее покрываясь густым румянцем. Встретившись взглядом девушки звонко засмеялись. Этот момент был как вспышка – яркий, мимолётный, но оставивший след в душе навсегда. Это было абсолютное счастье – просто быть рядом с любимым человеком, чувствовать его тепло и наслаждаться каждой секундой проведённой вместе. Вай, дала себе обещание беречь этот момент, хранить его в сердце и проносить через всю жизнь, как самое ценное сокровище. Жизнь– очаровательна в своем непостоянстве, она заставляет тебя ненавидеть каждую секунду своего бытия, а потом с невероятной легкостью влюбляет в себя вновь. И ты даже не понимаешь, как заново влюбляешься в её очарование, не в силах противостоять столь пленительным чарам. Глядя на спящее, слегка хмурое лицо своей возлюбленной. Вай невольно поняла, как заново влюбилась в жизнь. И именно сейчас, когда мир сходил с ума и гнил в собственном безумстве ей хотелось жить - как никогда прежде.