Ледяные оковы

      Ночь мы провели в разговорах. Они были ни о чем. Я не рассказывала о себе и он обходил стороной вопросы касающиеся его жизни. Как и жизни на Небесах.       Когда он уже два раза перевел тему, я решила не налегать на него. Пусть проникнется доверием ко мне. А пока мы больше говорили о проблемах отопления на базе, и что ночи бывают порой особенно холодными. О погоде, о скуке. О книге, которую я тут нашла в прошлый раз. В общем всячески избегали разговоров о личном.       Ближе к концу смены мы больше молчали. Я с непривычки начала дремать и держалась только на местном чае. Надо в следующий раз принести кофе. Ангел прикрыл глаза, и кажется тоже начал засыпать. Хотя в этом я не была уверена.       Смена закончилась тогда, когда пришли санитары забирать подопытного. Меня сразу поторопились выпроводить в коридор. Я только и успела заметить возмущение в лице Каина, но ему тут же ввели шприцем какой-то препарат и он быстро отключился. После этого я услышала щелчки растегиваемых ремней и дверь за моей спиной закрылась. Надеюсь, это всё по плану.       Однако утром Ллойд подтвердил, что всё было в порядке и что б я не волновалась. Ведь наше дело маленькое, следить и охранять, а учёные и их сподручные сами решают, что, сколько и когда делать. И когда ценный материал забирают, и охранять уже не чего, то и дежурным можно уходить в личные комнаты отдыхать.       К новому графику было сложно привыкать. Особенно когда дни теперь текли не равномерно. Постоянно из-за этого приходилось смотреть в расписание и сверяться со временем. Следующее дежурство наступило через несколько дней, но в этот раз я не была одна. Да и подопытный уже был другим.       Это было вечернее плановое дежурство в нулевой лаборатории, но несколько медиков задержались и доделывали работу. Уходить мне не полагалось, а их никто не выгонял, поэтому я только наблюдала и записывала происходящее.       Каина не было, что немного меня расстроило. Однако любопытство к новому объекту никуда не ушло, поэтому я особенно внимательно разглядывала существо по прибытию. Это был демон. На вид молодой парень, с темными волосами и черными крыльями. Как я позже узнала, в отчётах он значился как объект номер четыре. Появился на базе он недавно, и уже принес не мало пользы.       Именно его оборона и несколько ярых попыток сбежать помогли людям убедится, что некоторые бессмертные владеют силой стихий. И этот конкретно управляет огнём. Он несколько раз поджигал ремни и пытался скрыться, но сильные препараты мешали ему сосредоточится и контролироваться себя.       Если бы его держали на верхних этажах в обычных лабораториях, то уже давно бы спалил весь корпус. Но внизу, в подвалах, стоит мощная защита, оснащённая огнеупорными экранами. Сами комнаты сделаны из бетона, двери свинцовые (которые к слову используются во всех лабораториях), а замки из вольфрама. Выжечь обычным огнём невозможно. А все ручки, да и дверь тоже, покрыты ядом, который нам, людям, не опасен.       Люди пусть и слабее бессмертных, но далеко не дураки. Что бы держать взаперти такое древнее могущественное существо, особенно если оно не одно, нужно обязательно подстраховываться и главное никогда их не недооценивать. И именно в последнем главная ошибка ангелов и демонов - ведь мы для них букашки, чья жизнь скоротечна и мало чего достойна. Но мы быстро учимся, по другому не выжить. Поэтому, не смотря на апокалипсис, мы всё ещё живём и будем жить.       Сейчас над подопытным что-то проводили, из-за спин учёных плохо было видно. Но демон кричал и сыпал проклятиями. Похоже, ему зашивали рану на руке, прямо по живому. Слышать его было неприятно, так что я нажала на тумблер и динамики стихли. Не успела я это переварить, как ко мне вышел один из медиков. Звук на миг появился, но входящий быстро закрыл за собой дверь. — Как же здесь тихо, — вздохнул с облегчением он. — Что с ним? — я кивнула в сторону окна. — А, повтор одного из предыдущих опытов, — отмахнулся усталый медик, но всё же пояснил, — только там было на ангеле, теперь на демоне. Пытаемся найти различия между ними. — Это какого? — спросила я, листая папку с отчётами. — Это с ядом там, — он неопределенно махнул рукой в сторону папки. — Где испытывали действие йода и зелёнки? — мне кивнули, — Но вроде не зашивали же, — я быстро пробежалась глазами по строкам и в недоумении глянула на коллегу по цеху. — Да... — он почесал затылок в медицинской шапочке, — В этот раз порез глубже вышел. Тогда то объект лежал смирно, а этому мы хотели руку перевернуть, что бы удобнее было, чуть ослабили ремни, и он стал брыкаться. Тут то случайно ножом с ядом и полоснули по венам. Ох, криков сколько было... — медик покачал головой и вздохнул, — пришлось зашивать. Вот и задержались. Но ничего, зато посмотрим как быстро швы снимать придется. — Да уж, всё что ни делается, всё к лучшему... — мрачно констатировала я. — Вот и я о том же! — воскликнул он, явно не заметив моего сарказма, — А то наши переживать все стали...       Дальше я его не слушала, вернув свой взгляд на отчёт. Стало интересно, над кем уже проводили этот опыт. В графе значился объект номер два. Не Каин. Мысленно выдохнула в облегчении. И тут же себя одергиваю. Он же все таки подопытный в первую очередь. — Значит, объект номер два - ангел?       Я подняла на коллегу свои светлые глаза, старательно их округляя, что бы выглядеть более приветливой. Даже чуть улыбнулась ему. Чисто женская тактика, что бы разузнать больше деталей. К тому же медик не многим старше меня и явно ему хочется пообщаться. — Ну да, а ты не знаешь что ли? — удивился парень. — Нет, я тут как бы новенькая... — смущённо отвела взгляд в сторону. — Странно, мне казалось, я тебя видел, — нахмурился он. — Может быть, мне только недавно повысили доступ, — я пожала плечами. — А-а-а, там наверху всё проще, видимо очень старалась, раз сюда впустили, — его голос смягчился, — тут тебе не верхние лаборатории, где всё чистенько и красивенько. Микроскопы сплошные, да стёклышки. Здесь уже настоящая кровь. Вот где настоящие эксперименты. — Сложно наверное? — доля обеспокоенности в голосе. — Очень, — на пару секунд он завис, вспоминая что-то своё из ближайшего прошлого, но потом его взгляд сфокусировался снова на мне и чуть улыбнулся, — а ты давно здесь работаешь? — Это моё официально второе дежурство, — даже честно ответила я. То что я пользуюсь особым доверием Ллойда, всем знать ни к чему. — Так ты совсем пороху не нюхала, — воскликнул он, — затем приосанился, взглянул на свои окровавленные перчатки, быстро стянул их и бросил в специальную урну для их отходов, добежал до раковины, быстро помыл руки, и уже подходя ко мне, вытер их о свой халат и протянул мне ладонь, — Андре. — Лэйн, — представилась я в ответ и пожала его руку. — Рад знакомству, — улыбнулся коллега. — Взаимно, — хотя на самом деле вряд ли, — а тебе не надо быть там? — я покосилась в сторону окна. — Не, я там уже не нужен, — снова махнул рукой, а затем взглядом указал на отчёты, — так что там тебе не понятно? — Да просто разобраться хотя бы, кто есть кто, — я неуверенно пожала плечами. — Ну этот демон - объект номер четыре, — указательным пальцем Андре показал на лабораторию. — Это я поняла, — кивнула, — а разве их имена не известны? — решилась я задать вопрос, который давно меня мучил. — Когда поступает новый бессмертный, то руководство собирает на них досье и они хранятся в личных архивах профессора Донован, но их личности нам ни к чему. — Ладно, поняла, — пару секунд подумала над следующим вопросом, — а объект номер два - ангел, я права? — Да, ангел женского пола, — подтвердил медик. — А всего их?.. — На данный момент на базе содержатся четверо бессмертных, — голосом учителя заговорил новый знакомый. — А кто остальные? — Ну объект номер три довольно интересный, — он скрестил руки, — юная особь, судя по признакам, в пубертатном возрасте, женского пола. — Девочка? — не поверила я. — Ну будь она человеком, то называлась бы девочкой, — парень нахмурился, — бессмертные не люди, ты же помнишь? — Да, да, я помню, — поспешила ответить я. Не хватало мне ещё лекции на тему кто враг, а кто нет, — Так, кто она? — Этим она и интересна, — вернулся Андре к обычному тону, — мы пока не можем определить, кто она. Крылья не стандартны, они очень необычны. Тут лучше один раз увидеть. Внешне ангелы и демоны больше ничем особо не различаются, вот нам и важно разобраться в их анатомических и физиологических характеристиках, что бы понять, кто она. Есть несколько версий... — А её спросить нельзя? — перебила я его. — Она молчит. Совсем не говорит. — А как же... — Я мало что знаю, — остановил он меня, — я с ней не работаю. — Ладно, а первого? — О, говорят, что объекта номер один курирует сама профессор Донован. Но я думаю, что дело она передала своему протеже. — Почему так? Что в нём такого? — Он очень особенный, — усмехнулся Андре, — во первых, он единственный бессмертный, который находится на базе с самого начала и до сих пор живёт, какие бы эксперименты над ним не проводились, а говорят что он испытал самые тяжёлые. А во вторых он... — и тут коллега осёкся. — Что во вторых? — заинтересовалась я. — Ну он ангел, но не совсем, — уже нехотя произнес он. — То есть как это, не совсем? — Кажется, я тебе уже лишнего сказал, дальше я уже не могу, без обид, — и смущённо улыбнулся. — Ничего, я понимаю, работа такая, — я без проблем отступила. — Но если хочешь понять, вот мой совет: наблюдай больше. Даже я тебе, при всём желании, не смогу всего объяснить. — Хорошо. — очень серьезно ответила я.       В аккурат после нашего разговора, медики, наконец, закончили. Когда все стали собираться, Андре открыл журнал посетителей, который всегда находился здесь, написал там дату, время, имена медперсонала. Так как он был ответственный за всех задержавшихся, то сначала дал расписаться коллегам и только потом поставил свою подпись напротив чужих, подтверждая, что все ушли вместе. Затем он попрощался со мной и удалился.       Я взяла журнал, в строчке, где значится дежурный на сегодняшнюю дату написала свою фамилию, как и в прошлый раз. Только тогда я это сделала в конце дежурства и отметила часы. Сейчас вначале. После всех формальностей, я отложила журнал и, откинувшись на спинку кресла, вздохнула.       Решив посмотреть на демона, опустила взгляд и внутренне ахнула. Демон обжигающим взглядом смотрел прямо на меня. В прямом смысле обжигающим - глаза демона полыхали красным, из них сыпались искры. Кажется, ещё чуть чуть и он прожжет в стекле дыру. Вспомнила, что его сила - огонь, и поёжилась.       Огненный демон. Интересно, а в их мире они разделяются на такие подвиды? Или этот термин я только что придумала? Но он был очень подходящим, даже к его внешности - ярко рыжая шевелюра с красноватым отливом. Его глаза, поза, какая никакая, а даже весь в ремнях он показывал силу. Сжимая подлокотники, лицо стало пунцовым от напряжения. Весь его вид выдавал в нём опасного хищника... Который пытается выбраться!       Я замерла вся и не расслаблялась. В любую минуту была готова нажать на тревожную кнопку и бежать в шкаф. Как бы демон не налегал на ремни, они не поддавались, к моему счастью. Все его мышцы работали на пределе своих сил, но пока безуспешно. Я слышала, что бессмертные сильны, но не знала точно, на сколько. Мне казалось, что ремни для них не помеха. Почему же тогда он не может из них выпутаться, а затем разломать стекло, выжечь замок и сбежать? Почему же каждый раз его побег был неудачным?..       Тут все швы, которые так долго ему накладывали медики, похоже лопнули. Рукав его рубашки окрасилась в бордовый цвет. Я не предпринимала попыток, что-то сделать. Просто наблюдала за ним. На моё удивление, с холодной отрешённостью. Сам виноват. Незачем было напрягать свежую рану. Люди тут ни при чём.       Демон сыпал проклятиями, ругался так, что любому нормальному человеку стало бы невыносимо слушать, а кому то стало бы безгранично жаль его. Бедный, замученный опытами жалких людишек. Хоть иди прямо сейчас и вешайся в кабинете Донован, что бы и ей стало стыдно. Но я ещё не потеряла своё человеческое достоинство. И я прекрасно помнила, что Апокалипсис начался не из-за людей, а из-за них - Бессмертных. А мы лишь стараемся выжить. И не им жаловаться, что за их же счёт. Думаю, мы имеем на это право.       Объект номер четыре рычал. Обещал найти каждого медика, предать их всех страшным мукам в Аду, а так же найти все их семьи до седьмого колена в том же Аду и сварить из них общий суп и скормить Субантрам, что бы и те подавились. Уж не знаю, что ему лично сделали эти Субантры, но вряд ли что-то хорошее. Демон не забыл и по мне пройтись. Пусть и не видел, но прекрасно знал, что его видят и слышат. Он уже как в полном бреду говорил что-то о том, как мне должно быть нравится наблюдать за его мучениями. Затем он что-то бормотал и шептал про Богов, что покинули их земли, повторил ещё несколько имён, уже не известных мне. Затем окончательно затих.       Из под рукава текла алая струя крови. Она на несколько потоков разделилась на его бледной кисти. Затем маленькие капли потекли по большому и указательному пальцам, марая подлокотник. А потом всё это падало на пол. Поток крови не прекращался и в динамиках я слышала как размеренно капают капли на плитку. Мне же было всё равно. Это были не мои заботы. Я максимум уведомила по рации дежурного медика. Мне сказали выполнять свою работу. Чем я тут же и занялась, написав краткий отчёт о происходящем.       Не слишком ли я черствая? Кажется, эмоции демона, а затем его бессознательный вид должны были меня задеть, но нет. Даже легче стало, от того, что он наконец замолчал. И сам меньше мучается и мне не мешает. А будь на его месте человек сомневаюсь, что я осталась бы безучастной. А этот демон навряд ли был хорошим даже среди своих.       Через несколько часов мне стало скучно. Вот такие они, серые будни дежурных. Невольно затосковала по Каину. Единственный, чьё общество мне стало приятным на базе за всё время работы. Даже удивительно. Как он сейчас? Где он? Где же здесь содержат таких как он?...       Время шло, ничего не менялось. Демон всё так же медленно по капле терял свою кровь. Этот звук уже даже стал привычным и я перестала обращать на него внимание вообще. Совсем они не ценят свой научный материал. Или ему всё таки ничего не грозит? Судя по тому, как его волосы прилипли ко лбу, он вспотел. Вскоре он стал ворочаться. Я побоялась, что он просыпается, но нет. Ему что-то снилось, и сон его стал беспокойным. Позже он застонал, но всё так же не раскрывал век. В тот момент, как я отвлеклась на свой расшнурованный ботинок и нагнулась к нему, я услышала громогласное: — Моя рука! Потушите...! Моя... А-а-а-а!       Я резко попыталась вскочить, но ударилась головой о край стола. Не обратив внимание на боль, вся обратилась к стеклу. Демон орал и пытался вырваться так сильно, что он весь стал красным, а ремни впились в его тело до крови. За всю его прошлую борьбу и за время, пока он терял кровь, подопытный сильно ослабел, и сейчас его попытки освободиться были слабыми, но отчаянными.       Я нажала на кнопку на микрофоне, и удерживая связь, заговорила: — Ответьте, что случилось?       Он промычал что-то не членораздельное. Его отчаяние переходила в безысходность. Я повторила: — Объект номер четыре... — Рука... — подопытный поморщился и не договорил. — Что с рукой? — холодно спросила я. — Она горит! — вдруг заголосил он, глаза вспыхнули алым пламенем, — Потушите! Потушите руку! — Объект четыре, — я постаралась говорить ровным, спокойным голосом, как рассказывали на дополнительных лекциях по психиатрии, которые приходилось посещать. С душевнобольными только так и надо, — ваша рука в полном порядке... — Дура набитая! — проорал демон, — Слепая идиотка! Разве ты не видишь, что она в огне? Я в огне! И сгорю сейчас здесь из-за тебя, девка безродная! Жалкая человечьишка! Сделай что-нибудь!!!       И он закашлялся, продолжая говорить оскорбления. Я решила не медлить и сообщила о галлюцинациях подопытного. Пусть они сами решают, что с этим сумасшедшим делать. А пока помощь в пути, нажала на кнопку связи. — Скоро вам помогут, — решила отвести душу этой новостью. — А-а-а-а, сама не можешь..! — сквозь зубы процедил он, борясь с болью, — да я заставлю тебя, человеческая тварь, прочувствовать всё то, что испытываю я! Я лично сожгу твои конечности, одну за другой...       Я выключила динамики, оставляя его одного со своими фантазиями. Меня их подробности не интересовали. Его губы теперь беззвучно повторяли всякие гадости в мою сторону. Ничего хорошего из этого рта и не может выходить. Словно вторя моим мыслям, у демона, прямо как у бешеного пса, появилась у губ пена. Я поморщилась. Похоже это дежурство я буду вспоминать с содроганием.

***

— А чего ты переживаешь, мы и не такое видели. На дежурствах, знаешь, всякое может быть. И ничего, спим спокойно.       За обедом мне решил составить компанию новый знакомый Андре. Он ошибочно принял моё отрешенное выражение лица за шок, от моих ночных переживаний и пытался приободрить. На самом деле у меня всегда такое выражение лица, что даже сам генерал, который больше всех на базе со мной контактирует, в недоумении. То ли всё в порядке, то ли дать отгул, что бы я могла прийти в себя. Но я никогда не жаловалась на стресс и исправно работала, что в первый день, что в шестидесятый.       Медику же это всё было неизвестно. И он тщетно пытался отвлечь меня разговорами. Мне же это было не интересно. Я всё больше и больше воспринимала его голос как фоновый шум, и больше уходила в воспоминания о дежурстве.       Помощь демону пришла быстро. Люди в специальных костюмах, как выяснилось, огнеупорных, зашли к нему и быстро приложили маску к его лицу, что бы накачать его газом. Демон быстро отключился. Его окровавленный рукав тот час подняли и оказалось, что вся его кожа покрыта страшными волдырями от ожогов, которые не заживали. Всю руку тут же покрыли какой-то белой пеной, похожую на ту, которую используют для тушения пожаров. А ведь он говорил, что его рука горит...       Женщина, руководившая этой операцией, приказала мне записывать всё, что вижу. Это дело было для меня привычным и я послушно всё записала, продолжив в том месте, где уже начала писать отчёт.       Демона тем временем стали отстёгивать от кушетки, переложили на каталку, которая уже была в лаборатории. На всякий случай привязали его ремнями и к ней, оставив свободной только пострадавшую руку. Снова приложили маску к лицу. Видимо эффект газа кратковременный. Пока проводились все эти манипуляции, напротив неподвижно стояли два солдата в тех же защитных костюмах и направляли оружие, заряженное зелёными колбами, на подопытного. Любое лишнее движение и они бы выстрелили не раздумывая.       Таким конвоем они прошествовали мимо меня. И впервые бессмертный оказался совсем рядом без всякой защиты, пусть и на несколько мгновений. Казалось, протяни руку и я дотронусь до него. Правда, делать этого не хотелось. Его красивое лицо застыло в болезненной гримасе, а я всё ещё хорошо помнила, как он меня проклинал. Только и пожелала ему мысленно вслед всего самого хорошего, что б крылья отсохли!       После я отдала женщине сегодняшние отчёты и меня, с чистой совестью, отпустили. Уснуть мне не сразу удалось, все мысли возвращались к новой информации. В тщетности, я встала, включила лампу и быстро записала всё самое важное в мой личный блокнот.       Теперь я знаю, что не базе четыре бессмертных. Каин и женщина - ангелы, ещё сегодняшний парень сумасшедший - демон и девочка, чья раса мне неизвестна. Как бы мне ни было интересно узнать, кто она, я бы предпочла вновь увидеться с Каином. С мыслями о нем, я кое как уснула.       Проснулась, когда утро уже подходила к концу. На обед пришла в столовую, а там уже был Андре, который пригласил за свой столик. Не в рабочей медицинской форме с кровоподтёками, я смогла его лучше рассмотреть. Тёмные, каштановые короткие пряди, широкие выразительные брови, вытянутое лицо, квадратный подбородок с ямочкой. Карие, почти черные глаза, широкий нос с горбинкой. Но его улыбка сглаживала брутальную внешность. И теперь он мне рассказывает всякие веселые вещи с работы. Неинтересный он для меня всё таки человек, хотя кому-то может показаться милым. — Лэйн, приходи на ужин, — пригласили меня, но я вежливо отказалась. Взяла только сразу контейнер с готовым набором еды себе на ужин и отнесла в кабинет.       В спортзале меня уже ждал Ллойд, как и других работников "Сибири". Всех он разделил на группы по сложности и тренировал. У моей группы была средняя сложность. Мы разминались, бегали, занимались силовыми нагрузками, а именно на них делал акцент генерал. В конце немного растяжки, затем душ и рабочий день продолжался.       Следующее дежурство завтра. И я очень надеюсь встретить там знакомое лицо.

***

      Увы.       Я оказалась права в одном — знакомое лицо я встретила. Но не Каина, и даже не подопытного демона. И даже не коллегу Андре. Знакомым у этого человека действительно было только лицо, но его имя осталось для меня неизвестным.       В каморке перед окном в лабораторию, сидел и что-то настраивал на панели управления мой сменщик. Тот самый молодой человек, с безумными замашками ученого, которого я встретила здесь в первый день. Он же когда то настроил постоянную двухстороннюю связь с подопытными, забыв тогда переключить всё обратно. Подозрительно это правда для меня, но не для начальства, значит всё санкционировано. Но сменщик меня всё так же продолжал настораживать. Особенно его излишне дружелюбный тон.       Вроде и у Андре такой же, но у того было это искренне, ничего за этим не чувствовалось. Этот же явно себе на уме. С такими водиться опасно. — О, новенькая, привет! — приветственно помахал он мне. — Здравствуй, — я всё так же держалась на расстоянии. — Точно, мы же так и не познакомились, — так и сквозила в нём приторность, — Хьюго. — Лэйн, — представилась я в ответ из вежливости. Как-то мне за последние несколько дней надоело постоянно знакомиться. — Я дежурный врач, в основном на смене вечером или утром. В другое время нахожусь в лаборатории на исследованиях или помогаю Донован. А ты какими судьбами?       Столько информации за раз было необычно. Особенно без наводящих вопросов. Как в детском саду. Такая его открытость в нестабильное время не привлекала, а настораживало ещё больше. Особенно учитывая, что он явно ожидает столько же откровений в ответ. Может даже больше. — Я так, с документацией работаю, ничего особенного, — уклончиво ответила я. — Но сюда абы кого не пускают, — вежливо с улыбкой возразили мне. — Я давно работаю и очень исполнительно. Вот и заслужила доверие, — я постаралась улыбнуться как он. Вежливо и безукоризненно. — Что ж, тебе очень повезло, — не стал Хьюго спорить со мной. Наш обмен любезностями напоминал разговор двух роботов. — А где подопытный? — я указала на пустую кушетку. Будто с моего последнего дежурство здесь так никто и не появился. — Сегодня здесь дезинфекция, все подопытные сидят в своих камерах. — А что делать мне?.. — растерянно спросила я. — Следить за бессмертными, — как само разумевшиеся сказал Хьюго, — знаешь, где они? — Нет. — Тогда пошли, — коллега быстро прибрал все бумаги на столе, — я провожу тебя.       Мы вышли в коридор и пошли дальше, куда я ни разу не заходила. Там дальше было темно, но сопровождающий достал ХИС и светил уже им. К щетку, который я успела заметить на стене, он не подошёл. Значит свет тут включали редко, что не удивительно. Только становилось жутко от того, что мы идем всё дальше в темноту, где содержали бессмертных. — А что ты делал в лаборатории, если там никого нет? — я решила развеять гнетущую тишину. — Следил за дезинфекцией, потом разбирал бумаги. Я люблю поработать в тишине, - ответил спокойно Хьюго. — Понятно. — А ты сколько здесь работаешь? Как давно? — он даже чуть повернулся ко мне. И глаза такие по-детски честные, любопытные. — Пол года, примерно. А ты? — я решила показать такой же "искренний" интерес. — Наверное столько же, странно, я тебя не замечал. — Я в основном работаю в своём кабинете.       Хьюго ничего не сказал, но странно посмотрел на меня. Я не успела это обдумать, потому что мы подошли к свинцовой двери с электронным замком. Коллега открыл его с помощью своего пропуска и кода. Тут же он пояснил, что мой пропуск сюда не подойдёт, но и ходить сюда по своей надобности мне не нужно, только если скажут и тогда меня проводит один из высоких специалистов. Таких как он, например.       Что ж, я все равно никогда не имела полного доступа к бессмертным. До конца мне здесь верить не будут. Да и необходимости нет мне непосредственно близко общаться с подопытным материалом. Ну и пусть. Зато у меня есть книга Апокалипсиса.       За дверью оказалась комната слежения с мониторами, на которых можно смотреть через камеры видеонаблюдения. Но сейчас все мониторы были выключены. Как мне пояснили, здесь наблюдают за обычным поведением бессмертных. Здесь они живут, спят, их тут кормят, если это нужно. Далее была очередная дверь. Видимо за ней находились "заключённые". — Ну вот тут тебе сидеть и наблюдать. — За всеми? — Нет, все сейчас в отключке. Когда мы наблюдаем за одним объектом, то предпочитаем остальных держать без сознания, что бы у них не было никаких возможностей связаться друг с другом, на всякий случай. Но если вдруг нужно больше одного бодрствующего бессмертного, то есть лаборатории. — То есть, когда я наблюдала за кем-то в лаборатории, кто-то бодрствовал здесь? — Да. Обычно так и происходит. — А сейчас мне нужно просто сидеть и смотреть в какой-то монитор. И микрофонов тут нет? — А зачем тебе здесь микрофоны? Всё исследовательское оборудование в лабораториях, а здесь они просто существуют, а мы следим. Возможно только непосредственно рядом с их камерой общаться, но я не слышал о таких особых распоряжений на счёт тебя. Обычно такое запрещено. И по идее, меня должно взволновать твоё любопытство и мне следует об этом доложить. — Да брось ты, — я улыбнулась для большей дружелюбности, — ничего плохого у меня в мыслях не было. А если подозреваешь, то можешь поинтересоваться у генерала Ллойда, — уже серьёзнее продолжила я, — Он обо всём в курсе. Так что мой интерес небеспочвенен. — Что ж, раз так, то мне действительно стоит уточнить. А то я уже не знаю, что можно тебе говорить, а что нет, — он улыбнулся и отошёл.       Коллега быстро связался с начальством по рации, тихо что-то спросил, а там с сильными помехами ему ответили. Я смотрела ему в спину с небольшой завистью. Видимо очень успешный молодой человек, раз ему вверили такую мощную, а значит дорогую рацию, которая работает на дальние расстояния, ещё и через бетон. Мне и обычной рации не дали, за ненадобностью.       Хьюго вернулся с вежливой улыбкой, но с плохо скрываемым удивлением в глазах. — Действительно от генерала Ллойда есть личное разрешение на общение с бессмертным. Но только с одним. — Да и вполне с весьма определенным бессмертным, — снисходительно улыбнулась я, отчего выражение лица у нового знакомого сделалось чуть виноватым, — отведешь меня к нему? — Следуй за мной.       В его через чур резком развороте чувствовалась уязвлённая гордость. Но угрызений совести я за это не испытывала. Он подошёл к очередной свинцовой двери, но с самым обычным механическим замком и щеколдой. Открыв, мы зашли в темный коридор. Рубильник он включать не стал, и единственный свет падал из открытой за нами двери.       Сбоку находились железные двери на некотором расстоянии друг от друга. Все новые, и года им нет. Каждая закрывалась на большой вентиль, установленный по середине двери, а выше, на уровне глаз висели таблички с номерами. "010, 009, 008..." — счёт шел с конца и чем дальше мы шли по коридору, тем меньше становилась цифра.       Рядом с дверями были экраны, и все они были черные, выключенные. А рядом с экранами висела аналоговая трубка на спиральном проводе, как у домофонов.       Начиная с двери под номером "004", таблички светились, оповещая о том, что камера работает. Экран телевизоров сам был черный, но боковые кнопки и лампочки горели. А в углу экранов даже показывалась температура помещения, давление и время.       Но никаких личных данных о содержащихся в камерах не было. Ни имён, ни вида, ни даты заселения. Только номера объектов и мне стало ясно, как их присваивают. А тот, кто был мне нужен, находился в самом конце коридора. За дверью с номером 001. Самый первый заключённый здесь.       Хьюго дошел до конца, нажал на боковую кнопку телевизора и включил экран. После он пропустил меня вперёд. — Экран включается и выключается здесь. Вот трубка - снимаешь и говоришь. Заходить к объектам запрещено. Всё понятно? — Да. — Тогда я пошёл. Сильно не задерживайся здесь, разговоры сами не записываются, но фиксируется время. К тому же тебе надо работать. — Поняла, — ответила я ровно, а затем добавила, — спасибо.       Хьюго чуть приподнял брови, но комментировать не стал. Мы попрощались и он ушёл. А я осталась одна в коридоре, где за каждой дверью находятся бессмертные. От этого побежали мурашки по коже.       Я быстро отвернулась от входа в коридор, где вышел коллега и сосредоточилась на своей цели.       На экране я видела небольшое белое помещение с мягкими стенами. Из мебели там была только кровать и... Пианино. Небольшое, белое. Это стало полной неожиданностью для меня.       Так же на экране я заметила сенсорные стрелочки. Нажав, я увидела ту же комнату но с другого ракурса. Несколько камер видеонаблюдения полностью нейтролизовало возможности появления слепых зон. Это было умно. Пролистав, я вернула внимание на первую и основную камеру, которая смотрела со стороны входа.       Спиной к двери на кровати сидел ангел. Крылья были сложены вместе, но золотых нитей за перьями не заметила. Я медленно взяла трубку, поднесла к уху и сказала: — Ну привет, Каин.